Глава 2053 — Без названия

Атмосфера за ужином сделалась натянутой: Фиона напряженно обдумывала новости о своем бывшем муже, а Рэндидли без труда мог представить, как Девик с мстительной жестокостью стирает с лица земли целый народ.

Рэндидли по крайней мере чувствовал, что вопрос с Фионой улажен, пока сам размышлял о своемдругом, сложном и изменчивом внутреннем смятении. Которое, если говорить откровенно, требовало такой глубокой внутренней работы, на какую у него сейчас просто не было сил.

Тем не менее Фиона замкнулась в себе и ушла в собственные мысли, пока отряд расправлялся с курицей и морковью. Рэндидли надеялся, что она не настолько хорошо помнит образ Девик, чтобы во всех красках вообразить, что эта безумная женщина способна сотворить с кем-то столь явно беззащитным, каким был Дулис, однако бледность на лице Фионы не оставляла Рэндидли особых надежд.

Пуллас пыталась завязать разговор о Хароне, и Нивея тактично поддерживала ее старания. Ксерши, как обычно, казался совершенно оторванным от эмоционального напряжения, царившего в комнате. Он то и дело громко хохотал и хлопал себя по колену. В каком-то смысле Рэндидли даже восхищался его поведением.

Тем не менее ужин завершился согласием. Весь Пакт Восхождения продолжит подъем следующим утром, двигаясь через ярусы с неактивной инфраструктурой, оставленной здесь давным-девять лет назад Элхумом, чтобы попытаться найти предмет, который требовался Покровительнице Перьев. Рэндидли не стал вдаваться в подробности их конечной цели – отчасти потому, что сам не знал, что именно ищет, отчасти же из нежелания раскрывать, насколько явно его намерения идут вразрез с волей Элхума.

А это означало, что у Рэндидли осталась последняя ночь на Экспире, чтобы подготовиться. Изрядная часть его существа требовала немедленно разобраться с похожей на опухоль проблемой, разраставшейся внутри Серой Твари, но он уже успел поумнеть и распознать собственную дурную привычку без передышки бросаться от одного дела к другому. К тому же, проведя вечер прямо перед Нивеей, он с неловкостью осознал, как сильно она за него беспокоится.

Вместо каких-либо целенаправленных тренировок Рэндидли просто вернулся в центральную зону Лабиринта Академии Харона и сосредоточился на течении Пустоты в своем теле. Он сел и просто замер, созерцая самого себя.

Начав самоанализ, он обнаружил, что в его теле прижилось множество мелких изъянов и непредсказуемых завихрений. Вместо отлаженной системы он превратился в клубок колючего кустарника. Глядя на этот хаос в потоках внутренней энергии, он почти радовался, что его эмоциональные проблемы не привели к еще более катастрофическим последствиям.

Рэндидли решительно и жестко искоренял неэффективные узлы и заторы в потоках Пустоты, поражаясь тому, как Пустота копирует неизбежные отклонения органических систем. Судя по форме этих изъянов, большинство из них появилось, когда Рэндидли завершал Иерархию Бремени. Процесс удержания всех уровней одновременно не прошел гладко, оставив после себя застарелые повреждения.

И все же прямое внимание могло их исцелить. Его тело постепенно возвращалось к гармонии.

По мере того как Рэндидли залечивал эти изъяны, он чувствовал, как уходит подсознательное напряжение в теле. Круговорот энергии внутри него становился все более плавным. Он мог закрыть глаза и просто отдаться этому течению, циркулирующему по венам, закладывая основу для следующего витка энергии. Ничто больше не имело значения, кроме шлифовки этого пути.

Его тело стало незаменимой частью его непрерывного роста. Посвятить ему ночь на данном этапе казалось надежным вложением. И чем больше он двигался, тем легче становился поток энергии. Его Ядро Пустоты вращалось быстрее. Связующие нити энергии крепли, становясь естественными. Гудящая сила, о потере которой он почти забыл, теперь возвращалась к нему.

Мир вращался вокруг, пока Рэндидли делал этот небольшой шаг к исцелению.

Этот процесс настолько увлек его, что он лишь несколько раз вынырнул из медитации, вспомнив внезапный уход своего отца.

