Глава 250 — Дело богов 3

— Артур.

Клейо прищурился, наблюдая, как тот ставит поднос на прикроватный столик.

Хотелось сразу спросить про раны и яд, но честного ответа от этого идиота всё равно не дождёшься. Гораздо надёжнее было проверить самому.

Клейо провёл пальцем по кольцу «Обещание» и включил «Восприятие».

Артур двигался легко. Ни крови, ни гноя, ни лекарств от него не пахло — только мылом и кремом для бритья. Значит, исцеляющая магия, на которую Клейо выгреб весь эфир до последней крупицы, сработала как надо.

— Миссис Кантон заставила вашего повара Гаэля приготовить тебе поесть, — сказал Артур. — Раз уж очнулся, выпей хоть немного бульона и снова ложись. После Запомненного мира ты целые сутки ничего не ел.

Клейо заглянул в миску.

Светлый костный бульон, едва заметный запах букета гарни, тонкие полоски лука-порея. Тристейнская похлёбка.

Ну да. Почти соллонтхан.

Артур явно обрадовался пробуждению друга и теперь болтал без умолку:

— Вот что значит архиепископ. Стоило ей заглянуть — и жар сразу спал, и лицо у тебя уже не как у покойника.

— Архиепископ?.. Она же без сознания. Как она могла сюда прийти?

Клейо возразил слишком поспешно.

Выходит, это был не сон?

— Позавчера ещё лежала, — ответил Артур. — А вчера очнулась. Первым делом спросила, не осталось ли жертв после Запомненного мира. Я как услышал, сразу вцепился: мол, Клейо умирает, спасайте. Эй, чего застыл? Ешь и слушай.

Под его нажимом Клейо проглотил одну ложку, потом вторую. Вкуса он почти не чувствовал.

Артур следил за уровнем бульона с таким вниманием, будто от каждой ложки зависела жизнь больного. Похоже, его до слёз радовало уже то, что вчерашний полутруп сидит и держит ложку.

— Она ушла совсем недавно, — продолжил он. — Открыла дверь, вошла. Люба отправилась за чаем, вернулась — а архиепископ уже выходит. Я ещё подумал: что можно успеть за пару минут? А ты посмотри на себя. Божественная сила — страшная вещь.

Для Клейо успели родиться вселенные и возникнуть сад богов. В обычном мире прошёл лишь миг.

Их разговор даже не пришлось вырезать из рукописи. Он случился за пределами палимпсеста, в другом течении времени.

Ложка опять замерла в воздухе. Взгляд Клейо расфокусировался.

Артур тут же напрягся:

— Рей? Рей, ты меня слышишь?

— Да. Всё нормально. Просто... странно. Архиепископ приходила, а я ничего не заметил. До сих пор не укладывается в голове.

Артур вытер салфеткой каплю супа, убежавшую по краю миски, и ухмыльнулся:

— Вид у тебя такой, словно тебя Регина История бросила. Столько раз ходил к ней, а она ни разу глаз не открыла. Потом пришла, пока ты спал, и сразу ушла. Сердце несчастного влюблённого ученика разбито, да?

— Да не влюблён я в неё. Хватит нести чушь.

Артур не впервые цеплялся к нему с этой шуткой. Обычно так он пытался разогнать тяжёлую атмосферу. Клейо всё понимал, но после болезни сопротивлялся хуже обычного и быстро попался.

— Тогда почему уши красные? И почему суп в горло не лезет? Ну?

Вместо того чтобы по-взрослому промолчать, Клейо схватил миску и допил остаток залпом.

Стук.

Он поставил посуду на столик и решил покончить с этой темой, пока Артур не начал издеваться по второму кругу.

— Отвечу один раз. После этого больше не шути. Архиепископ История похожа на мою первую любовь.

Артур несколько раз моргнул, а потом хлопнул ладонью по бедру и заржал.

— Первая любовь! Вот это новости! Значит, не здесь встретились. Такая красавица в столице без слухов не осталась бы. Ну-ка, рассказывай. Только если это няня в три года или гувернантка в шесть — не считается.

— Гувернёр у меня был мужчиной, придурок.

Жар прошёл, боль отпустила, горячий бульон согрел желудок. Голова понемногу прояснялась.

Клейо посмотрел на друга. Артур понятия не имел, что произошло на самом деле, но изо всех сил старался облегчить ему и боль, и настроение. Тяжёлый ком под рёбрами наконец начал отпускать.

