Глава 55 — Ведьмин лес (2)

Чистые, нежные черты лица, соблазнительная фигура.

И к тому же — томный, ласкающий слух голос.

Элиса была из тех женщин, на которых большинство мужчин невольно засматривались.

По крайней мере, ещё секунду назад.

— Э-Элиса!.. Госпожа Элиса!

Ханс C успел только распахнуть глаза.

Хрупкая женщина ростом около ста шестидесяти сантиметров рухнула на пол.

Глухо.

Вдавленный висок.

Глаза, вылезшие из орбит.

Алая кровь, бившая струей из мест, где должны были быть уши.

От прежней хорошенькой Элисы не осталось и следа.

— Да вы... да что вы творите?!

Увидев, во что она превратилась, Ханс C заорал сорвавшимся от ужаса голосом:

— Зачем?! Зачем вы тронули госпожу Элису?! Что мы вам сделали?!

Ну да, пока ещё ничего.

Поэтому я ответил коротко:

— А, прости. Вышло случайно.

Булава тяжелая, вот рука и соскользнула.

Правда. Так что...

— Подойди-ка ближе. Обсудим компенсацию за мою ошибку.

— Ты... ты совсем ебанулся?!

Не поверил.

Впрочем, голова у него, кажется, всё же имелась.

В следующую секунду Ханс C будто осознал собственную судьбу и впал в настоящую панику.

— Н-нет... Мы все умрём...

— Рад, что ты понимаешь.

Я больше не стал отрицать.

Только...

— Из-за таких... таких психов...

Я уже почти улыбнулся, глядя на дрожащего от страха Ханса C, но тут ощутил странную, труднообъяснимую неправильность.

Присмотрелся — и понял: дело было в его взгляде.

«Почему он боится не нас, а смотрит куда-то в сторону?»

Я машинально повернул голову туда, куда смотрел Ханс C. Там лежала бывшая Элиса.

Несчастная женщина, потерявшая свою прижизненную красоту и ставшая холодным трупом.

Но, может, она почувствовала мой взгляд?

— Ги-гик... ги-гит... ги-ги-гит...

Элиса, которой давно пора было вернуться в объятия богов, вдруг задергалась, издавая жуткие скрежещущие звуки.

Конечности ломались и выгибались так резко, словно она схватилась за оголенный провод; это напоминало суставный танец зомби из какого-нибудь фильма.

«Блядь, что ещё за хрень?»

Я решительно ничего не понимал.

Когда я проломил ей голову, в руке отчётливо отдалось знакомоё чувство: один удар — один труп.

Так почему она жива и дергается?

Да ещё и скрипит так, что мороз по коже?

— Ги-гит... ги-ги-гик... ки-гит!

— Б-Бьёрн? Что это такое?

Не спрашивай меня, коротышка-дворф.

Мне самому до жути страшно.

С тех пор как я очнулся в этом теле, я отправил на тот свет уже немало людей, но, клянусь духами предков, впервые видел, чтобы труп плясал вот так.

И всё же...

Хрусть.

Стоило мне напрячься, челюсти сами сжались. Эта привычка доказывала: моё тело принадлежит отважному варвару.

— ...Я с этим разберусь.

— Разберешься? Как?

Вместо ответа я рванул вперёд и опустил булаву.

Целью стало лицо Элисы.

Бах!

Череп, куда мягче, чем у деспинда, снова провалился внутрь, и коротышка-дворф едва не лишился чувств.

— Т-ты изуродовал тело! Пусть они и мародёры, но всё же...

Что, это неправильно?

И что с того?

— Мне было слишком страшно. Ничего не мог с собой поделать.

— Что? Так поступает человек, которому страшно?!

Я перебил его:

— Лучшая защита — нападение.

Не знаю, почему мне приходится объяснять это каждому встречному, но так оно и есть.

Страшно — бей и разноси в щепки.

Чтобы защитить себя, нужно без всякой жалости ломать врага.

Таков путь варвара.

