Глава 213 — Лето в самом разгаре 4

Он рассуждал как инвестор, которому предлагают вложиться в безнадёжное предприятие: вы и правда пришли с этим планом за деньгами? У вашего начинания нет будущего. Возразить Артуру было нечего.

Причины у него есть. Просто не соберёшь их в приличное досье и не покажешь посторонним.

Он видел будущее в видениях.

Он непременно станет королём.

Его мать предсказала появление мага.

Ни один из этих доводов не убедил бы такого прагматика, как Гидеон.

Открыто Артур мог пообещать только два дела.

Он не предаст доверия.

Он не свернёт на неправедный путь.

От этих правильных, но пустых слов лицо Гидеона холодело всё сильнее. Казалось, в воздухе конца лета вот-вот появится иней.

За столом стало тяжело дышать.

В такие минуты спасать всех приходилось Сел.

Дзинь.

Она легко ударила десертной ложкой по краю бокала, привлекая внимание.

От кого-то другого такой жест показался бы невоспитанным. У Сел же всё выходило непринуждённо и остроумно.

— Прежде всего позвольте поблагодарить вас за превосходное шампанское «Мелитус» урожая 1875 года. Однако, если я приму ваше гостеприимство и вернусь в Лундейн, не передав ни слова от матери, то окажусь недостойной дочерью и огорчу её. Прошу уделить мне минуту этого вечера.

— Простите за невежливость, леди Танпет де Нэж. Леди Катарина просила что-то передать?

— Флотилия с Центрума, отправленная в прошлый рейс, должна войти в порт Колпоса на следующей неделе, верно? Мать просила передать вам пожелания благополучия. Да пребудет благословение богини столь же прочным, как память.

— ...Благодарю леди Катарину за любезность.

Проявив ровно столько светской учтивости, сколько было необходимо, Гидеон велел убрать почти нетронутый десерт.

— Я с детства слышала о караванах торгового дома Асер, которые ходят на Центрум. Говорят, течение каждый раз меняется и путь превращается в настоящее приключение.

— Преодолевать это и есть наша работа.

— Впечатляет. Вчера мы доплыли от порта до острова Комма, где начинаются открытые воды. Уже там чувствовалось дыхание внешнего моря Мемория.

Близняшки как раз дочистили тарелки и вовремя вступили в беседу.

— Да! Течение было странное: будто талую воду смешали с электричеством.

— А ещё говорят, что там компас не показывает на север, а вертится кругами!

— Леди Ангелиум тоже плыли? Добраться до острова Комма без лодки совсем непросто... Вижу, ученики Королевской школы столичной обороны не зря готовятся стать рыцарями.

Рассказывая о плавании на Центрум, Гидеон говорил уже гораздо мягче.

Артур воспользовался передышкой и вытер пот со лба.

Клейо потягивал десертное вино и слушал разговор. Теперь беседа шла спокойно и к тому же оказалась довольно полезной.

До Центрума невозможно было добраться, если не поймать течение, которое начиналось у порта Колпоса.

Даже тогда штурманам приходилось на пределе использовать приборы для обнаружения эфира. Одних широты и долготы с карты было недостаточно: корабль попросту не приближался к цели.

Успех первой экспедиции Гидеона был тесно связан с созданием эфирных батарей.

В двадцать с небольшим он заработал огромные деньги на облигациях серебряных рудников Меридиеса, нанял множество магов и вложился в разработку устройств, способных временно удерживать эфир.

Эфирные батареи подпитывали магию, необходимую в пути до Центрума.

Но прибытие к берегу решало лишь половину задачи.

Климат Центрума был безумен. Страшные бедствия обрушивались без предупреждения. Вчера стояло лето, а наутро начиналась зима; снег мгновенно сменялся наводнением.

Землетрясения и извержения были так часты, что за месяц менялись даже рельеф и почва. Оставить там постоянное представительство было невозможно.

Хуже всего обстояло с питьевой водой. Она появлялась только во время дождя или снегопада.

На континенте не было ни рек, ни озёр, ни доступных подземных вод. Выпавший дождь исчезал неизвестно куда, и земля высыхала на глазах.

Сухой и дождливый сезоны не поддавались расчёту, поэтому кораблям приходилось везти огромный запас воды.

В первую экспедицию Гидеон отправился лично и предложил решение.

Морскую воду очищали, расходуя чудовищно дорогие турмалиновые магокамни.

— Использовать турмалин ради питьевой воды было блестящей мыслью, — сказала Сел. — Предложения исследователей-магов обычно отвергают как непрактичные.

— Вкладываться нужно тогда, когда это принесёт большую прибыль. Это азбучный принцип. Как и умение слушать специалистов.

— После успеха вы открыто опубликовали все сведения, но почти ни один торговый дом так и не сумел повторить рейс. Значит, простые на словах правила не так легко выполнить.

По словам Сел, успех экспедиций Гидеона держался на четырёх вещах:

1. Нанимать людей с запасом.

2. Назначать достойное основное жалованье.

3. Не скупиться на премии.

4. Не экономить на расходных материалах.

