Глава 544 — Новая лаборатория

В кабинете Хетти, в здании главной Палаты управления Сесила, тётушка с племянницей сверлили друг друга взглядами, а Камаэль тихо парил рядом — тихий, ровно лампочка.

— Тётушка… вот полная бюджетная заявка… — Ребекка чувствовала, что настроение у Хетти, возможно, не самое лучшее, но всё же, полагаясь на свою чугунную голову, положила перед тётушкой проработанный за ночь план и бюджетную смету. — По идее… если лаборатория два месяца ничего не взорвёт, в этом квартале вам не придётся добавлять финансирования…

У Хетти чуть дрогнул уголок глаза:

— Ты знаешь, что у тебя за шесть дней было четыре взрыва и в общей сложности погибло восемь усилителей и два опытных двигателя?

Ребекка втянула голову в плечи:

— Но вы же когда-то говорили… что неудачи — это ступени к успеху, и путь мага-исследователя всегда усеян ценой поражений…

Хетти прижала ладонь ко лбу:

— Кажется, у меня была и вторая половина фразы: благоразумный маг ищет способы свести неудачи к минимуму, а чрезмерно прямодушный — обыкновенно умирает в нищете.

— Не было такого! — задрала подбородок Ребекка.

— … — Хетти безмолвно посмотрела на стоявшую перед ней сесильскую графиню, потом под этим простодушным и упрямым взглядом вздохнула и снова села за свой стол. — Давай сперва сюда этот план, я ещё раз посмотрю.

— Ой, хорошо! — Ребекка торопливо протянула бумаги, и на её лице уже расцвела улыбка. — Я знала, что тётушка у меня самая лучшая!

— Не радуйся раньше времени. Я должна внимательно изучить ваш план, — приняла бумаги Хетти, не поднимая головы. — Не забывай: прежде чем стать главным министром, я тоже была магом…

Она чрезвычайно тщательно просмотрела составленный Ребеккой план дальнейших испытаний и быстро заметила, что в нём параллельно сосуществуют совершенно разные подходы и процедуры проверки. Это заставило её поднять голову:

— Одновременно проверять и схему с сосредоточенной тягой, и схему с распределённой, да ещё сразу тестировать, как Облегчение Веса влияет на равновесие обоих типов поездов?

— Ну да. Не беспокойтесь, людей я уже расставила.

— Вопрос не в людях… — нахмурилась Хетти. — Ты не слишком ли торопишься?

Ребекка и сама по себе была девушкой с чудовищной энергией и с детства действовала, не слишком задумываясь. Глядя на этот план, Хетти невольно опасалась, что она забегает вперёд. Но, заметив пришедшего вместе с Ребеккой Камаэля, она заколебалась: у Ребекки голова может пойти кругом, но у мастера Камаэля и нервов-то нет, уж он-то не станет горячиться вместе с этой девицей?

— …Я и правда немного спешу, но ничего не поделаешь, — услышав сомнение Хетти, Ребекка не стала скрывать и открыто высказала свои мысли. — Прародитель уже заключил с Восточными пределами договор на добычу руды. А везти руду с приисков в Белых Холмах — дело нелёгкое. Её, конечно, можно сперва доставить в Гран, а там погрузить на суда и по Белой реке сплавить во внутренние промышленные районы. Но посуху всё равно путь немалый. При тех способах добычи, что наметил прародитель, даже маготехническими машинами не справиться…

Она на миг запнулась, и лицо её сделалось упрямым:

— Вот я и хочу разрешить проблему с поездом прежде, чем руда из Белых Холмов начнёт смерзаться в завалы… Пусть не самый лучший, но хоть такой, чтобы мог ездить.

Слушая Ребекку, Хетти невольно изумилась в душе.

Оказывается, это дитя столько передумало…

Неудивительно, что прародитель всё время напоминает ей не смотреть на Ребекку как на маленькую и говорит, что у этой девушки просто бойкий нрав, а на деле её мысли… ничуть не поверхностны.

— Ты хорошо мыслишь, — тихо вздохнула Хетти. — Прародитель был бы рад. Ладно, я пока выделю средства, но я также…

— Ура!

