Глава 1377 — Без названия

Множество коротких лап Харона механически переставлялись, вминаясь в землю, и до ушей Рэндидли, сидевшего на своем парящем острове и напряженно размышлявшего о дальнейших шагах, донесся едва уловимый гул, поднимавшийся от расстилавшихся внизу травянистых равнин. Темное пятно в небе надолго приковало его взгляд.

Прежде он позволял духам лунного света свободно парить вокруг острова, и они естественным образом образовывали зримую завесу, окутывавшую его летающую обитель атмосферой таинственности. Но с тех пор как Великий Разлом отправил свои разведывательные зонды к поверхности Земли, Рэндидли заставил духов лунного света непрерывно кружить вокруг острова, чтобы самому иметь возможность постоянно следить за небом. Иначе он чувствовал себя уязвимым.

И все же, даже спустя целые сутки после того, как силы Пустоты прорвали оборону Системы, Земля больше не подвергалась нападениям. Небесная тьма безмолвствовала. Если бы не способность его навыков «Обнаружение Эфира» и «Ощущение Пустоты» видеть яростное противоборство между Пустотой и ключевой эфирной защитой Системы, Рэндидли отнесся бы к происходящему с крайним подозрением.

В сложившихся обстоятельствах он просто пребывал в крайнем напряжении. Казалось, о Земле действительно забыли. И все же из-за мощного столкновения энергий над головой сосредоточиться на чем-то другом было тяжело.

Другим следствием созерцания того, как Пустота атакует ядро Системы, стало осознание: Земле чертовски повезло, что сюда отправили лишь незначительный отряд. Нивея была бесконечно поражена техниками, которые использовались для защиты системной структуры. Но Рэндидли смотрел на другую сторону. Потому что плотность Пустоты, которую он наблюдал в небе, была, мягко говоря, пугающей.

Из-за расстояния он не мог утверждать наверняка, но эта Пустота определенно казалась гораздо более могущественной, чем та, которой владел Король Пустоты во время своего нападения на передовую. В каком-то смысле это приносило облегчение: скорее всего, это был не тот Король Пустоты, которому Рэндидли помог вырваться из когтей Бригады Ксирт.

Поздравляем! Ваш навык «Ощущение Пустоты» (L) развился до уровня 218!

Словно почувствовав мысли Рэндидли, Нивея мысленно подтолкнула его:«Не принижай себя, Рэндидли Гостхаунд. Может, твоя помощь подарила Королю Пустоты некое Вдохновение, и он стал гораздо сильнее за такой короткий срок? Пока его преследовала Бригада Ксирт. Или, возможно… я даже не решаюсь предположить… но что, если этот Король Пустоты… на самом деле Королева Пустоты?!»

Пока Рэндидли чувствовал, как его лицо все сильнее хмурится, Нивея продолжала весело слать ему мысленные послания:«Ах, и то, что ты спас ее… право, это история о несчастных влюбленных, достойная преемника воли Истрикс… о-хо-хо… неужели это то, что люди называют любовным треугольником? Не думаю, что Вуалла из тех, кто любит делиться…»

Рэндидли хмыкнул.

«Что ж, я рад, что тебе удается сохранять хорошее настроение».

На этот раз Нивея ударила Рэндидли импульсом ментальной энергии, который по ощущениям приравнивался к щелчку по лбу:«А ТЫ абсолютно ничего не добиваешься, сидя здесь и целыми днями глядя в небо».

«Ты права, но… – …Рэндидли втянул голову в плечи и стиснул зубы. – …Я обязан убедиться, что…»

Нивея снова мысленно щелкнула его:«Рэндидли, я не хочу показаться критичной… но давай смотреть реально на то, кто ты есть. Да, у тебя есть обязательства перед жителями Земли… но даже миссис Гамильтон, величайший ум, который я встречала среди вас, людей, не может одними лишь тревогами решить проблему такого масштаба. А ты… не миссис Гамильтон».

— Я… — Рэндидли открыл было рот, чтобы возразить, а затем покраснел, сообразив, что общение шло мысленно, а он ответил вслух.

Разумеется, Нивея была связана с ним ментально и все равно поняла его намерение:«Разве ты достиг нынешних высот благодаря тревогам? Или, что еще важнее, смогла бы миссис Гамильтон предсказать твой рост даже с помощью своих навыков? На оба вопроса ответ – нет. Так зачем ты это делаешь?»

