Глава 84 — Канализация (5)

Тук.

Едва варвар рухнул, подняв облачко пыли, Амелия Рейнвейлз стиснула зубы и согнулась в поясе.

«Расплата за беспечность?»

Рёбра сломаны.

Кожа, залитая кровью, уже не просто жгла — её саднило, будто содрали живьём.

И внутренности, похоже, тоже достало.

«Давно же я не оказывалась в таком положении».

Тело скоро восстановится само.

Но боль, которую она не испытывала по-настоящему уже очень давно, оказалась до смешного отчётливой.

Уж к боли-то она, казалось, привыкла.

Хмык.

Смешок вырвался сам собой.

Пусть всё это и стало расплатой за её самоуверенность.

Но от мысли, что довёл её до такого состояния варвар, который всего три месяца как вошёл в Лабиринт, становилось нелепо.

«Удивительный человек».

Дело было не только в его способностях.

Мгновенная оценка ситуации. Дерзость и решимость тут же воплотить принятое решение.

И, прежде всего, эта цепкая воля к жизни.

На миг ей даже пришло в голову:

«Встреться мы снова чуть позже... исход мог бы быть другим».

Разумеется, здраво рассуждая, это звучало смешно.

Она росла с клеймом обладательницы величайшего таланта и почти двадцать лет ходила в Лабиринт.

И всё же...

«Уже то, что мне приходит в голову подобная мысль, — проблема. Значит, он действительно опасен».

Их первая встреча случилась всего месяц назад.

За это время он успел бы войти в Лабиринт от силы ещё один раз.

Но как изменился этот варвар?

Тот самый варвар, который тогда не мог задеть даже край её одежды, довёл её до такого вида.

Чш-ш-ш-ш!

Тело, оставшееся живым даже после того, как ему снесли всю шею, начало восстанавливать плоть.

Амелия медленно направилась к нему.

Топ.

Есть немало одарений, позволяющих преодолеть смерть, как тот же [источник тьмы].

Но это не значит, что они делают своего носителя неуязвимым.

Этот варвар — лучший пример.

Топ.

Голова была раздроблена целиком, и сейчас он оказался совершенно беззащитен.

[Вечноживущий] сработал, и тело быстро восстанавливалось?

Чтобы затянуть такую рану, потребуется много времени, а если сила души иссякнет, не выйдет даже этого.

Иными словами...

Захоти она его убить — могла бы в любой момент.

Но Амелия без колебаний убрала кинжал и достала зелье.

Кто бы что ни сказал...

«Они точно не люди королевского дома. Значит, убивать их незачем».

Она не была маньячкой.

***

Подсказка была.

Голос, прозвучавший одновременно спереди и сзади.

Будь я умнее и хладнокровнее, может, и понял бы, что в игру вступило [Самокопирование].

Тогда и план А с планом Б выглядели бы иначе.

«Хотя результат, скорее всего, всё равно был бы тем же».

Сознание собиралось по кускам, будто кто-то вставлял обломки на место. Я медленно открыл глаза.

— Чудовищная регенерация.

Первой я увидел эту психопатку.

— Одного зелья хватило, чтобы всё зажило.

— Зе... лья?..

Голос скрипнул. Я приподнялся на локтях.

И только тогда заметил, что голова у меня мокрая насквозь.

Судя по всему, это была не одна кровь...

Неужели эта женщина вылила на меня зелье?

— Зачем ты...

— Не убила?

Я кивнул.

Понятно, что я был рад остаться живым...

Но в тот миг, когда сознание погасло, я был уверен, что умер.

Женщина посмотрела на меня так, будто я её окончательно достал.

— Ты... что раньше, что сейчас — ничуть не изменился.

— Что?..

— И тогда было то же самое. Почему ты, едва завидев меня, сперва бросаешься в атаку? Не думала, что когда-нибудь скажу такое, но обычно люди сначала пытаются поговорить.

Тут мне возразить было нечего.

Всё из-за моей привычки всегда исходить из худшего.

Я ответил ровно:

— Если ты собиралась меня убить, другого способа не было.

Пока оставалась хоть малейшая брешь.

Пока парализующий яд не успел разойтись по телу окончательно.

Я решил, что надо ставить всё на один удар.

Женщина лишь коротко вздохнула.

— Почему? В прошлый раз я ведь тоже отпустила тебя живым.