— Погоди кричать «ура». Я хочу ещё кое о чём тебе напомнить, — Хетти строго глянула на готовую подпрыгнуть чугунную голову. — Ты сейчас сказала правильные слова: «пусть не самый лучший, но хоть такой, чтобы мог ездить». На мой взгляд, вы, возможно, замахнулись на слишком высокие ожидания от магопоезда. Мы только-только построили маготехническую машину, а вы уже хотите создать локомотив с тяговой силой в сто раз больше — слишком широкий шаг. Пойми, магические устройства столь огромной мощности порождают не просто количественные перемены. Я предлагаю снизить планку для магопоезда: раз уж есть такая вещь, как «рельсы», то даже одна маготехническая машина, которая тянет четыре-пять вагонов, уже далеко превзойдёт нынешний караван из фур, разве нет?

Услышав слова Хетти, Ребекка невольно скорчила недовольную мину.

Но она вынуждена была признать, что в словах тётушки был резон. Практика уже показала: когда масштаб маготехнического устройства достигает определённого уровня, его механические напряжения, магическая нагрузка, требования к среде — всё это и впрямь не просто количественные перемены.

Глядя на меняющееся выражение лица Ребекки, Хетти сокрушённо покачала головой и взялась за перо, чтобы поставить подпись.

Авансовые средства, полученные от королевского дома… ещё и нагреться не успели в руках, а уже пойдут на игрушки, которые Ребекка будет взрывать.

Главная домоправительница Сесила испустила в душе долгий вздох. Рука, утверждавшая бюджет, мелко дрожала.

В этот миг маготехнический терминал, стоявший подле стола, вдруг зажужжал. Световые сигналы замигали, и внезапный вызов прервал все действия.

Ребекка проводила взглядом тётушку, отложившую перо, увидела, как та включает связь, а затем — как над коммуникатором возникает фигура прародителя.

Трое в комнате тотчас выпрямились:

— Предок. / — Прародитель. / — Лорд-правитель.

— Хетти… А, Ребекка и Камаэль тоже у тебя, — Гавейн в коммуникаторе быстро заметил присутствующих в кабинете. — Отлично, не придётся их разыскивать.

— Что-то случилось? — спросила Хетти.

— Приходите в Научно-исследовательский институт маготехники. Я, Питтман и Дженни ждём вас здесь, — на лице Гавейна мелькнула улыбка. — Есть кое-что интересное, что вам стоит увидеть.

Трое в кабинете переглянулись. После краткого замешательства Камаэль вдруг догадался:

— Я, кажется, знаю, что это…

По прибытии в Институт маготехники догадка Камаэля подтвердилась.

В специально освобождённой большой лаборатории несколько серебристо-белых маготехнических устройств в виде кабин аккуратными рядами стояли каждое на шестиугольной платформе. По сравнению с прототипом их конструкция была заметно завершённее и компактнее, с добавлением створчатой наружной оболочки. В основании кабин, на полу вокруг платформ, мерцали рунные плиты. Позади кабин тянулись трубопроводы нервного волокна, соединявшие платформы с основаниями. Больше в лаборатории ничего не было — только у стены стояли несколько рунных терминалов для мониторинга. Ни лишних украшений, ни обстановки, отчего помещение казалось довольно пустым, а серебристо-белые кабины в центре — ещё загадочнее и приметнее.

Как и догадался Камаэль: после успешного испытания первой «нейрокабины погружения» было построено больше таких кабин.

Гавейн уже ждал у одной из кабин. Техники в белых коротких халатах хлопотали у мониторинговых устройств у стены, а Питтман и Дженни проверяли работу нервного волокна и рунных массивов вокруг кабин. Заметив вошедших в лабораторию Камаэля и остальных, Питтман тут же обернулся и поприветствовал их:

— А, пришли! Идите взглянуть на эти славные штуковины!

— Эти… — Камаэль с немалым удивлением оглядел обстановку. — Уже готовы?

— Пока вы были заняты взрыва́ми двигательных сборок, я доводил нервное волокно для этих кабин, — с торжеством ответил Питтман. — Ну и, конечно, мадемуазель Дженни — рунные массивы — это её работа.

