Глава 2042 — Без названия

«События внутри воспоминания, – размышлял Рэндидли, озираясь на царящие вокруг хаос и разруху, – слишком быстро выходят из-под контроля. И на этот раз в этом даже нет моей вины».

Пока на него обрушивалась мощь Вестриссера, он мысленно возвращался к событиям, которые привели его к этой точке.

После неистовых тренировок ради накопления PP и последующего открытия своей новой Частицы Судьбы он устремился к Маллуну, привлеченный стремительной концентрацией значимости вокруг города. Стоило ему приблизиться, как громовой голос Вестриссера выкрикнул приказ запереть перед ним ворота. К его удивлению, дорогу ему преградили несколько человек в официальных облачениях. Охваченный яростью, Рэндидли остановился, взвешивая последствия. С одной стороны, вражда с Вестриссером сулила проблемы – как для его дальнейшего пребывания в этих краях, так и для попыток удержать воспоминание от дестабилизации. Очевидно, что в настоящей истории он не пробивал себе путь через ворота Маллуна кулаками.

С другой стороны, даже сквозь стены он чувствовал, как Элхум теряет самообладание. Праведный гнев этого человека представлял собой поистине неописуемое зрелище, искажающее само небо своим присутствием. Поскольку в вышине все больше значимости сплеталось в яростный, пульсирующий узел, Рэндидли принял решение и сжал кулак. Изнуряющее пятно на его левой руке заныло, но он проигнорировал это. Каковы бы ни были последствия, в этот момент ему необходимо находиться внутри Маллуна; это была, безусловно, самая мощная поворотная точка, которую он когда-либо ощущал в воспоминании.

Серая Тварь зарычала, когда Рэндидли поднял руку, но затем он почувствовал пробуждение первой созданной им Феи. Доверившись Вестнику Пустоты, он принял призыв.

Теперь же у Рэндидли ныли дажезубы. Странное ощущение – самая раздражающая из всех болей, терзавших его после активации этой причудливой способности. Несмотря на это, он чувствовал себя более чем способным сдерживать Вестриссера достаточно долго, чтобы Элхум закончил проверять состояние Покровителя Глубин и примчался сюда ради мести.

А сейчас, судя по всему, Вестриссер счел достаточным направить против него простыхстражников. Рэндидли почувствовал себя слегка оскорбленным.

Дом вокруг него содрогался от грохота: Элхум и Вестриссер столкнулись добрый десяток раз в стремительной череде ударов. Образ Элхума раз за разом обрушивался на главенство Вестриссера над этой областью, ослабляя его хватку. Со своей стороны Вестриссер отвечал на удивление сдержанно; он не пытался задействовать всю мощь своего образа, которую Рэндидли отчетливо в нем ощущал. Вместо этого он просто удерживал текущий статус-кво, но растущая буря ярости внутри белокрылого змея говорила о том, что вскоре все изменится.

«Он не хочет раскрывать свои силы в полную меру? – …взгляд Рэндидли метнулся в сторону. – …Ах, ну конечно. Ведь за пределами Маллуна затаился Король Пустоты Мрачное Небо».

Сдержанность в данном контексте была понятием относительным; мирные жители Маллуна продолжали спасаться бегством. Здания качались, готовые рухнуть от одного хорошего толчка. По всему городу не умолкая выли сигналы тревоги.

Деметриус коснулся плеча Рэндидли, выводя его из раздумий. Вестник Пустоты посмотрел на него с беспокойством:

— Мой господин, обопритесь на меня, если нужно. Я понимаю, как тяжело перемещаться через Фею, даже если у вас есть всего одна связь, за которую можно ухватиться.

Это, по крайней мере, объясняло странную ломоту, добравшуюся даже до зубов. Но Рэндидли лишь слегка встряхнулся:

— Не беспокойся обо мне. Мое тело способно выдержать и не такое. А пока оставайся здесь и приглядывай за Йотемом. Мне нужно…

Кто-то пинком обрушил последнюю уцелевшую стену их полуразрушенного убежища. Рэндидли развернулся и увидел двух каменных гуманоидов; тот, что стоял впереди, практически облизывал свои гранитные губы. Голос агрессора прозвучал глухо и угрожающе:

— Король Пустоты Алчущее Око. Ты нарушаешь покой Лорда в Маллуне, а потому объявляешься арестованным. Если окажешь сопротивление… мы без колебаний переломаем тебе кости.

Рэндидли почувствовал, как новые стражники стягиваются к дому, окружая его, а также подкрепляют позиции самого Вестриссера в противостоянии с Элхумом. В плотных группах по флангам построения начали формироваться массовые образы. И все же, взглянув на этих двоих, он ощутил укол узнавания:

— А, Копал. Ты оказался достаточно глуп, чтобы всерьез попытаться исполнить свою угрозу мести?

