Глава 21 — Танец в летнюю ночь (4).

В зал вошёл Сабелиан; лицо у него, как всегда, было непроницаемым. Я растерянно уставилась на него.

— Добрый день, Ваше Величество. А что привело вас сюда?…

— Вы меня позвали.

— Я?

«Когда это я успела его позвать?» Пока я молча хлопала глазами, Сабелиан едва слышно вздохнул.

— Вы предложили вместе позаниматься танцами. Уже забыли?

Я на миг потеряла дар речи. «Разве он тогда не отказался?»

— Но вы же не любите танцевать.

— Не люблю. И всё же решил хотя бы раз попробовать.

Вот это поворот — он сам пришёл, своими ногами. «Может, передо мной вообще не Сабелиан?»

— Что вы так на меня смотрите? Мне уйти?

«Нет, всё-таки Сабелиан». По одной этой манере разговаривать сразу видно. За его спиной стоял Миллард, и тут до меня дошло, зачем король явился на самом деле: разумеется, не танцевать, а следить за мной. На прогулке ведь тоже глаз не спускал… Неприятно, но я решила не придираться. Как ни крути, Сабелиан оказался в одном зале с Бланш, а это уже хорошо.

— Нет, Ваше Величество. Спасибо, что нашли время. Принцесса Бланш как раз хотела вас увидеть.

Я покосилась на Бланш. Девочка заметно напряглась и поспешно поклонилась.

— Д-добро пожаловать, папа…

Дочь дрожала как лист, а Сабелиан и бровью не повёл. Иногда мне всерьёз казалось, что вместо сердца у него какой-то часовой механизм. Миллард тем временем подошёл к Бланш, опустился перед ней на одно колено и улыбнулся так тепло, будто перед ней был совсем другой человек.

— Ваше Высочество, как вы себя чувствуете? Рад видеть вас в добром здравии.

— З-здравствуйте, сэр Миллард.

Бланш робко улыбнулась, и Миллард тут же расплылся в ответ. Господи, как же ему не шла эта блаженная рожа. Со мной он обычно разговаривал так, словно выбирал, куда лучше воткнуть нож, а сейчас весь светился. Похоже, Бланш его тоже почти не боялась. «Так-так. Неужели этот тип тоже пал жертвой её обаяния?…» Я решила проверить догадку.

— Сэр Миллард, правда ведь сегодня на принцессе чудесное платье?

— Безусловно. Синий оттенок ткани подчёркивает цвет её глаз, а скромные банты делают образ ещё более трогательным. Хотя, разумеется, Её Высочество прекрасна и без всяких украшений.

Он произнёс это с такой гордостью, будто сам шил платье. «Ага, попался. Ещё один безнадёжный поклонник нашей Бланш!» Я тут же почувствовала с ним какое-то тайное родство. Миллард снова приветливо улыбнулся принцессе.

— Сегодня Его Величество пришёл репетировать танец с королевой. Пока они будут заняты, позволите мне стать вашим партнёром?

— Я… я…

Бланш беспомощно посмотрела на меня, вцепилась в край моего платья и спряталась за спиной.

— Я хотела танцевать с королевой…

Перед глазами на миг вспыхнул райский свет. Всё, за мной пришли ангелы. Сердце не выдержит: Бланш прячется за мной и просит танец! Спасибо тебе, Господи. И тебе, Будда, тоже спасибо. Обещаю жить праведно и копить добрые дела.

— Вот как. С королевой…

Миллард продолжал улыбаться, но взгляд у него стал убийственным. Вот же талант — материться одними глазами. На лбу у него будто проступило: «Ты посмела отнять у меня танец с Её Высочеством?» Я выдержала его взгляд. «Завидуешь, да? Обидно, что не тебе досталось? Нет пары — танцуй с Сабелианом!»

— Вы двое чем занимаетесь?

В голосе Сабелиана прозвучало явное раздражение. Мы с Миллардом разом опомнились и прекратили молчаливую дуэль. Бланш успела испугаться. Чёрт, нельзя всё испортить, когда подвернулся такой шанс. И тут я вспомнила: совсем недавно она сказала, что хотела бы потанцевать с отцом. Мне самой до боли хотелось остаться её партнёром, но я скрепя сердце предложила:

— Принцесса Бланш, может быть, сегодня вы позанимаетесь не со мной, а с Его Величеством?

— Что?

Бланш вскинула голову. Сабелиан молча перевёл взгляд на меня.

— Думаю, подданные будут счастливы увидеть ваш танец на Празднике основания. Вы согласны, сэр Миллард?

Миллард дёрнулся, посмотрел на Бланш и после короткой заминки поддержал меня:

— Да… По-моему, это прекрасная мысль, Ваше Величество.

Сабелиан не ответил. Бланш всё сильнее нервничала, у меня самой сердце колотилось как бешеное. Только бы он не отказал. Для неё это снова станет ударом. Я впилась в Сабелиана самым выразительным взглядом, на какой была способна.

— Речь всего лишь о репетиции. Что в этом плохого?

