Глава 2269 — Без названия

— Так твоя жена…? — Моиш легонько подтолкнул Раддеуса коленом, когда они оба вышли из караульного помещения.

— Ты не придешь к нам на ужин, — сердито буркнул через плечо Раддеус и прибавил шагу, обгоняя своего командира. Он потер глаза кулаками. — Это уже выходит за всякие рамки. Послушай, я, конечно, благодарен тебе за все, что ты для меня сделал. И переустройство нашего квартала помогло стольким людям…

— Мы делаем все, что в наших силах, — твердо прервал его Моиш, не желая тешить себя иллюзиями относительного затишья последней недели. Не тогда, когда воинство Пустоты марширует на Хоумвелл.

Позади них капитан громко жаловался на горький запах винных ягод – эта жалоба в последнее время стала привычной, поскольку в трущобах вовсю пекли пироги, и дым то и дело перелетал через стены Хоумвелла. При этом те же самые ворчуны частенько втихаря нанимали кого-нибудь, чтобы сходить в трущобы и купить пару ягодных пирожков. Но сейчас Раддеус даже бровью не повел, проходя мимо язвительных жалобщиков; он давно усвоил, что лучшая месть – это жить в достатке вопреки всему.

— И даже если не брать в расчет то, как ты… злоупотребляешь нашим гостеприимством…

— Твоя жена так великолепно готовит! — Моиш причмокнул губами. — И она сама постоянно приглашает меня зайти…

— Да потому что ты вечно околачиваешься у наших дверей! К тому же сегодня жена не успеет вернуться домой к ужину. И в этом виноват ты. Работа, которую ты помог ей получить, постоянно заставляет ее задерживаться сверхурочно, чтобы помочь с уборкой, — проворчал Раддеус, но все же замедлил шаг, позволяя Моишу поравняться с ним. — Если честно, теперь, когда школы закрыты, мы едва-едва справляемся.

— Это хорошая работа. А место в торговом эмпориуме, пусть даже просто в штате банкетного зала, откроет перед ней многие двери, — возразил Моиш. — Когда Даттилан захочет пойти в школу в Хоумвелле…

— Зачем вообще стремиться в Хоумвелл, учитывая отношение этих черепахолюдов? В нашем квартале условия улучшаются так быстро! Бьюсь об заклад, уже через год у нас будет школа ничуть не хуже их, — прорычал Раддеус. В этот момент из-за угла навстречу им вышли двое солдат-лизах: одна пара воинов из трущоб направлялась на дежурство в стражу Хоумвелла, а другая возвращалась домой. Они обменялись кивками, в то время как проходившая мимо женщина-черепахолюдка, явно возвращавшаяся из трущоб, презрительно фыркнула и перешла на другую сторону улицы, лишь бы не соприкасаться ни с кем из них.

Моиш поднял ногу и почесал лоб. Он не знал, как объяснить, что при всем видимом улучшении условий качество обучения в трущобах никогда не сравняется с городским. Из-за разницы в деньгах учителя…

Внезапный гул заставил их обоих резко вскинуть головы. За Западными воротами Маллуна виднелся лишь стремительно поднимающийся столб пыли. Со стены над ними раздался тревожный крик дозорного. Земля под их ногами ощутимо задрожала. Моиш и Раддеус сорвались на галоп, преодолевая тридцать метров до ворот на пределе своих возможностей. Если атака Пустоты началась раньше срока, всему этому с трудом наведенному миру придет конец.

Сердце Моиша сжалось. Они неслись вперед, едва не сбив с ног паникующего горожанина, бежавшего в противоположную сторону. Резко затормозив, они застыли на месте, и их глаза округлились от открывшегося зрелища. Раддеус несколько раз моргнул, пытаясь осознать увиденное. — Что за… чертовщина?

Пыль постепенно рассеивалась, обнажая невероятную правду. Перед ними зияла широкая, грубо вырытая яма. А трущобы, лозы и все их дома… казалось, необъяснимым образом поднялись и убрели прочь от Хоумвелла. Они молча наблюдали за этим сгорбленным движением в течение пяти минут, пока все поселение не содрогнулось и не осело вновь примерно в трех километрах от своего прежнего места.

Раддеус явно не мог переварить этот пространственный сдвиг. — Это же…

Напряжение Моиша спало. Он негромко рассмеялся: — …сделает дорогу на работу куда более невыносимой. Но с другой стороны, по крайней мере, черепахолюды больше не смогут незаметно шастать в трущобы за нашей выпечкой. Да и подростки перестанут швырять всякое дерьмо со стен в жителей трущоб.

