Глава 25 — Танец в летнюю ночь (8).

Летнее небо было таким ярким и небесно-голубым, что на него больно было смотреть. Вместе с жарой в столицу пришёл Праздник основания. Дворец преобразился. На дверях и стенах появились венки из зелёных пшеничных колосьев, а короткие летние ливни, ещё недавно налетавшие через день, словно по заказу прекратились. Ясная погода только подогревала праздничное настроение. Сады украсили к торжеству, но гости прятались от солнца под крышей. Парадный зал был полон знати в роскошных платьях и бальных костюмах.

— В этом году особенно жарко.

— И не говорите. Отец считает, что такого лета не было уже несколько десятилетий.

Молодые леди лениво обмахивались веерами. Даже холодный лимонад со льдом не спасал: на шеях выступали мелкие капли пота. Пока они беседовали, в зал вошла знатная девушка с уложенными наверх золотистыми волосами. Все сразу потянулись к ней.

— Карин, вы сегодня снова ослепительны.

— Карин, наконец-то вы пришли! Хотите канапе? Или тарт?

Одна из девушек протянула тарелку с закусками. Она и сама принадлежала к знатному роду, но рядом с Карин больше походила на горничную.

— Хорошо. Попробую.

Карин взяла канапе с таким видом, словно оказывала милость. Другая леди тут же поспешила сделать комплимент:

— Какое у вас платье! Невероятно красивое и прекрасно вам идёт.

— Благодарю.

Скромничать Карин не собиралась: она и без того знала, что хороша. Никого это не задевало. Она была настолько красива, что никто не ждал от неё ложной скромности, а юность придавала её красоте особую свежесть. Вряд ли во всём зале нашлась бы талия тоньше. Пышная грудь делала Карин ещё соблазнительнее, а наряд подчёркивал каждое достоинство. Платье заказали у самого знаменитого модельера королевства. По нему сразу было видно, что оно обошлось в целое состояние и полностью оправдало цену. Карин не сомневалась, что сегодня ей нет равных. Уверенность заставляла её сиять ещё ярче. Она беседовала с окружившими её девушками, когда из толпы показался герцог Сторк.

— Прошу прощения, мне нужно ненадолго отойти. Хорошего вечера.

Карин попрощалась и направилась к отцу. Герцог встретил её громким довольным смехом.

— Моя красавица! Веселишься?

— Конечно, отец.

Он полюбовался дочерью, но в следующую секунду его взгляд стал цепким.

— Рад слышать. Только ты ведь не забыла, зачем пришла, пока болтала с этими пустоголовыми девицами?

— Разумеется, нет.

Карин продолжала улыбаться. Герцог приподнял пальцем её подбородок.

— Вот и хорошо. Сегодня ты особенно хороша. Даже король обязательно тебя заметит.

При мысли о королеве его лицо исказилось.

— Жаль, что Абигейл всё-таки не сдохла.

В тот вечер, когда пришла весть о её смерти, герцог Сторк устроил пир. Через несколько дней Абигейл вернулась к жизни, и он в ярости избил ни в чём не повинных горничных.

— На этот раз мы обязаны добиться твоего брака с Его Величеством…

Он прикусил губу. Двенадцать лет прошло с тех пор, как его старшая дочь Мириам вышла замуж. После смерти покойного короля двор погрузился в смуту. Власть переходила в другие руки, а знать не понимала, к кому примкнуть. Герцог Сторк тоже не мог решить, чью сторону принять. Тогда Мириам пришла к нему с готовым решением: добиться её брака с Сабелианом. В честолюбии она превосходила даже отца и сразу увидела в кризисе свой шанс. Герцог представил дочь вдовствующей королеве. Мириам пришлась ей по душе, и свадьбу устроили без долгих проволочек.

После рождения ребёнка влияние дома Сторк выросло ещё сильнее. Герцог упивался почестями, которые принесла ему дочь, однако счастье оказалось недолгим. Мириам родила девочку и умерла, а при дворе заговорили о принце от новой жены короля. Тогда Бланш, а вместе с ней и дом Сторк, неизбежно отошли бы на второй план. Герцог стал уговаривать Сабелиана жениться снова — разумеется, на одной из его дочерей. Король отверг каждое предложение. Прежде болезненный и легко поддававшийся чужому влиянию, после смерти Мириам он сделался холодным и непреклонным.

Пока герцог пытался его переубедить, дочери взрослели одна за другой. Пришлось выдавать их за представителей других домов, будто сбывать залежавшийся товар. Теперь у него оставалась только Карин — младшая и самая красивая. Нужно было пристроить её к Сабелиану, пока не ушла и эта возможность. Карин осторожно наблюдала за отцом. Заметив, как мрачнеет его лицо, она поспешила успокоить:

— Не волнуйтесь. Всё получится.

Она явно боялась нового приступа гнева. Увидев этот страх, герцог наконец смягчился.

— Конечно, получится. Кто способен полюбить такую ведьму? Любому ясно, что ты лучше.

