Глава 128 — Пирожное Шу
— Алёша тоже так сильно занят…
<Похоже, наследовать титул главы рода, дело далеко не из лёгких.>
— Это уж точно. Но я рада, что в последнее время он хотя бы спит достаточно. Да и с Пафниром они стали ладить гораздо лучше.
Дойдя в своих мыслях до этого момента, Ася вспомнила о Марии, и лицо её на мгновение приняло крайне серьёзный и озадаченный вид.
«Всё ведь будет в порядке, верно?»
<О чём ты так задумалась?> — спросил Пиби, уютно устроившись на плече Аси.
— О невесте Алёши…
<Невесте?>
— Ну, обычно к этому возрасту у Алёши уже должен был появиться человек, который ему нравится.
<Ты про ту маленькую художницу?>
— Мария вообще-то старше меня.
<Но всё же моложе взрослых мастеров.>
— Ну, Мюра, конечно, постарше, но…
Мария, живя в доме Айллау, практически заключила эксклюзивный контракт с баронессой Сарато. Раз в полгода она рисовала новую упаковку и рекламные плакаты для порошка Пиби, причём маленький ангел на этих плакатах с каждым годом становился чуточку старше, а также создавала афиши для товаров, которые баронесса привозила с юга. Кроме того, она время от времени вместе с Мюрой писала портреты и пейзажи, так что работы у неё было по горло.
По слухам, находилось немало мужчин, которые восхищались Марией и пытались ухаживать за ней, но она была настолько поглощена живописью, что не обращала на них ни малейшего внимания, и в конце концов все ухажёры покорно отступились.
<Они оба по уши заняты любимым делом, так с чего бы тебе метаться и переживать между ними?>
— И то… и то верно, да? Но всё-таки…
<Ты ведь уже нарочно устраивала им встречи. И не один раз.>
— Устраивала… это да…
Ася сокрушённо вздохнула. После выставки Мюры, которую она организовала, когда ей было ещё десять лет, Ася несколько раз пыталась создать условия, чтобы Мария и Алексей могли поговорить наедине в неформальной обстановке, но это не вызвало ровным счётом никакого отклика.
Мария была полностью сосредоточена на Асе, видя в ней свою спасительницу и главную музу, а Алексей точно так же дарил всё своё внимание исключительно двоюродной сестре, к которой относился как к родной. Поняв, что её робкие попытки ни к чему не приводят, Ася в конце концов оставила эту затею и перестала сталкивать их вместе.
<Если бы они приглянулись друг другу, то уже давно сами виделись.>
— Виделись?!
<Разве сама не видишь? Откуда у старшего внука главы рода найдётся на это свободное время?>
— Да… и то правда… — вымолвила Ася и устало опустилась в кресло Алексея, но тут её взгляд упал на лежащие на столе документы, и она с любопытством подалась вперёд.
— Неужели Алёше приходится лично разбираться даже с вопросами посадки деревьев вдоль дорог в императорском дворце? Ну конечно, откуда тут не взяться горе работы. К тому же вывалить перед ним такое количество вариантов и просить выбрать один.
Ася пролистала несколько страниц, недовольно ворча, как вдруг её осенила отличная идея, и глаза девочки ярко заблестели. Она решительно взяла перо и принялась увлечённо писать на чистом листе:
«В качестве… придорожных деревьев… на территории… императорского дворца… настоятельно… рекомендую… яблони. Когда на зелёных… ветвях… созревают… плоды… это выглядит… необычайно красиво… а в дальнейшем… из этих плодов… можно варить… джем…»
Записав всё это слово в слово, Ася аккуратно сложила листок и спрятал его между официальными бумагами, сделав вид, будто это рекомендация от какого-то безымянного чиновника.
<И ты думаешь, старший внук главы рода не догадается, кто это написал?>
— Не догадается, ну и ладно, а догадается, тоже хорошо. Это ведь весело.
Ася тихонько и лукаво захихикала.
<И тебе действительно весело от того, что вы обмениваетесь подобными глупостями на бумаге?>
— …
<Не смей, не смей меня игнорировать, ах ты вредная девчонка! Ты… ведь заставляешь доставлять письма, вести дневники и выполнять кучу поручений, а мне самой ни одного письма так написала!>
— …Ты так сильно хотела получить от меня письмо? Мы ведь и так всегда вместе.
<Кто сказал, что я прямо-таки жажду его получить! Я просто хочу… самую малость!>
— Ой-ой. Мой милый, очаровательный Пиби. Хорошо-хорошо. Я обязательно напишу тебе письмо, обещаю!
С этими словами Ася легонько ткнула Пиби пальцем в лоб. Птичка кувыркнулась в воздухе назад, взлетела и обиженно защебетала, однако в её щебете сквозило скорее смущение, нежели настоящая злость.
