Глава 148 — Три весны 7

Тем временем Исиэль без единой ошибки загнала Липпи к краю плаца. Старшая из близняшек заступила за черту и проиграла.

Всё было исполнено так чисто, что ученики класса мечников, от первогодков до выпускников, следили за боем не моргая.

Клейо тоже тихо похлопал Исиэль. Ему показалось, что она на мгновение посмотрела в сторону аудитории, но уверенности не было.

Дальше, как всегда, настала очередь Исиэль и Артура. Как ни составляй сетку, в финале выпуска 977 всё равно оставались они.

И победит наш принц. Он не только талантливый ублюдок, он ещё и пашет как проклятый.

* * *

После экзаменов вся компания по привычке отправилась в город.

Паб «Королева Кармела» находился в двух трамвайных остановках от школы и давно стал их постоянным местом.

Пожилой хозяин быстро понял, с кем имеет дело, и специально для близняшек начал заказывать крепкий эль из Тристейна. Бочки возили поездом, и вскоре редкий напиток превратился в местную достопримечательность.

Когда каждый осушил по пинте, Клейо достал письмо Мица.

Адрес на скучном казённом конверте был выведен строгим, ровным почерком.

Миц всё ещё жил при герцогской резиденции Тристейн в качестве приглашённого рыцаря. Письмо он отправил в «Вторую лабораторию ректора Зеведея» при Школе столичной обороны. Так официально назывался отдельный корпус, который целиком занял Клейо.

Он машинально провёл пальцами по конверту.

Даже этот нелепо старомодный красивый почерк Артур перенял у Мица. Учитель ему куда больше отец, чем родной папаша.

Клейо незаметно передал письмо Исиэль. Корреспонденцию принимали через лабораторию, чтобы ничего не перехватили.

Снаружи всё выглядело так, будто Миц спрашивал о сложной магической теории или свойствах магокамней. Внутри лежало обычное письмо с новостями и приветом Артуру с Исиэль.

Исиэль вскрыла конверт и стала читать вслух.

Услышав о северных землях, Сел рассмеялась.

— Ваш учитель делал вид, что вот-вот уедет, а теперь, похоже, обосновался там навсегда.

— После того как значительную часть корпуса Тристейн перевели в столицу, в герцогстве стало не хватать рыцарей. Думаю, он не может бросить людей в таком положении.

Тридцать отборных рыцарей под командованием Тэзертона получили базу на западном берегу реки, недалеко от дворца.

Хевронский замок возвёл ещё Авессалом Второй. При королеве Кармеле его закрыли, а теперь впервые за несколько десятилетий отремонтировали и передали корпусу Тристейн.

Старый замок стоял среди густого леса и имел собственный плац. С учётом цен на землю в Лундейне такую территорию мог получить разве что член королевской семьи.

Все понимали это как политический жест: Мельхиор демонстративно возвышал своих рыцарей.

На приёмах Тэзертон по-прежнему молча стоит у наследного принца за спиной, будто герцогского титула не получал. Но одним церемониальным караулом дело явно не ограничится.

В столице корпус Тристейн официально именовался гвардией наследного принца. Всего тридцать человек — а шума подняли на весь город.

Пирс Клаген, командор Рыцарского корпуса столичной обороны, внёс в Королевский консультативный совет предложение подчинить ему новоприбывших. По его мнению, два независимых корпуса столице были не нужны.

Предложение отклонили, даже не вынеся на обсуждение. Тэзертон тоже входил в совет, и Пирс оказался выставлен на посмешище, хотя герцог не сказал ни слова.

Влияние Клагена, привыкшего кичиться командованием крупнейшей силой короля, впервые пошатнулось.

Пирса не любил почти никто, поэтому даже знатные семьи втайне радовались его унижению.

— Учитель ругается как сапожник, зато сердце у него мягкое, — сказал Артур. — Теперь точно не уедет. Хотел спокойно встретить старость, а в итоге забрался туда, где ещё холоднее, чем в виконтстве Кисион. Уже весь седой, как дед.

