Глава 8 — Милая падчерица (8).
Увидев меня, Сабелиан застыл на пороге. Нас разделяла почти вся комната, но даже отсюда было заметно, как дрогнули его зрачки.
— Разве мы не договорились спать в раздельных спальнях?…
Даже голос у него слегка задрожал. Я невольно почувствовала странное удовлетворение: знала, что ему не понравится мой спектакль, но не ожидала настолько сильной реакции.
В комнате горели ароматические свечи, воздух был пропитан приятным запахом, а приглушённый свет создавал донельзя романтическую обстановку. По покрывалу были рассыпаны лепестки роз, а на кровати сидела красавица в одном пеньюаре, соблазнительно положив ногу на ногу.
Большинство мужчин пришло бы в восторг от такого зрелища. Но Сабелиана романтика пугала: чем её больше, тем сильнее ему хотелось бежать.
Фрейлины сделали мне яркий, вызывающий макияж. Я сама вздрогнула, увидев в зеркале роковую красавицу. Сабелиан, как я и рассчитывала, разозлился. Его перекошенное лицо говорило само за себя.
«И чего это ты бесишься? Беситься здесь должна я!»
— Вы ничуть не изменились.
— В каком смысле?
— Я думал, вы сдержите обещание и останетесь в своих покоях. Глупо было доверять вам даже на миг.
Он говорил как человек, которого жестоко предали. Никогда прежде не видела его настолько расстроенным. Даже после того представления с покушением Абигейл он держался спокойнее. На мгновение мне стало неловко.
«Нет. Никаких угрызений совести! Я пришла сюда за извинениями». Я собралась с духом и невозмутимо ответила:
— Я собираюсь сдержать обещание.
Сабелиан нахмурился.
— В таком виде?
— Я предложила спать в раздельных спальнях, чтобы вы перестали меня подозревать. Но вы всё равно видите во мне угрозу, поэтому наша договорённость потеряла смысл.
Я нарочито медленно сменила позу, и Сабелиан едва заметно вздрогнул.
— Вы только что сказали, что сдержите обещание.
Он говорил с явным усилием, стараясь не выдать эмоций. Удивительно, что ещё не выбежал из комнаты.
— Да. Сдержу.
— Каким образом?
— Извинитесь за свои подозрения, и я, как обещала, уйду в свои покои.
— А если не извинюсь?
Я надула губы, словно ответ был очевиден.
— Тогда останусь спать с вами.
Сабелиан побледнел. Я нанесла последний удар:
— И сниму пеньюар.
— …
— Под ним на мне чёртовски сексуальное бельё.
Я дерзко вскинула подбородок. «Ну как? Уже тошно от одной мысли?»
На деле я и сама немного нервничала. Под пеньюаром и правда было до неприличия откровенное бельё.
Сначала я собиралась надеть обычную шемизу, но Клара пришла в ужас: кто же идёт в королевскую спальню в такой скучной сорочке? Потом она достала неизвестно где припасённый комплект. Чёрное бельё состояло почти из одних тесёмок.
Я пригрозила раздеться, но меньше всего на свете хотела выполнять угрозу. «Сабелиан, да извинись ты уже. Я тоже не горю желанием показываться тебе в этом кошмаре!»
Молчание затянулось. Наконец Сабелиан с трудом заговорил. Кажется, его лицо немного смягчилось.
— Вы всё-таки изменились.
— В каком смысле?
— Раньше вы не упустили бы случая разделить со мной постель.
— А зачем мне это нужно?
Я пожала плечами.
— Разве я не говорила? Вы меня больше не интересуете.
Так я мстила за безвинно погибшего плюшевого кролика.
Вернувшись к себе, я долго всё обдумывала и окончательно решила: Сабелиан виноват. Хорошо, допустим, он имел право подозревать меня и даже распороть куклу.
Но когда выяснилось, что он ошибся, должен был извиниться. Скажи он одно-единственное «прости», и я великодушно всё бы забыла.
Однако сам он извиняться не собирался. Значит, придётся вытянуть из него эти слова силой. Иначе в следующий раз мне снова останется лишь молча проглотить обиду.
— Даже если вы уйдёте в другую спальню, ничего не изменится. Пока не извинитесь, я каждый вечер буду приходить и спать…
— Простите меня.
«Эй, ты чего так быстро сдался?»
«Вот же гад. Неужели я ему настолько противна?» Я добилась извинения, а злость почему-то не прошла.
— Извинение не считается, если вы произнесли его без всякого сожаления.
— Я искренне прошу прощения, Абигейл.
Он повторил это уже иначе. Я уже хотела счесть эти слова очередной отговоркой, но голос прозвучал не так, как обычно.
Я осторожно повернула голову. Злость исчезла с лица Сабелиана. Обычно оно оставалось неподвижным, но сейчас взгляд казался чуть печальнее.
«Неужели и правда раскаивается?» При виде этого огромного хищника с понурым видом мне самой стало не по себе.
Я перестала изображать соблазнительницу, выпрямилась и смущённо почесала затылок.
— Ладно. Я и сама дала вам немало поводов, так что на этот раз прощаю.
— …
Сабелиан молчал и не сводил с меня глаз.
В его взгляде обычно невозможно было прочесть ни одной эмоции, но сегодня там будто затаилось сожаление. «Вот же… Я хотела получить извинение, но не такую мучительную неловкость».
Я вскочила, встряхнула покрывало и смела лепестки роз на пол. Потом погасила свечи и распахнула окно.
