Глава 76 — Убийства в оперном театре 3

— Всё-таки расти вам полезно. Вытянулись, костюм теперь сидит куда лучше. Я-то знаю, что вас, кроме денег, мало что волнует, но глаза у вас такие печальные, будто вы ночами тоскуете о несбывшемся. И на отца становитесь всё больше похожи. Приятно видеть, что мои труды не пропадают даром.

— Я в курсе, что мой отец вызывает у вас не самый невинный интерес. Но обязательно сообщать об этом его сыну?

— Какой ещё «не самый невинный»? Я любуюсь красивыми мужчинами с чистой душой и честными намерениями. Вы, кстати, тоже скоро станете вполне ничего, если хоть немного отъедитесь. Но почему вы вечно выглядите так, будто вас три дня били и не кормили?

Клейо было нечего ответить. Не он же придумал этому телу аппетит гоночного автомобиля и запас хода керосиновой лампы.

Диона ухватила его за запястье затянутой в шёлк рукой и сердито встряхнула.

И ведь сильная, зараза. В ней всё устроено не так, как ожидаешь.

— Вы сейчас подумали, что я не по виду сильная, да? Это не я сильная, это вы дохлый. Я видела ваши оценки. Вы даже меч толком удержать не можете.

— А вы можете?

— Разумеется. По-вашему, что было спрятано в рукояти того зонта, который вы мне сломали? Сегодняшний тоже с клинком. Демонического зверя я, конечно, не проткну, но человеку пару неприятных секунд устрою.

Клейо зря полез спорить. Выяснилось, что даже Диона своими тонкими руками способна размахивать оружием.

— Недооценил вас.

— То-то же. Если понадобится, я вас защищу.

— Утешает. Хотя лучше бы до этого не дошло.

— Да бросьте. Даже самый отбитый убийца не станет резать людей посреди театра, где сидят несколько тысяч зрителей.

Просьба достать билеты потребовала объяснений, и Клейо коротко пересказал ей всю историю. Диона не на шутку встревожилась и сразу согласилась помочь. Она даже предложила устроить встречу с начальником столичной полиции, но Клейо отказался.

Полиция была бессильна и против красного эфира, и против убийства, совершённого с помощью магии. Зато, если добыть серьёзные доказательства, можно обратиться в Рыцарский корпус столичной обороны. Людей они допрашивать не имели права, зато магические преступления входили в их ведение.

После прошлогоднего летнего идиотизма Клейо взял за правило читать законы и служебные положения. Один раз он уже не знал правил альтернативной службы и устроил себе такой геморрой, что повторять не хотелось.

— Кстати, вещь, о которой я просил по телефону, готова?

— Ах да. Конечно.

Диона подтянула сползшую перчатку, достала из сумочки с жемчужной ручкой конверт и протянула Клейо. Пока он изучал счёт, она принесла деревянный ящик, до того мирно стоявший у книжного шкафа.

— Барабан я сама сделала из стали с примесью магической руды. А ради серебряных пуль нашим мастерам пришлось работать до ночи. Имейте это в виду.

Внутри лежал тонкоствольный револьвер и шестьдесят аккуратных патронов, покрытых серебром из магокамня. Всё сверкало, будто изделие сняли со станка минуту назад.

— Простите. Я не думал, что придётся так спешить.

— Поэтому в счёте есть отдельная строка за ночную работу.

Клейо пробежал глазами подробности. За работу сверх восьми часов мастерам полагалась доплата. По местным меркам Диона оказалась редкой совестливой хозяйкой: в Альбионе всё ещё считали нормой двенадцатичасовой день шесть раз в неделю.

— Тогда эту сумму я удвою.

Он достал чековую книжку, пересчитал итог и расписался. Диона убрала чек и довольно улыбнулась.

— Вот за это вас и любят. В следующий раз мои мастера сами передерутся за ваш заказ. Они и сейчас радовались: благодаря сверхурочным смогут купить детям новую одежду.

Похоже, Диона знала своих работников не только по фамилиям в ведомости.

