Глава 33 — Чаепитие с заклятой соперницей (3).

Клара беззвучно ликовала, и это было написано у неё на лице. Сабелиан тем временем невозмутимо вышел из столовой.

«А-а-а! Трусливый ублюдок! Сам устроил этот балаган — и сбежал один?»

Глаза у всех сияли так ярко, что даже глубокой ночью можно было бы обойтись без свечей. Бланш счастливо улыбалась. Я с трудом проглотила слёзы. «Что-то сорбет сегодня солоноват…»

* * *

— Какой приятный чай, принцесса Бланш. Вы, должно быть, сменили сорт?

— А… да. Наверное…

Карин изящно подняла чашку и улыбнулась. В голубой чашке светился янтарно-оранжевый чай.

Она сидела напротив Бланш. В просторной дворцовой чайной гостиной не было никого, кроме двух девочек.

Карин приезжала сюда довольно часто. Точнее, обычно приезжали они с герцогом Сторком. Сегодня дела задержали его, но в другие дни он охотно устраивал чаепития под предлогом встречи с внучкой.

Казалось бы, без взрослых ровесницы могли говорить свободнее. Однако юная тётя и ещё более юная племянница молчали.

Бланш нервно прихлёбывала чай. Карин искоса наблюдала за ней, а потом заметила:

— Принцесса Бланш, каждый раз, когда я вас вижу, на вас это платье.

В её голосе звучала лёгкая язвительность. Бланш и сегодня была в платье-шемизе, только не в том, что надевала на Праздник основания.

При упоминании платья лицо Бланш наконец просияло.

— Да! Его сшила для меня Абигейл. Очень красивое, правда?

Она с восторгом хвасталась обновкой, но тут взгляд упал на наряд Карин. Та по-прежнему носила роб а-ля франсез. Бланш поспешно добавила:

— Может быть, вы тоже хотите такое? Тогда я… попрошу Абигейл!

— …Королеву?

В голосе Карин прозвучали недоверие и невольное восхищение. Она не сумела до конца скрыть своё желание.

Всякий раз, встречая девушек в платьях-шемизах, Карин бранила их за то, что они забыли о дворянской чести, хотя в глубине души завидовала им. Казалось, весь свет ушёл вперёд, а она одна застряла в старой моде.

Жара уже начала спадать, но лето ещё не закончилось. При каждом вдохе корсет сдавливал грудь. Тяжёлая ткань тянула вниз, словно Карин угодила в воду прямо в одежде.

К несчастью, платье-шемиз как раз было в её вкусе: милое, нежное, очаровательное. Как ни старалась Карин его не замечать, взгляд всё равно возвращался к лёгкому наряду. И всё же она отказалась:

— …Не нужно. Отец рассердится, если я надену подобное.

Герцог Сторк отнёсся к новой моде с презрением. Он громко возмущался, что женщины совсем потеряли стыд и разгуливают в ночных рубашках.

Что будет, если Карин всё-таки наденет платье-шемиз? Одним выговором дело точно не ограничится. Ей оставалось лишь упорно отрицать собственное желание.

— Да и не интересуют меня такие наряды.

— Понятно… А мне кажется, вам бы очень пошло.

— Если вы будете носить только такие платья, принцесса Бланш, вас ждут большие неприятности.

— Неприятности?

Бланш непонимающе склонила голову. Карин поджала губы и продолжила:

— Если всё время носить свободную одежду, талия постепенно расплывётся. Что вы будете делать, когда не сможете затянуть корсет?

— Ах…

Бланш тихо выдохнула и сразу сникла. Карин хотела лишь слегка её задеть, но добилась куда большего.

Увидев такую реакцию, она невольно приободрилась и заговорила ещё увереннее:

— К тому же я слышала, что вы больше не следите за питанием. А вдруг растолстеете? Я ужасно за вас беспокоюсь.

Приторный голос был насквозь пропитан фальшью и ложью. Бланш помрачнела ещё сильнее. И тут Карин пришла в голову отличная мысль.

Она собиралась рассорить Сабелиана с Абигейл. Но королева оказалась не такой простой, как ожидалось. Карин долго не понимала, с какой стороны к ней подступиться, а ответ всё это время был рядом.

Нужно действовать не через Абигейл, а через Бланш. Что будет, если Бланш возненавидит мачеху, а Карин, наоборот, сумеет завоевать её любовь?

План созрел. Оставалось привести его в исполнение. Карин осторожно взяла Бланш за руку и состроила такое несчастное лицо, будто не находила себе места от тревоги.

— Как вы думаете, королева и правда изменилась? Раньше она завидовала вашей красоте.

Притворяться Карин умела прекрасно. Голос звучал ласково, и её вкрадчивые наветы казались почти правдоподобными.

— Может быть, она нарочно шьёт вам свободные платья? И позволяет есть сколько угодно, чтобы превратить вас в толстую свинью.

Бланш ничего не ответила. Она опустила голову, и Карин не видела её лица. Тогда Карин продолжила мягко, почти убаюкивая:

— Не доверяйте королеве так безоговорочно. Наверняка она что-то замышляет…

— Нет.

Бланш, почти никогда никого не перебивавшая, не дала ей договорить. Она подняла голову и прямо посмотрела на Карин.

— Абигейл не такая.

Их взгляды встретились. На миг Карин показалось, будто на плечи навалилась тяжесть. В глазах маленькой принцессы была непривычная твёрдость. В них не было ни страха, ни слёз, ни даже гнева — только холодная уверенность в своей правоте. Всего на мгновение Бланш стала похожа на Сабелиана. Карин не раз видела этот непреклонный взгляд издали, но встретиться с ним лицом к лицу оказалось совсем иным делом.

