Глава 842 — Совет представителей рас (1)
662 год имперского календаря.
Десять лет спустя после финальной битвы с чудовищами.
Южный край Империи. Кроссроуд.
* * *
«Поз☆дравляем! Проводится Вторая встреча представителей рас!»
...
Глядя на полотнище, что трепетало над Северными воротами Кроссроуда, дварф в золотой короне — Келлибей — подозрительно прищурился.
— Что такое, Келлибей?
К его золотой карете неторопливо подошёл белый олень.
Сидевшая на олене эльфийка в зелёном лавровом венке — Верданди — с недоумением посмотрела на него.
— Что-то не так?
— ...Да нет, не то чтобы не так.
Келлибей поморщился и пробормотал:
— Значит, у нас нынче уже вторая встреча? А первая тогда когда была?
— Несколько лет назад мы собирались просто выпить, помните? Наверное, это и считалось первой?
Верданди и сама закончила фразу вопросительно. Вид у неё был не менее озадаченный.
— И потом, наша встреча что, настолько важное событие? Нам же сказали, что мы просто поедим вместе.
— Так Эш и говорил.
— Тогда почему... вот это всё...
Келлибей ткнул пальцем под праздничное полотнище.
— ...так помпезно?
У ворот, украшенных плакатом, плотными рядами стояли солдаты Кроссроуда.
Стоило двум монархам приблизиться, как солдаты разом гаркнули так, что задрожали стены:
— Приветствуем в Кроссроуде владыку Золотого края, лучшего кузнеца мира, короля дварфов!
— Приветствуем в Кроссроуде дочь Мирового древа, истребительницу злого дракона, убийцу кошмаров, королеву фей!
Следом дружно взревели жители Кроссроуда и туристы, высыпавшие поглазеть на представление.
Ура-а-а-а-а!
...
Почему стыдно за всё это было именно им?
Дварф и эльфийка невольно прикрыли лица руками и, неловко сутулясь, въехали в город.
— Да почему тут столько туристов?! Мы что, достопримечательность?!
— Нет, кажется, нас правда используют как достопримечательность. Вон там, на башне, на нас смотрят в подзорную трубу.
Перед Северными воротами, в великолепном парадном костюме и с распростёртыми объятиями, двух монархов встречала правительница Кроссроуда — Эванджелин Кросс.
— Велком, велком! Долгий путь, должно быть, вас утомил, представители двух рас!
Келлибей взвизгнул:
— А ну не надо тут золотить то, о чём тебя никто не просил! Мне уже тяжело дышать от такого приёма!
Эванджелин шагнула ближе и зловеще усмехнулась.
— Зато статус нашего Кроссроуда взлетает до небес, раз вы оба приехали к нам в гости!
Короли разных рас собираются в одном месте!
И не где-нибудь, а в Кроссроуде!
Уже само по себе это было великолепным событием. Эванджелин тут же решила пустить встречу в дело.
Как туристический аттракцион!
Поэтому известие о визите монархов разнесли по всему городу, а саму встречу обставили пышно — так, чтобы городские туристы тоже могли насладиться зрелищем.
Верданди покачала головой.
— Всё такая же хитрая, Эванджелин.
— Приму это за комплимент. Му-ха-ха-ха!
Пока Эванджелин заливисто хохотала, Келлибей скрипнул зубами.
— Надо было всё-таки встретиться где-нибудь ещё, не в Кроссроуде...
Верданди рассмеялась с пустой досадой.
— Мы? Не в Кроссроуде? И где же?
— ...И то верно. Проклятье.
Место, где представители любых рас могли собраться спокойно, без взаимного недоверия, до сих пор, по сути, было только одно — Кроссроуд.
Два монарха с тяжёлыми вздохами въезжали в город, а по обе стороны дороги туристы, сбившиеся в толпы, выкрикивали их имена.
Келлибей! Келлибей! Келлибей!
Верданди! Верданди! Верданди!
...
Стыдно стало ещё сильнее. Теперь оба уже почти полностью закрывали лица руками.
Однако дрожать от позора, превращённого в туристический продукт, им пришлось недолго: вскоре они с удивлением начали оглядываться.
— За это время... Кроссроуд здорово изменился...
— Улицы стали такие яркие. И туристов в самом деле очень много.
Когда-то эти улицы были пропитаны запахом кузниц, заводов по обработке магических камней, пороха и железа. Теперь всё выглядело иначе.
В воздухе тянуло цветами и фруктами, вдоль дорог теснились рестораны, гостиницы и сувенирные лавки, появлявшиеся будто грибы после дождя.
Конечно, крепостные стены, казармы и всё прочее, что напоминало о природе крепостного города, никуда не делись.
И всё же теперь над Кроссроудом плескалась совсем другая атмосфера — приподнятая, праздничная, свойственная настоящему туристическому городу.
