Глава 545 — Вот это — новая лаборатория

Техники приступили к последней проверке и настройке погружных кабин. Хетти, чуть нервничая, стояла возле отведённой ей кабины и негромко проговорила:

— Вот уж не думала… что однажды войду в мир, сотворённый Спящими…

— Это виртуальный мир, — поправил Гавейн, заметив волнение внучки. — Что, не по себе?

— Немного. Но больше — смешанное чувство, — перед прародителем Хетти не считала нужным скрывать и сказала прямо. — Я знаю, что техника сама по себе не бывает доброй или злой. Но ментальная сеть Спящих — это не просто «техника». Вы говорили, она — проекция и слияние духовных миров бессчётных Спящих. И теперь отправиться туда… как-то странно всё это.

Гавейн улыбнулся и кивнул:

— Понимаю твои ощущения. Но не тревожься, это временно. Наша технология нейроинтерфейса только-только зародилась, у нас пока нет возможности построить собственную ментальную сеть, так что приходится временно «одалживаться» у готовой сети Спящих. Когда технология созреет, мы, разумеется, создадим свою виртуальную среду. Столь важной технологии, конечно, нельзя вечно зависеть от других.

Лицо Хетти чуть просветлело. Гавейн же повернулся к Камаэлю, парившему у другой погружной кабины:

— Ну как? Сможешь подключиться?

Вокруг Камаэля пульсировало сияние тайной энергии. Под его точным контролем пляшущие молнии одна за другой проходили по нейроконтактам внутри кабины, и из основания кабины доносился ровный гул.

— Должно получиться… — с оттенком радости ответил Камаэль. — Хотя у меня больше нет нервной системы, теперь у меня тело магии. Считывая напрямую магические флуктуации в нейроконтактах, я смогу войти в сеть так же, как вы.

— Поразительно… — Гавейн оглядел нечеловеческое тело Камаэля. — Мана… её тайны всё больше захватывают дух.

— Однажды мы раскроем их, — чуть склонился в поклоне Камаэль.

От пультов донёсся доклад техников:

— Частотная калибровка сети завершена! / — Карлибровка нервного волокна завершена. / — Все погружные кабины готовы к использованию, господин.

Питтман глубоко вздохнул и двинулся к своей кабине:

— Ну что ж, приступим.

Каждый, кому предстояло подключиться к сети, подошёл к назначенной кабине и один за другим лёг внутрь. Камаэль же парил рядом со своим устройством, напрямую соединяясь с контактами кабины тайной дугой. Гавейн как единственный, кому не требовалось внешнее устройство для подключения к ментальной сети, не стал заводить себе кабину — главным образом потому, что испытывал лёгкую фобию перед этими длинными контейнерами, куда можно лечь, да ещё и с крышкой. Он просто сел на обычный стул рядом с платформой и обратился к тем, кто уже приготовился:

— Я войду в сеть первым. Вы подключайтесь через минуту. В этот раз минуем плоскость сознания и прямиком попадём в виртуальное пространство. Если обнаружите, что оказались не в том месте, или увидите разрозненные, рваные образы, — не колеблясь, немедленно разрывайте связь. Понятно?

— Понятно!

— Хорошо, — кивнул Гавейн и обратился к воздуху рядом: — Охраняй. Если что — буди.

Из пустоты послышался голос Эмбер:

— Ладно-ладно. Но уговор: в следующий раз берёшь меня в эту вашу ментальную сеть посмотреть!

Всем известно: если воздух подле Гавейна долго не тревожить, в нём заводится Эмбер.

Гавейн слегка прикрыл глаза. С досконально знакомым, почти привычным лёгким головокружением свет и тени перед ним стремительно сдвинулись, сменились и перестроились.

Мгновение — и он уже стоял в том участке виртуального пространства, что «похитил» из ментальной сети Спящих.

Во все стороны простиралась бескрайняя гладь спокойной воды, по которой плыли бесчисленные, стройно расставленные гигантские платформы из сплава. По безбрежному сапфировому небу, как и всегда, плыли, сменяя друг друга, сложные символы, формулы, руны, чертежи механизмов. В самом центре этого необъятного пространства находилась «базовая точка», заданная Гавейном.

На небольшой платформе были приготовлены круглый стол, стулья и угощение. Старый маг Даниэль с почтительным видом стоял у стола. Завидев Гавейна, он тотчас шагнул вперёд и низко склонился:

— Приветствую вас, Владыка мой.

Гавейн взмахом руки велел Даниэлю распрямиться:

— У тебя всё спокойно?

