Глава 58 — Медиа! Медиа! Медиа! 1

Мельхиор плеснул бренди в хрустальный бокал.

— Выпьете со мной?

— Благодарю, Ваше Высочество. Я откажусь.

— Пожалуй, вам и впрямь рановато привыкать к спиртному.

Эта комната уступала роскошью лишь королевским покоям. Клейо сидел в малой гостиной перед спальней, на обитом шёлком стуле, и чувствовал себя здесь совершенно лишним.

Сил не осталось ещё несколько часов назад. Теперь он тратил последние крохи только на то, чтобы не клевать носом.

Мельхиора его состояние ничуть не смущало. Принц неторопливо пригубил бренди и замер с бокалом в руке — безупречный, как красавец с рекламного разворота.

Пахло от напитка умопомрачительно. Но сейчас Клейо хватило бы одного глотка, чтобы рухнуть без сознания.

Выпью — и сразу отъеду.

Мельхиор молча смотрел на него.

Да что тебе, мать твою, надо?

Тишина давила сильнее, чем усталость, и Клейо сдался первым.

— Спасибо за то, что произошло сегодня.

— За что именно?

— Вы не позволили раздувать шумиху.

— А может, я лишил вас заслуженной славы?

— Мне... не слишком по душе подобное внимание.

— Вам не нужна известность, не нужны почести, и на глаза вы предпочитаете не попадаться. Удивительный талант делать всё не так, как остальные.

Щёлк

Мельхиор поставил почти полный бокал на стол. Белизна его перчаток резала глаза даже при слабом ночном свете.

— Однако шило в мешке не утаишь. Сколько ещё вы намерены скрывать способности, которые никак не вписываются в обычные рамки?

— Ваше Высочество так высоко меня ставит, что я попросту теряюсь.

— Ученик мастера Зеведея Фюсиса. Маг, которому прочат восьмой уровень. Самый молодой рыцарь Альбиона. А теперь ещё и основоположник нового направления в маготехнической науке.

— Для одного человека это слишком громкие слова.

— Согласен. Такой груз нелегко взвалить на себя без подготовки. Тем более в вашем возрасте.

Мельхиор улыбался мягко, почти по-доброму. Клейо это не обмануло. Он погладил «Обещание» на левой руке и снова проверил, действует ли «Отстранение».

— Заключение дадут после испытаний, — продолжил принц. — Если формула [Активация эфира] действительно работает, я пришлю королевского юрисконсульта. Он займётся патентом, выплатами за использование и проследит, чтобы сведения не утекли раньше времени.

— Спасибо, что уделяете этому столько внимания.

— Я делаю это не ради вас, сэр Клейо.

— Прошу, не обращайтесь ко мне так, Ваше Высочество. Этот титул мне пока не по плечу.

— Я тоже так считал. Но, как ни странно, ошибся. Дарованное мною рыцарское звание вам вполне по плечу. Вы его заслужили.

Улыбка исчезла с прекрасного лица. Осталось одно давление — тяжёлое, холодное, не оставляющее места для возражений.

Клейо наконец понял, что изменилось. Мельхиор больше не разговаривал с ним как старший брат близкого друга. Исчезли нарочитая ласка и почти семейная снисходительность. Теперь наследный принц говорил со своим рыцарем.

Я сейчас сдохну от усталости, а этот ублюдок опять за своё...

Хотелось просто потерять сознание и больше ничего не решать.

— Сейчас я говорю не с близким другом младшего брата, — произнёс Мельхиор. — Я говорю с рыцарем, которого сам наградил знаком «Щит столичной обороны».

Он протянул руку через стол.

Клейо дёрнулся и отпрянул так резко, будто его хотели схватить за горло.

Мельхиор чуть склонил голову. На миг он даже показался задетым — насколько вообще подобное слово подходило к этому человеку.

Ему шло всё. Даже изображать обиду. От этого становилось только противнее.

— Не припомню, чтобы когда-нибудь причинил вам вред. Но вы с первой встречи стараетесь держаться от меня подальше.

Пальцы в белой перчатке лишь коснулись его воротника и тут же отстранились. Там, куда указал принц, была приколота лента знака «Щит столичной обороны» — зелёная, белая и тёмно-синяя, с золотой каймой.