— Ах, это мы немного занялись маркетингом... по совету старшего...
Эванджелин неловко пояснила:
— И дело неожиданно выстрелило.
* * *
Пять лет назад Эш и Серенада предложили всерьёз заняться рекламой туризма в Кроссроуде.
Первым делом решили разместить рекламу на стене одного из зданий у центральной площади Нью-Терры.
До тех пор в центральной площади Нью-Терры рекламы не было вообще. Ни одного баннера, ни одной растяжки.
Самыми передовыми средствами рекламы на континенте считались газеты, журналы и развешанные по стенам афиши. Идея превратить целую стену здания в рекламный щит была совершенно беспрецедентной.
Но Эш пошёл дальше: он предложил купить право разместить рекламу на самом заметном месте площади, туда, куда каждый житель Нью-Терры смотрел хотя бы раз в день, — на стене часовой башни.
И не на месяц. На 100 лет.
Не только сама идея не имела прецедентов — срок тоже был неслыханным.
Владелец часовой башни сперва растерялся от такого абсурдного предложения, но, увидев огромную сумму, которую ему готовы были заплатить за право размещения рекламы, охотно согласился.
Рынка такого попросту не существовало. Для него это были деньги из воздуха.
Эш и Серенада провернули всё самовольно, а Эванджелин поставили перед фактом уже после.
Когда Эванджелин увидела астрономическую стоимость рекламы, у неё едва не остановилось сердце. Серенада сочла цену вполне разумной. Эш же уверял, что это смешные копейки.
— Люди этого фэнтези-мира вообще не понимают силы рекламы! Эй! Если на таком убойном месте можно 100 лет крутить рекламу туризма в Кроссроуде, то эта цена — даром, просто даром!
— Потом ты мне ещё спасибо скажешь! И не только ты — дети твоих детей будут меня благодарить! Не спорь и покупай!
И вот так.
На стене часовой башни у центральной площади Нью-Терры появилось огромное полотнище невиданных прежде размеров.
Сам формат полотнища тоже оказался новинкой. Раньше реклама в основном представляла собой подробное описание товара с небольшой вставной иллюстрацией.
А наружная реклама Кроссроуда использовала огромное полотно как цельный холст: весь кадр занимал яркий, сочный рисунок.
На нём супруги и двое детей, одетые в лёгкую южную одежду и счастливо улыбающиеся, держались за руки и шли по зелёной равнине под ослепительно-синим небом. Позднее стало известно, что моделями для иллюстрации послужила семья маркграфини Эванджелин Кросс.
На рисунке была всего одна строка:
«Поехали в Кроссроуд»
Реклама произвела оглушительный эффект.
Короткий слоган, какого раньше не бывало. Яркая иллюстрация. Предельно понятное послание.
Смелая реклама, появившаяся в самом сердце Нью-Терры, мгновенно стала горячей темой для разговоров. Жители других городов приезжали только для того, чтобы увидеть её собственными глазами.
Даже если кто-то не хотел смотреть, выбора у него не оставалось: стоило поднять глаза к часовой башне, чтобы сверить время, как огромное полотнище тут же развевалось перед ним, заявляя о себе во весь голос.
В тот год самой модной одеждой в Нью-Терре стали наряды, похожие на те, что носила семья на иллюстрации, а самой популярной фразой — тот самый слоган.
«Поехали в Кроссроуд!»
Но на этом дело не закончилось.
Когда наружная реклама была у всех на устах, Эш дал короткое интервью крупнейшей газете Нью-Терры — «Нью-Терра Таймс».
Формально его спрашивали о планах и устремлениях как наследного принца, но обсуждать начали вовсе не это, а вопрос и ответ в самом конце интервью.
Вопрос. Сейчас все говорят о рекламе Кроссроуда. Вы управляли городом три года — что могли бы сказать о нём?
Ответ. Это город, которым я управлял, но вместе с тем это место, где мы с супругой провели медовый месяц. Самый тёплый город Империи, к тому же оттуда удобно путешествовать по Озёрному королевству и другим необычным южным странам. Для свадебного путешествия рекомендую настоятельно.
И главное — там потрясающие фрукты. Фрукты Кроссроуда находятся просто на другом уровне. Если вы считаете себя человеком, который разбирается во фруктах, попробуете один кусочек — и сразу поймёте. Обязательно попробуйте.
Так произошёл первый в истории Империи Эверблэк случай вирусного маркетинга.
Место медового месяца наследного принца и его супруги. Город фруктов, которые находятся на совершенно другом уровне.
Поехали в Кроссроуд!
Тем летом жители Нью-Терры один за другим надевали лёгкие южные наряды и отправлялись на юг. Караваны экипажей, везущих отдыхающих, вытягивались по дорогам длинными вереницами.
А вернувшись из отпуска, люди делились впечатлениями.
