Глава 550 — Дракон и яма

Честно говоря, Эмбер была отнюдь не чужда всем этим приключенческим ритуалам искателей — хотя сама она искательницей не была, число искателей, с которыми она соработала (и которых облапошила), в совокупности хватило бы для завоевания целого виконтства. В её понятии, когда встречался какой-нибудь волшебный лес, древняя пещера, таинственное подземелье или подобный предмет поиска, нормальнейшая процедура обычно начиналась со сбора отряда, заготовки провианта, добычи сведений. Затем — осторожный вход в целевую зону, попутная разведка, составление карты, обезвреживание ловушек, бой с чудовищами… В общем, девять из десяти искателей так и поступали, а десятый, самый чугунноголовый, обыкновенно гиб по пути…

Однако вот сейчас Гавейн на живом примере доказал, что подавляющее большинство вышеописанных процедур вполне ужимается в полбоекомплекта…

Громоподобный рёв орудий разбил дикий порядок Чёрного леса, царивший здесь тысячу лет. Цивилизационное пламя — куда более дикое, чем дикость — испепелило дотла всю растительность на опушке, а заодно и всех опасных чудовищ в радиусе поражения. Ядовитые травы, коварные монстры, жадные плотоядники, коварные пожиратели духа… Все вознеслись вместе с искусством, вознеслись дочиста.

Безопасно, действенно, чисто, без остаточной угрозы. В разбомбленной таинственной области нет ловушек, в выжженном Чёрном лесу нет монстров.

Стоя на взгорье у входа в пещеру Теневого испытательного полигона, Гавейн удовлетворённо оглядывал пробитую огнём магистраль. Конечно, эта усеянная воронками «магистраль» была не так уж «ровна», но идти по ней было куда сподручнее, чем сквозь Чёрный лес. Рядом же стояла Эмбер с ошарашенным выражением и лицом, ясно говорившим: «Ты что, издеваешься?»

— И ведь впрямь так сделали… — полуэльфийке казалось, что она в очередной раз узрела совершенно новый мир. — А ты не боишься, что это приманит тварей из Чёрного леса?

— Тварей? Да их уже, наверно, перебило снарядами, — беззаботно ответил Гавейн. — Я не вслепую же командовал. Никто не знает зоны магического заражения лучше меня. Здесь область с разряжённым заражением, главная опасность — видоизменённые растения да отравленная вода, плюс немногочисленные, незрелые слабые чудовища. По-настоящему могучие существа Магического прилива в таких зонах не собираются: здешней тощей хаотической маны им не хватит для долгой активности.

Так и было: Гавейн отдал приказ поразмыслив, удостоверившись в подходящей среде, и лишь затем выбрал путь, мостя огнём. А в этом опасном Чёрном лесу «пушкой ровнять все четыре стороны» было, по сути, самым подходящим способом пробивать трассу.

Вскоре снарядили отряд элитных Стальных рейнджеров. Под личным водительством Сольдеррина этот отряд вместе с Гавейном и Эмбер выступил в путь.

Пусть «разведка огнём» Гавейна всё ещё вызывала ощущение какой-то неправильности, Эмбер вынуждена была признать: пройдённый снарядами Чёрный лес худо-бедно стал куда безопаснее на вид. Она видела бесчисленные раздробленные останки растений, размётанные меж камней и воронок. Совсем недавно эти растения были ядовитой смертью в засаде. А кое-где среди растительного крошева виднелись ещё более пугающие останки чудовищ — искажённая, мутировавшая плоть исходила дымом, некоторые фрагменты даже подрагивали в слабых конвульсиях, но напасть на неё они теперь никак не могли.

Сольдеррин с коротким луком наизготовку вёл отряд, зорко оглядываясь по сторонам. Хотя снаряды сровняли с землёй обширную площадь, большинство окрестных тварей, испуганных силой маготехнических пушек, должно было пока не сметь приближаться. Но под воздействием Магического прилива многие чудовища лишены рассудка, и неведомо, не выскочит ли какая отчаянная тварь из дальних зарослей. В своё время полегло немало первопроходцев именно от таких внезапных атак.

Гавейн со спокойной душой доверил охранение Сольдеррину и Стальным рейнджерам, а сам бо́льшую часть внимания уделял спутниковой картинке в уме.