— Ваше Высочество, следите за речью. Учителю скоро пятьдесят. В таком возрасте седина естественна.

Исиэль нахмурилась. Сел тут же вклинилась, будто пришла Артуру на помощь.

— Верно, Артур. В его годы достаточно не облысеть — и уже победа. Исиэль, читай дальше.

— Этим летом они закончили укреплять северную стену. Сэр Ротан сомневался, но леди Лайса настояла на работах.

— Ого. Эта львиноголовая рыцарша не только шумная, но ещё и в строительстве разбирается.

— Как ты смеешь называть леди Лайсу львиноголовой? По сравнению с тобой, дикарём без тормозов, она в тысячу раз достойнее.

Пока Сел отчитывала Артура, Исиэль дочитала следующую страницу. К их вечным перепалкам она давно привыкла.

— Ещё сэр Труде впервые почти за два года получил длинный отпуск и вернулся из столицы. Там ему пришлось много работать лопатой. Он жалуется, что и в Лундейне не отдыхал, потому что герцог Тристейн заставлял его тренироваться до изнеможения.

Миц писал так, словно прожил в герцогстве не два года, а двадцать. Похоже, его уже считали своим.

Мастер меча восьмого уровня с таким характером не мог просто не появиться в старой рукописи. Значит, Миц — ещё один человек, которого эта версия изменила почти полностью.

Даже Артур говорил теперь иначе.

Герой рукописи, которую Клейо когда-то прочёл, изъяснялся возвышенно и отстранённо, как положено персонажу старого эпоса. Характер у него остался прежним. Изменилась жизнь, которая этот характер сформировала.

И немалая часть перемен наверняка началась в детстве рядом с Мицем.

После смерти матери именно учитель показал Артуру не только как держать меч, но и как ловить птиц и рыбачить.

Письмо выглядело бытовым, однако давало Клейо немало сведений: кто остался в герцогстве, как живут северные земли, куда направляют рыцарей.

Если сложить всё вместе, становилось понятнее, как Мельхиор собирается использовать личную гвардию.

После прибытия в столицу корпус Тристейн никуда не выезжал. Рыцари заперлись в Хевронском замке и, судя по всему, день за днём оттачивали мастерство.

Не будь Тэзертон фанатично предан наследному принцу, к нему невозможно было бы придраться. Он был образцовым рыцарем и справедливым владетелем: верным господину, милосердным к крестьянам, беспристрастным к подчинённым. Жил скромно, не гнался ни за богатством, ни за славой, тренировался больше всех и вёл людей за собой.

Молодого неженатого герцога Тристейна уважали очень многие.

Именно поэтому Клейо не ослаблял бдительности.

Меч не перестаёт быть мечом, пока лежит в ножнах. Кто умеет долго ждать, тот не дрогнет, когда придёт время его вынуть.

После двух пинт компания заторопилась обратно, чтобы успеть до отбоя.

Соглашение о сокращении рабочего дня ещё не приняли, и трамваи продолжали бастовать.

Клейо начал отставать. Липпи подхватила его, сложила почти пополам, закинула на плечо и побежала.

Через несколько кварталов она передала уже позеленевшего Клейо сестре. Летиция протащила его ещё шесть улиц. Возразить он не успел ни разу.

К школе лицо у него из белого стало синеватым.

Он долго и очень вежливо просил больше никогда не хватать людей без разрешения. Потом добрался до комнаты, умылся и только тогда немного пришёл в себя.

Перед сном Клейо налил в маленький бокал гранд-марнье, бросил один кубик льда и поделился с Бегемотом.

Ночи всё ещё стояли холодные. Он включил коврик и рано лёг вместе с котом.

В голове медленно проплывали разрозненные мысли: корпус Тристейн, северные земли, стена, Лайса.

