Глава 16 — Глава 16: Rinlen

На следующий день Шайнбут вытащил из закола трёх крупных речных карпов, и четверо дворфов расселись вместе в середине дня, карпы жарились на раскалённых углях у края хвостохранилища. Дворфы чуяли сладкий сок, и рты у них наполнялись слюной.

— Я хочу сказать, — начал Йорвиг.

— Так говори, — отозвался Хобблфут.

— Вчера минуло три дня, но мы гонялись за пчёлами вместо разговора. Сегодня четвёртый день. Вы пришли к согласию?

Хобблфут и Слэджфист молчали, оба уставившись на угли, не поднимая глаз. Шайнбут вздохнул и поджал губы.

— Неужели два дворфа, оба претендующих на честь rinlen, не способны договориться? — спросил Йорвиг.

Хобблфут нахмурился, желваки на его скулах заходили, но он ничего не ответил. Слэджфист поднял взгляд на Йорвига и тут же отвёл его.

— Хобблфут и Слэджфист оба хотят жениться на деве Хардфелл, — сказал Йорвиг.

— Чаргрим! — рявкнул Слэджфист. — Это было сказано по секрету!

Хобблфут уставился на Слэджфиста, изумлённо распахнув глаза. Брови Шайнбута поползли вверх, он потыкал обугленной палочкой в одну из рыбин, не глядя на остальных.

— Я лишь пообещал подумать над решением. Вы не сумели договориться, так что я попробую сделать это, прежде чем всё пойдёт прахом, — сказал Йорвиг. — Полагаю, ни один из вас не готов поклясться не преследовать деву Хардфелл в обмен на то, чтобы стать rinlen?

Оба промолчали.

— Нет, я так и думал, хотя в Глубоком Разрезе не одна дева на свете. Но, полагаю, теперь дело не столько в ней. — Йорвиг помолчал. — Так вот что я скажу. Если ни один из вас не отречётся от девы, есть лишь два способа это уладить. Первый, разойтись. Признать, что хоть вы и вышли сюда друзьями, оставаться ими в одном участке вы больше не можете.

— Но кому достанется участок? Я старший, — сказал Хобблфут.

— Я вложил в эту породу слишком много труда, чтобы бросить её, да и мой отец был старшим, — сказал Слэджфист.

— Тогда откажись от права на rinlen, — сказал Йорвиг. Хобблфут взглянул на него с некоторым удивлением.

— Нет, — сказал Слэджфист.

— Тогда пусть остальные сами выберут себе rinlen весной.

— Rinlen не выбирают. Ими становятся по праву, — сказал Хобблфут.

Что было правдой, и осталось бы правдой в их случае, поступи они разумно и принеси клятвы ещё до того, как отправились в глушь.

— Если выберут Хобблфута, я уйду.

— И я, если выберут Слэджфиста.

Йорвиг этого ожидал. Но остальные не знали того, что знал он. В той скальной стене залегала толстая золотая жила, и разойтись или позволить кому-то уйти в неведении было бы либо глупостью, либо предательством, а раскрыть её присутствие прежде, чем будет принесена клятва, значило бы взорвать котёл раньше срока.

— Тогда пусть будет так. Когда прибудут остальные, мы выберем между Шайнбутом, Сэввиармом и Вормкоутом того, кто станет rinlen, но никто не получит двойной доли. Каждый, кто будет в участке на момент выбора rinlen, получит равную долю владения. Те, кто придёт позже, получат по жалованью, если только владельцы не согласятся иначе. А до тех пор Шайнбут будет исполнять обязанности rinlen.

Глаза Шайнбута широко раскрылись.

— Я этого не хочу, — сказал он.

— У меня больше всего опыта, — сказал Хобблфут.

— Я добыл руды не меньше, если считать по-честному, — возразил Слэджфист.

— Вы оба лишились права решать, раз не желаете разойтись. Rinlen будет делить долю, как и все остальные, и ни один из вас не получит ни чести, ни богатства сверх меры. Красуйтесь перед девой Хардфелл на равных.