Он улыбнулся, обнажив красноватые дёсны. В этой улыбке было столько жадности и злобы, что она напоминала оскал зверя.

— Я пойду поприветствую глав домов. Помни о своей задаче.

— Да, отец.

Карин проводила его почтительным поклоном. Герцог затерялся среди знати, и вскоре оттуда донёсся его раскатистый смех. Девушка вернулась к прежней компании.

— Карин, вы уже танцевали? Мой брат очень надеялся пригласить вас…

— Боюсь, сегодня не получится.

Она собиралась танцевать только с Сабелианом. В прошлом году ей не удалось привлечь его внимание, но теперь всё должно было сложиться иначе. Карин отказала с ослепительной улыбкой. Девушки на миг замерли, затем переглянулись.

— Мы хотели зайти в дамскую комнату и поправить макияж. Может, пойдёте с нами?

— Я присоединюсь позже. Идите без меня.

Вежливая улыбка не оставляла места для уговоров. Девушки потоптались и ушли. Как только они скрылись, лицо Карин стало холодным. Они были всего лишь дочерьми графов, и такое знакомство не сулило никакой пользы. Карин должна войти в королевскую семью и не могла тратить время на людей без влияния. Хотя в дамскую комнату ей и самой хотелось. От жары макияж начал плыть. «В этом году жара просто невыносимая». Под несколькими слоями ткани было душно. От высоких каблуков ныли ступни и икры, а тугой корсет не давал свободно вдохнуть. Карин хотелось сесть и отдохнуть, но стоило ей отойти, как мог появиться Сабелиан. Нужно было терпеть. Когда же он выйдет? Увидит её и наверняка назовёт красавицей. Карин снова оглядела зал. В этот момент оркестр смолк.

— Луна королевства, Её Величество королева Абигейл Фридкин! Звезда королевства, Её Высочество принцесса Бланш Фридкин!

Зазвучали трубы. Абигейл и Бланш вошли в зал, и по толпе сразу прокатился ропот.

— Боже… что на них надето?

* * *

Я чувствовала на себе сотни взглядов и прекрасно слышала приглушённый шёпот. Бегло осмотрев гостей, я убедилась в худшем: ни у кого не было похожего наряда. Под моим платьем не было ни корсета, ни панье. Белая ткань свободно спадала к полу мягкими складками, создавая лёгкий и непринуждённый силуэт. Такой фасон назывался платьем-шемиз. Когда-то его ввела в моду Мария-Антуанетта. Без жёсткого корсета и тяжёлого каркаса оно не стесняло движений и всё равно выглядело изящно. Тонкий шёлк или муслин делали платье особенно удобным летом. Для торжественного приёма фасон мог показаться слишком простым, поэтому моё платье украсили оборками и декоративными деталями.

Для Бланш сшили детский вариант, учитывая её фигуру и возраст. Удобство было важнее роскоши, но получилось всё равно очаровательно. Многослойный воротник из оборок напоминал белый цветок с тонкими лепестками, а розовые ленты делали наряд ещё милее. Клара и Нома в один голос хвалили наши наряды за красоту и новизну. Но теперь, под взглядами целого зала, уверенность начала рассыпаться. «А вдруг фрейлины просто льстили? Может, я зря это затеяла? Надо было надеть обычное платье и не выпендриваться. В конце концов, платье-шемиз стало модным потому, что его носила сама Мария-Антуанетта. С какой стати все примут его на мне?…» Я уже всерьёз думала вернуться и переодеться, когда к руке прижались маленькие пальцы. Бланш тихо сказала:

— Абигейл, мне очень нравится это платье. Спасибо за такой красивый подарок.

Щёки у неё порозовели. В лёгком белом платье Бланш и правда выглядела ангелом. «Вот и всё. Пусть мой наряд кому-то не понравится, но Бланш прекрасна. Ругать меня они ещё могут, а её — ни за что». Я выпрямилась и спокойно обратилась к гостям:

— Благодарю всех, кто разделил с нами Праздник основания. Пусть солнце освещает путь нашего королевства, а его благословение коснётся каждого из вас.

Мне подали бокал шампанского. Я подняла его.

— За процветание Нергена.

— За… за процветание!

— За славу королевы Абигейл и принцессы Бланш!

Гости наконец опомнились и вскинули бокалы. После тоста я смогла перевести дух. Всё, обязательную часть я выполнила. Можно было сразу пройти к своему месту, но мне хотелось поговорить с дамами. Судя по тому, как они смотрели, репутация прежней Абигейл по-прежнему отравляла мне жизнь. Хотелось хоть с кем-нибудь наладить отношения. Я выбрала ближайшую девушку и постаралась вспомнить имя.

— Леди Уэйтли, благодарю, что пришли.

— В-ваше Величество? Откуда вы знаете, как меня зовут?

Она шарахнулась и задрожала. Рядом с ней я почувствовала себя гопником, который подошёл отобрать кошелёк.