Глава 114 — Тыквенный тарт

— Наша принцесса, говорят, уже и тыквенный тарт испекла. Не хотите ли тоже отведать?

Это был принц Юрий. Он стоял, и его светлые золотистые волосы мягко спадали на глаза. Ивен, посчитав, что ему ни в коем случае не подобает находиться в таком обществе, попытался было как-то ускользнуть, но Карно ловко перехватил его за шкирку и подтолкнул вперёд.

— Вспомни, что я тебе только что говорил.

— …

Наблюдавший за этой сценой Юрий добродушно усмехнулся и ласково подтолкнул Ивена в спину по направлению к дому.

— Запах тарта просто восхитительный, так что будет здорово, если мы поедим все вместе. Ну же, иди…

Пока Ивен, всё ещё немного колеблясь, наконец послушно зашагал к особняку, Юрий развернулся и устремил взгляд на Карно.

— Вице-командующий, не уделите ли мне немного времени для разговора?

— Знаете, если посмотреть на вас вот так вблизи, то вы, вице-командующий, не очень-то и похожи на своего отца.

— Вот как.

— Вы больше пошли в бабушку? Ах, простите мне мою бестактность. Просто с вашим отцом у нас были, мягко говоря, не самые близкие отношения.

— У меня с ним, впрочем, тоже.

Юрий на мгновение замер от такого ответа, а затем горько и коротко рассмеялся.

— Как бы то ни было, о вашей воинской доблести и славе доносились самые громкие слухи даже до нашей глуши, но я и подумать не мог, что мы встретимся вот так.

— Пожалуйста, обращайтесь ко мне проще. Можно просто по имени.

В ответ на вежливые слова Карно Юрий лишь слегка потёр лоб кончиком указательного пальца.

— Но ведь вы всё-таки вице-командующий имперской армией, как я могу себе такое позволить?

— Но вы ведь отец Её Высочества Анастасии.

— Хм. Что ж, тогда, пожалуй, буду говорить без лишних церемоний.

Юрий мягко улыбнулся. Он прекрасно понял, что Карно делает это вовсе не из-за того, что Юрий является принцем, а именно потому, что он отец Анастасии.

— К слову, раз уж представился случай, давай сразу проясним один момент. Что бы ни случилось, я ни за что не вернусь в столицу. Если я и сделаю это, то разве что после того, как Алексей взойдёт на престол. Я даже на похороны батюшки являться не планирую, ха-ха.

«Этот безумный старик, чего доброго, вообще жить будет вечно», — пробормотал про себя Юрий, после чего продолжил:

— У меня нет возможности как-то доказать правдивость своей клятвы, но, надеюсь, этого ответа достаточно?

— …Я приехал сюда вовсе не за тем, чтобы требовать от вас подобных заверений. Наследный внук Алексей тоже никогда бы этого не пожелал. Я здесь лишь потому, что Её Высочеству не хватало людей для сопровождения в дороге, так что не стоит говорить о таком.

— Удивительно, но твои слова звучат на редкость искренне.

Карно искоса взглянул на принца Юрия. На нём была поношенная одежда, в которой едва ли можно было признать особу королевской крови, а на лице блуждало кроткое выражение, но, вопреки всему этому, в Юрии отчётливо сквозило врождённое благородство и скрытая, могучая сила.

«Так вот почему он смог пойти наперекор самому Императору и покинуть дворец?»

В каком-то смысле теперь Карно стало гораздо понятнее, чьей именно дочерью является Ася. Однако оставалось ещё кое-что, что не давало юноше покоя.

— И всё же, даже если это чистая правда, кое-что мне кажется немного странным. Чтобы целый вице-командующий проделал столь долгий путь лишь ради того, чтобы просто сопроводить нашу маленькую принцессу…

— Наследный внук Алексей очень сильно печётся об Анастасии.

Карно постарался, чтобы его голос прозвучал как можно более сухо и бесстрастно, но проницательный синий взгляд Юрия даже не дрогнул.

— Я и от брата Максима слышал, что Ася и наследный внук прекрасно ладят между собой. Что ж, похоже, это и впрямь так.

— Именно…

— Но, насколько я вижу, вы с нашей принцессой тоже, кажется, неплохо ладите.

— Как бы я посмел проявить непочтительность к Её Высочеству?

— Аха-ха-ха! Ну да, действительно. Разве ты мог сказать отцу Аси, что вы с ней не ладите?

Юрий повёл себя так, будто прекрасно понимал: в глубине души Карно наверняка сильно недолюбливает Асю или относится к ней настороженно, а все эти вежливые речи, не более чем дань приличиям перед её родителем. В груди у Карно от этого сделалось как-то приторно и тяжело, но добавлять что-либо ещё он не стал.