Жест не нуждался в пояснениях: Вспомните, какое положение вы занимаете.

Клейо посмотрел на награду, потом на Мельхиора. Голова окончательно перестала соображать.

Так я вас боюсь. Что мне ещё, блядь, делать?

— Хотите вы того или нет, яркий свет всегда собирает вокруг себя людей. Такова участь тех, кому дана сила. После всего, чего вы достигли, никто уже не станет видеть в вас просто школьника.

Клейо едва заметно кивнул.

— Если слава и почести так вам тяжки, перейдите под мою защиту. По одному вашему слову газеты больше не напечатают ни строчки о Клейо Асере. Ваше имя перестанут обсуждать в гостиных и редакциях. Я сохраню вам ту тихую жизнь, которой вы так дорожите.

Даже с включённым «Отстранением» предложение ударило точно в цель.

Мельхиор не слышал его мыслей. Ему это было не нужно: он и без дара сразу нашёл самое больное место.

Это уже не уникальный навык. Это какая-то сверхъестественная хрень.

И принц не рассуждал о вероятности. Он говорил о том, что сделает.

Он мог заставить журналистов замолчать, спутать память художникам, запретить редакторам принимать статьи, а наборщиков — вынудить терять нужные литеры. Стоило Клейо кивнуть. Признаться, что известность ему не нужна. Попросить помощи.

— Или вам нужен титул? — продолжил Мельхиор. — Я обладаю всей полнотой королевской власти и могу дать вам любой. Вписать имя Клейо Асера первой строкой в список новых членов Палаты лордов на следующий год — пустяк.

Хуже условий для торга придумать было невозможно: Клейо едва держался в сознании, напротив сидел самый опасный человек королевства, а на размышление ему не оставили ни минуты.

Он прикусил щёку до боли. Иначе голова опять поплыла бы.

Соглашусь — как потом смотреть Артуру в глаза? Да и Автор этого не спустит. Стоит мне ошибиться, разгребать всё опять придётся самому. Вот же сука...

Он и без того нахлебался по горло. Ещё сильнее впрягаться в чужую историю Клейо не собирался.

— Почему вы решили, что мне нужен титул, Ваше Высочество?

— Вы заключили пари с отцом. Получите титул — унаследуете тот прекрасный особняк на западном берегу.

Откуда он, мать его, это узнал?

Артур был защищён от чтения мыслей. Диона не вращалась в кругах наследного принца. Оставался...

— Не смотрите так. Я всегда рад встречам с виконтом Грейером. Он неизменно приносит удивительные новости.

Вот где дырка в заборе!

Мысли Васко Грейера и читать не требовалось. Наверняка с восторгом выложил всё, что видел в доме Асеров. Оставалось благодарить судьбу за то, что виконт редко бывал в столице.

— Он без конца расхваливал ваш талант и даже упомянул стигму «Предвидение».

И это выболтал?!

Конечно, восстановление Меча Бега со стороны и правда выглядело невозможным без подобной способности. Но знай Клейо, что Васко напрямую докладывает Мельхиору, в тот день он держался бы куда осторожнее.

Поздно теперь дёргаться.

— Раз уж вы знакомы с виконтом Грейером, то наверняка знаете и о его любви приукрашивать. Чего бы вы от меня ни ждали, мои возможности окажутся скромнее.

— Слишком скучная отговорка. Я рассчитывал хотя бы на что-нибудь поновее.

Мельхиор улыбнулся из-под опущенных ресниц. Так улыбались актрисы на экране — слишком выразительно, чтобы поверить в искренность.

Лицо было до того красиво, что казалось ненастоящим.

И именно в этот миг всё вокруг словно подстроилось под него.

Из окна потянуло ледяным осенним ветром. Светлые волосы Мельхиора взметнулись. За его спиной приоткрылась дверь спальни, и тяжёлый полог над кроватью дрогнул.

На секунду из-за ткани показались мёртвые ноги.

Что за?..

Усталость слетела с Клейо мгновенно. Он распахнул глаза и включил «Восприятие».

После короткого головокружения в нос ударила кровь. Этот запах уже становился до мерзости знакомым.

