Глава 559 — Ход мыслей

Сверкающие энергетические искры плясали меж рунных механизмов. Бурлящая мана из силовой магистрали распределялась по всем магическим двигателям. Под громкий гудок на экспериментальной платформе длиной в несколько сотен метров медленно пришёл в движение поезд, составленный из четырёх тяговых вагонов и множества сложных связующих механизмов, систем управления и энергоснабжения.

На наблюдательной вышке, отстоявшей от платформы на добрую сотню метров, Ребекка и техники с предельным вниманием следили за каждой деталью этого громадного, сложного и высокоточного механического зверя: за каждым оборотом колёс, за каждым звуком, доносившимся из его недр.

Поезд прошёл несколько десятков метров, и средний тяговый вагон согласно заданной программе резко сбросил мощность.

По проекту связующие механизмы в передней и задней частях вагона должны были немедленно отреагировать: рунные триггеры смещения перераспределили бы подачу энергии на все тяговые вагоны и рассоединили бы колёсную передачу неисправного вагона, чтобы не дать ему нарушить равновесие всего состава или повредить механическую структуру связующих устройств.

Но из соединительной муфты между вторым и третьим тяговыми вагонами вырвался особенно громкий шум. Вместе с этим ужасным скрежетом из Магического Обелиска на крыше вагона вдруг выметнулся яркий сноп тайного пламени, и тотчас же силовая магистраль, соединённая с Обелиском, вспыхнула мгновенной детонацией. Нерастраченная мана хлынула разом изо всех рунных плат. Два тяговых вагона почти в тот же миг целиком поглотило буйное пламя.

Клубы огня взметнулись над экспериментальной платформой и в воздухе медленно сложились в слово: «Позор».

На этом виртуальном испытательном полигоне, где практически не приходилось думать о цене и последствиях, этот маленький спецэффект служил отменным предостережением и подстёгивал участников проекта.

Сонм ярких иллюзорных линий задрожал и заметался по платформе. Уничтоженные взрывом вагоны и клубы пламени один за другим замерли в воздухе, явив взору прозрачную разобранную конструкцию. А на далёкой наблюдательной вышке Ребекка поскребла себе черепушку.

— Матушки, — пробормотала графиня в холодном поту, — хорошо, что мы проводим этот опыт здесь…

Стоявший рядом Камаэль тоже издал удручённый звук:

— Происходи это в реальности… госпожа Хетти пришла бы в ярость.

Ребекка скривилась, не осмелившись вообразить, как разъярённая тётушка подвесит её и выпорет, и махнула рукой:

— Давайте проверим причину.

Верхний ярус наблюдательной вышки тотчас отделился от основания и вместе со всем техническим персоналом перенёсся к замершим руинам эксперимента.

В этом экспериментальном пространстве, сотворённом виртуальной реальностью, всё становилось невероятно удобным.

Двое руководителей проекта вместе с группой техников приступили к анализу причин отказа. Они пристально вглядывались, тщательно вычисляли, строили гипотезы, обсуждали, проверяли, спорили… Ради рождения совершенно новой вещи люди объединяли свои умы и познания. Здесь мерилом были не сила и не положение, а чистые «знания и истина». Вся команда дружно взялась за работу.

На краю толпы Даниэль, впервые участвовавший в коллективной работе «по-сесильски», с лёгкой оторопью наблюдал эту картину.

После того как он стал слугой «Скитающегося за гранью», это был первый его опыт участия в групповой деятельности. Но атмосфера и форма этой деятельности оказались совершенно непохожи на то, что он себе рисовал.

Он представлял себе мрачную и гнетущую группу, или же суровую и жестокую организацию, каковыми в большинстве и бывают тайные сообщества. Представлял, что рабочая атмосфера будет напряжённой, загадочной, полной запретных и еретических знаний, — каковыми в большинстве и бывают тёмные культы. Но он и помыслить не мог, что истинная атмосфера здесь будет такой.

Эти люди, казалось, просто и беззаветно искали нового знания, обсуждали технические возможности. В этой «тайной силе», созданной Скитающимся за гранью, мотивы к поиску истины были даже проще и чище, чем в блестящей Королевской Ассоциации Магов.