Ребекка уже с горящими глазами обошла одну из кабин несколько раз и остановилась, лишь когда Хетти негромко кашлянула, призывая к порядку. Эта девушка уставилась на Гавейна во все глаза:

— Прародитель, это вы скорректировали их внешность?

Гавейн с улыбкой потрепал Ребекку по голове:

— По правде, не так уж и сильно. Просто добавил по бокам сиденья заслонки и приделал закрывающуюся внешнюю оболочку.

По сравнению с опытным образцом того дня «закрывающаяся оболочка» была самым большим изменением в нынешних серийных кабинах. Поскольку неимплантируемое нервное волокно уступало имплантируемому в эффекте «погружения» мозга, пользователя во время сетевого подключения слишком легко «пробуждала» внешняя обстановка — это было главной проблемой устройства. Питтман, исходя из мышления друида, придумал немало технических приёмов для усиления нейрозацепления и повышения синхронности мыслей, но в итоге Гавейн предложил куда более простой и грубый способ: попросту добавить крышку.

С появлением этого «внешнего элемента» устройства, которые ещё немного напоминали кресла, стали уже по-настоящему походить на кабины.

— До чего же простое и действенное решение… — с живейшим интересом и немалым восхищением проговорила Хетти, разглядывая эти поразительно чужеродные на вид магические устройства. Её очень занимало, как прародитель додумался до столь незамысловатого средства, но вскоре она обратила внимание на саму форму кабин: вытянутые контейнеры, куда можно лечь, а сверху крышка…

Эмммм…

В голове главной домоправительницы Сесила возникла вполне обоснованная и логичная ассоциация.

Конечно, взрослая и сдержанная Хетти лишь провела такую параллель мысленно и не осмелилась произнести вслух.

Но здесь присутствовала одна с чугунной головой.

Ребекка тут же подскочила к Гавейну:

— Предок-прародитель, вы черпали вдохновение из гроба, в котором пролежали те годы… Ай!

Ребекка получила от Гавейна тумака, но каждый в зале после этого выкрика глупой косули обменялся понимающей улыбкой.

— Кхм-кхм, — Гавейну пришлось прочистить горло и вернуть обстановку в деловое русло. — Не будем об этом. Займёмся делом.

— Вы позвали нас… чтобы вместе испытать эти устройства? — с любопытством спросила Хетти.

— Вообще-то испытания уже завершены, — ответил Гавейн. — Автономные тесты, подключение к магической сети, подключение к ментальной сети Спящих — всё уже проверено. Сегодня мы проводим полномасштабное подключение.

Он сделал паузу и продолжил:

— Я войду в сеть вместе с вами.

Замысел Гавейна был прост. Раз уж построена первая партия погружных нейрокабин, можно было приступить к реализации одного плана, составленного им ещё очень давно: подсоединить своих исследователей к сети и вести научную работу в уже готовой «виртуальной лаборатории».

Эта виртуальная лабораторная среда была построена уже довольно давно, но, поскольку доступ в сеть всё это время имел лишь он один, отдача от неё была весьма ограниченна. Конечно, он и впрямь набросал там кое-какие чертежи, но, поработав с местными техническими специалистами и убедившись на их примере в силе «ума иномирян», он давно осознал: он, пришелец, вовсе не центр мироздания, самое большее — районный центр. Во множестве областей ему не сравниться с настоящими профессионалами, особенно в технических вопросах. Такое огромное виртуальное пространство, если не подключить к нему местных технических специалистов, а занимать его одному, было бы сущим расточительством.

К счастью, этому расточительству наконец приходил конец.

Однако он должен был соблюдать осторожность. Технические кадры драгоценны, а те из них, кто заслуживает наивысшего доверия и допущен к секретам, — и вовсе главное достояние Сесильского герцогства. Нельзя было допустить, чтобы с ними что-то случилось, чтобы Спящие накрыли их одной сетью. Лучший способ — войти в сеть вместе с ними.

А если уж там какой-нибудь неосмотрительный — или, напротив, слишком прозорливый — Спящий заметит их вторжение, в крайнем случае всегда можно швырнуть в него всем «вверх-вниз на миллион лет»: по крайней мере, это обеспечит всем безопасное отступление.

(Конец главы)