Глава 191 — Универмаг «Ласенти» 2

Началось всё полгода назад.

Васко помогал поднимать затонувшее судно у экваториального побережья Южного Меридиеса и прислал оттуда целый корабельный груз ткани под названием «Парус искажения». По всей видимости, во времена Священной империи Хорариум из неё шили паруса. Другого материала, пригодного для изготовления предметов с подпространством внутри, попросту не существовало.

Обычно такие находки попадались лишь у берегов Центрума, а тут ткань обнаружили на другом конце света, да ещё в огромном количестве. Васко, конечно, скупил всё до последнего клочка.

Именно в клочьях и заключалась проблема.

Для подпространственного магического прибора требовался цельный, ни разу не порванный кусок ткани. Сшить обрывки было бесполезно: сколько ни вливай в них магии, нужного свойства они не обретали.

Вот почему самый большой такой предмет — мешочек для монет размером в две ладони.

Присланные Васко лохмотья не годились ни для одного старого лекала. Зато из попыток хоть как-то пустить их в дело родился новый товар: маленький кошелёк, обтянутый яркой набивной тканью.

Кошельком он назывался только из скромности. Внутрь помещались духи, помада и ещё столько всякой мелочи, сколько обычно влезало в две дамские сумочки.

Диона долго ломала голову, как стянуть горловину и не истратить лишний «Парус искажения». Клейо предложил застёжку-кнопку — и неожиданно для самого себя стал владельцем нового патента.

Самолёты уже усиливают двигателями на магокамнях, а до обычной кнопки никто не додумался. Ну и мир.

Впрочем, всё закончилось удачно.

— Мы не собираемся продавать тиару для супруги князя Кратера, усыпанную двенадцатью изумрудами-магокамнями по двадцать четыре карата! — заявила тогда Диона, засучив рукава. — Нам нужен маленький красивый магический прибор, на который сможет накопить даже двадцатиоднолетняя машинистка. Вот что надо делать!

Судя по тому, как быстро раскупили первую партию и как радостно Диона рассказывала о срочном дополнительном заказе, своего она добилась.

После истории в особняке Ламор Клейо закончил лечение и почти поселился в торговой компании Грейер. Он отвлёкся лишь пятнадцатого июля, чтобы отпраздновать с ребятами день рождения Артура, а всё остальное время ходил на работу как по расписанию.

Дел хватало.

Склад компании был забит диковинами, которые Васко годами присылал со всех концов света. Диона долго откладывала разбор, но в конце концов сдалась. Клейо тоже собрался с духом и запустил «Память» — одну из функций «Обещания».

За помощь в восстановлении старых вещей он получил несколько магических приборов, упомянутых в восьмой редакции рукописи. Благодаря окрепшему «Пониманию» Клейо уже считали одним из лучших оценщиков Лундейна.

Правда, его всё ещё не покидало ощущение, будто он слегка жульничает.

Диона умеет считать лучше кого бы то ни было. Раз её устроила сделка, значит, цена примерно честная.

— Даже если мы распродадим всё, прибыли не будет, — весело сказала Диона. — Но план работает, и это чертовски приятно!

— Поздравляю. Вы ведь с самого начала рассчитывали не на быструю прибыль, а на долгую игру.

Даже такая нескладная похвала обрадовала её. Светлые глаза Дионы засияли.

— Молодой господин понимает, чего я добиваюсь?

Продажа дешёвых товаров во временной торговой точке универмага не приносила и четверти того, что давало одно хорошее украшение с магокамнем. Но Диона Грейер ничего не делала просто так.

Старая аристократия теряла влияние, и по всему континенту Дернье становилось всё меньше семей, способных без счёта покупать драгоценности с магокамнями. Рынок дорогих магических приборов тоже сужался. Диона заметила это раньше других и повернулась к новым покупателям.

— Я не большой знаток торговли, — сказал Клейо, — но князья и королевские дома беднеют, зато средний класс растёт, а рабочие получают больше. Значит, спрос на доступную роскошь будет только увеличиваться. Вашему чутью остаётся лишь завидовать.

Диона недоверчиво поджала губы.

Не большой знаток, значит.