Даниэль, проведший всю молодость и зрелость в стенах Королевской Ассоциации Магов, а затем почти два десятка лет бывший еретиком в культе Спящих, к такой «чистой» атмосфере не привык. Да, пожалуй, ни один маг или учёный этого мира и этой эпохи не привык бы к такой невиданной прежде обстановке. Но глядя, как эти люди до красноты в лицах спорят над технической проблемой, как от души радуются нескольким строкам расчётов, Даниэль не чувствовал ни малейшего отторжения.

Он даже невольно вспомнил свою молодость, те дни, когда он впервые прикоснулся к тайнам магии. В его поблёкших от времени далёких воспоминаниях, казалось, лишь те дни ещё хранили толику тепла и красок.

Неведомая область и сам процесс постижения — что может быть пленительнее.

У стола с обломками Ребекка приблизила к глазам искажённый, исковерканный металлический узел и покачала головой:

— У связующего механизма конструктивный изъян. Чересчур сложен, надёжность низкая…

Тут она заметила стоявшего неподалёку Даниэля и поманила его рукой:

— Мастер Даниэль, а вы что думаете?

Даниэль очнулся от минутной задумчивости и, шагая к ней, отозвался:

— Не нужно звать меня мастером, зовите просто Даниэль.

Хотя эта девушка по имени Ребекка была ещё очень юна, она являлась одной из первых посланниц Скитающегося за гранью и к тому же кровной наследницей телесной оболочки, которую ныне использовал их повелитель. Даниэль не знал причины, но хозяин явно берёг и любил её как истинную свою наследницу. Зная это, он, разумеется, был с ней особенно учтив.

Кроме Ребекки, здесь был и тот древний чародей Камаэль — тоже фигура необычайная. Могущественный адепт, живущий уже тысячу лет, великий магистр Империи Гондор, сумевший переделать себя силами божеств, — к нему тоже нельзя было относиться легкомысленно.

Рядом с такими людьми он сам, простой архимаг из Королевской Ассоциации, в самом деле мало что значил. Пусть он и воспитал одну легендарную заклинательницу — что с того? Разве Скитающийся за гранью испытывает недостаток в легендарной силе?

Простодушная Ребекка, конечно, не догадывалась, о чём вздыхает старый маг. Она лишь спросила его мнение:

— Даниэль, как по-вашему, какой ход мыслей в магопоезде… изначально неверен?

Даниэль окинул взглядом это маготехническое сооружение с его сложной, повсюду изобилующей немыслимыми механизмами конструкцией и с горькой усмешкой покачал головой:

— По чести сказать, я пока ещё и сам до конца не постиг его устройства… Я могу лишь помогать вам выстраивать виртуальную среду.

Даниэль был специалистом по заклинаниям сновидений и виртуальной реальности. Здесь он пребывал в роли советника, помогавшего Камаэлю и Ребекке создавать лабораторную среду. Что же до области маготехнической механики… хотя он и разбирался в ней отчасти, тягаться с Ребеккой в профессионализме он, разумеется, не мог.

Ребекка и сама не слишком надеялась услышать от него готовый ответ. Она лишь вздохнула:

— Чувствую, оба пути — и так и этак — тяжелы…

— После распределения тяги проблемы перегрузки и помех больших двигателей и впрямь решились, но сложность механики и трудность управления возросли многократно, — низким голосом произнёс Камаэль. — Чтобы заставить несколько тяговых вагонов работать синхронно, синхронно управляться, чтобы при отказе части вагонов вся система автоматически выравнивалась и отсекала неисправный сегмент… с наличными технологиями и материалами надёжного управляющего механизма нам не создать.

Один из техников не удержался и заметил:

— В конце концов, ходовая часть поезда ограничена, нам почти негде развернуться…

— С одной стороны, крупный силовой узел не построить, с другой — сложная механическая конструкция ненадёжна, — Ребекка снова вцепилась себе в волосы, и без того всклоченные. — Может, нам стоит заново пересмотреть все параметры…

Даниэль молча глядел на это зрелище. Хотя, прикоснувшись к проекту впервые, он не знал всех тайн магопоезда, ему было очень понятно огорчение Ребекки.