Людмила пребывала в лёгком замешательстве, когда ей действительно доставили приглашение на чаепитие от имперской внучки Анастасии. Если она и собиралась нанести визит принцессе, то вовсе не из чистых побуждений, а ради встречи с Карно, который с огромной вероятностью мог оказаться рядом с Её Высочеством.
Она прекрасно понимала, что идти во дворец с такими корыстными мыслями не совсем правильно. Однако и достойного повода для отказа у неё не нашлось. Более того, увидев приглашение от Анастасии, её родители пришли в такой неописуемый восторг, что отвергнуть его стало окончательно невозможно.
Супруги Олег, маркиз и маркиза Щедрин, перебравшись в столицу, очень переживали за свою дочь, которая до сих пор нанесла визит лишь в дом маркизы Татарич и совершенно не обзавелась подругами среди сверстников.
«Ну да, ведь пригласила меня сама Её Высочество Анастасия!» — мысленно успокаивала себя Людмила, подыскивая оправдание. В конце концов, не могла же принцесса позвать её исключительно ради того, чтобы просто попить чаю?
— Ой. Я ведь специально указала в письме, чтобы вы оделись как можно удобнее…
Время, на которое принцесса назначила встречу, было неприлично ранним для обычного светского чаепития. Изнеженные аристократы в такие часы, как правило, ещё сладко спали в своих постелях.
— Это и есть удобная одежда. Благодарю за ваше беспокойство, — ответила Людмила.
В приглашении было написано, что во дворце есть прекрасная розариум-оранжерея, за которой бережно ухаживают, и Ася предлагала вместе полюбоваться цветами и отведать розового джема, предварительно облачившись в нечто простое.
Людмила с радостью последовала совету. Поскольку речь шла о розах, она выбрала платье глубокого тёмно-зелёного оттенка, чтобы цвета гармонично сочетались, и надела туфли на мягкой, удобной подошве, в которых можно было без труда гулять по саду.
— …Ваше Высочество…
Однако сама принцесса, пригласившая её, была одета в одежду, которую можно было назвать по-настоящему домашней. На ней были свободные брюки из льняной ткани, определённо присланной их домом, и простая рубашка. Хотя вещи были сшиты точно по фигуре Анастасии и сидели на ней весьма изящно, они вовсе не выглядели новыми. Было видно, что принцесса надевала их уже не раз.
— О, вы узнали? Это сшито как раз из той ткани, что вы мне прислали, леди Людмила.
— …Это прислала не лично я, а моя семья. Я… не думала, что вы пустите её на такое дело, но…
Честно говоря, Людмила была слегка ошарашена. Наш дом действительно отправил ткань во дворец, но она была уверена, что её подношение поднимут на смех, посчитав обычную льняную рогожку слишком грубой и дешёвой для императорских особ.
— Но ведь она такая красивая и удобная! К тому же в ней совсем не жарко!
Анастасия лучезарно улыбнулась, но тут же с сомнением посмотрела на гостью снизу вверх.
— М-м. Может, вы хотите переодеться? Во что-нибудь более удобное. Мои вещи, конечно, будут вам слегка коротковаты, но…
Людмила в ужасе замахала руками и покачала головой. Переодеваться в чужую одежду во дворце имперской принцессы, которую она видела всего второй раз в жизни, было выше её понимания.
— Нет-нет! Мне действительно очень удобно в этом платье. Вам совершенно не о чем беспокоиться.
— Нам предстоит срезать очень много роз. Вы точно справитесь?
— Простите?
— Если устанете, обязательно скажите мне. Я сразу отправлю вас отдыхать.
— Простите?
— Нужно говорить: «Хорошо, Ваше Высочество», леди Людмила.
— …Что?
Имперская внучка Анастасия продолжала говорить вещи, которые при всём желании нельзя было принять за обычную шутку. А затем, совершенно позабыв о правилах приличия и этикете, она вдруг крепко схватила Людмилу за руку и потащила за собой.
Людмила в растерянности огляделась по сторонам, но служанки лишь ласково и одобрительно улыбались, и никто даже не подумал вмешаться.
«Что… что происходит? Что это вообще такое?!»
Ей безумно хотелось закричать и спросить, позволительно ли вообще так себя вести, но из-за того, что её фактически тащили за собой, она со страху прикусила язык и не смогла вымолвить ни слова. Вскоре Людмила лично убедилась, что слова принцессы о необходимости не просто смотреть на розы, а срезать их, не были шуткой.
Маленькая стеклянная оранжерея Аси, искрящаяся в лучах солнца, выглядела неописуемо красиво, однако цветущие внутри розы казались какими-то дикими и неприхотливыми на вид.
И в этой оранжерее обосновались две юные леди. Поскольку тепличка была совсем небольшой, Ася отослала даже своих служанок, резонно рассудив, что толпа людей будет лишь создавать излишнюю суету. Так что внутри остались только они с Людмилой.