Что-то дрогнуло в сердце Рэндидли. Постепенно он выпрямился. Он довольно давно не думал об этом, но сейчас начал вспоминать, какую корону он носит. — Нет… не так я становился сильнее. И даже если начну сейчас… эти методы не принесут мне успеха. Мне нужно… использовать тот метод, которому меня научил Шаль.

«Копье всегда идет вперед?»– игриво спросила Нивея.

Закатив глаза, Рэндидли покачал головой и ответил твердо. Ему показалось, будто с плеч свалилась тяжелая ноша. Дальнейший путь прояснился, а его изумрудные глаза ярко блеснули. — Нет. Тренироваться до тех пор, пока это не станет монотонным и болезненным. И делать это упорно. Потому что только так можно стать лучше.

Рэндидли был лидером на Земле. Множество людей ждали от него руководства. Существовали угрозы, с которыми мог справиться только он. Но из-за этого Рэндидли почти забыл, что причина, по которой он мог с ними справиться, заключалась вовсе не в его особом таланте находить решения проблем. Нет, своим нынешним положением он был обязан исключительно тому, что был силен.

Если у него сейчас есть время, то именно оттачивание этой силы должно стать его подготовкой к тому, что грядет. К тому же Рэндидли вовсе не был один на один с этой нависшей над Землей угрозой. Теперь, когда прошли сутки, Бригада Ксирт, скорее всего, прибудет в ближайшие день-два, чтобы разобраться с этой проблемой. Возможно, сосредоточиться на тренировках действительно было лучшим решением.

Чем меньше он будет в это втянут, тем меньше подозрений вызовет его поведение. Все, что ему нужно сделать – это собрать группу Хейфала и укрыть их в Альфа-Космосе.

Но сейчас пришло время тренироваться. Рэндидли направился к центральной части острова, где все еще оставались следы его тренировочной площадки. Вытоптанный круг, который он вырезал в земле, никуда не делся; большего Рэндидли и не требовалось. Выровняв дыхание и заставив сердце биться быстрее, он сосредоточился на своих трех образах.

В частности, Рэндидли хотел продолжить эксперименты с объединенной визуализацией своих образов как проявлений собственного тела. Он чувствовал, насколько легче управлять их силой, когда они являются частью его самого. Но стоило Рэндидли начать тренировку, как ему в голову пришла одна мысль:«Если не считать Алану, когда она сражалась со мной в Испытании… и еще несколько раз после этого… никто толком не становится аватаром для своего образа. Обычно они просто используют силу воли, чтобы создать меняющую реальность проекцию. Есть ли для этого причина?»

Задумавшись, Рэндидли достал Ключ Философа и отыскал кармическую нить Аланы. Хотя срываться с места было довольно внезапно, Рэндидли также хотелось немного отвлечься от того состояния, в котором он так долго сидел на этом острове и тревожился, не совершая ничего полезного. Короткая поездка перед тренировкой поможет прояснить разум.

Выйти за пределы Земли по-прежнему было трудно из-за присутствия Пустоты в небе, но в границах планеты использовать Частицу Судьбы было так же легко, как и всегда. Он направил ключ вперед и открыл портал.

Рэндидли шагнул вперед и огляделся, обнаружив, что портал вывел его прямо на деревянную лодку. Дождь хлестнул его по лицу. Промокшее судно качалось и кренилось на метровых волнах. Честно говоря, прохладная изморось, которую Рэндидли почувствовал на коже, принесла облегчение, учитывая, что его тело уже успело разогреться перед тренировкой.

Окинув палубу быстрым взглядом, Рэндидли увидел лишь одну фигуру, но почувствовал, как Алана в трюме корабля обнаружила его появление. Хэнк Ховард, который безуспешно пытался заставить рыбу клюнуть на его крючок, обернулся и улыбнулся. С широких полей его шляпы стекала дождевая вода. — Ба, какие люди. Сам Гостхаунд. Чему обязаны такой чести?

— Просто хотел поговорить об использовании образов, — честно ответил Рэндидли. Затем он огляделся по сторонам. Из-за висевшей в воздухе водяной пыли все вокруг, насколько хватало глаз, сливалось в мутное серо-синее марево. Облака над головой казались хмурыми и неприветливыми. — Не ожидал застать вас двоих в плавании. Да и забрались вы довольно далеко… Разве вы не только что убили нескольких Зверей Пустоты?