— Хорошо платишь — хорошо и работают.

— Надо же. Молодой господин, который ни одного динара в жизни не заработал, а рассуждает как старый кассир.

Клейо только криво усмехнулся. Объяснять, что в прошлой жизни он успел досыта наесться работой за жалованье, было бессмысленно.

В этот момент слуга доложил о приезде Исиэль.

Диона в последний раз посмотрелась в зеркало, поправила камею на меховой накидке и заодно пригладила Клейо выбившуюся прядь. Он положил ящик с револьвером в большую корзину для пикника, которую принесла госпожа Кантон, закрыл крышку и поднял. Корзина оказалась тяжёлой.

По дороге вниз Клейо вспомнил ещё об одной опасности.

— Предупреждаю заранее: Исиэль наверняка будет в форме. Не вздумайте читать ей лекцию об одежде.

Для Дионы наряд был почти политическим заявлением. Клейо не сомневался: увидев девушку в школьном сюртуке перед походом в оперу, она могла не удержаться.

— Я знаю, что вы разбираетесь в приличиях лучше меня. Но у Исиэль есть причины одеваться именно так. Просто ничего не говорите.

— Да как вы могли обо мне такое подумать? Чёрный сюртук леди Кисион — это её речь без слов. Перебивать её было бы верхом наглости.

Клейо даже остановился.

— То есть к Исиэль вы относитесь с уважением, а меня распекаете по любому поводу?

— Вы ещё сравните себя с ней. Леди Кисион намерена унаследовать владение и защищать границу. А вы чего намерены?

— Леди Диона, я понимаю, что со мной вам удобно. Но можно хоть иногда выбирать слова?

— Кто бы говорил о чужих чувствах. Вам до этого ещё тысячу лет расти.

Не дожидаясь ответа, Диона распахнула дверь гостиной.

Исиэль стояла у каминной полки — собранная, прямая, в безукоризненной школьной форме, с мечом на поясе.

Клейо только что запретил Дионе придираться к её одежде, а сам вдруг испытал лёгкое разочарование. Он тут же одёрнул себя. Какое ещё платье?

Серый строгий костюм подчёркивал гибкую силу её фигуры, и никакие украшения Исиэль были не нужны. Яркие волосы вспыхивали у лица, словно огонь в лепестках розы, а зелёные глаза сияли чище перидота.

У Дионы была своя борьба, у Исиэль — своё поле боя. Постоянная готовность принять удар и была её гордостью.

— Спасибо, что дождались, леди Кисион. Простите, что заставила вас ехать так далеко.

— Не за что извиняться. Благодаря вашей любезности я увижу спектакль.

— Какая вы великодушная! Мот, вставай, пора.

Мр-р-р...

Бегемот валялся на ковре, распластавшись как меховая подстилка. Услышав Диону, он нехотя поднялся, встряхнулся и занялся шерстью.

Обе красавицы замолчали и уставились на старого толстого кота. Зрелище было совершенно нелепое: две ослепительные женщины с одинаковым восхищением следили, как жирный зверь вылизывает бок.

Бегемот принимал их внимание как должное. После двадцатилетней мадеры, которой Клейо подкупил его днём, вид у кота был благодушный и пьяный.

Бу-у-у-рп... мяу.

Он же до сих пор шатается. Господи, на кого я рассчитываю.

— Мот, закончил прихорашиваться? Поедем с сестричкой в оперу. Я полгода ждала «Владыку нагорья».

Бегемот прищурился.

— А выпивка там будет?

Для остальных вопрос прозвучал как короткое Мяк?

— Я заранее отправила в театр розовое шампанское из Экарлара. Сможешь пригубить пару капель.

Мутные кошачьи глаза мгновенно засияли.

Как бы этот алкаш нас не подвёл.

Артур и остальные искали след красного эфира и нуждались в каждом, кто мог его почувствовать. Бегемот подходил лучше всех. Чтобы вытащить его из дома, Клейо пришлось открыть ту самую мадеру, которую он берег на особый случай.