Вскоре Бланш снова стала тихой и печальной.

— Абигейл и правда… раньше была со мной очень строгой. Поэтому я понимаю, почему вы могли ошибиться.

Она робко улыбнулась. От недавней суровости не осталось и следа.

— Но теперь она старается быть добрее и ко мне, и к другим людям. Она не притворяется.

От её тёплого голоса становилось легче дышать.

— Поэтому я хочу, чтобы вы тоже попробовали ей поверить. Думаю, однажды вы обязательно полюбите Абигейл.

«Я полюблю Абигейл?»

Карин вспомнила Праздник основания. Тогда королева отвела её в сторону и сказала, что у неё между зубами застряла икра. Карин сгорала от стыда, но одно всё же не давало ей покоя.

Почему Абигейл не сказала об этом при всех, а отвела её в сторону?

Неужели из добрых побуждений? Нет, быть такого не может. Она наверняка потешалась над Карин. Эта женщина — ведьма и злодейка. Абигейл — её враг. Отец ясно это сказал, а отец не может ошибаться.

Карин долго молчала. Бланш занервничала.

— Леди Карин… Я вас обидела?

— Что вы, конечно же нет.

Карин медленно подняла голову. К удивлению Бланш, её лицо смягчилось, а в глазах мелькнуло раскаяние.

— Раз вы так говорите… возможно, я действительно ошибалась насчёт королевы.

— Леди Карин!…

Бланш заметно растрогалась. Карин заговорила мягким, покладистым голосом:

— Я тоже хотела бы поговорить с Её Величеством. Можно устроить совместное чаепитие?

— Конечно! Я спрошу у Абигейл!

«Глупая Бланш».

Глядя на её доверчивую улыбку, Карин едва удержалась от насмешки. Её ненависть к королеве не могла исчезнуть от нескольких добрых слов. Чаепитие требовалось лишь затем, чтобы уничтожить Абигейл.

Карин бесило, что весь свет превозносит эту женщину. Она уже готовила новое платье, которое должно было затмить всё, что создавала Абигейл. Как приятно будет пригласить королеву на показ и собственными глазами увидеть, как исказится её лицо.

При мысли об Абигейл, задыхающейся от зависти, Карин невольно улыбнулась.

— Я с нетерпением жду нашего чаепития.

Алые губы растянулись в змеиной улыбке.

* * *

— Веритэ! Веритэ! У меня потрясающая новость!

Я распахнула дверь зеркальной комнаты. В отражении Веритэ сидел в кресле и читал книгу.

— Угадай! Ну же, угадай, что случилось!

— Бланш предложила пригласить молодых леди на чаепитие?

Он ответил без малейшего интереса, не отрывая глаз от книги и по-прежнему изящно скрестив ноги.

— Что?… Ты уже знаешь?

— Ага. Услышал, когда вы с Бланш пили чай в гостиной.

Хлоп!

Веритэ закрыл книгу и наконец посмотрел на меня, но воодушевления в нём не прибавилось.

«Вот же чёрт. Я совсем забыла, что этот тип знает обо всём, что происходит во дворце. Хотела похвастаться, а он сразу угадал».

Я плюхнулась в кресло. Немного обидно, но не отказываться же теперь от своей новости.

— Да! Мы решили устроить чаепитие. И всё благодаря нашей Бланш!

На следующий день после встречи с Карин Бланш пришла ко мне и спросила, можно ли пригласить молодых дворянок. Я была только за. На Празднике основания мне так и не удалось толком с ними поговорить. Одна деталь, правда, немного беспокоила…

— Карин тоже пригласили?

— Да. Она сказала Бланш, что хочет выпить со мной чаю.

Вот именно. Карин наверняка терпеть меня не могла. Зачем же ей понадобилось чаепитие?

— Подозрительно. Тут явно пахнет подвохом.

Веритэ поморщился, будто действительно учуял вонь. Я тоже считала, что Карин что-то задумала. Но отказать было неловко: тогда всё чаепитие могло сорваться, да и Бланш расстроилась бы.

— Думаешь, она опять что-нибудь устроит? Если просто наступит мне на подол, я переживу…

— Разумеется, устроит. Но всё равно приглашай.

— Почему?

— Она в любом случае попытается что-нибудь выкинуть. Пусть лучше делает это там, где я смогу за ней следить.

Веритэ ухмыльнулся. «Вот это я понимаю — надёжный друг!» И правда, если Карин что-то задумала, безопаснее держать её во дворце. За его пределами Веритэ ничего не увидит.

— Отлично. Тогда я спокойно займусь подготовкой. Наконец-то у меня появятся друзья.

«Друзья». Никогда не думала, что это слово может звучать так сладко.

Другие девушки вместе ездят на пикники, ходят за покупками, катаются на лодках. Когда мы сблизимся, я тоже смогу к ним присоединиться. Мне как королеве, наверное, будет непросто, но я всё равно ждала этого с нетерпением.

Я так разволновалась, что уголки губ сами собой поползли вверх. Тут наши с Веритэ взгляды встретились. Он смотрел на меня мрачнее тучи. «Что с ним? У меня опять улыбка вышла людоедская?»

— Тебе мало?

— Что?… Чего мало?

«О чём он вообще?» Веритэ всё так же угрюмо спросил:

— Друзей. Тебе меня недостаточно?