Глава 51 — Моему любимому ребёнку (1).

Сабелиан говорил, как всегда, спокойно и без тени ложной скромности — словно и впрямь считал, что спасение этих людей целиком моя заслуга.

После таких слов я и сама невольно расправила плечи. Пожалуй, я имела право гордиться тем, что помогла стольким людям.

— Вы точно не жалеете, что отказались от праздничного приёма? Для дня рождения всё выглядит довольно скромно.

Сабелиан обвёл взглядом стол. Кроме торта, ужин почти ничем не отличался от обычного, но меня это вполне устраивало.

— По-моему, сегодня куда роскошнее, чем в прошлом году.

Я подняла бокал. Пузырьки шампанского мерцали, будто россыпь звёзд, а сквозь золотистое вино виднелись Сабелиан и Бланш.

— В этом году рядом со мной и Бланш, и вы, Ваше Величество.

На моём прошлом дне рождения собралась едва ли не половина двора, но рядом не было моей семьи — Бланш и Сабелиана. «Разве может многолюдный приём сравниться с вечером в кругу близких?»

Сабелиан посмотрел на меня с лёгким удивлением, и я улыбнулась:

— Выпьем за семью? Бланш нальём яблочного сока.

— Мне тоже можно поднять бокал?

— Конечно.

Я налила сок в винный бокал. Для маленьких ладоней Бланш он оказался великоват, и она крепко обхватила его обеими руками.

Бланш смотрела на Сабелиана сияющими глазами и явно поторапливала его.

Он перевёл взгляд с неё на меня, взял свой бокал, и на его губах появилась едва заметная улыбка.

— С днём рождения, мама!

— С днём рождения, Абигейл.

Бокалы тихо звякнули, и Бланш расплылась в счастливой улыбке.

«Вот и правильно. Тихий ужин с самыми близкими гораздо лучше шумного праздника. Жаль только, Веритэ не с нами. Надеюсь, скоро удастся познакомить его и с Сабелианом, и с Бланш».

— Мама, я знаю, что поздно, но… это вам.

Бланш робко протянула мне платок.

— Мне сказали, что вы не очень любите украшения, поэтому я вышила для вас кое-что сама.

Белый мягкий платок был сшит из дорогой ткани. В одном углу виднелась аккуратная вышивка: среди цветов и вьюнков сидели кролики, похожие на игрушку, которую я когда-то подарила Бланш.

Только кроликов было трое. Между двумя белыми устроился один чёрный, покрупнее.

— А это… подарок папе.

Бланш замялась и протянула Сабелиану второй платок. Рисунок был таким же.

Он долго смотрел на платок, словно не понимал, почему подарок достался и ему.

— До моего дня рождения ещё далеко.

— Я хотела подарить его просто так… У меня тоже есть такой. Один для папы, один для мамы и один для меня. Все одинаковые.

Она торопливо достала собственный платок. «Вот же прелесть! У нас у всех будут одинаковые платки».

— Чёрный кролик — это вы, папа.

Бланш указала на него коротким пальчиком. Я едва сдержала смешок. «И правда похож: взгляд такой же суровый».

— Раньше у нас с мамой были только два кролика. Мне захотелось, чтобы вы тоже были рядом.

Вот о чём она думала. Она была совсем маленькой, но уже такой внимательной. Сабелиан, похоже, растрогался не меньше меня. Его взгляд заметно потеплел.

— Спасибо, Бланш. Я буду беречь его.

Он взял платок и ещё долго рассматривал вышивку. Бланш довольно заулыбалась. Наконец-то они разговаривали как отец и дочь.

— А теперь давайте есть торт.

— Да!

Я отрезала Бланш большой кусок с самой крупной ягодой. «Такая милая девочка заслуживает самой лучшей ягоды. Сабелиан сладкое не любит — вдруг вообще откажется?»

Но он ничего не сказал и терпеливо дождался своей порции. «Ну чистый чёрный кролик. И ведь милый, зараза».

Ему я отрезала кусок с ягодой поменьше.

— Спасибо!

Бланш с аппетитом принялась за торт и ела с таким счастливым видом, что я невольно залюбовалась.

Я тоже попробовала. Торт оказался в меру сладким и должен был понравиться даже Сабелиану.

Он и правда ел спокойно и даже не морщился. Я смотрела на них обоих и не могла перестать улыбаться.

Вдруг Бланш сняла клубнику со своего куска и переложила на мою тарелку.

— Сегодня ваш день рождения. Ешьте побольше клубники!

— Но вы же сами её любите.

— Вот поэтому и хочу отдать вам!

«Господи, что за чудесный ребёнок!» Сабелиан, до сих пор молча наблюдавший за нами, спросил с неподдельным интересом:

— Вы любите клубнику?

— Да, люблю.

— Понятно.

Он кивнул и тоже отдал мне свою ягоду. На моей тарелке уже лежала целая горка ягод, когда Сабелиан серьёзно произнёс:

— Тогда в следующем году я подарю вам плантацию клубники.

— Я же просила не дарить ничего чрезмерного!

— Хорошо. Придумаю другое.

Бланш смотрела на нас и счастливо улыбалась. Я тоже не выдержала и рассмеялась.

Я хотела, чтобы и через год, и через два мы снова праздновали втроём.

Наверное, поэтому обещание плантации клубники меня втайне обрадовало. Оно означало, что Сабелиан уже представлял нас вместе на моём следующем празднике.