Кот заметил его кислую физиономию и растянул пасть в противной ухмылке.

— Слышал? Цени меня как следует.

Клейо открыл корзину. Мол, всё понял, лезь уже внутрь.

* * *

У лестницы на второй ярус их остановил охранник.

— Прошу прощения... В корзине у вас животное?

Клейо замер. Из-под крышки торчал кончик чёрного хвоста и лениво покачивался.

— С домашними животными в зал нельзя. Оставьте его у нас, мы присмотрим до конца спектакля.

— Нельзя? — мягко переспросила Диона. — В правилах Королевской оперы такого запрета нет.

— Видите ли...

Говорила она вежливо, но отступать не собиралась. И вполне могла действительно прочитать правила от первой до последней строки. Спорить по существу охраннику было нечем.

Конечно, там нет такого пункта. Ни одному нормальному человеку не придёт в голову тащить кота в оперу. Это целиком моя вина.

— Сэр Клейо награждён знаком столичной обороны, — продолжила Диона. — Он имеет право входить с животным даже на территорию дворца. Неужели Королевская опера ставит себя выше короны?

Охранник попятился. Диона умела придавить и манерами, и громкими названиями. Клейо понимал, что они ведут себя по-свински, но выбирать не приходилось. Если выпустить Бегемота тайком, он либо забьётся спать в тёмный угол, либо полезет воровать спиртное.

Почувствовав победу, Диона ткнула Клейо локтем.

— Теперь берите корзину одной рукой, второй предложите мне руку и ведите внутрь так, будто мы просто добились законного права.

— Не получится. Одной рукой я Бегемота не подниму.

— Да вы издеваетесь. Ну что за мужчина...

Исиэль услышала шёпот, без слов забрала у Клейо корзину и встала за ними, как телохранитель. От её холодного взгляда охранник окончательно сник.

Клейо неловко подал Дионе руку. После сцены у лестницы на них смотрел весь ярус, и ему казалось, будто затылок горит.

Так трое людей и один кот добрались до ложи.

В уютной полукруглой нише стояли тяжёлые кресла, обитые красным бархатом. Через несколько минут Клейо уже сидел на месте с фамилией Асер, выгравированной на медной табличке.

Мне нужен был кошачий нос, а не возможность унижать обслуживающий персонал. Поздно теперь мучиться.

Бегемот пулей вылетел из корзины и всей тушей рухнул ему на колени. Светлая накидка мгновенно покрылась чёрной шерстью.

Стыдился только Клейо. Диона о случившемся уже забыла.

— Рей, посмотрите на ложу напротив. Видите пустые кресла?

Она прикрыла рот веером. С их места, справа от сцены, королевская ложа на противоположной стороне просматривалась отлично.

— Спектакль вроде бы нарасхват. Почему там никого?

— Это места королевской семьи. Королева Зулейка обожает оперу и раньше не пропускала сезон. Но с тех пор как Гехайм стал главной звездой театра, она сюда не ходит. Не желает слушать певца без рода и имени.

— Из-за отсутствия одной королевы пустует вся ложа?

— Она предназначена для членов семьи и их гостей. Иногда там появляется единственный сын королевы. Но второй принц сейчас на зимних учениях с Юго-восточной армией.

Единственным сыном Зулейки был Аслан.

— Значит, второго принца сейчас нет в столице?

— Совершенно точно.

Тогда прежняя догадка не сходилась.

Клейо посмотрел на Исиэль. По её лицу было ясно: она подумала о том же. Они связывали красный эфир с Асланом, но сам принц находился далеко отсюда.

Да и вряд ли сын императорской принцессы стал бы лично возиться с такой грязью. Если он причастен, работу делают подчинённые. Сначала надо осмотреться.

Клейо включил «Восприятие». Мир качнулся, к горлу подступила дурнота, но он заставил себя сосредоточиться.

Обострившееся чувство прошло по залу — по зрителям, оркестрантам, служащим. Клейо проверял одного человека за другим.

Кто здесь тянет хотя бы на пятый уровень?.. Есть. Двое.