— Спасибо, — тихо сказал Клейо. — И за архиепископа, и за всё остальное.

— За что тут благодарить? Ты вообще-то из-за меня чуть не сдох.

Слова прозвучали почти легкомысленно, но под ними лежало густое, горькое чувство вины.

Клейо только криво улыбнулся.

— Если уж искать виноватого, то главный вот он.

Он протянул руку к жезлу, который всё это время валялся на простыне. Стоило Клейо раскрыть ладонь, и магический прибор сам скользнул в неё.

Пока жезл оставался материальным, павлин на руке исчезал. Под закатанным рукавом виднелась только бледная кожа и голубые жилки.

Золотой прибор сиял в его пальцах почти неприлично ярко.

Артур посмотрел на него так, словно лезвие прошлось по собственной коже.

— Рей, рука точно больше не болит?

— Точно. Было бы больно — я бы эту штуку не трогал. Выглядит она, конечно, пиздец как нелепо, зато работает отлично. Даже с одной каплей эфира я смогу поднять [Защита].

— Слава богине.

До прихода Регины герцогский жезл буквально пожирал руку Клейо. Артур готов был умолять кого угодно избавить друга от боли, даже если ради этого пришлось бы уничтожить драгоценный прибор. Только спросить было не у кого: остальные маги вернулись из Запомненного мира не в лучшем состоянии.

Теперь он снова заговорил бодрым тоном, пряча настоящий страх за шуткой:

— Жар не спадал, линии на руке ползали сами по себе. Я уже думал, не вытащить ли сюда Франа.

— Даже не начинай. Фран с этим не справится.

— А по-моему, он самый умный человек из всех, кого я знаю.

— Гений не значит всемогущий. Не взваливай на него всё подряд. И вообще, кому тут говорить про талант? Ты теперь мечник седьмого уровня. Охренеть можно.

Артур поднялся до седьмого уровня во время боя с Асланом, ещё внутри Запомненного мира.

Клейо нахмурился:

— Как вспомню, опять бесит. Если бы этот ублюдок не намазал меч ядом, мы бы не оказались в таком дерьме.

Когда речь зашла о нём самом, третий принц неловко почесал затылок.

— Врач сказал примерно то же. Яд был необычный, явно связанный с магией.

Клейо обратил жезл в рисунок на руке. Ещё немного — и начал бы тыкать пальцем в потолок.

— Да пошёл он нахрен со своей честью и благородством. Аслан — подлая сука. Ему мало того, что он убийца, — он ещё и травить людей начал!

Артур вспомнил Аслана в Майнрате: его презрение к ядам, жёсткие правила и безмерную гордыню человека, уверенного в собственном превосходстве.

— Не знаю, сделал ли он это намеренно, — медленно сказал Артур. — Я не оправдываю его. Просто пачкать руки таким способом не в его духе.

Клейо слышал, как Аслан держался во время дуэли в Майнрате. Его мнение не изменилось: Аслан был высокомерным выродком с голубой кровью и прогнившей головой.

Именно таким Аслан должен был быть в этом повествовании.

Хотел он того или нет, роль заставляла его поступать определённым образом.

Артур, похоже, впервые начал сомневаться, что человек сводится к своей роли.

— Аслан убивает собственных рыцарей, когда у него кончается эфир, — сказал Клейо. — После этого запас восстанавливается. А кровь рыцарей с красным эфиром ядовита. Значит, он всё равно атаковал тебя ядом — сознательно или нет. Если человек строит башню из чужих тел, а потом забирается на вершину и воображает, будто руки у него чистые, он не благородный. Он просто тупой лицемер.

На губах Клейо появилась холодная усмешка.

Чего уж ругать Аслана.

Сам Клейо снова и снова собирался делать невозможное и грязное — лишь бы руки Артура остались чистыми.

Артур понял его улыбку по-своему и замахал руками:

— Рей, на вид ты тихий, а говоришь иногда как настоящий радикал.

— А тут есть повод говорить мягче? Что с девочками? Аслан не тронул их за то, что они не пустили его рыцарей?

Чтобы Клейо успел войти в «Город вечной зимы», Сел и близняшки Ангелиум силой задержали людей второго принца. Теперь он боялся, что им отомстят.

— С этим уже всё. Даже люди Аслана не станут рассказывать, что взрослые рыцари получили по морде от учениц. У них тоже есть гордость.