Ударный кратер был уже совсем близко.

Пробитый бомбами «безопасный коридор» закончился. Впереди стеной стояли переплетённые древние деревья и кустарник. Отряд вступил уже в глубь Чёрного леса, на самый край зоны, накрытой артогнём, — здесь рукотворный гром остановился. Куда ни падал взгляд, повсюду высились исполинские стволы и буйно разросшийся высокий подлесок. Это было не оттого, что маготехническим орудиям «Правосудие» не хватило дальности, а оттого, что Гавейн сознательно велел канонирам Байрона ограничить сектор обстрела. Он опасался, что залп снарядов снесёт какую-нибудь наиважнейшую зацепку.

Но это было не страшно. Они уже почти у края ударного кратера.

Гавейн поднял голову и всмотрелся в мрачную лесную глубь. Дневной свет уже мерк. Неяркие солнечные лучи, просеявшись сквозь разряжённую магическую дымку, а затем пробившись через многослойный полог крон и листвы, долетали донизу лишь смутным, тусклым мерцаньем. Но, вооружённому сверхъестественным зрением, ему всё ещё было видно далеко.

— Вон в той стороне, — он извлёк Меч Первопроходца и обратился к стоявшему рядом Сольдеррину: — Продолжаем движение.

Сольдеррин кивнул и, подняв руку, отдал приказ окрестным воинам-рейнджерам:

— Продолжаем движение. Опустить визоры, бдительность не снижать!

Этот высший следопыт уже понял, что его старый друг, похоже, что-то ищет. Такая уверенность, такая несомненность тона совсем не походили на простое «почуял аномалию маны» — это была реакция человека, точно знающего, что́ ждёт впереди. Но чутьё, выработанное за семьсот лет, удержало его от вопросов; он лишь без колебаний исполнял приказы Гавейна.

Стальные рейнджеры один за другим активировали тактические визоры. Солдаты внешнего кольца развернули щиты, солдаты внутреннего — сняли с предохранителей маготехнические терминалы, готовые в любой миг встретить угрозу, затаившуюся в глухой чаще. А впереди отряда, в чащобе, где перекрещивались тени деревьев, фигура Эмбер то исчезала, то проявлялась в воздухе.

Гавейн со смешанным чувством покосился на эту разведчицу в авангарде. Эта полуэльфийка в любой ситуации ворчала и стонала, но едва входила в рабочее состояние — по делу не подводила никогда. Порою он просто не мог разобрать, настоящее или притворное её всегдашнее отлынивание.

Недаром в Палате управления поговаривали, что в Сесиле есть две неразрешимейшие загадки: тёмные круги у главной домоправительницы Хетти и манера Эмбер отлынивать. Эта начальница Военной Разведки была единственным человеком во владениях, кто всякий день твердил, что сейчас улизнёт, а по итогам месяца имел стопроцентную явку. Если забыть про стиль — вылитый герой труда.

Но как бы Эмбер ни ловила рыбку в мутной воде, в одном Гавейн был уверен точно: эта с виду разгильдяйка и позорище эльфийской расы на деле весьма и весьма надёжна.

Он как раз крутил в голове эти мысли, когда из пустоты рядом с ним вдруг выступила Эмбер.

Полуэльфийка, очевидно, заметила нечто поразительное. Вытаращив глаза, она воскликнула удивлённым тоном:

— Старая мумия!! Там впереди огромадная ямина!!

— Вон как? Стало быть, мы правильно идём, — вскинул бровь Гавейн и затем махнул рукой: — Всем ускориться!

Эмбер опешила и торопливо припустила за ним:

— Э? Ты что, заранее знал? Чего ж не удивляешься-то?

Гавейн начисто проигнорировал её бормотание. Широким шагом он перемахивал через буераки и докучливые лианы в чаще. По лезвию Меча Первопроходца заструился обжигающий магический огонь. Всякий куст, всякая скала на пути в мгновение ока обращались в золу. Ход отряда резко ускорился, и в этом движении Сольдеррин заметил перемену в окружении:

Обширные заросли кустов были ровно, как один, примяты книзу. Стволы послабее кто-то незримо переломил пополам на высоте пояса. Даже высокие исполинские деревья стояли, кренясь и кривясь.

Такая картина была ему не внове.