— Я специально отвёл время для отдыха. В ближайшие полдня меня никто не потревожит.

— Отлично. Они сейчас будут.

После недолгого ожидания Гавейн почувствовал, как к этому виртуальному пространству устремились несколько сигналов подключения.

Это пространство он выкроил на нижнем уровне ментальной сети Спящих. Для обеспечения скрытности и безопасности всё оно было покрыто множеством слоёв маскировки данных и шифрования. Лишь тот, кто знал особую частоту ментальной сети, мог обнаружить правильный адрес пространства, а для подключения по этому адресу требовалось ещё и личное разрешение Гавейна.

Удостоверившись в подлинности каждого сигнала, Гавейн открыл права доступа. В следующий миг вместе с лучами света, ниспадающими с небес, и вихрями обновляющихся рун на небольшой платформе одна за другой стали возникать фигуры.

Хетти и остальные покачнулись от головокружения и чувства невесомости, а затем разглядели всё, что было перед ними.

Почти каждый изумлённо раскрыл глаза, а Ребекка и вовсе не сдержала изумлённого вскрика:

— Ух ты!!

— Это… непостижимо… — потрясённо проговорила Хетти, озирая бескрайний мир из воды и неба, стройные ряды платформ из сплава, формулы и чертежи в небесах. Всё это, невиданное в реальности, сейчас стояло перед глазами столь явственно, столь отчётливо, что даже зная заранее о виртуальной природе всего сущего, она невольно усомнилась — уж не пронзила ли она и впрямь время и пространство и не вступила ли в новый мир, параллельный настоящему.

В этот миг она наконец постигла смысл слов прародителя о «виртуальной реальности».

Самым невозмутимым здесь был, пожалуй, Питтман. При прошлом тесте он уже побывал на «плоскости сознания» Спящих и видел часть Города Грёз, так что оказался морально готов к тому, сколь величественное зрелище может открыться в виртуальном мире. Глядя вокруг, он лишь немного вздохнул:

— Вот уж не думал, что вы успели выстроить такое обширное пространство.

Мужчина средних лет — с самой заурядной внешностью, заурядным телосложением, заурядной одеждой и даже заурядными причёской и голосом — чуть кивнул, оценивая:

— Выглядит очень пусто.

Гавейн улыбнулся:

— В конце концов, это место для опытов, а не для жилья… Погоди, а ты кто?

Хетти и остальные ошарашенно уставились на незнакомца, стоявшего среди них. Первой догадалась Дженни:

— Ты… Камаэль?

— Это я, — Камаэль опустил взгляд на своё тело, затем поднял голову и развёл руками. — Вообще-то я хотел восстановить свой прежний облик, но… забыл, как выглядел.

Он покачал головой, словно пытаясь изобразить ироничную усмешку, но забыл и то, как делать выражение лица. Поэтому просто взмахнул рукой — облик заурядного мужчины исчез, и во вспышке энергетических искр явилось сплетённое из рунных броневых полос тело тайной энергии, каким оно было всегда:

— Останусь-ка я в этом теле. Хоть какая-то привычка.

— Это поправимо, — проговорил Гавейн, глядя на два огонька тайной энергии на месте головы Камаэля. — Ты можешь постепенно привыкать, можешь постепенно вспоминать. При верном применении ментальная сеть благотворна для памяти и духовной силы. Может статься, она поможет и тебе.

— Хотелось бы, — прогудел Камаэль и обернулся к всё ещё стоявшему в стороне Даниэлю, чуть кивнув в приветствие: — Итак, это и есть второй ваш человек — Даниэль?

— Да, Даниэль. Он находится в Тифоне, неимплантируемое нервное волокно — это его достижение, — кивнул Гавейн, а затем поднял руку и начал по очереди представлять собравшихся: — Это Камаэль, легендарный магистр тайных искусств древней Империи Гондор, специалист по классической магии и современной маготехнике. Хетти, моя кровная наследница, управляющая внутренними делами Сесила. Ребекка…

Гавейн представлял одного за другим. Хетти и остальные, впервые встретившись с Даниэлем, с ноткой отчуждения обменивались приветствиями. Для обеих сторон это был необычный опыт. Для Хетти и прочих — первый в жизни случай установить связь и сотрудничество в виртуальной сети (или… «завести друга по переписке»?). Для Даниэля это означало, что он наконец встретился с «главными посланниками» Скитающегося за гранью, наконец вошёл в центральный круг сил, созданных этим неописуемым «богом» из иного предела, и наконец удостоился… подлинного доверия Скитающегося за гранью.