Когда наступило утро, он поднялся и потянулся. Спина приятно хрустнула. Волны жара исходили от его мышц, буквально шкворча от избытка энергии. Собираясь уходить, чтобы созвать остальных членов Пакта Восхождения, он вдруг заметил, что одна из Каракуль переместилась на второй уровень его пирамиды. Он помедлил и изучил ее; связанный с ней образ принадлежал кому-то незнакомому. Даже по одному взгляду он мог сказать, что создатель был молод и полон яростных амбиций. Должно быть, она появилась еще вчера вечером, но он был слишком отвлечен, чтобы заметить.

Рэндидли закрыл глаза и улыбнулся.«Да. Именно ради этого я и боролся за это место. Рост нужно поощрять и вознаграждать. Как бы трудно ни было идти по плато, что ждет тебя на самом верху, нам нужно, чтобы больше людей добирались сюда и сражались за свою личную силу…»

«Просто на случай, если я когда-нибудь оступлюсь. Если когда-нибудь ноша станет непосильной…»

Он встряхнулся, не давая мыслям снова скатиться в унылый круговорот. Открыв портал в хижину Нивеи, он обнаружил, что три других члена Пакта Восхождения уже ждут его. Ксерши в основном переоделся из своего вчерашнего пижонского наряда, но все еще оставался в университетской куртке, из-за чего Рэндидли лишь закатил глаза.

— Готовы? — Спросил он, оглядев их. Каждый кивнул. Фиона по-прежнему избегала его взгляда, но его это не особо задевало. Пустота текла между ними. Меньше, чем раньше – пожалуй, даже настолько меньше, что активировать ее татуировку было бы почти невозможно, – но связь сохранялась.

Он перенес их всех обратно из Альфа-Космоса в пространство вокруг своего тела в Сонаре. Крошечный воссозданный домик Дулиса с обуглившейся кладовой ждал их. Почти сразу же Фиона подошла к двери и направилась к тому месту, где он рухнул перед их уходом. Она обхватила плечи руками и опустилась на колени рядом с этим местом, ее лицо скрывала тень.

Остальные дали ей побыть наедине с собой. Рэндидли расправил плечи, уже успев подзабыть, насколько эффективно Сонара резонирует с образами и придает им глубину.

Теперь, когда Дулис был выведен из строя и исчез, его жесткий контроль над этим ярусом начал ослабевать. Рэндидли почувствовал, как все три его образа подсознательно потянулись наружу, ластясь к благоприятной для них среде, словно стадо кошек о ноги хозяина. Он почти сразу обуздал их, выйдя наружу и сощурившись на небо. Фиона сидела на корточках там, где раньше находился Дулис, пытаясь нащупать его образ и образ Девик.

— Ты не обязана идти наверх с нами, если не хочешь, — предложил Рэндидли.

Фиона заметно вздрогнула.

— Нет, я… если вы не против, я хочу продолжить подъем с вами. К тому же, против Девик… ну. Ее образ находит мой забавным. Для этой женщины… почти нет ничего святого. Я не смогу противостоять ей в одиночку.

Неловкое напряжение между ними рассеялось, когда Ксерши шагнул вперед.

— Сам Элхум преграждает нам путь, да? Посмотрим, что за защиту он тут оставил.

— Наверное, стоит по-прежнему использовать внешние лестницы, — предложила Пуллас. — Не то чтобы защита вокруг этих зон слабее, чем на центральной лестнице. Но по крайней мере, если нас заметят, бежать придется не так далеко.

Отряд покинул парящий дворец Дулиса, не обращая внимания на великолепные облачные пейзажи и тщательно ухоженные сады, и устремился через огромный ярус к его краю. Рэндидли позволил каждому из трех своих образов немного закрепиться в этой все более благоприятной среде, но старался не привыкать к хорошему.

Худшее в Сонаре заключалось в том, насколько сильно здесь резонировали образы, стремясь ввысь. Трудно было представить, что можно незаметно подобраться к любым укреплениям Элхума, одновременно развивая свой образ прямо под ними.

Пересекая размашистым шагом огромный, сверкающий звездный пейзаж, Рэндидли повернулся к Пуллас.

— У тебя есть сведения о том, где именно меняется характер защиты?

Она покачала головой.

— Вообще никаких. Десятки людей проходили здесь, пока я управляла Идиллой. Каждый обещал мне спуститься в самые глубины и вернуться с отчетом. Не то чтобы я им верила – большинство были либо склонны к самоубийству, либо нестабильны. Но ровно ноль из этих людей вернулись назад, чтобы похвастаться своими достижениями.