— Если rinlen станет Шайнбут, это всё равно укрепит их род, как родню, — сказал Слэджфист.

— Я не хочу быть rinlen, — снова сказал Шайнбут.

— Это лишь пока не вернутся остальные. Тогда выберем из Вормкоута или Сэввиарма.

— Тогда сам будь им до тех пор.

Хобблфут и Слэджфист прищурились, глядя на Йорвига.

— Может, тебе самому нужна дева Хардфелл, — сказал Хобблфут. — Среди равных только rinlen и выделяет одного. Будь то ты, или Вормкоут, или Сэввиарм…

С чего они взяли, что дева обязана выбирать именно из этого участка? Насколько им известно, она могла принять чьё-то предложение ещё месяцы назад. Дело было в деве, или всё-таки в самой борьбе?

— Я никогда не встречал эту деву, — ответил Йорвиг. — Она для меня ничего не значит. И я не ищу чести rinlen. Пусть пока им будет Шайнбут, пока не выберут другого.

— Пусть будет Чаргрим, — ответил Шайнбут. Йорвиг вздохнул.

— Я не удовлетворён, — сказал Хобблфут.

— А что тебя удовлетворит? Кроме того, чтобы всё было по-твоему? — спросил Йорвиг.

Хобблфут прищурился, не сводя глаз с Йорвига.

— Поклянись духом и сокровищницей Хромого Короля, что никогда не станешь добиваться девы Хардфелл, будучи rinlen, и пусть тот, кого выберут весной, поклянётся так же. Пусть мы со Слэджфистом добиваемся её на равных, и я буду удовлетворён. Даже если он её получит, лишь бы на равных условиях, тогда я буду удовлетворён.

— Ты принесёшь такую клятву? — спросил Слэджфист у Йорвига.

— Принесу.

— Тогда сделай это сейчас же, — сказал Хобблфут.

Йорвиг всё ещё не мог как следует опереться на раненую ногу, но сумел подняться без костыля. Он вытянул руку на север.

— Сим клянусь духом и сокровищницей Хромого Короля, что не стану добиваться девы Хардфелл, будучи rinlen. — Йорвиг тяжело опустился обратно на табурет.

Остальные переглянулись. Первым поднялся Шайнбут, за ним и двое других.

— Клянёмся исполнять перед тобой обязанности kulhan, как перед rinlen. — Это была формульная клятва, которую приносил всякий, кто вступал в шахту или участок; kulhan по-дворфьи означало подчинённого.

— Хорошо, — сказал Йорвиг, испустив вздох облегчения. — Тогда оставим эту глупость позади.

— Рыба готова, — сказал Шайнбут.

Той ночью он лежал без сна, пытаясь строить планы. Ему всё ещё нужен был костыль, чтобы передвигаться, хотя в ступню начало возвращаться тепло, и боль понемногу отступала. И всё же он не мог пока раскрыть верхнюю находку, из страха, что остальные поймут: он утаивал её. Вина тяжким грузом лежала на нём. Ничего хорошего в этом обмане не было, и он то и дело напоминал себе, что скрыл находку лишь ради того, чтобы сохранить мир. Ему нужно было набраться сил и дождаться случая, чтобы притвориться, будто находка сделана только что. Любой дворф, увидев его штольню на склоне утёса такой, какая она есть, сразу понял бы, что жила была найдена уже давно.

Справочник:

Штольня — горизонтальная горная выработка

Штрек — горизонтальный подземный проход

Ствол (шахты) — это главная вертикальная (реже наклонная) горная выработка, которая выходит на поверхность земли

Забой — главная рабочая зона шахты

Теснина — узкая и глубокая горная долина (ущелье или каньон) со сжатыми, почти отвесными склонами, дно которой обычно целиком занято руслом реки

Таль — в отличие от лебёдки, поднимает груз вертикально, когда лебёдка горизонтально