— Как бы то ни было, ты проделал этот огромный путь ради нашей Аси, и я никогда не забуду твоей доброты. Ха-ха, хоть мы и живём в этой глуши, собирая жёлуди, и у меня нет возможности отплатить тебе за эту услугу.

— Я вызвался сопровождать Её Высочество по собственному желанию, так что вам нет нужды говорить подобные вещи.

При этих словах в глазах Юрия на мгновение блеснул острый огонёк, который, впрочем, тут же угас, сменившись прежним спокойствием.

— Кстати говоря, пока вы были в пути, вы случайно не видели где-нибудь в округе белых одуванчиков?

Услышав упоминание о весенних цветах в пору поздней осени, когда с деревьев уже облетели последние листья и земля вот-вот должна была покрыться первыми заморозками, Карно удивлённо моргнул. Заметив это, Юрий с явным разочарованием покачал головой:

— Мы договаривались, что к церемонии заключения контракта с духом я сплету для дочки венок из белых одуванчиков. Но этот чёртов старик… кхм, то есть Его Величество, без спросу увёз ребёнка во дворец, и я так и не успел этого сделать.

— …

— Когда наступит следующая весна и ты увидишь белые одуванчики, не мог бы ты сорвать хотя бы один цветок для принцессы… для Аси?

— Я сделаю это.

Карно мысленно понадеялся, что его ответ не прозвучал слишком поспешно. Юрий посмотрел на него и мягко улыбнулся. Карно молча провожал взглядом спину шагающего чуть впереди принца. Похоже, ни Юрия, ни Ирину нисколько не тревожило то, какой именно силой духов обладал юноша.

— М-м? Что такое?

— …Вам совсем не страшно, что я могу как-то навредить Асе?

Услышав это, Юрий от неожиданности широко округлил глаза.

— С чего бы это… Ах, из-за твоего духа? Ты ведь говорил, что это Дух Смерти.

— …

— Но ведь в столице все люди до сих пор живы-здоровы.

— ?..

— Если бы ты убивал каждого, кто тебе не по нраву, население столицы уже сократилось бы наполовину. Разве я не прав?

Юрий, по-видимому, счёл свою шутку весьма удачной и весело рассмеялся, после чего лишь добавил напоследок: «Знаешь, когда у тебя у самого появляются дети, ты начинаешь безошибочно чувствовать, кто несёт им добро, а кто зло».

Испечённая с использованием холодного сливочного масла и крупного сахара основа для тарта получилась невероятно хрустящей и сладкой. Гладкая поверхность начинки, имевшая насыщенный, почти оранжевый оттенок, аппетитно поблёскивала. Края десерта, украшенные нежно-зелёными фисташками, приковывали к себе взгляд, тарт выглядел просто великолепно.

Для его приготовления протёртая через сито варёная тыква уваривалась с добавлением мёда и сахара, после чего туда медленно вмешивались яйца и густые сливки. Готовый десерт, только что вынутый из печи, сам по себе источал упоительный, сладкий и лакомый аромат осени.

Поскольку людей собралось прилично, Ася приготовила целых три пирога. Первым делом она принялась аккуратно разрезать пополам тот тарт, что находился ближе всего к ней. И в тот же миг взору открылась нежная, золотисто-жёлтая сердцевина цвета цветущей форзиции.

— Правда ведь выглядит очень вкусно? — Ася гордо упёрла руки в бока и с сияющим лицом окинула всех присутствующих взглядом.

Первую порцию тыквенного тарта с добавлением корицы и сливок она раздала Юрию, Ирине, Рис и Карно.

— Ивену достанется вот этот кусочек, здесь есть корица, но совсем нет сливок. А мне, вот этот, тут нет корицы, зато много сливок.

Ася отрезала по кусочку и для остальных рыцарей, а в самом конце опустила тарелку перед арфистом Артеном, задорно подмигнув ему.

Тыква, за лето и осень впитавшая в себя каждый лучик щедрого солнца, в сочетании с мёдом и сахаром превратилась в плотную, нежную начинку. Этот тарт словно сочетал в себе всю концентрированную сладость ушедшей осени.

— Ох… Да ладно? Не может быть… Неужели… — Юрий, который с благостной улыбкой отправил в рот первую ложку десерта, поспешно сглотнул и с нескрываемым изумлением захлопал глазами, оглядываясь по сторонам.

— Ася? Неужели наша принцесса приготовила это сама? Сама-пресама?

— Ну конечно!

Рыцари, которым уже доводилось пробовать выпечку принцессы во дворце, тоже с широко распахнутыми глазами принялись уплетать десерт за обе щёки.

Пока Юрий и Ирина наперебой рассыпались в комплиментах, восхваляя кулинарный талант своей единственной дочери, Ася внимательно проследила за тем, чтобы Ивен аккуратно, ложечка за ложечкой, съел свою порцию, и пододвинула ему напиток. После этого она, прихватив свою тарелку, незаметно подкралась к Карно.