— Допустим. А отчёт о прохождении Запомненного мира? При Аслане правду не напишешь, но и выдумать всё с нуля не получится.

Артур прижал ладонь ко лбу и тяжело вздохнул.

Клейо всегда был таким. Только что едва не умер, а стоило немного прийти в себя — снова полез опекать всех вокруг.

— Не заводись. Отчёт отправили сегодня утром. Я написал, что мы с Асланом прекрасно сотрудничали и вместе победили демонических зверей.

— Чего?!

— И да, он поставил подпись.

Аслан тоже вернулся, когда Запомненный мир разрушился, и принёс с собой все раны, полученные в бою с Артуром. Хилейда по секрету рассказала, что Зулейка упала в обморок, когда законного наследника внесли окровавленным.

Впрочем, Аслану досталось меньше, чем Клейо.

Через ночь он уже пришёл в себя. Артур вежливо принёс копию отчёта. Аслан прочитал её и молча подписал.

Его взгляд на младшего брата стал ещё убийственнее, но Артур решил не обращать внимания.

Аслан и раньше пытался его прикончить. Если до сих пор не получилось, это проблема его способностей. Не извиняться же за то, что отказался послушно умереть.

— Ладно, официально жаловаться он не станет, — признал Клейо. — Но Мельхиор-то поверит твоему отчёту?

— Конечно нет. Только отчёт читает не один наследный принц. История о том, как второй и третий принцы плечом к плечу победили чудовищ в мире вечной зимы, уже разошлась по столице. За ней охотятся и газетчики, и секретари посольств. Спрятать документ теперь не получится. Придётся публиковать.

Пока Клейо валялся без сознания, Артур справился со всем без единой ошибки.

Клейо не удержался от похвалы:

— Артур Риогнан, ты научился работать. Даже ведёшь себя как настоящая знаменитость.

— Мне до тебя далеко.

— До меня? Я в этот раз вообще не лез на глаза.

— Ты думаешь, журналистам нужен только я? У ворот школы уже вторую ночь сидят репортёры и фотографы. Их там несколько десятков. Все мечтают вытащить хоть строчку о тебе.

Зрачки Клейо заметно дрогнули.

— Шутишь? Может, лучше вернёмся к моей первой любви?

Теперь уже Артур с силой растёр лоб.

Клейо вместе с королевским инспектором магии поставил защитный барьер вокруг школы, лично запустил погодные чары, разрушил Запомненный мир, стал главным участником операции и получил невиданный магический прибор. Как, мать его, всё это могло остаться незаметным?

Разве что самолёт над столицей не водил и дождь с неба не рассыпал, — подумал Артур.

Он покачал головой.

Нет. Возможно, Клейо всё ещё не мог принять, что спокойная жизнь богатого молодого бездельника окончательно накрылась медным тазом. Вот и пытался спрятаться от очевидного.

— Раньше у меня хотя бы комната была завалена письмами и цветами, — растерянно пробормотал Клейо. — А сейчас ничего.

— Потому что после моего отчёта Бюро внутренней безопасности перекрыло почту. Новый прибор уже не скроешь. Я описал его возможности как можно скромнее, но, похоже, никто не поверил. Теперь вся корреспонденция проходит проверку. Суп миссис Кантон пропустили как исключение.

— Какая забота. Прямо до слёз.

Клейо, подражая Артуру, упёр костяшку указательного пальца в висок.

За злостью на Аслана он чуть не забыл, кого следует бояться по-настоящему.

Всего полгода назад агенты Бюро внутренней безопасности утащили его прямо из этой спальни. И вот Мельхиор снова выпустил сюда своих псов в тёмно-синей форме.

Отлично заплатил за представление. Впрочем, от Мельхиора другого ждать глупо.

Пришлось признать: нынешний шум не шёл ни в какое сравнение с тем, что поднялся после награды Столичной обороны.

Воспоминания о медали ещё не успели потускнеть, а к ним уже добавилась новая героическая легенда.

Они с Артуром зашли слишком далеко. Берега больше не было видно.

— Теперь многое изменится, — сказал Клейо.

— Изменится. Но думать об этом будешь завтра. Сейчас спи.

— Ладно...

Он ещё видел, как Артур забирает посуду и гасит газовую лампу. Потом сознание снова оборвалось.

Бегемот вернулся после обхода владений и лёг рядом, будто сторожил хозяина комнаты.

Пока кот нёс караул, Клейо спал крепко и спокойно.

Без единого сна.