Голос всё такой же бесстрастный, но в нём будто слышалась обида.

Хотя уж кому здесь было обижаться, так это мне.

— Ты сама сказала: раз я узнал об этом месте, отпустить меня нельзя.

Не скажи она этого, план C под названием «выпросить пощаду» так и остался бы планом А.

Можно подумать, мне самому хотелось драться с таким чудовищем.

— Насколько я помню, я сказала, что не могу отпустить тебя «просто так».

Одно и то же.

Женщина с самого начала вела себя на удивление сговорчиво, и я позволил себе спросить смелее:

— Тогда что ты собираешься со мной делать?

— Убивать не собираюсь. Так что убери уже руку.

Я остановил ладонь, которая незаметно тянулась к булаве.

И твёрдо сказал:

— Ты неправильно поняла.

— Неправильно?

— Я не думал напасть на тебя ею исподтишка. Просто...

— Просто хотел подготовиться на случай, если я передумаю?

...М-м. Да, именно.

Лучшая защита — нападение.

Я не стал ни подтверждать, ни отрицать, и женщина некоторое время молча смотрела на меня сверху вниз.

Взглядом «что это вообще за безумец?».

— Ты и правда нисколько не изменился.

С этими словами она плюнула на пол.

На миг я подумал, что она из тех, кто держится развязно, но, присмотревшись, понял: это была не слюна, а кровь.

Значит, моя активная оборона перед потерей сознания всё-таки не прошла для неё даром.

— ...Ты не выпила зелье?

— Организм такой.

— Понятно.

Объяснение было короче, чем следовало бы, но я не стал расспрашивать.

Среди эссенций встречаются и такие, что заставляют платить штраф за выпитое зелье.

Впрочем, вернёмся к делу.

— Варвар, съешь это.

Женщина вынула из-за пазухи что-то вроде пилюли.

Тёмная, бесформенная — будто кошка отрыгнула комок корма.

— Что... это?

— Снадобье, приготовленное алхимиком Ноарка. Проглотишь — и весь последний час памяти исчезнет.

— Стирает память?.. Тогда почему ты не использовала его, когда мы встретились в Земле мёртвых?

— Потому что достать такое нелегко. У меня и этого бы не было, если бы мне не дали его на крайний случай.

Значит, вещь редкая.

Но тут возник ещё один вопрос.

При моём нынешнем положении задавать его было точно не время, однако...

— Убить меня было бы проще. Зачем возиться?

Говорят, нет ничего ценнее человеческой жизни.

Это выражение работало только в мире, где я жил прежде.

В этом мире вещей ценнее человеческой жизни было сколько угодно.

Например, наверху до сих пор умирали люди — просто потому, что не смогли заплатить налоги.

И на таком фоне...

«Она тратит дорогой расходник, лишь бы отпустить нас живыми?»

Я сказал почти с уверенностью:

— Значит, у тебя есть причина поступать именно так.

— ...Почему ты так решил?

— Если убить нас пятерых, одна только экипировка потянет на десятки миллионов камней.

После моего меткого замечания женщина долго молчала.

Я решил, что попал в точку.

Но ответ, прозвучавший после паузы, оказался неожиданным:

— За кого ты меня вообще принимаешь?

— Ну...

Я как раз думал, стоит ли говорить честно, но женщина перебила:

— Можешь не отвечать. Кажется, я поняла.

Похоже, задело и её саму.

Только оправдываться она не собиралась.

— Ладно. Думай что хочешь. Всё равно это ничего не изменит.

Женщина наклонилась, силой раскрыла мне рот и затолкала пилюлю прямо в горло.

Я не успел даже подумать, выплюнуть её потом или нет: она растаяла сама собой.

Фух!

В голове словно взметнулось пламя.

Это было вовсе не похоже на боль — ощущение совсем иного рода.

— ...Эй. Я ведь правда только память потеряю, и всё?

— А если нет, у тебя есть другой выбор?

Ну, если так поставить вопрос, возразить особо нечего...

Увидев, как я умолк, женщина криво усмехнулась.

— О побочных эффектах я не слышала. Так что спи спокойно, варвар.

Ну, раз так.

Честно говоря, спокойнее мне не стало ни капли, но глаза я закрыл.

И тут женщина, будто что-то вспомнив, заговорила снова:

— А, так какой был второй способ?