Полог медленно оседал, но усиленное зрение успело выхватить детали: огромная ступня, развязанный шнурок на сапоге, дальше — запрокинутая мужская голова с рассечённым лбом. На застывшем лице остался ужас.

Клейо узнал обоих.

Большеногий Билл и Шустрый Пол. Те самые люди из «Знамени», которые напали на Фрэна.

Едва ли Мельхиор специально выставил тела напоказ. Без уникального навыка Клейо ничего бы не заметил.

Но теперь принц понял, куда он смотрит.

Мельхиор спокойно обернулся, осмотрел спальню и подпер подбородок ладонью. Ни прятать трупы, ни отрицать убийство он не собирался.

— Надо же. Вы всё-таки увидели. Зрение у вас превосходное.

«Восприятие» нашло единственный изъян в его безукоризненном облике. Между ослепительно белой перчаткой и острым краем свежевыглаженного рукава алела капля.

Кровь ещё не успела потемнеть.

Связь между этой каплей и двумя телами за пологом была очевидна.

Он ещё и сам людей режет?

Клейо знал, что Мельхиор на такое способен. В прежней рукописи это описывалось достаточно ясно. Но прочесть об убийстве и увидеть его следы в двух шагах от себя — совершенно разные вещи.

Лицо и без того бледного Клейо стало белым, как фарфор.

— Эти господа осмелились предложить мне сделку, — сказал принц. — И повели себя как дешёвые торгаши. Представьте, они обещали принести мне кисть Фрэна Уайта. Какая нелепость.

— Не понимаю, зачем вы рассказываете это мне.

— Для начала хочу вас похвалить. Вы спасли Фрэнсиса от мятежников. Потеря такого человека огорчила бы меня. Благодаря вам мои рыцари успели выловить радикалов, которые скрывались в лесу.

Их страх мог толкнуть их на ошибку, но главным виновником всё равно оставался Мельхиор.

Клейо вспомнил кровь на разбитых очках Фрэна.

В голове прояснилось. Страх сменился холодной злостью, и даже изнеможение куда-то отступило.

— Что вам известно о Фрэнсисе Габриэле Хайд-Уайте?

— Ночью он зачем-то рвался из школы. Мне показалось, что его запугивают. Я пытался остановить его, но он не послушал, и тогда я пошёл следом.

Нужно было решить, сколько сказать, чтобы не подставить ни Фрэна, ни себя.

По «Окончательной редакции» Мельхиор прекрасно знал о подполье. Отрицать очевидное было бессмысленно.

— Он горячий парень, — добавил Клейо. — Иногда увлекается теориями и начинает нести слишком резкие вещи. Я за него переживал.

Пусть принц увидит в нём богатого наследника, который беспокоится о радикально настроенном однокласснике.

— Горячность? Значит, вы так и не разглядели друга. Для него убеждения — не игра. Его нельзя купить или запугать. Склонить Фрэна на свою сторону можно только одним способом — заставить его поверить в вашу правоту.

Всё. Этого человека не обманешь.

— Будь у меня достаточно времени, я бы сумел его убедить, — спокойно добавил Мельхиор.

— Зачем вам это? Пусть Фрэн и нахватался опасных идей, он ещё мальчишка.

— Правитель обязан привлекать талантливых людей. Но вы говорите о молодом господине Хайд-Уайте так, будто взрослый защищает ребёнка. Разве он не старше вас?

Попал точно в уязвимое место.

Для Чонджина, который жил внутри Клейо, Фрэн никогда не был старшим.

Если уж на то пошло, ты тоже младше меня. Только на ровесника не похож ни разу. Скорее на тысячелетнюю нечисть.

— Ректор Фюсис просил меня помочь ему с учёбой. Наверное, поэтому я и привык за ним присматривать.

— Не нужно так отчаянно обороняться. Не знаю, что вы себе вообразили, но с Фрэнсисом Хайд-Уайтом я всегда обходился мягко. Разве можно грубо обращаться с человеком, обладающим столь редким даром?

— Боюсь, я недостаточно сообразителен и не понимаю, к чему вы ведёте.

— Сэр Клейо, вы знаете, какая у Фрэнсиса стигма?

Почему эти братья вечно перестраиваются без поворотника? Сразу лезут через две полосы.