В комнату ворвался прохладный весенний ветер, однако запах свечей оказался таким сильным, что розовый аромат никак не желал выветриваться. Без огня комната погрузилась в полумрак, но полная луна светила достаточно ярко.
Молчать было совсем неловко. Я немного подумала и заговорила:
— Мне больше не нужны ни наследник, ни власть. Вы не обязаны любить меня. Если вас тревожит будущее династии, можете взять другую жену.
Для меня так было бы даже лучше. Вот только новая жена могла оказаться такой же, как прежняя Абигейл, и начать ревновать мужа ко мне.
Но если жить тихо и не попадаться ей на глаза, ничего страшного не случится. В прошлой жизни я умела быть незаметной.
— Я слышала, что леди Карин из дома Сторк умна и добродетельна. Вы могли бы взять её второй женой…
— Я не женюсь на женщине из дома Сторк, — твёрдо сказал Сабелиан.
Недавнее сожаление исчезло. Передо мной снова стоял привычный холодный король.
— Тогда выберите девушку из другого дома.
— Вы ничем не лучше моих министров…
Он провёл рукой по растрепавшимся волосам. В лунном свете его голубые глаза вдруг показались мне чувственными.
— Я не женюсь ни на леди Сторк, ни на какой другой женщине. У меня есть только одна жена — вы.
Услышав его низкий голос, я почувствовала, как пересохло во рту. Сабелиан смотрел на меня предельно серьёзно.
«Почему он говорит это с таким лицом? Разве не ненавидит меня?»
«Нет, нельзя терять бдительность. За этими словами наверняка что-то стоит. Этот мужчина — хищник, который ждёт, когда я оступлюсь».
Я всё понимала, но не могла отвести глаз. Прикусив губу, наконец заставила себя отвернуться и отошла в сторону. Только тогда удалось заговорить:
— Хорошо. Вы извинились, так что я ухожу.
Останься я рядом ещё немного, стало бы только хуже. Сердце колотилось так, будто собиралось взорваться.
Я поклонилась и покинула спальню. От весеннего ветра кожа покрылась мурашками, а волосы всё ещё пахли розами.
* * *
Мне нравилось, как гребень скользит по волосам. Я полулежала на диване, пока фрейлины занимались моей причёской.
«Так вот какова власть на вкус». Сначала подобный уход смущал, но я быстро привыкла.
Клара медленно перебирала мои волосы и наносила на них масло с запахом роз. Этот аромат напомнил о неловком разговоре с Сабелианом несколько дней назад.
После той ночи мы снова разъехались по разным покоям и больше не встречались, что меня вполне устраивало. Стоило вспомнить, как близко тогда оказалось его лицо, и сердце снова пускалось вскачь. «Опасная у него всё-таки внешность. На таких мужчин лучше смотреть только по телевизору».
— Клара, в следующий раз возьми масло с другим запахом. Не розовое.
— Да, Ваше Величество.
Клара послушно продолжила расчёсывать мне волосы, но вдруг замерла.
— Ваше Величество…
— Что?
— В тот вечер что-нибудь случилось?
— В какой вечер?
— Когда вы ходили в спальню Его Величества.
«С чего она вдруг об этом вспомнила?»
Я открыла глаза и посмотрела на Клару. Та выглядела всерьёз встревоженной.
— Вы ведь вернулись к себе… Я подумала, что вам не понравились свечи, которые я выбрала, или что-нибудь ещё.
Украшать спальню тогда поручили Кларе и нескольким горничным. Я ещё помнила, с каким рвением она разбрасывала по кровати лепестки.
— Нет, дело не в этом.
— Может, Его Величеству не понравилось бельё?
— Да нет же. Всё прошло хорошо. Не переживай.
Я сказала это так уверенно, как только могла. «Ты же мне веришь, Клара?» Она внимательно посмотрела на меня, а потом просияла.
— Тогда хорошо! В следующий раз я выберу ещё тщательнее. Я уже нашла знаменитую мастерицу, которая шьёт нижнее бельё!
«Нет, остановись. Так Сабелиан отправит на виселицу и тебя, и меня».
Сказать это вслух я не решилась и отвела глаза. В комнату вошла Нома, одетая, как всегда, скромно.
— Ваше Величество, для вас кое-что доставили.
— Что именно?
Нома держала чёрную коробку без единого украшения. Я взяла её и почувствовала, что внутри лежит что-то довольно тяжёлое.
— От кого?
— Это подарок от Его Величества.
«Сабелиан прислал мне подарок?» Я не сделала ничего, за что меня следовало награждать, и потому сразу насторожилась.
«Вдруг внутри не подарок, а раскалённые железные башмаки?» Пока я с тревогой смотрела на коробку, Клара рядом оживилась:
— Может, там бельё, которое вам особенно пойдёт!
«Нет. Хватит уже думать о белье».
— Скорее открывайте!
— Ладно…
Убедив себя, что раскалённых башмаков там всё-таки нет, я осторожно подняла крышку и удивлённо распахнула глаза.
— Это точно прислал король?
— Да, Ваше Величество.
Внутри лежала не обувь, а кукла — такой же плюшевый кролик, какого я приготовила для Бланш. И мягкая шерсть, и наряд были точь-в-точь как у прежней игрушки.
Но кролик оказался не один. Второй тоже был белым, только немного крупнее и в другом платье — таком же фиолетовом, какое было на мне в тот день. Два маленьких кролика выглядели словно мама и дочка.