Перед ним стояли Копал и Догоэль – те самые двое, с которыми Рэндидли схлестнулся, когда впервые встретил Мэй Мирну и других Покровителей на окраине подземного рынка. Оба обладали могучими телами и использовали материализацию образов для их дальнейшего усиления. И все же…

При словах Рэндидли мрачное ликование сползло с лица Копала. Он сделал шаг вперед, с хрустом раздавливая обломки под ногами:

— Я больше не недооценю тебя, отродье Пустоты. Это место станет твоей могилой, дай мне хоть малейший повод.

Рэндидли едва не рассмеялся. Но прямо сейчас его собственный гнев начал подниматься, отражая ярость Элхума; кроме того, он чувствовал смутное желание защитить Покровителя Глубин, который перенял эстетику его парящих островов.

Глаза Рэндидли сузились, когда Ядро Пустоты в его груди начало стремительно вращаться. Он обменялся взглядом с Деметриусом; нужно было уберечь Йотема от отголосков того, что сейчас произойдет. Затем он шагнул вперед:

— Осторожнее, с нашей последней битвы я кое в чем прибавил.

— Рисовка тебе не к лицу, Король Пустоты, — подал наконец голос Догоэль, действительно опасный противник из этого дуэта.

Цокнув языком, Рэндидли лишь мысленно пожалел о том, что его предупреждение проигнорировали. И зачем он только утруждал себя? Пустота свивалась кольцами в его груди. Три его образа обменялись почти радостными приветствиями: тьма Мертворожденного Феникса пульсировала, корни Иггдрасиля зловеще скрипели, принимая боевое положение, и, наконец, Серая Тварь недвусмысленно высунула язык, пробуя воздух на вкус. Рэндидли уже тянулся к кинетическим волнам, высвобождаемым столкновением Элхума и Вестриссера, вбирая их в себя. Над их головами назревала буря чистой силы – растущий запас мощи еще до того, как ему пришлось напрячь хоть один мускул.

Его образы и Пустота потянулись наружу, прощупывая окружение. Воспоминание вокруг него едва колыхнулось, когда он начал собирать свое оружие. Ядро Пустоты начало набирать обороты, закладывая еще более прочный фундамент. Злая ухмылка тронула уголки его губ.

Рэндидли Гостхаунд подозревал, что все еще может разнести это воспоминание в щепки, если соберет воедино всю свою новообретенную эмоциональную силу и совершит один мощный рывок, задействовав Ядро Пустоты на пределе возможностей. Рисунка Ритуала Пустоты примерно в пять раз масштабнее его схемы управления погодой вполне хватило бы для этого. Однако он был уверен, что сможет безопасно управиться с той силой, которую использовал за пределами воспоминания, чтобы сразить коменданта Вика и одолеть Дулиса Амбара.

Пальцы его босых ног напряглись. Наконец-то пришло время доказать лживость прозвища, которое он заслужил в этом воспоминании, – Король Пустоты Алчущее Око.

Материализованные образы со щелчком зафиксировались на его теле. Он выбрал свое первоначальное сочетание образов: золотые вены, проступающие сквозь полупрозрачную кожу, узловатый бронированный хитин на руках и суставах, а левый глаз превратился в клубящуюся бездну тьмы. Он также сделал легкий вдох и выпустил Пустоту в атмосферу, используя вихрь силы над головой, чтобы почти небрежно потеснить господство образа Вестриссера в Маллуне.

Поскольку внимание предводителя было приковано к Элхуму, тот не мог оказать серьезного сопротивления.

— Так ты выбираешь смерть? И выставляешь эти жалкие подобия образов, да еще три разом? Тупая ты девка Пустоты, попытка впихнуть в себя побольше образов не сделает тебя сильнее! — Копал разразился хохотом и широко развел руки. Образ его воинского превосходства вспыхнул вокруг тела. — Я сломаю…

«Рассвет Открывает Небо, Реальность Пробуждается. Зловещий Вальс Тартара. Карающая Химера Разит».

Взмах руки. Шаг. Удар.

Поздравляем! Ваш навык «Карающая Химера Разит» (М) развился до 835-го уровня!

Воздух вокруг него озарился бледным предрассветным светом.

Три образа слились воедино в теле Рэндидли, неся в себе тот усиленный эмоциональный отклик, который он обрел, преодолев ментальные опухоли, занесенные в его подсознание Альфа-Космосом. Он шагнул вперед и нанес удар прямо в каменную грудь Копала. Почти инстинктивно образ каменного человека затрепетал, пытаясь сдержать вторжение Пустоты.

Но теперь Пустоте больше не нужно было составлять лишь половину сил Рэндидли. Теперь она стала его кровью, стремительно циркулирующей по телу и питающей мышцы. Его материализованные образы засияли ярче, став настолько осязаемыми, что их мощь просачивалась в пространство вокруг него.

