Глава 1906 — Без названия

Рэндидли приподнял бровь, наблюдая за тем, как Сунан носится туда-сюда, перетаскивая охапками небольшие сервировочные тарелки и щипцы к длинному столу. Стоявший рядом Сэм пожал плечами с измученным видом. Помогая с приготовлениями, он не сводил глаз с седла, которое нацепил на себя малец. — Понятия не имею, — проворчал он. — …Он просто… вбил себе в голову, что самые крутые персонажи в историях – это ездовые животные. Ха-ах… поймешь, когда у тебя появятся собственные дети. Иногда остается только надеяться, что эта зацикленность пройдет.

Солнце уже взобралось высоко, зависнув прямо над головой; оно полностью миновало завесу грозовых туч и нещадно палило. Даже несмотря на ветерок, гулявший по острову, жара ощущалась почти физически, давя на плечи. Услышав их разговор, Сунан прервал работу и с предельной серьезностью посмотрел на троих мужчин. — Курьеры – это ездовые животные для информации и материи. Почта – это клей, который удерживает общество вместе. Так что это считается тренировкой.

С этими словами он вернулся к своим делам. Чуть дальше по пляжу Селена и Татьяна сидели на корточках у коптильных ям и что-то там проверяли; судя по их примерному графику, еда должна была скоро поспеть. Большинство других гостей барбекю либо отдыхали на пляже с противоположной стороны острова, либо наслаждались утренними коктейлями на пришвартованной барже. На данный момент не прибыли даже рабочие, которые должны были помогать в организации мероприятия.

Рэндидли и его спутники были на берегу одни. И это только подчеркивало, насколько странно вел себя Сунан.

Нрорси цокнул языком и покачал маленькой головой, глядя на суетящегося мальчишку, но Рэндидли удивился тому, каким теплым было выражение лица гоблина. — Честно говоря, дети выкопают такие причуды, о которых вы и не подозревали, — промолвил он. — …И при этом в них будет меньше смысла, чем в еже, несущем охапку воздушных шаров. Но именно поэтому…

Слова гоблина оборвались, когда Сунан поспешно вернулся, подхватил еще несколько столовых приборов из кучи и понес их к сервировочному столу. С неожиданной нежностью Сэм похлопал коротышку по спине, пока Нрорси так и не мог закончить фразу. Затем он кивнул, и троица оставила Сунана за работой.

— Часть энергии этого сорванца берется из того факта, что ты смотришь на него, Рэндидли, — хмыкнул Сэм. — Пацан вырос на историях о тебе. Когда мы уйдем, надеюсь, он немного выдохнется и ему станет скучно. Может, даже поиграет с детьми своего возраста. К тому же… я прихватил кое-что особенное из винокурни Доннитона.

Когда трио направилось к лесу, Сэм достал тяжелую стеклянную бутылку с глянцевой черной этикеткой. Нрорси одобрительно хмыкнул, когда Сэм вытащил увесистую пробку и сделал глоток. Гоблин был следующим; он приложился к янтарной жидкости так основательно, что Сэм стал похож на недовольного руководителя хора. Они находились на той части острова, которая представляла собой гигантский растительный коллектив, поэтому Рэндидли подозрительно косился на лианы, пока те слегка расступались, пропуская их в лабиринт из стволов пальм.

Он не думал, что растительность попытается заманить их в ловушку и сожрать, учитывая, что он был среди них, но никогда нельзя было знать наверняка, что на уме у этих лиан. Рэндидли сделал мысленную заметку следить за деревьями, чтобы защитить менее могущественных гостей мероприятия.

Меньше всего ему хотелось породить еще одно кровожадное растительное существо. Хотя Покровитель Цветения была бы просто вне себя от восторга при такой перспективе.

Бутылка казалась прохладной, когда Нрорси неохотно передал ее, успев сделать второй глоток. Рэндидли взвесил ее в руке, ощущая тяжесть и улавливая кружащиеся нотки значимости и образов, которые были с любовью вплетены в жидкость. Для продукта Экспиры он был впечатлен вложенными усилиями. Винокурня явно отточила процесс и заботилась о каждой произведенной бутылке.

Он поднес стекло к губам и позволил немного виски пролиться на язык. Взгляд его затуманился. Он почувствовал вкус ириски, теплого очага, кофейных зерен, нотки ванили и цитрусовой цедры. Тепло разлилось по языку и скользнуло в горло. На несколько секунд он почувствовал, что находится вне своего тела, сидя где-то в тепле и безопасности, завернутый в шерстяное одеяло и глядя на заснеженную сказочную страну. Призрачный образ возможности мелькнул перед его глазами.