А? Второй способ?

— Два способа вывести человека из себя.

А, это.

— Второй — это...

И я провалился в беспамятство.

***

«В душу персонажа проникает Благословение Леты».

«Эта душа не может принять благословение. Благословение, проникшее в душу, удалено».

***

Когда я открыл глаза, я был в канализации.

Снятая с нас экипировка валялась вокруг как попало. С товарищами было то же самое.

Тук.

Опершись рукой о пол, я медленно поднял измазанное нечистотами тело. Пока я, покряхтывая, собирал и надевал снаряжение, остальные тоже начали приходить в себя один за другим.

У всех был растерянный вид.

— А... это канализация?..

— Ч-что за диво? Мы же, кажется, преследовали ту мерзкую злодейку...

— Шар видеозаписи! Надо проверить шар видеозаписи... Чёрт, он разбит!

Похоже, психопатка сказала правду: товарищи ничего не помнили.

Судя по их словам, последним воспоминанием у них было, как они шли за Хансом E к убежищу...

«...А почему со мной всё в порядке?»

Я снова медленно перебрал воспоминания, но всё, что происходило до потери сознания, всплывало ясно.

Почему?

Я как раз пытался понять причину, когда...

«Постой. А что стало с той сукой?»

С опозданием я вспомнил об Элисе, и меня будто окатило холодной водой.

«...Неужели она забрала её живой?»

По крайней мере, поблизости её не было видно.

Чёрт. Знал бы, что так выйдет, плюнул бы на награду и добил её тогда...

— Все, гляньте туда, ня!!

— А? Разве это не та женщина?

Что?

Я резко повернул голову и увидел неподалёку распростёртую на полу женщину.

Заляпанные нечистотами светлые волосы.

Миленький затылок, который так и хотелось размозжить.

Без сомнений — та самая Элиса.

— М-мёртвая!

Коротышка-дворф подбежал к ней, торопливо проверил пульс и объявил приговор.

Путаницы от этого стало только больше.

— Ч-чёртовщина какая-то... Почему мы ничего не помним, и отчего эта женщина мертва?..

— Д-Двальки, может, это был тот монстр, о котором ты говорил, ня?!

Растерянные голоса наперебой сыпали догадками.

Ротмиллер, который один ещё сохранял относительное спокойствие, выдвинул правдоподобную версию.

— ...Думаю, всё это устроила она.

— Что? Она, ня?

— Вероятно, после погони мы всё же нашли её. И, видимо, победили.

В подтверждение своих слов Ротмиллер указал на руки и ноги Элисы. Мол, так тщательно раздробить их было бы трудно чем-то, кроме моей булавы.

— Т-точно... Я тоже ощущаю на ней следы своей магии.

Вскоре Двальки нашёл в теле следы [парализующего яда], и подозрения только укрепились.

Теперь у них оставался один вопрос.

— Тогда почему мы вообще ничего не помним, ня?

Почему исчезла память?

— Если моё предположение верно, мы хотели доставить эту женщину в город живой. Но... в тот момент она пришла в себя и что-то провернула.

Звучало вполне складно.

Уверен, потеряй я память, тоже разобрал бы ситуацию примерно так.

— И правда... Если это сила злого бога, о которой почти ничего не известно, подобное вполне возможно.

— Ха-ха-ха! Но раз она мертва, значит, мы как-то справились!

— ...Бьёрн, а ты что думаешь, ня?

— Кто знает...

Я немного помолчал и ответил.

Вывод, к которому они сами пришли и который сами приняли, был довольно далёк от правды, которую помнил я...

— Думаю, Ротмиллер прав.

Говорить лишнее незачем.

Если станет известно, что я не потерял память, эта психопатка ещё неизвестно когда снова явится за мной.

— Надо поскорее выбраться наружу и прежде всего зайти в храм. Дело может быть не только в потере памяти — вдруг с телом тоже что-то не так?

После встревоженных слов Ротмиллера все поспешно собрались в путь.

Я тоже оборвал свои мысли.

«Что-то скрытое под канализацией, значит...»

Тайна этого мира, о которой я не знал.

Сказать, что любопытство прожжённого ветерана во мне не шевельнулось, было бы ложью...

«В канализацию я больше ни ногой».

Всё-таки жизнь важнее любопытства.