Когда расчёты, возможно, безупречны, но при воплощении в металле всякий раз возникают ошибки и неожиданности, — это почти неизбежный камень преткновения на пути любого технического замысла с бумаги в реальность. Его неимплантируемое нервное волокно разрабатывалось полтора десятка лет, и бо́льшую часть этого срока он буксовал именно на этой стадии.

Он поднял голову и снова внимательно оглядел это огромное и сложное маготехническое устройство.

Воистину поразительное творение. Поразительный ход мыслей.

До прикосновения к знанию Скитающегося за гранью он и помыслить не мог, что магическую силу можно применять в таком виде. Что если обычные люди вступят в область сверхъестественного, весь уклад общества переменится с ног до головы.

Всякое нисхождение Скитающегося за гранью имело свою миссию: или созидать, или разрушать, или покорять вселенную, или спасать мир.

Стало быть, Его нынешнее нисхождение — создать мир, движимый маготехникой?

Как бы хотелось ему увидеть Сесил, где маготехнические машины давно уже стали достоянием каждого…

— Даниэль? Даниэль! — заметив, что старый маг застыл, замечтавшись, Ребекка с любопытством окликнула его. — Мастер Даниэль, о чём вы задумались?

Даниэль очнулся от мимолётного забытья, заморгал и, глядя на ставший от многократных переделок чересчур громоздким и запутанным механический поезд, вдруг невзначай обронил:

— А обязательно ли помещать тягу магопоезда… в сам поезд?

— Куда же ещё помещать тягу, как не в поезд? — с видом полной очевидности ответила Ребекка. — Не в поезд, так куда… погодите, вы говорите, тягу поезда можно не помещать в сам поезд?!

— Ах, я просто спросил наобум, — поспешно добавил Даниэль. — Я ведь не знаком с его архитектурой…

— Нет-нет, кто дело говорит, того и слушаем, — оборвала его Ребекка. — Вы сейчас сказали — не помещать тягу в поезд… стало быть, поместить её в рельсы?

«Кто дело говорит, того и слушаем»…

За многие десятки лет Даниэль впервые услышал такие слова.

В этих словах была воистину величайшая правота.

— Я не знаком с архитектурой магопоезда, но как «сторонний наблюдатель» я знаю, что цель вашего поезда — перевозить большие массы грузов из одного места в другое, — рассуждая, заговорил Даниэль. — Поместить ли тягу в поезд, поместить ли её в рельсы — лишь бы цель была достигнута. Как я сейчас вижу, обилие смонтированных на поезде механических устройств уже серьёзно превышает вместимость корпуса. Насильно запихивая всё это внутрь, мы жертвуем надёжностью. А если не помещать тягу в поезд… существует множество заклинаний, способных толкать перемещаемый предмет снаружи… например, установить на рельсах гравитационные механизмы или заклинания Тяги.

Ребекка и Камаэль невольно переглянулись. В глазах обоих зажглась одна и та же искра прозрения.

У Камаэля — чуть поярче.

— Тягу можно поместить на рельсы! Эта мысль мне и в голову не приходила, решительно не приходила… — в тоне Камаэля зазвучало возбуждение. — Но если тяга будет на рельсах, возможно ли будет управлять ходом и торможением с самого поезда? Через Магический Обелиск дистанционно? Или… передать всё управление оператору рельсов?

— …Второе — ненадёжно. Поезд обязан иметь собственный способ контроля тяги, по крайней мере способ торможения. В конце концов, в будущем он должен возить и людей. В железную банку, которую толкают по рельсам и которая при аварии сама не может остановиться, никто не отважится сесть, — раздумывая, ответила Ребекка. — …Может, мы сумеем разделить силовую структуру? Или… Ах, у меня есть мысль!!

Она вдруг вскинула голову и обвела взглядом маготехников, на лицах которых одно за другим проступало задумчивое выражение.

— За работу, друзья! Попробуем ещё раз!

(Конец главы)