«Ну согласись же, пожалуйста! Да им даже танцевать необязательно — пусть хотя бы за руки возьмутся и хоровод поводят. Бланш и этому обрадуется!» Сабелиан не отвёл глаз. Сначала посмотрел на меня, потом на Милларда, явно не понимая, почему мы так упорно тащим его на середину зала. Но Миллард теперь был на моей стороне и смотрел на короля не менее настойчиво. Под нашими взглядами Сабелиан тяжело вздохнул.

— Хорошо.

Я едва не закричала от радости. Миллард выглядел так, будто только что дожил до великого исторического события. Сабелиан без слов протянул Бланш руку. Несмотря на жару, на нём были белые перчатки. Бланш замешкалась, подняла на меня печальные глаза и тихо призналась:

— Но я ещё хотела потанцевать с Абигейл…

«Ну зачем смотреть так жалобно? Ещё немного — и я выставлю Сабелиана за дверь». Я погладила её по голове.

— Потом мы обязательно потанцуем. Много-много раз. И завтра тоже. Договорились?

Только после этого Бланш кивнула, неохотно отпустила моё платье и подошла к отцу. Её маленькая ладонь почти исчезла в большой руке Сабелиана. Они были отцом и дочерью, но рядом выглядели как совершенно чужие люди. Бланш не поднимала глаз и обливалась потом, а Сабелиан застыл неподвижно, словно статуя. Заиграла музыка — лёгкая, резвая, будто по лугу носилась стайка щенков. Весёлая мелодия наполнила зал, но эти двое продолжали стоять на месте. И тут я поняла: Сабелиан, похоже, просто не знал движений.

— Сначала я покажу. Клара, иди сюда, будешь моим партнёром.

— Да, Ваше Величество!

Я взяла Клару за руку и медленно пошла по шагам в такт музыке. Танец, который мы только что разучивали с Бланш, был совсем несложным. Движения повторялись, запомнить их мог любой. Сабелиан наверняка справится. А если ошибётся, ему простят: всё-таки танцует с собственной дочерью. Он наблюдал за мной с предельным вниманием. Закончив короткий показ, я остановилась.

— Теперь попробуйте сами, Ваше Величество. Или показать ещё раз?

— Этого достаточно.

Сказано было так спокойно, будто задача не стоила и мысли. А ведь он сам уверял, что плохо танцует… Учитель хлопнул в ладоши, задавая счёт. Раз, два, три. Раз, два, три. Сабелиан двинулся первым, Бланш пошла рядом. Я смотрела на них с тревогой матери, впервые отпустившей ребёнка к воде. «Если Сабелиан собьётся, сразу его прикрою. А вздумает отчитывать Бланш — сам получит». С этой решимостью я следила за каждым шагом… И вдруг поняла: Сабелиан не ошибался. Более того, он танцевал отлично — слишком хорошо для человека, который видел эти движения впервые. Даже в этом простом танце появились неожиданная красота и достоинство. На отца и дочь невозможно было налюбоваться.

Самый красивый мужчина во дворце кружил самую милую девочку на свете. Формула «красивое плюс милое равно невыносимо прекрасное» работала безотказно. А уж какая получилась трогательная картина! Сабелиан был выше метра восьмидесяти и рядом с крошечной дочерью выглядел неожиданно нежно. Весь зал смотрел на них с одинаковыми умилёнными улыбками. Даже суровая Нома смягчилась, а Миллард окончательно забыл о достоинстве и сиял во весь рот. Только Бланш оставалась напряжённой. Обычно она почти не ошибалась, но сейчас несколько раз выпадала из ритма. Мне стало не по себе. Музыка подходила к концу, когда Бланш сделала шаг раньше времени. Она зацепилась за ногу Сабелиана, потеряла равновесие и вырвала руку из его ладони.

Падение было лёгким, но девочка побелела от ужаса. Я сразу вспомнила то, что случилось в чайной гостиной.

— П-папа, простите… Я ошиблась…

Она дрожала и снизу вверх смотрела на Сабелиана. Тот, как и тогда, глядел на неё холодными глазами. Глаза у них были одного цвета, но смотрели они совсем по-разному. Взгляд Сабелиана напоминал зимнее море перед бурей. Музыканты один за другим замолчали. В зале повисла тишина, все насторожённо ждали. Я уже бросилась к Бланш, чтобы успеть раньше, чем этот чёртов истукан откроет рот, но Сабелиан сам наклонился к дочери. Две пары голубых глаз встретились.

— Ты не ушиблась, Бланш?

В голосе не было ни тепла, ни ласки. Он говорил ровно, как машина, которой велели произнести нужную фразу. И всё же я не поверила своим ушам. Сабелиан спросил, всё ли с ней хорошо? Бланш, судя по лицу, тоже не ожидала.

— Больно где-нибудь?

— Н-нет! Я в порядке…

— Хорошо.

Сабелиан медленно помог ей подняться, убедился, что она не пострадала, и обратился к музыкантам:

— Продолжим. Прошу вас.

Оркестр снова заиграл. Сабелиан повёл Бланш дальше, будто ничего не произошло, и не стал ни упрекать, ни отчитывать её. Ошеломлённая Бланш послушно следовала за ним.