Рэндидли сделал еще глоток, стараясь не смотреть слишком пристально; сила его внимания могла разрушить тот крошечный образ, что содержался в напитке. Нрорси причмокнул губами. — Хорошая штука.

— Малая партия, — кивнул Сэм. — …Эверетт, парень, который занимается всеми их смесями, вынашивал эту почти пять лет. Его забота чувствуется в каждом глотке. — Он выхватил бутылку обратно, когда Нрорси потянулся, чтобы забрать ее у Рэндидли. — …И она стоила мне немалых денег, так что давай не будем хлебать ее как воду, а? Сколько спиртного вообще нужно твоему телу?

— У тебя нет другой бутылки? — С явным разочарованием спросил гоблин. Каменное выражение лица Сэма было единственным ответом, прежде чем он сам сделал еще глоток. Рэндидли медленно выдохнул, нежась в остаточном тепле от алкоголя. Он даже почувствовал легкое воздействие на свои чувства, пусть и на мгновение. Должно быть, это варили с расчетом на Классовых.

— Я никогда особо не пил, — признался Рэндидли. — …Или, скорее, у меня никогда не было времени, чтобы тратить его на выпивку или на то, чтобы быть пьяным. — Почему-то это возвращение на Экспиру повлекло за собой разговоры на темы, о которых он не задумывался довольно давно. Какое-то внутреннее святилище было вскрыто, и оттуда выпорхнули эти странные мысли. Но раз уж он начал делиться… — …Вечеринки в колледже… но они были скорее тревожным туманом, чем чем-то еще. К тому времени, как я стал взрослым, пришла Система. И с тех пор это был просто постоянный поток угроз.

— Питье – это безмолвное упражнение в мудрости, — изрек Нрорси после четвертого глубокого глотка. К этому моменту они прикончили почти треть. Сэм слегка щелкнул его костяшками пальцев по голове, выхватил бутылку под гневным взглядом гоблина и протянул ее Рэндидли.

— Трудно воспроизвести ту расслабляющую туманность, которую давала выпивка до того, как Характеристики стали реальностью, — медленно проговорил Сэм. Рэндидли сделал еще глоток, на этот раз почувствовав немного другие нотки. Новый прилив тепла во рту, казалось, оживил угасающее тепло в животе, устанавливая особую связь между этими частями тела. Еще несколько мгновений видение внутри жидкости висело перед ним. — Но на долю секунды, как раз когда пьешь, я думаю, можно вновь поймать тот дух. Короткий выдох. Яд, но наполненный силой, позволяющей сбежать из тюрьмы наших мыслей.

— И наших забот о детях, — внезапно нахмурился Нрорси. — …А еще – чтобы убежать от сожалений.

Рэндидли посмотрел на бутылку, а затем заговорил, намеренно уводя тему от последней фразы:

— За двери, которых раньше не существовало в тюрьмах всех видов. — Затем он последовал примеру гоблина и запрокинул бутылку, наполняя рот жидкостью.

При таком употреблении огонь алкоголя вспыхнул ярко и требовательно, просачиваясь в нос Рэндидли и едва не заставив его чихнуть. Он глотал постепенно, словно змея, поглощающая горящую комету. Он уже чувствовал, как его Необычный метаболизм очищает чувства от липкого алкогольного тумана, но на мгновение он мог притвориться. Он мог просто позволить этому ощущению поглотить его существование.

«Возможно, я истощен сильнее, чем думал», – размышлял Рэндидли. «Раз я так легко хватаюсь за эти возможности отпустить все и расслабиться. Не ради тренировки, не физически, а ради чего-то более глубокого. Я так долго шел вперед, один, без передышки…»

Рэндидли передал бутылку ждущему Нрорси. Тем временем Сэм заговорил в уютной тишине:

— Я хотел кое о чем спросить тебя, Рэндидли. Знаю, ты сейчас не особо занимаешься ковкой, но мне поступает много заказов на создание доспехов с вкрапленными в них образами. Есть какой-нибудь совет, как накопить больше значимости и сделать основу этих образов прочнее?

Глаза Рэндидли на миг блеснули; он вспомнил тот момент, когда Клинок Лунного Света напал, а он использовал образ из доспехов Сэма, чтобы изменить его вектор. Это был решающий момент в конфликте внутри Черепа Истины. Так что если Сэм хотел ковать больше таких доспехов, Рэндидли не имел ничего против.

Пусть Нексус радуется этим маленьким семенам, которые имеют глубокие связи с самим Рэндидли.