Я откусила ягоду. В этом году клубника казалась особенно сладкой и свежей. «Интересно, что они подарят мне через год?» Я уже начала ждать следующего дня рождения.

6. Моему любимому ребёнку

Я оглядела комнату. За окном качались голые ветви. На них и без того почти ничего не осталось, а очередной порыв ветра сорвал последние листья.

«Может, дворец казался непривычно тихим потому, что приближалась зима? Или дело было совсем в другом?»

— Нома, когда Клара обещала вернуться?

— Писала, что сегодня или завтра. В любом случае не позднее конца недели.

— Хорошо. Пусть возвращается поскорее.

С тех пор как Клара отпросилась домой, прошло уже две недели. Без её бесконечной болтовни дворец словно опустел.

— Надеюсь, её дедушка скоро поправится. А у тебя дома всё благополучно?

— Да. К счастью, зелёных вещей у нас почти не было.

С наступлением зимы зелёная болезнь тоже начала отступать. Я слышала, что по всей стране поднимаются столбы дыма: люди сжигали вещи, окрашенные зеленью Шееле.

Причину болезни и способ лечения теперь знали все, но старикам и людям со слабым здоровьем выздоровление давалось тяжело. Дед Клары был уже стар и слаб, а его любимым цветом, как назло, оказался зелёный.

«Кто бы мог подумать, что человека погубит собственный вкус». Клара на всякий случай взяла отпуск и уехала к семье. С тех пор прошло больше двух недель.

— Хоть бы ничего не случилось… Что это?

В коридоре кто-то бежал со всех ног. Этот бесцеремонный и до боли знакомый топот мог принадлежать только одному человеку.

Я едва успела подняться, как дверь распахнулась.

— Ваше Величество, я вернулась!

— Клара!

Она влетела в комнату, взметнув полы тёплого плаща. Щёки у неё побелели от холода.

— Я так по вам скучала! И по госпоже Номе тоже!

С появлением Клары комната сразу ожила. Она едва не подпрыгивала от радости, и я тоже невольно рассмеялась.

— Как добралась? Всё хорошо?

— Да! Ничего страшного не случилось.

«Слава богу». Увидев её прежнюю беззаботную улыбку, я наконец успокоилась. Нома, похоже, тоже.

В другой день она уже отчитала бы Клару за беготню по дворцу, но после долгой разлуки даже ей было приятно снова увидеть эту непоседу.

— Дедушка уже поправился?

— Да! Хотя, по-моему, он вообще не болел. Выглядел таким здоровым, что я заподозрила: болезнь была лишь предлогом вызвать меня домой.

— Наверное, соскучился по внучке.

— Скорее уж захотел поскорее выдать внучку замуж.

Клара сняла плащ так спокойно, будто речь шла о погоде.

«Клару — замуж? Не рановато ли?» Насколько я помнила, ей только восемнадцать. Для меня она всё ещё была ребёнком.

Здесь, правда, совершеннолетие наступало в шестнадцать, так что ничего необычного в этом не было. Но привыкнуть я всё равно не могла.

Пока я молча переживала, Клара уже тараторила дальше:

— Стоило приехать домой, как родители с тётей набросились на меня с разговорами о помолвке. Вы бы видели, сколько портретов они притащили!

Судя по недовольной гримасе, досталось ей основательно.

— Ты не хочешь замуж?

— Нет. Совсем не хочу.

«Вот это неожиданно». Я думала, Клара только и мечтает о любви и свадьбе. Она постоянно пыталась свести нас с Сабелианом и охотно давала советы всем влюблённым горничным.

Нома, до этого молча слушавшая разговор, тоже удивилась:

— Странно. Я думала, тебе нравится всё, что связано с романтикой.

Клара укоризненно цокнула языком и погрозила ей пальцем.

— Поэтому я и не хочу династического брака. Как можно выбрать спутника жизни по одному портрету? Я хочу настоящей любви!

Она театрально сцепила пальцы и мечтательно уставилась в пустоту.

«Неплохо играет. Может, ей стоило стать актрисой?»

Затем Клара повернулась к Номе:

— А вас дома не торопят со свадьбой?

Нома явно не ожидала, что разговор перекинется на неё. Она выглядела взрослее Клары, но ей самой было чуть больше двадцати, так что и её наверняка донимали подобными разговорами.

— Иногда меня сватают, но семья не спешит. Впрочем, когда-нибудь выйти замуж всё равно придётся.

— А какие мужчины вам нравятся?

— Выйду за того, кого выберет семья.

— Да ладно вам! Скажите честно!

Я тихо смеялась, наблюдая за их перепалкой, но внутри вдруг стало тревожно.

Клара и Нома не смогут вечно служить при мне. Когда-нибудь обе выйдут замуж и покинут дворец. «Неужели Бланш тоже однажды уедет к мужу?» Впрочем, она единственная наследница, поэтому её супруг, возможно, поселится здесь.

И тут я вспомнила финал «Белоснежки».

В сказке принцесса выходила замуж за принца из соседнего королевства. Он целовал её, когда она лежала без чувств после отравленного яблока, и…

«Ах, принцесса проснулась! А потом они жили долго и счастливо».

«Но я-то не собираюсь кормить Бланш отравленным яблоком. Что тогда будет с принцем?»