Сам Клейо мог думать о себе что угодно. Для неё он оставался человеком, который с невинным лицом выдавал прогнозы ценой в состояние.

Это из-за стигмы «Предвидения»? Он будто и вправду уже видел будущее.

Однако пророки богини никогда не славились умением предсказывать выручку универмагов. Иначе жрицы давно стали бы богатейшими людьми Лундейна.

Диона спрятала серьёзные мысли за шуткой.

— Подумать только! Даже родной дядя не понимает моего великого замысла, а вы поняли. Может, женитесь на мне и войдёте в дом Грейер?

— Вы слишком знатны и совершенны, чтобы заключать неравный брак с таким человеком, как я.

Клейо наконец перестал пугаться её поддёвок, и дразнить его стало куда скучнее. Прискорбная перемена.

— Ах ты посмотри на него! Раньше бледнел, потом краснел, а теперь повзрослел на пару лет и уже выкручивается!

Диона расхохоталась и несколько раз хлопнула его по спине.

Клейо понимал, что так она выражает расположение. Но ладонь у женщины, которая сама объезжала захолустья и ради безопасности всерьёз изучила фехтование, оказалась тяжёлой.

Он осторожно выбрался из-под её руки.

— Может, вернёмся к доступным магическим приборам?..

— Ладно. Вы почти всё угадали. Сейчас мне важна не прибыль, а известность. Я хочу, чтобы о компании Грейер знали не только аристократы и эфирочувствительные. А дядя пишет из-за моря, что я опять устроила себе лишнюю работу.

— Лорд Грейер хорошо поживает?

— Похоже, собирается навсегда остаться в Меридиесе. Там тепло, всё вокруг чудное — ему нравится.

Васко Грейер, судя по всему, без устали переворачивал континент вверх дном. Иногда Клейо получал от него нелепые открытки, которые полгода добирались до Лундейна и несли на себе по четыре незнакомых штемпеля.

С такой наследницей можно спокойно жить в своё удовольствие.

Не будь у Васко надёжного тыла, он вряд ли позволял бы себе подобные выходки.

Диона придирчивее заведующего проверила витрины и остатки товара, после чего довольно объявила, что ответственной за отдел Альмире полагается прибавка. Затем она повела Клейо в чайную на верхнем этаже.

Чайная работала для важных клиентов даже в выходной. Солнечный свет лился через хрустальный потолок и рассыпался на площадках лестницы. Казалось, у каблуков Дионы вспыхивают крошечные искры.

Выглядела она феей, но интересовали её самые земные вещи.

— Кстати, я тоже пожертвовала деньги в фонд пособий для безработных слуг, — сказала она. — Купцы столицы вносят средства один за другим. Я не могла остаться в стороне.

— Для нас большая честь, что вы присоединились.

— Принц и правда провернул большое дело. Я начинаю смотреть на него иначе. Это куда полезнее, чем явиться в сиротский приют на Праздник света с жалкой корзиной подарков.

— И для его имени ход оказался удачным.

— Тоже «Предвидение»? Без знака, дарованного богиней, разве догадаешься, что этот лохматый разбойник способен на такую политику?

— Я знал далеко не всё...

Мир изменился настолько, что и главному герою пора было начать ему соответствовать.

Артур лишь поджёг фитиль. Недовольство обращением со слугами копилось давно. После открытия типлаумового промышленного района фабрикам понадобились рабочие, и молодёжь всё чаще выбирала конвейер, а не службу в чужом доме. Не улучшить условия для лакеев и горничных — значит вскоре остаться без них вовсе.

Будущее уже наступало. Не совсем такое, какое помнил Клейо, но до странности похожее.

Если бы Диона начала расспрашивать, как он предугадал поступок Артура, ответить пришлось бы разве что: «Так было угодно богу». Поэтому Клейо сменил тему.

— А новых хороших книг не появилось?

— Нет. Совсем нет! Миссис Морган увлеклась племянницами и обрекла меня на страдания.

— Скоро каникулы закончатся. Может, зимой она покажет новую работу.

Выяснилось, что лучшая писательница своего времени, автор либретто «Владыки нагорья», была суровой на вид тёткой близняшек Ангелиум.