Через Мица Клейо открыто, от собственного имени, отправил Лайсе чугун из магической руды для ремонта укреплений.

Ротан и Лайса в любом случае последуют за своим господином. Но если в решающий миг они хотя бы на секунду замешкаются, этого может хватить.

Своего рода вложение на случай катастрофы.

Р-р-р... Фу-у...

Бегемот повозился, улёгся клубком и захрапел. Клейо уткнулся подбородком в тёплую шерсть и вскоре тоже уснул.

Экзамен закончился. Он был сыт, слегка пьян и устал. Заснул сразу.

Обычный спокойный вечер.

* * *

Под утро его разбудило чувство близкой беды.

Клейо открыл глаза и сразу ощутил мутный, тяжёлый эфир. На полу проступал знакомый узор: кто-то развернул [Звукоизоляция].

Под дверью двигались тени.

Он мгновенно включил «Восприятие».

Обученные солдаты. Не меньше шести пар сапог с подковками. Кавалеристы. При каждом шаге едва слышно покачивались ружья и клинки. Пахло выделанной кожей, кровью и порохом.

Шаги остановились у его двери.

И сразу же...

Хруст! Треск!

Скри-и-ип! Бах!

Дверь вырвали вместе с частью косяка.

За порогом стояли мужчины в тёмно-синей форме без знаков различия. В руках они держали топоры и ломы.

В тесном коридоре отряд двигался без суеты и ни разу не помешал друг другу. Они явно проделывали такое не впервые.

За спинами висели магазинные винтовки, на поясах — револьверы. Солдаты пришли полностью вооружёнными.

Дзинь!

С края стола упал бокал. По полу разлетелись осколки, плеснулась тёплая смесь апельсинового ликёра и растаявшего льда.

Часы показывали три утра.

Бегемот выскочил из-под одеяла, распушил хвост и выгнул спину.

— Ш-ш-ш-ха-а-а! Что вы творите до рассвета?!

Сон слетел с Клейо окончательно.

Он вскочил и первым делом схватил кота на руки.

Для него Бегемот был ближайшим другом. Для чужих — плохо воспитанным домашним зверем. Вооружённые люди, ворвавшиеся среди ночи, вряд ли станут беречь животное, которое мешает приказу.

Клейо быстро перебрал варианты.

Наложенная на комнату формула всего лишь глушила звук. Разбить круг более слабого мага не составляло труда. Можно было открыть собственный круг, применить [Замедление] и уйти через окно.

Но инстинкт подсказывал: дёргаться сейчас нельзя.

Цок. Цок-цок.

В дверном проёме появилась невысокая женщина средних лет. На ней была такая же форма и туфли на низком каблуке. Между рослыми солдатами с пустыми лицами она шла неторопливо, словно заглянула в гости посреди дня.

Женщина протянула срочную повестку и улыбнулась с вежливостью чиновника.

— Маг пятого уровня сэр Клейо Асер, прошу вас проследовать по вызову Бюро внутренней безопасности Альбиона.

— Что случилось в три часа ночи?

— Все подробности указаны в повестке.

Она спокойно подала конверт.

Клейо сидел на краю кровати в задравшейся до колен пижаме и прижимал к груди кота. Её безупречная учтивость в такой обстановке звучала почти как оскорбление.

Впервые за долгое время «Обещание» раскалилось.

«Память» промчалась назад с непривычной скоростью.

Над головой женщины с длинной косой, уложенной венцом, появилось системное сообщение.

[Маг третьего уровня]

Осанка школьной учительницы. Мягкий голос. Взгляд, который всё время скользил мимо собеседника. Причёска, вышедшая из моды поколение назад.

Клейо почти сразу понял, кто перед ним. Давно уже ему не приходилось угадывать чужую личность без представления и имени.

Но на женщину, которая станет уговаривать Мельхиора с материнской заботой, она ни черта не похожа.

Весна Дрисколл.

Ещё один человек, ставший совсем не таким, каким был в прежней рукописи.