Наверное, потому и не повторили: всё слишком правильно. Турмалиновый магокамень размером с ноготь стоит так, что глаза на лоб лезут. Мало у кого хватит духу сжигать его только ради воды для работников.

— Я слышала, что среди судоходных компаний торговый дом Асер — единственный, чьи корабли ни разу не попали в реестр бедствий Страхового общества Эдди Ломбарда. Госпожа Лефевр, бухгалтер, которая работает с моей матерью, преклоняется перед вашими достижениями. Она велела привезти хотя бы ладонь ткани от флага торгового судна Асеров — на удачу в инвестициях.

— Флаг я достану без труда, но столь высокая похвала мне неловка.

Разговор Сел и Гидеона становился всё содержательнее.

Клейо положил ложку, ещё пахнувшую бренди, и тихо обратился к сидевшей рядом Исиэль. Она была умна и знала почти всё на свете.

— Исиэль, что такое реестр бедствий?

— Список кораблей, которые не вернулись из плавания из-за крушения, мятежа на борту и тому подобных причин. Его ведёт страховое общество.

— Понятно...

Тема была не намного легче прежнего разговора, в котором Гидеон прощупывал возможные планы третьего принца на переворот. Клейо плохо разбирался в страховании, торговле и мореплавании, поэтому начал клевать носом.

Десертное вино закончилось. Артур попросил бренди, а близняшки уже едва держали глаза открытыми.

И тут Сел напоследок подняла тему, от которой сон слетел мгновенно.

— Простите за личный вопрос: кто учил Клейо каролингерскому языку? Он говорит безупречно. Невозможно поверить, что он вырос в Альбионе. Я всегда знала, что мой друг одарён, но его владение современным иностранным языком меня по-настоящему поразило.

С её связями выяснить имя домашнего учителя Клейо не составляло труда. Неужели в разговорах со слугами она заметила какое-то несоответствие?

Сел смотрела не на Клейо, а прямо на Гидеона, будто искала подтверждение своей догадке.

Они с Гидеоном ничего не согласовывали.

Ложь о том, что Клейо выучил каролингерский в Колпосе, сейчас должна была рассыпаться.

Внутри всё болезненно сжалось.

Вот сука. Я не думал, что она устроит очную ставку с Гидеоном.

Гидеон, что случалось редко, несколько секунд молчал. Затем ответил с непроницаемым лицом:

— Его учителем был стипендиат нашего торгового дома. Молодой человек окончил факультет классических языков Университета Понтилис с лучшими оценками. Он был талантлив, но родился в Альбионе.

— И всё же Клейо говорит совершенно чисто. Если закрыть глаза, можно решить, что слышишь молодого человека из старинной каролингерской семьи.

Гидеон мельком посмотрел на Клейо, который нервно гладил ножку пустого бокала, и продолжил тем же бесстрастным тоном:

— Во время занятий он в основном молча слушал и ничем особенным не выделялся. Позже у него появился интерес, и он быстро продвинулся. Вероятно, это дар моей жены Тельмы. Она тоже легко перенимала чужие языки. Стоило пригласить в дом иностранных аристократов, и через несколько недель она уже могла говорить на их наречии.

Сел ответила с живым почтением и ловко перевела разговор на красоту поместья и славу Тельмы.

Долгий ужин наконец подходил к концу.

Но у Клейо осталось подозрение.

Гидеон наверняка заметил, как вопрос о каролингерском поставил сына в тупик. И всё же он выстроил ответ так, чтобы прежняя ложь Клейо не раскрылась.

Зачем?

* * *

Два дня спустя.

Клейо в одиночестве сидел в домашней библиотеке, занимавшей всё правое крыло поместья Четвин-Талбот.

Фран ушёл в библиотеку торговой гильдии, остальные отправились на пляж.

Они собирались вплавь добраться до острова Комма и помочь Артуру освоить стигму «Бесконечное выдвижение» на безлюдном берегу.

Клейо двух дней у моря хватило с головой. Он хотел помочь, но до острова не доплыл бы ни при каких обстоятельствах, поэтому сразу отказался.

Как и накануне, он бесцельно ходил между полками и наугад вытаскивал книги.

Потолок высотой в два этажа покрывали пышные гипсовые рельефы. Светло-зелёные колонны были украшены тонкой резьбой. Под ними тянулись плотные ряды аккуратных корешков. Собрание давно переросло размеры обычной частной библиотеки.

Клейо почти протёр мягкий ковёр шагами. Разумеется, он не бездельничал.

Но того, что искал, нигде не было.

После долгих бесплодных поисков усталость навалилась разом.

Глухой шорох.

Клейо рухнул на диван, обитый бледно-розовым дамастом с тонким узором из трав.

— У-у-у...

Он вытянул ноги и невольно застонал.

За высокими окнами, выходившими в задний сад, стояла мирная тишина.

Клейо раскрыл магический круг и запустил формулу [Поиск]. Магия улавливала слабое раздражающее присутствие какого-то механизма, но точное место определить не удавалось.

Неужели здесь и правда ничего нет? Да быть такого не может.