Когда Гавейн дошёл до Дженни, Даниэль невольно выказал удивление. Глядя на юную девушку с белыми волосами, он с изумлением произнёс:

— Вы и есть госпожа Дженни?

Подобное обращение от старого мага, который годился ей в деды, заставило Дженни сконфуженно замахать руками:

— Вы… вы можете звать меня просто Дженни.

— Ах, да… — Даниэль заморгал. — Я немного взволнован. Рунная логика произвела на меня глубочайшее впечатление, она почти перевернула моё понимание рун и магических формаций.

Видя лёгкое смущение Дженни, Гавейн кашлянул:

— Кхм. Итак, вы уже познакомились. Давайте присядем.

Даниэль поспешно взял себя в руки и вместе со всеми уселся за круглый стол. По сравнению с тем столом, что стоял здесь, когда в этом пространстве были только он и Гавейн, новый стол был куда больше, и мест вокруг тоже прибавилось. Одно тёмно-алое кресло с высокой спинкой, без всяких помет, было местом Гавейна. Над каждым из остальных кресел парило имя. Очевидно, это устроил сам Гавейн.

Даниэль подумал, что этот «Круглый стол», возможно, отражает склонность Скитающегося за гранью: Ему нравится быть рядом с последователями, обмениваться мыслями в беседе, а места за круглым столом в той или иной степени обозначают степень близости последователей к Нему.

На деле же Гавейн рассадил всех в том порядке, в каком они сидели за домашним обедом: Хетти — ближе всех, Ребекка — вторая, а кто ещё придёт на угощение — дальше…

Когда все сели, Гавейн без околичностей начал:

— Каждый, кто способен прийти сюда, пользуется моим доверием. Вы друг другу — товарищи для общей работы и взаимной опоры. Здесь, за исключением личных дел и особо секретной информации, определённой мной, всё должно подчиняться принципу открытости и обмена. Итак, прежде всего нам нужно уяснить суть этого пространства. Моё определение ему — лаборатория.

Экспериментальное пространство, возведённое на основе виртуальной реальности.

Место, способное в макромасштабе воссоздать более девяноста девяти процентов законов реального мира.

Лаборатория, способная проверять всевозможные технические концепции, мгновенно выстраивать экспериментальную среду, проводить испытания почти с нулевой стоимостью и бесконечное число раз.

Место, от которого любой технический исследователь пришёл бы в неистовый восторг!

Пока Гавейн один за другим разъяснял суть и функции этого экспериментального пространства, на ближайших платформах сплава уже началась демонстрация:

Из ничего возникали громадные детали. Сложнейшие маготехнические пушки и магические двигатели почти в мгновение ока были собраны. Они запускались, проходили испытания в самых предельных условиях. Пушки стреляли, двигатели ревели, шестерни и рычаги крутились без остановки. Всё было как в реальном мире… нет, лучше, чем в реальном!

Ребекка расширенными глазами смотрела, как на одной из платформ большой двигатель во время работы потерпел аварию, и в тот же миг всё на платформе застыло. Отказавший двигатель увеличился, часть его конструкции стала прозрачной, и сместившиеся, сломавшиеся детали в этом «замороженном» состоянии ясно предстали перед всеми: каждая точка разлома, каждый разлетевшийся осколок были видны отчётливейше.

Демонстрация завершилась. Гавейн откинулся на спинку кресла:

— Действие его таково, каким вы его увидели.

Ребекка глубоко вздохнула. Эта всегда беззаботная, жизнерадостная и чугуноголовая девушка в этот миг ощутила величайшее потрясение.

Она взглянула на Камаэля. Хотя она не могла прочесть его лицо, она не сомневалась — тот пребывает в таком же шоке.

— Семьсот лет… — тихо вымолвил древний магистр. — Оказывается, не все технологии деградировали.

— Мы можем испытывать здесь магопоезд!! — возбуждённо воскликнула Ребекка, обращаясь к Камаэлю. — И можем проверять сразу оба варианта! Теперь можно взрывать сколько угодно, и ничего не страшно!!

— И новые рунные массивы, — загорелась даже всегда застенчивая Дженни. — Сотни, тысячи рунных массивов можно будет тестировать очень быстро! И не надо бояться ни поломок, ни опасностей!

Хетти перевела взгляд с Ребекки на Дженни. Главная домоправительница Сесила заморгала и вдруг осознала:

— Постойте… Выходит, мне тогда не нужно… выдавать вам финансирование?

Рука, утверждавшая бюджет, вдруг перестала дрожать.

(Конец главы)