— И о чём это вы шептались с моим папой?

— Ни о чём особенном.

— Да ну? Похоже, в жизни Аси и дальше не будет происходить ничего такого, о чём стоило бы рассказывать другим.

Услышав, как девочка снова заговорила о себе в третьем лице, Карно, собиравшийся поднести вилку ко рту, на секунду замер и тихо вздохнул.

— …Он поинтересовался, зачем я приехал, и я просто ответил ему.

— Ага-а. И что же ты сказал?

Заметив, что Ася прищурила глаза и явно собирается подразнить его, Карно поспешил сыграть на опережение:

— Я сказал, что прибыл исключительно ради того, чтобы оберегать и помогать Её Высочеству Анастасии.

— Хмы-ы-м.

Ася сощурилась ещё сильнее, пристально вглядываясь в лицо юноши. Карно недовольно нахмурился.

— И чем же вы снова недовольны, Ваше Высочество?

— Ну раз уж ты всё равно так говоришь, мог бы хотя бы сделать вид, что мы с тобой по-настоящему близки.

— Сделать вид, что близки?

— Мои мама и папа очень сильно переживали из-за того, что у меня совсем нет друзей. Если я сделаю вид, что по возвращении в столицу у меня появился друг, они будут волноваться гораздо меньше.

— …

— Да и вообще, к чему эти притворства? Разве мы с вами не связаны узами самой искренней и чистой дружбы, господин Карно? Мы ведь даже дневник по очереди ведём.

— …Хорошо.

Ася без труда заметила, что, несмотря на напускную неохоту в голосе, Карно сейчас пребывал в весьма благодушном настроении.

«А я-то думала, что он любит только всё кисленькое да сладенькое. Оказывается, такие сытные и плотные сладости ему тоже по вкусу?»

Значит, в следующий раз стоит испечь для него сконы с кукурузой и сыром.

— Не смотрите на меня с таким выражением лица, Ваше Высочество.

— И с каким же это выражением я на вас смотрю, Карно?

— С таким гордым и довольным видом, будто смотрите на кошку, которая сама к вам пришла.

— Ну, мне кажется… Карно больше похож не на кошку, а на лису.

— Лисы вообще-то относятся к семейству псовых.

— Вот именно. Я об этом и говорю.

— Вы хотите сказать, что я пёс?

— Если брать обобщённую классификацию, то да. Но если говорить точнее… то ты скорее как маленький лисёнок?

— …Лисёнок?

— Ну, Карно ведь ещё подросток. М-м, хотя ладно, для совсем маленького лисёнка ты уже великоват, так что пускай будет лиса-подросток.

— …Если я лиса, то кто тогда ты?

— Ну а я тигр.

— Какая нелепость. Значит, я всего лишь лиса-подросток, а ты целый тигр?

— Кхм-кхм!

— Тоже мне, тигр находится. Ты скорее переспелый, размякший персик.

— Ах! Ну надо же! Карно, неужели ты теперь научился разговаривать с духами?

Юноша лишь фыркнул в ответ на возмущённый взгляд Аси.

— Похоже, именно так духи тебя и зовут? Что ж, они правы, вы с этим описанием просто одно лицо.

— Ой, ну если тебе так уж хочется меня так называть, мог бы сказать как-нибудь посимпатичнее. Ну, например, «мягкий персик» или «нежный персик». Нашёл тоже слово, «размякший».

— Хм. Тогда, может, круглый нут?

— Терпеть тебя не могу, Карно!

— Или, может, турецкий горох?

— Всё, не ешь больше! Не смей есть мой тарт! Ни кусочка в рот не клади! А ну отдай сюда тарелку!

— Что упало, то пропало. Раз уж дала, я съем его до конца.

Карно молниеносным движением спрятал тарелку за спину. Ася обиженно топнула ножкой, но отобрать десерт ей так и не удалось.

Ирина с теплотой в душе наблюдала за тем, как её дочь то и дело обращается к мальчику-оруженосцу Ивену, предлагая ему попробовать то одно, то другое блюдо или указывая на жука-рогача за окном, в то время как Карно молча стоял на шаг позади и с мягкой улыбкой следил за ними.

Последнюю неделю они провели в этом особняке, празднуя дни рождения Ирины и Юрия, разделяя друг с другом вкуснейшие угощения и собираясь по вечерам у разведённого во дворе костра. Темы для разговоров менялись одна за другой, но эта идиллическая картина оставалась неизменной.

Щёчки её девочки заметно округлились и порозовели, а сама она, одетая в чудесное, идеально сидящее по фигуре платье, не переставая смеялась. И этот девичий смех разносился по дому, словно перезвон множества маленьких хрустальных колокольчиков.