— Вот так, а потом вот так. Ну же.
Ася мягко обхватила ладонь Людмилы своими руками, направляя садовые ножницы то в одну, то в другую сторону. Хотя ручки Аси были намного меньше, из-за чего казалось, будто она просто накрыла своими ладошками пальцы Людмилы.
Людмила, судя по всему, в жизни не держала в руках подобные инструменты, однако из-за упрямой гордости никак не могла признаться в своей беспомощности. Плотно сжав губы, она изо всех сил старалась правильно орудовать секатором так, как её учила Ася, и аккуратно срезала цветок за цветком.
— И для чего вам нужно такое огромное количество роз, Ваше Высочество?
Несмотря на скромные размеры оранжереи, когда они очистили почти половину кустов, перед ними выросла внушительная гора бутонов. Время близилось к полудню, и на лбу у девушек начали выступать капельки пота.
Пока Людмила втайне раскаивалась, что отказалась от предложения Аси переодеться, принцесса покрутила плечами, вытерла пот возле уха и с наслаждением потянулась:
— Теперь мы пойдём варить джем.
— Варить… джем? Вы имеете в виду, сами? Из роз? Неужели то угощение, о котором вы говорили в письме…
— Ну да, розовый джем. Идём скорее на кухню!
Ася сияла от радости и снова потянула Людмилу за руку, но на этот раз гостья упрямо осталась стоять на месте.
— Ва… Ваше Высочество, я знаю, что это прозвучит дерзко, но я обязана высказаться.
— М-м? Да, я слушаю.
— Прежде всего, у каждого дворянина есть свой долг. И у вас, как у особы куда более благородного и высокого происхождения, этот долг несоизмеримо важнее.
— И к чему вы клоните?
В этот момент Людмила окончательно утвердилась в мысли, что принцесса попросту издевается над ней. Разве нормальный человек станет звать гостью к такой несусветной рани, заставлять выполнять работу обычного садовника, а теперь ещё и тащить на кухню варить варенье?! От этих мыслей внутри у неё всё закипело от негодования.
— Посещение кухни… как мне кажется, совершенно не подобает статусу имперской принцессы.
— Да бросьте, всё в порядке.
— Ваше Высочество, возможно, люди, работающие на кухне, кажутся вам незначительными, но у них тоже есть своё ремесло и своя гордость. Наше появление там лишь создаст для них лишние неудобства и помехи…
— Но ведь это моя личная кухня, так что всё в порядке.
— И всё же, люди, которые там трудятся…
— Ах! Так вы просто неправильно меня поняли? Это действительно моя собственная кухня. Только моя, предназначенная исключительно для меня. Дедуш… Его Величество лично приказал построить её для меня. Так что там никого нет!
— …Что?
Ася говорила это, чувствуя в глубине души лёгкое смущение. И было от чего: эта кухня изначально была спроектирована точно под рост десятилетней Аси, а потому по своей природе была обречена перестраиваться заново едва ли не каждый год.
Обладать столь необычной и роскошной кухней во всей империи могла, пожалуй, только она одна. Император, считая это само собой разумеющимся, раз за разом обновлял кухонные столешницы и раковины, отчего кухня до сих пор сверкала первозданной чистотой.
— И… и всё же, Ваше Высочество, если мои слова покажутся вам оскорбительными, вы вольны ударить меня по щеке. Но я должна это сказать.
Людмила упрямо вскинула голову. Она не собиралась так просто и безвольно сдаваться.
— Высокородной принцессе негоже опускаться до кухонной работы, это подаёт дурной пример остальным. Пожалуйста, пока не поздно…
— Ах, ну раз так, тогда я просто прикажу вам!
Ася лучезарно улыбнулась, рывком подняла одну из плетёных корзин, доверху наполненную ароматными розами, и бесцеремонно вручила её Людмиле, после чего сама подхватила вторую. Людмила, ошарашенно прижав к себе корзину, широко раскрыла глаза.
— …Что?
— Я, Анастасия, твоя высокородная принцесса, приказываю тебе. Бери эту корзину, и мы немедленно отправляемся на кухню варить наш розовый джем.
И в тот самый миг, когда Ася кивком указала в сторону выхода, двери оранжереи сами собой распахнулись.
— Ой? Неужели я теперь ещё и магией овладела?
— …
— Эх. Оказывается, это всего лишь Карно.
— Что за… глупости вы говорите, Ваше Высочество.
Человеком, открывшим дверь оранжереи, оказался Карно. Он так сильно вытянулся в росте, что ему пришлось заметно пригнуться, чтобы переступить через порог.
— Помнится, я услышал, что вы тут раздаёте какие-то приказы. Кто-то посмел ослушаться слов Вашего Высочества?