— Целые кварталы не могут просто так взять и уйти! — Раддеус широко развел руками. Но взгляд его был пустым – неопровержимое доказательство его неправоты стояло прямо перед глазами.

Моиш похлопал его по плечу. — То, что ты никогда не видел подобного раньше, еще не значит, что это невозможно. А теперь давай поспешим и узнаем, не нужна ли кому помощь; даже если квартал просто переехал, разрушений наверняка не удалось избежать.

*****

Рэндидли еще какое-то время наблюдал за бушующим вокруг дона Бейгона величием, отмечая, как весь накопленный им импульс теперь выплескивается в пустоту. После ухода Шарлотты дон Бейгон долго сжимал кулаки и скрежетал зубами. Он долго мерил шагами комнату, прежде чем вернуться в Хоумвелл.

Другие течения Пустоты уже закружились поблизости, стремясь воспользоваться этой мощной фрустрацией. Что примечательно, на дона Бейгона обратил пристальное внимание Культ Спасителя.

На мгновение глаза Рэндидли сузились, и он оглянулся через плечо. Легкое искажение в его тени разгладилось почти мгновенно. Тем не менее он поджал губы. Не то чтобы он ожидал, что его приготовления останутся совершенно незамеченными, но его слегка тревожило то, с каким трудом ему удавалось засечь представителя Культа Спасителя. Каким-то образом они умудрялись чувствовать, когда он думал о них слишком отчетливо.

«И все же им меня не остановить», – губы Рэндидли изогнулись в усмешке. — «Особенно когда они не способны разглядеть ту масштабную игру, которую я затеваю».

Всего за два дня до решающего противостояния внимание Рэндидли переключилось на его новое увлечение. Он погрузился в глубины своего Ядра Пустоты и позволил своему величию полностью окутать тело. Его сознание устремилось вперед, соприкасаясь с каждой из четырех Властей.

Первая Власть: Захват.

Вторая Власть: Полая Игла.

Третья Власть: Нематериальное Погребение.

Четвертая Власть: Сверхновая Оживления.

Каждая из них несла в себе своеобразное ощущение прохлады. Они составляли четыре столпа его Ядра Пустоты. В этот момент он коснулся Второй Власти. Его Ядро Пустоты содрогалось в течение нескольких секунд, пропуская через себя крупицу Полой Иглы, дарованной ему статуей Никс. Длинное, тонкое орудие, напоминающее продолжение его собственного тела, показалось невероятно легким в руке.

В пространстве возникла рябь, которая быстро стабилизировалась по мере проявления Власти. Рэндидли с улыбкой посмотрел на небо. «Спасибо, Деганавида. Ты действительно прелесть, когда не кромсаешь мои осколки Судьбы».

Он сосредоточился на своих руках, начиная плести Ритуалы Пустоты. Он сворачивал энергию в тугие ленты, создавая плотные сферы тьмы. И хотя внешне результат выглядел как обсидиановый шар размером с кулак, внутри него бушевал вихрь упорядоченной силы.

Он создал не один, а целую серию Ритуалов Пустоты, сплетая их воедино с мыслями и эмоциями при помощи могущественной Полой Иглы. На каждый уходило около десяти минут кропотливой работы: он тщательно накладывал друг на друга различные узоры, скручивая и уплотняя их до тех пор, пока заключенная внутри потенциальная энергия не повисала в воздухе электрическим зарядом, готовым в любой момент взорваться сокрушительной силой.

Закончив работу, он взмахнул кистью, и обсидиановый шар отлетел в сторону, присоединившись к еще примерно сорока таким же сферам, мерно покачивающимся вокруг него.

Теперь, когда его быстрая-быстрая-медленная Пустота полностью заменила собой энергию, текущую по телу, он взялся за дело всерьез. Его пальцы двигались с неуловимой быстротой, создавая крошечные фрагменты более масштабного целого – мира, смоделированного на основе его недавних изменений погоды вокруг Маллуна.

Поздравляем! Ваш навык «Стремления Наследника Пустоты» (П) повысился до 1109-го уровня!

Вот только на этот раз он тратил свои силы не просто на то, чтобы удерживать солнечную погоду.