Защита, выстроенная против Пустоты, беспомощно рухнула перед лицом концентрированного Эфира. Грудь Копала вдавилась внутрь, и его тело трижды протащило по земле, прежде чем он срикошетил от обломков камня и взмыл в воздух. Несколько более слабых стражников Маллуна, окружавших дом, были сбиты с ног этим внезапным каменным снарядом.

Всего в метре от Рэндидли поднялся образ самого Догоэля. Стражник не отступил, лишь смотрел на Рэндидли серьезным взглядом; этот боец не совершит глупости и не станет недооценивать противника, особенно после того, как увидел своего подчиненного с проломленной грудью.

Тело каменного человека заметно потяжелело, когда Рэндидли уперся ногой в землю и развернулся. Догоэль направил весь свой образ в массивную руку и нанес удар. Но каким бы прочным ни было тело Догоэля, оно не шло ни в какое сравнение с Ужасающей Стремительностью Рэндидли. Уклонившись от выпада, он резким восходящим движением перехватил предплечье Догоэля, намереваясь переломить его пополам.

Звук удара отозвался тяжелым треском. Каменный человек прорычал от боли и сделал полшага назад, но конечность не сломалась, как планировалось. Лицо Рэндидли дрогнуло. «А он крепкий ублюдок».

Остальные стражники в округе наконец собрали свои образы и бросились в бой, но Рэндидли мысленным приказом обрушил на них бурю силы, которую копил над их головами. Острые лезвия ветра и Пустоты с воем устремились вниз, начисто срезав ноги ящеролюду, шедшему в лидерах гонки. Вторая стражница успела вскинуть руки, и ее образ вспыхнул достаточно ярко, чтобы заблокировать следующее лезвие, но от удара ее отбросило назад, и она с треском впечаталась в полуразрушенное здание на противоположной стороне улицы. Дюжине стражников позади нее пришлось не лучше, хотя они и пригнулись, пытаясь переждать атаку.

Почти машинально Рэндидли собрал всю кинетическую силу и искажения, возникшие от взаимодействия Эфира и Пустоты. Бушующий над головой вихрь стал еще сильнее, поглощая эту энергию. Тем временем он скорректировал тактику против Догоэля. Пока Эфир и Пустота пели в его теле, он уклонился от второго удара и подсечкой выбил ноги каменного человека.

Тот среагировал мгновенно, извернувшись и приземлившись на все четыре конечности, подобно какому-то кубическому коту – зрелище было одновременно впечатляющим и пугающим, – но Рэндидли уже размылся в движении. Оказавшись над Догоэлем, он буквально разорвал его образ и со всей силы топнул вниз. Голова каменного человека пробила землю, ушедшую из-под ног, и погрузилась в нее по самую шею. Его позвоночник выдержал, и Рэндидли мысленно признал, что на нанесение действительно серьезных увечий уйдет немало времени и сил.

Вместо этого он поднял ошеломленного каменного гиганта и запустил его в воздух, словно пращу. Догоэль полетел отличным снарядом, свистя в воздухе… прямо в спину Вестриссеру, когда Крылатый Змей замешкался, блокируя очередной громоподобный удар Элхума.

В самый последний момент Вестриссер скосил глаза и резко взмахнул рукой. Порыв ветра уплотнился перед стражником, не дав ему врезаться в своего господина. Но это дало Элхуму еще мгновение, чтобы покрепче встать на ноги, опустить руку и нанести удар от бедра, который обрушился вперед со всей сокрушительной мощью извергающегося вулкана.

Глаза Рэндидли блеснули, оценив безупречную передачу кинетической энергии в этой атаке. «Этот удар… один в один как у Вуаллы».

Рука Вестриссера очертила плавный круг перед летящим кулаком, и его образ подавил атаку до того, как та успела набрать слишком большую инерцию. Хватка белокрылого воителя за пространство содрогнулась, но выстояла. И все же, пусть он и легко рассеял силу образа, ему пришлось блокировать физический удар. При столкновении улица под ними треснула и вспучилась. Окружающие здания задрожали и начали оседать. Верхние этажи рассыпались в пыль.

Рэндидли вбирал высвобождающуюся силу столкновения в свою бурю, но на мгновение просто замер, наблюдая. Его глаза сузились. «Если так пойдет и дальше, мы разрушим добрую половину инфраструктуры Маллуна. Вестриссер все еще колеблется и не использует полную силу, зная об охотнике за пределами города, но ведь это наверняка не вся его защита…»

Как по команде, Догоэль с трудом поднялся с земли. Несмотря на то что он принял на себя несколько прямых ударов Рэндидли, он казался невредимым:

— Протокол «Божественность»! Активировать защитный барьер! Стереть нарушителей в порошок!