Это следы чудовищной ударной волны.

— Пришли, — остановился Гавейн.

Сольдеррин замер в ошеломлении при виде открывшегося зрелища. Отборные воины-рейнджеры тоже исторгли невольный сдавленный вскрик.

Громадный ударный кратер, способный вместить бо́льшую часть городского квартала. По краям его бесчисленные валуны были стёрты в пыль, земля растрескалась во все стороны, исполинские стволы переломаны пополам. Внутри же кратера полурасплавленный камень и спекшаяся глина слились в чёрную остекленевшую корку, свидетельствуя о царившем здесь адском жаре.

— Духи леса… — вырвалось у Сольдеррина. — Это… да неужто сюда били Аннигиляционным Ударом?

— Аннигиляционный Удар не образует столь правильной одиночной воронки, — покачал головой Гавейн. Он поднял взгляд к уже совсем потемневшему небу. — Что-то упало сверху.

— Что? Метеор? — Сольдеррин замер, глядя на дно ямы. — Может, там будет звёздное ядро…

Стоявшая рядом Эмбер аж подпрыгнула на месте:

— Звёздное ядро?! То самое, у которого кусок с ладонь — и ползамка?!

Гавейн привычно прихлопнул её обратно:

— Если и будет — всё равно сдать герцогству. Чего разволновалась?

Затем он начисто проигнорировал разразившуюся громкими протестами Эмбер и двинулся вниз, в ударный кратер.

Сольдеррин и бойцы Стальных рейнджеров последовали за ним.

Гавейн обводил взглядом эту громадную яму и тихо говорил себе под нос:

— Ни фрагментов, ни обломков…

На дне кратера не находилось ничего, кроме чёрной корки спекшегося камня и спекшейся глины. Никаких примечательных останков или осколков. Если здесь и был таинственный небесный пришелец, то он не оставил и следа.

Неужто всё унёс тот дракон? Так подчистую?

В душе Гавейна поднялось густое недоумение. Он ведь своими глазами видел, как дракон садился в кратере, и пробыл там совсем недолго. Даже если дракон что-то унёс, то лишь самые крупные, самые лёгкие для сбора части. Как же могло не остаться ни крошки?

Или вовсе не было никакого пришельца, а тут просто ударил энергетический взрыв, потому и нет обломков? Или же… небесный пришелец, пережив столь ужасный удар и взрыв, не разрушился, а был унесён тем драконом в целом виде?

Строя всевозможные догадки, Гавейн одновременно продолжал спутниковое сканирование окрестностей — искал хоть малейший след, оставленный драконом. Тем временем Сольдеррин с солдатами прочёсывали дно ямы и вскоре один из бойцов Стальных рейнджеров вскрикнул:

— Командир! Взгляните сюда!

Сольдеррин быстро приблизился к солдату и с первого взгляда понял, что́ вызвало его изумление:

На ещё источавшем остаточный жар чёрном окаменевшем дне ямы отпечаталось несколько громадных, чуть беспорядочных следов когтистых лап.

Эти отпечатки явно никто не пытался скрыть. Каждый из них был размером почти в человеческое тело и уходил в землю больше чем на десяток сантиметров. По одним этим следам Сольдеррину не трудно было заключить, сколь ужасающе громадный зверь здесь ненадолго задержался.

Первым заметивший следы солдат-рейнджер ошеломлённо пробормотал:

— Что за существо такое оставило…

— Дракон, — неизвестно когда приблизившись к ним, произнёс Гавейн. — Я видел дракона. Только эти великаны могут оставить следы такой величины.

Сольдеррин вытаращился на Гавейна:

— Ты уверен?

Гавейн, конечно, мог быть уверен — ведь он видел всё воочию, но здесь не следовало говорить чересчур однозначно:

— Восемьдесят шансов из ста. Не считай драконов пустой выдумкой. Они и впрямь существуют. В своё время старый Сесил был спалён драконьим пламенем, и поныне там лежит выжженная пустошь, пропитанная драконьей маной.

— Даже драконы явились… — пробормотал Сольдеррин. — Это место… воистину достойно зваться границей цивилизации.

Вдруг откуда-то сбоку, где бродила оставленная без внимания Эмбер, раздался её высокий крик:

— Старая мумия!! Я нашла сокровище!!

(Конец главы)