— Было дело, — Хэнк принялся сматывать свою удочку. — Твари оказались живучими, но все равно подохли…

— Рэндидли? — Алана вышла на палубу в простой хлопковой рубашке и джинсах. С растрепанными волосами, спадавшими на плечи, она производила совсем иное впечатление, чем обычно со своей строгой собранностью. Однако ее образ оставался таким же внушительным, как и всегда. Каждая капля дождя, приближавшаяся к ней, бесследно испарялась.

Справившись с удивлением, Алана резко улыбнулась:

— Полагаю, хорошо, что Виванья со своим выводком летает над облаками, спасаясь от шторма. Иначе тебе пришлось бы отвечать на довольно… неловкие вопросы.

Рэндидли выдавил смешок, содрогнувшись от этой перспективы; он совсем забыл, что в глазах ледяных драконов стал едва ли не религиозной фигурой. Он явился лично лишь потому, что рассчитывал сменить обстановку и отвлечься от мыслей на острове, но в будущем его поспешность определенно стоило бы умерить размышлениями.

«Всегда есть над чем поработать…»– мысленно вздохнул Рэндидли.

— В любом случае, зачем ты пришел? Собираешься напасть на ту тьму? — Улыбка Аланы стала еще острее. — Нужна помощь?

Рэндидли снова мог лишь покачать головой и усмехнуться:

— Нет… вам придется поверить мне на слово, но то чудовище Пустоты в небе для меня – то же самое, чем я являюсь для… ну… Теодоры Грейман. Я не лгал, когда говорил, что над нами идет война. Если Король Пустоты не пришлет новые войска для атаки на Землю… я предоставлю разбираться с этим специалистам – силам Нексуса. Нет, я пришел сюда, чтобы поговорить об образах.

Когда Алана в недоумении склонила голову набок, Рэндидли продолжил. Заметив, что Хэнк собрался уйти в каюту, чтобы не мешать разговору, Рэндидли жестом попросил его остаться:

— Нет, Хэнк, я не против, если ты послушаешь. На самом деле это может быть полезно. Я хотел спросить, почему большинство людей не вмещают свои образы в собственные тела? Алана, я видел, как ты делаешь это со своим обликом валькирии, но ты представляешь, почему это не распространено повсеместно? Я чего-то не понимаю?

— Хех, — усмехнулся Хэнк после того, как они с Аланой обменялись взглядами. — Думаю, ты действительно кое-чего не понимаешь, но это тебе же на пользу. Я не вмещаю образ в себя, но пробовал вкладывать его в свое оружие. Вот только если образ становится слишком сильным, пушка ломается.

— Большинство людей просто не способны выдержать силу собственных образов. Без высоких физических характеристик это невозможно, — добавила Алана. — Но даже при том, что я сосредоточилась на повышении своих физических параметров, после использования облика аватара у меня часто все болит еще целый день. Дело не в том, что мое тело слабое, просто кажется, будто оно недостаточно… велико, чтобы вместить мой образ? — Алана пожала плечами. — Постоянная практика помогла мне приспособиться, но это все еще не… идеально.

— Это одна из причин, почему мы сейчас в море, — легко заметил Хэнк. — Даем ей возможность остыть… к тому же моя внутренняя Баллада подсказывает, что мы движемся в правильном направлении. Скоро здесь что-то произойдет, я просто это знаю.

Несколько секунд Рэндидли покусывал губу, обдумывая услышанное. Затем он медленно кивнул: — …Понимаю. Полагаю, я… очень удачлив, раз не могу ответить на этот вопрос самостоятельно. Спасибо.

Возможно, дело было в преодолении физических ограничений Системы, возможно – в присутствии Альфа-Космоса в его теле. Или, быть может, просто в его невероятно высоких характеристиках. Но было очевидно, что способность вмещать образы в свое тело – это не то, что дается другим легко.

Затем Рэндидли нахмурился, возвращаясь мыслями в прошлое:«Раньше я иногда делал это… но по-настоящему я не концентрировал образ на себе ни для чего, кроме Мрачной Химеры. Иггдрасиль я всегда призывал вне себя… Трудно сказать, какой именно из моих аспектов дает мне такую стойкость…»

И тут Рэндидли пришла в голову странная мысль: а что, если истинная причина, по которой Система ограничивала физическую силу… заключалась в том, чтобы заставить людей создавать образы вне своих тел? Подтолкнуть их к созданию обособленных образов… которые можно было бы легче украсть и применить для других целей после смерти первоначального создателя.