Затем он мысленно обдумал заданный вопрос. — Как создать лучшую основу, хм… ну, очевидно, это завязано на Незере; образ может поддерживать себя и расти благодаря значимости, которую тебе удается сохранить внутри доспеха. Я сталкивался с одной из твоих работ, и честно говоря, то, что тебе удалось сделать, весьма впечатляет.

Он поскреб подбородок. — Ты, наверное, и сам это знаешь, но если тратить больше времени на процесс очистки, это добавит значимости, но не в каком-то существенном объеме. Найти независимый значимый материал… даже с переменами на Экспире это может занять время; тут должно повезти с особой средой в Опасной Зоне. Получение родственных материалов, использование связей и историй между ними, вероятно, помогло бы больше. Но опять же, это требует довольно значительного совпадения. Может быть, даже целой серии совпадений.

— Не знаю, поможет ли это, но сегодня я осознал, насколько глубоко я являюсь частью своего собственного паттерна, — закончил Рэндидли. — …Я не исток, а просто еще один аспект его ряби. И я думаю, что устранение этого барьера между мной и паттернами – или в твоем случае снаряжением – может что-то изменить. Какова твоя связь с работой? Твоя роль в ее истории? Если ты сможешь найти это и сделать значимым… возможно, это принесет результат.

Сэм медленно кивнул. Затем он сердито посмотрел на Нрорси, который только что допил последние капли. Проворчав что-то, он достал еще одну бутылку. Глаза гоблина заблестели, и он потер руки. — За то, чтобы не жалеть о допитой бутылке. Если бы я растягивал ее… представьте, сколько времени прошло бы, прежде чем мы достали следующую.

*****

— Какова цель человеческого собрания? — Спросила женщина-химера. Четверо сидели в небольшой лодке, которая скользила по воде благодаря Вязи, начертанной на дереве. Солнце тлело над головой. Тодд сидел сзади, вертя в руках несколько щепок. Зак устроился посередине, вглядываясь в горизонт. С тех пор как они вернулись на Экспиру, он был на взводе, ожидая засады за каждым поворотом.

Если бы Аланы Донал не было рядом, когда Хуан Ли настиг их…

Дзета, который проявлял неподдельный энтузиазм при каждом взаимодействии со странным существом с момента их побега, решительно кивнул на вопрос. — В течение многих недель я обдумывал этот вопрос. Насколько я могу судить, люди получают социальную энергию друг от друга, находясь в непосредственной близости. У одних это получается лучше, чем у других, но всем необходимо общение друг с другом для поддержания нормальных функций.

— И это также может происходить через секс, — сказала Химера с восторгом ребенка, который наконец-то понял, как вставить колышек в нужное отверстие.

Дзета загудел и покачнулся, отчего лодка зашаталась. — Кхм. Нет, я не считаю, что это всегда верно. Это барбекю – прежде всего социальное взаимодействие, в то время как секс включает в себя обмен биологическими жидкостями ради удовольствия…

— Дзета, не рассуждай так, будто понимаешь, что такое секс, — Зак покачал головой, и в его голосе прозвучала изрядная доля пренебрежения.

— Значит, у тебя был секс? — Химера резко повернула свои бледные глаза к Заку. Его кожа зачесалась; с тех пор как она небрежно напала на группу людей, встреченных ими в сельской местности, и объединенных сил трио едва хватило, чтобы остановить насилие, он не мог смотреть ей прямо в глаза. Даже Тодд ушел в себя.

— …Был, но это было просто… — Зак попытался придумать, как описать, насколько тревожным и потным был его первый раз. Одной из проблем была густая летняя жара, другой – то, что его партнерша уже делала это раньше, но все еще была неопытной и постоянно говорила вещи вроде: «ну, когда мой прошлый парень это делал…». А хуже всего было то, что он слишком отчетливо слышал их дыхание и скрип кровати. Учитывая, насколько высоким было Восприятие у среднестатистического студента Академии Харона, не было ни единого шанса, что вся школа не знала, чем они занимаются.

От одного воспоминания об этой ночи Зак густо покраснел.

— Обратите внимание на изменение оттенка кожи, — Дзета указал на Зака. — …Это указывает на возбуждение.

— Одно лишь воспоминание позволяет этому возбуждению вернуться? Как любопытно. Кто-нибудь из вас вступит со мной в секс? Я бы хотела это испытать. Луна шепчет, что сегодня будет отличная возможность. — Химера невинно оглядела их всех. В задней части лодки Тодд подавил смешок.

Дзета снова издал натужный гудящий звук, по-видимому, слишком ошеломленный этой перспективой, чтобы его механизмы могли нормально переключиться. Тем временем течение продолжало нести их вперед. Зак надеялся, что они доберутся до барбекю Гостхаунда как можно скорее.