Обратной стороной медали было то, что Рэндидли пришлось спешно прекратить работу, позволяя Второй Власти рассеяться. Его Ядро Пустоты жалобно заныло, а в голове застучало; несмотря на то, что Деганавида удерживал мир в стабильном состоянии, Рэндидли все еще не мог справляться с такой мощной Властью слишком долго. Но он знал, что возможность вплести в Ритуалы Пустоты как свою новую упорядоченную энергию, так и крупицы собственных эмоций, стоила этих мучений.

Это будут молитвы о том, чтобы алхимия пронеслась по миру и сотворила чудо. Он создавал их, не имея в голове конкретного метода, просто зная, что ему необходимо подготовить мощное оружие Пустоты.

Он огляделся по сторонам; сегодняшними усилиями он, вероятно, выполнил половину от намеченного. Чтобы закончить вовремя, в следующие два дня придется изрядно попотеть. С этой мыслью он позволил себе короткий отдых. Он лег на землю и позволил своему разуму погрузиться в дремоту.

Но ровно через тридцать минут его глаза распахнулись. Впереди было много работы.

Он постарался максимально расслабиться, игнорируя любые колебания величия. Вместо этого он принялся систематизировать Эфир из воспоминания. Осознав трюк с заимствованием желаний Пайна для усиления собственной воли, он наткнулся на еще одно весьма плодотворное направление для размышлений: Систему.

Интерфейс Системы во Второй Когорте еще не был создан, а значит, ее основы по большей части оставались незамеченными для окружающих, но она по-прежнему оставалась центральной силой, определяющей характер всех взаимодействий. Рэндидли что-то напевал себе под нос, пытаясь перенять у Деганавиды его поразительную способность отсекать лишний шум и зрить в самую суть.

Потому что существовал один конкретный базовый механизм, который он очень хотел использовать.

Поздравляем! Ваш навык «Архитектура Первозданных Путей» (М) повысился до 971-го уровня!

… к сожалению, хотя в момент зарождения эта идея казалась настоящим откровением, обнаружить активные сегменты Нексуса оказалось гораздо сложнее, чем он предполагал.

— Есть какие-нибудь соображения? — Спросил Рэндидли у Нивеи после нескольких часов бесплодных попыток.

По мере того как планы Рэндидли обретали плоть и кровь, становясь все более действенными, волны негатива и страха, исходившие от его связанной узами души спутницы, постепенно угасали. Поэтому он искренне обрадовался, когда она прислала ему точный мысленный образ структуры Эфира, которую он так упорно искал.

Рэндидли отстранился и расширил свои чувства, простирая восприятие все дальше и дальше. Его сознание неслось над поверхностью гигантской планеты, на которой разворачивались события Второй Когорты. Все дальше и дальше, пока ощущения не начали расплываться, выходя за туманные пределы планетной атмосферы в открытый космос.

За пределами этой суперпланеты не было жизни. Вселенная вокруг Нексуса была пуста. Она служила лишь безмолвным фоном для главного действа.

Чувствуя, как начинает закипать головная боль, Рэндидли до предела растянул свое восприятие, а затем резко направил его внутрь. Эфирные структуры были внедрены в саму суть Нексуса менее изощренным способом, чем гражданство, но по схожей методологии. Рабочие механизмы Нексуса оставались невидимыми… если только не смотреть на них под правильным углом.

Сверкающее великолепие сложнейших эфирных шестерен, пылающих энергетических связей и колоссальных систем генерации и распределения энергии, а также сбора идей на мгновение лишило Рэндидли дара речи. Огромные колеса из золота и багрянца медленно вращались, осыпая пространство искрами слепящего света. Великая река информации текла по сложной сети лабиринтов, поглощая и перераспределяя образы по всей вселенной. Вся эта конструкция казалась живой, пульсирующей первозданной силой. Он чувствовал присутствие этих механизмов на протяжении большей части последних десяти лет своей жизни. Но теперь, когда интерфейс Системы был обнажен, он мог воочию созерцать чистый гений этой архитектуры.

Он прикусил губу. «Нельзя тратить слишком много времени на восхищение. У меня есть задача».

Восприятие Рэндидли скользило сквозь потоки энергии, запечатлевая мысленные образы для Нивеи и одновременно выслеживая свою цель. И примерно через пятнадцать минут он нашел ее. Лицо его расплылось в широкой улыбке. Он довольно потер руки, светясь от самодовольства. — Ну и что тут у нас?

Рэндидли устремил взор на сложнейшие механизмы Пустоты, которым предстояло распахнуть свои врата и поглотить новую Когорту.