Я и раньше называл Школу столичной обороны рассадником старых порядков. Но кто бы подумал, что она связана не только со всей политикой, но и со всей культурой страны.

— Значит, до зимы мне придётся тосковать?

— Раз вы так любите читать, попробуйте написать историю, которую сами хотели бы увидеть. Многие писатели начинали с того, что были хорошими читателями.

Диона опиралась на его руку и обмахивалась раскрытым веером.

— Даже не начинайте. Читать я люблю, а писать совершенно не умею.

— Неужели за все школьные годы не попробовали ни разу?

Клейо прищурился и улыбнулся. Диона демонстративно отвернулась, а потом прошептала из-за веера:

— Поклянитесь, что никому не расскажете. Я пробовала. Но текст, зараза, живёт своей жизнью. Думаешь: Вот здесь будет такой конец, — а потом всё идёт совсем не туда, хотя пишешь собственными руками!

— Поразительно. Оказывается, есть хоть что-то, чего вы не умеете.

— Вот поэтому я и не хотела вам говорить!

— Только не бейте. Давайте ограничимся словами.

* * *

Со стороны мужчина и женщина, сидевшие друг напротив друга с лимонадом и ванильным мороженым, выглядели почти влюблёнными.

На деле в их разговоре не было ни капли нежности.

— Компания Грейер откроет стенд в промышленном павильоне Всемирной выставки в Бруннене, — сказала Диона. — В своё время нас щедро поддержала супруга князя Кратера. Теперь её муж умер, она стала правительницей и может сама распоряжаться казной.

Клейо замер с ложкой в руке.

— Насколько я помню, вы продали ей изумруд, который возвращал проклятие отправителю. Смерть князя как-то связана с тем украшением?

Диона подняла глаза. С серебряной ложечкой в руке она казалась хрупкой девушкой, неспособной прихлопнуть муху.

— С чего вы взяли? Это было дамское украшение исключительно для защиты. Строить догадки вам никто не запрещает, но обязательство хранить тайну в нашем договоре взаимное. Вы ведь помните?

Клейо решил не выяснять, что именно произошло с князем Кратера. Для душевного здоровья некоторые вопросы лучше не задавать.

— Я буду на выставке с первого дня, — продолжила Диона. — Понадобятся билеты или помощь — обращайтесь.

— Тогда прошу четыре входных билета. Возможно, они не пригодятся, но лучше подготовиться. Говорят, достать их трудно.

— Билеты оставьте мне. И о ночлеге не беспокойтесь: остановитесь в кёнебургском отделении отеля «Де Нэж».

Сеть «Де Нэж» разрасталась по всему континенту и как раз закончила новое здание в столице Бруннена. По договору, заключённому при аренде земли под отель «Де-Нэж-Эст», Клейо мог бесплатно жить и там.

Деньги тянулись к деньгам.

Сколько бы у тебя ни было, бесплатный номер всё равно радует.

Диона рассказала, что Бруннен готовил выставку много лет. В техническом павильоне собирались показать лучшие достижения страны, а города, связанные со столицей железными дорогами и каналами, наперебой рекламировали свои достопримечательности.

— Пришлю вместе с билетами официальный путеводитель.

— Благодарю, но я уже купил его.

— Тогда вы видели приложение со списком праздников? Там есть мероприятие прямо для вас. В замке Изенс пройдёт День виноградника, и участникам обещают сколько угодно белого вина.

— Я слышал. Если поеду на выставку, непременно загляну.

— В вопросах вина вы всегда удивительно расторопны.

Обсудив дорогу и расписание, они закончили десерт.

— Та кондитерская, где вы купили торт к моему дню рождения, тоже открыла здесь отделение? — спросил Клейо.

— Да. Выйдете из чайной и повернёте направо — «Патиссери Сиэль». Хотите взять торт с собой?

— Лимонный был великолепен. Мы с друзьями собираемся покататься на лодке за городом.

— На лодке?

— Иногда стоит заниматься тем, чем положено заниматься на каникулах.

— Вот это правильно. Лето, прогулка, молодость!