Рэндидли мрачно кивнул. Он ожидал подобного ответа, но из-за этого было трудно понять, как действовать дальше. Сейчас они находились на 40-м ярусе, а Элхум определенно контролировал несколько ярусов в районе 50-го. Но сколько именно ярусов в обе стороны? Были ли они в безопасности до 48-го? Или до 45-го?

После часа стремительного пути отряд нашел внешнюю лестницу и начал подъем. Однако, когда они поднимались по самому звучному краю Сонары, кое-что сразу привлекло внимание Рэндидли. Концентрация Пустоты в воздухе стала плотнее. Ощутив этот прилив энергии, Рэндидли глубоко вдохнул носом, пытаясь вглядеться в пространство следующих нескольких этажей…

Он нахмурился, когда ничего не вышло. Тем не менее они добрались до 41-го яруса, и Пустота продолжала сгущаться, даря ему надежду.

Пуллас тихо выдохнула, когда они оказались в почти полной темноте.

— Это… первозданный хаос. Нетронутое пространство для оттачивания образа… У Дулиса Амбара должно быть было больше самообладания, чем я думала, раз он оставил это место нетронутым…

Затем Пуллас слегка смутилась, возможно, осознав, что невольно задела Дулиса. Ксерши потер шею. Фиона огляделась, ее глаза светились в полумраке.

— Возможно, а возможно и нет. У каждого в этом мире есть то, чего он боится.

Группа двинулась вперед. По крайней мере, благодаря обилию Пустоты в атмосфере, Рэндидли без колебаний шел к выходу. И конечно, это была своего рода изощренная пытка – проходить через такое пространство, вообще не выпуская свои образы, чтобы они могли размяться и напитаться силой. Как и говорила Пуллас, ярус вокруг них казался каким-то космическим лоном. Местом, где его образы могли созреть и переродиться в более могущественную форму.

И все же.

Возможно, дело было в тишине. Возможно, в том, насколько абсолютно идеальным казалось это окружение. Возможно, в отсутствии какого-либо движения в растущей концентрации Пустоты, которое должно было присутствовать, если бы эта область действительно давала ту силу, на которую намекала.

Из-за своих сомнений и осторожности Рэндидли держал образы внутри себя. Из уважения к нему остальные трое поступали так же. Ксерши даже начал использовать свои странные трюки, чтобы скрыть присутствие, из-за чего легко было забыть, что он идет рядом с ними – куртка и все остальное.

Когда они достигли следующей внешней лестницы, все четверо резко остановились. Рэндидли поморщился.

— Что ж, полагаю, это тот самый знак, которого мы ждали. Попытки избежать внимания Элхума… уже начались.

Лестница шла вдоль сверкающей металлической стены. Рэндидли не знал, было ли это творением мастеров или настоящей внешней обшивкой бура, но вдоль стены висело около сотни хрустальных сфер. Сложные металлические устройства, покрытые Гравировкой, соединялись со сферами трубками, откачивая энергию и уводя ее по странной вентиляционной системе на следующий ярус.

Внутри сфер находились свернувшиеся калачиком тела. Живые, дышащие тела, развивающие свои образы.

— Что это, черт возьми, такое? — Прошептал Ксерши.

Группа подкралась ближе к гудящей установке. Мысленным усилием Рэндидли призвал сознание Нивеи. Она быстро принялась расшифровывать Гравировки, которые он видел, пока сам он снова вдыхал воздух. Здесь находился темный водоворот значимости, высасывающий смысл из остальной части яруса и жадно удерживающий его в одной точке.

Фиона указала на землю.

— Смотрите. Прямо у края на земле видны Гравировки. Подозреваю… весь ярус покрыт Гравировкой. Так что, когда вы начинаете тренировать свой образ, погружаясь в процесс, это заставляет весь ярус сжимать этот… пузырь вокруг вас. Вы остаетесь в этом идеальном моменте озарения, возможно, под действием какой-то иллюзии, пока вас не закупорят и не подключат к… этому.

— Где Элхум похищает ваш образ? — Недоверчиво спросила Пуллас. — Использует вас как батарейку?

«И если сотня могущественных владельцев образов дает эту энергию, то что именно Элхум питает так долго?»– Рэндидли мрачно проследил взглядом за массивными кабелями, уходящими вверх по стене.