— Слушай, фрукты в Кроссроуде... они правда другие.
— Да? И чем другие?
— Просто другие, болван! Сам съезди и попробуй!
Так говорили почти все.
Фрукты там другие. Правда другие!
Только словами этого не объяснить!
Не ел фруктов Кроссроуда — не смей говорить, что знаешь вкус настоящих фруктов!
В Нью-Терре мгновенно появились фруктовые профаны и фруктовые знатоки. Казалось бы, насколько уж там могут отличаться фрукты, но те, кто съездил, носились со своей «кроссроудской фруктовой гордостью» как с орденом. В светском обществе человека, не пробовавшего фрукты Кроссроуда, начали считать невеждой в вопросах вкуса и моды.
Те, кто не хотел отстать от трендов. Те, кому действительно было любопытно как гурманам. Те, кому просто хотелось увидеть Кроссроуд...
Снежный ком покатился с пугающей скоростью.
Осенний фестиваль и зимний новогодний праздник в Кроссроуде проходят пышно и ярко!
Но и весенняя прохлада хороша, и летние фрукты, напоённые солнцем, тоже великолепны!
Маркетинг подстраивали под четыре времени года, и реклама на стене часовой башни регулярно менялась.
Отпуск, свадебное путешествие, семейная поездка, путешествие на покое... людей манили самыми разными образами.
Спустя год после начала рекламной кампании Эш, стиснув кулак так, что тот дрожал, оставил такой отзыв:
— Наконец-то... я тоже устроил переполох, достойный попаданца из иного мира...
Эванджелин так и не поняла, что это вообще должно было значить, но благодаря революционному маркетингу Кроссроуд, во всяком случае, закричал от счастья.
Прошло пять лет.
И Кроссроуд на южной окраине континента стремительно разрастался в туристический город.
* * *
— Вот как... значит, поэтому всё так изменилось...
Выслушав рассказ, Верданди восхищённо огляделась.
Эванджелин смущённо почесала затылок.
— Пока мы рекламировались в основном в Нью-Терре, а результат уже вот такой. Со временем собираются расширить маркетинг на весь континент... Но если реклама будет красивой, а сам город как туристическое место окажется пустышкой, нам конец. Так что я, знаете ли, стараюсь. Развиваем всякие развлечения, достопримечательности и всё такое...
Келлибей посмотрел на шумный, оживлённый город и произнёс с тихим чувством:
— Живёт Кроссроуд. Упрямо живёт.
Эванджелин плутовато дёрнула бровью.
— А всё потому, что наши дорогие монархи! Защитили этот город и весь мир, не так ли?
— Слова красивые, но когда ты сперва выставляешь нас на обозрение, а потом говоришь такое, искренность как-то ставится под сомнение!
— Му-ха-ха-ха! Зато в этот раз я вас так угощу, что вы мне всё простите.
Двух монархов проводили в поместье лорда.
— Итак, где этот паршивец Эш, который нас позвал? И остальные представители рас?
— Первым прибыл только господин Ганнибал, представитель полукровок. Остальные сообщили, что будут сегодня, самое позднее — завтра.
— О, мой ученик уже здесь? Как я его и учил, со временем обращается строго...
Келлибей оборвал фразу на полуслове.
Двери поместья лорда распахнулись, и сразу за входом он увидел... Ганнибала, распростёртого на полу в жалком состоянии.
Глава объединения «Полукровки», Ганнибал, давно уже вырос в настоящего юношу, хотя по-прежнему был невысок, а пухлые щёки придавали ему миловидный, почти детский вид.
И этот самый Ганнибал лежал посреди коридора раскинув руки и ноги.
— Ганнибал?!
Келлибей в ужасе подбежал к нему и склонился рядом.
— Очнись, Ганнибал! Что здесь случилось?!
— У-у... кх... мастер...
— Я же говорил, можешь уже называть меня наставником! Да что с тобой? Кто это сделал?!
— О-осторожно. Они... слишком... страшные...
— Они?! Кто это — они?!
И тут.
Тап-тап-тап-тап!
Из глубины коридора донёсся лёгкий топот. Келлибей резко обернулся на звук.
Какой зловещий злодей довёл Ганнибала до такого состояния?!
— ...?
Но там, откуда послышались шаги, не было никого.
Нет, однако он ведь точно... что-то слышал...
— А?!
И только тогда Келлибей заметил.
Длинный коридор, уходящий в глубь поместья лорда.
На стенах по обе стороны, прилипнув к ним, сидели два крохотных существа с жестокими улыбками на маленьких лицах...
Двое пятилетних детей.
Та-ах!
Едва встретившись с Келлибеем глазами, близнецы, ползшие по стенам, — Эмеральд Кросс и Сапфира Кросс — одновременно оттолкнулись и бросились на него.
— А-а-а-а-а!
Келлибей завопил.
— Летающие дети-и-и!