«А, теперь понятно».

Вот почему Айнар боялась банши. Эфирных монстров нельзя просто забить насмерть.

Там нужен не физический дамаг, а магический.

Обретя это новое понимание, я снова посмотрел на бывшую Элису.

И досадливо цокнул языком.

— Чёрт. Она всё ещё пляшет...

Даже с лицом, окончательно вмятым внутрь, Элиса продолжала ломать суставы, являя зрелище одно мерзее другого.

Значит, всё-таки нужен магический дамаг?

— Двальки! Используй магию!

— Но...

Никаких «но».

С такими, как он, мягко говорить нельзя. Понимают только, когда надавишь.

— Быстрее!

Стоило мне крикнуть, Двальки начал читать заклинание.

И в тот же миг...

— Я... я не могу умереть!

Ханс C развернулся и бросился бежать.

Бесполезно.

Он не успел сделать и нескольких шагов, как арбалетный болт Ротмиллера ударил ему в спину.

Хлюп!

Ханс C рухнул лицом вперёд.

Глядя на его жалкий конец, я коротко пробормотал:

— Идиот.

Вот не отдал бы броню — один болт пережил бы без труда.

Когда мозгов мало, страдает тело.

Затем я перевел взгляд на последнего оставшегося — копейщика Тейсона.

— А ты не побежишь?

— Нет смысла.

Голос и взгляд человека, который уже со всем смирился.

Но кровь воина подсказала мне: в его тоне, как и в голосе Ханса C, было что-то странное.

И именно тогда...

Ша-а-а-а!

Из тела Ханса C внезапно хлынуло чёрное сияние.

Честно говоря, я так струхнул, что на всякий случай живо спрятался за Двальки, но больше ничего не произошло.

Свет полыхал секунд пять и погас. Только тогда я выпрямился и посмотрел вперёд.

— Да твою мать...

Не знаю, что это была за дичь, но тело Ханса C, источавшее сияние, теперь походило на мумию.

Высохшая до костей плоть, будто из неё вытянули всю влагу, а вместе с ней и жизнь.

Взгляды всех сами собой обратились к Ротмиллеру, который выпустил болт.

— Ротмиллер... что ты натворил?

— Я ничего не делал! Клянусь!

Знаю, дядя.

Скорее всего, это тоже связано с бывшей Элисой. Вон Тейсона мы вообще ещё не трогали, а он уже превратился в такую же развалину.

Маг Двальки поспешно выдал своё заключение:

— Жизненная сила, вытянутая из этих двоих, влилась в тело той женщины!

Хм. Значит, что-то в этом роде.

После стольких лет в играх я примерно понимал, к какому типу это относится.

Да и догадка у меня уже была.

— Ги-гик... ги-гит... ги-ги-гит...

Элиса поднялась, продолжая свой суставный танец.

Лицо у неё по-прежнему было наполовину раздроблено.

И в таком виде она открыла рот:

— Как... ты... по... нял?

— Что?

— Что... мы... вра... ги.

— А, это.

Я был напуган до чёртиков, но постарался ответить как можно спокойнее:

— От всякой мрази одинаково воняет гнилью.

Ответ её устроил?

Похоже, да.

Иначе Элиса-полголовы не рассмеялась бы так громко.

— Ки-хи-хи-хи-хи-хи-хи!!!

Да почему в моёй жизни ни разу ничего не проходит нормально?

— ...

Ситуация напоминала бой с трупным големом.

Вся команда оцепенела перед зрелищем, которое не вязалось с реальностью. Поэтому, как и тогда, я заорал, приводя их в чувство:

— Все, очнитесь!!

Ещё немного — и мы все сдохнем.

***

Десять лет я играл в «Подземелье и камень».

Игра не была массовой, но я по праву считал, что знаю о ней все.

На деле это тоже было недалеко от истины.

— Ки-хи-хи-хи-хи-хи-хи!!!

— К-как такое возможно? Мёртвый человек, почему он...

Труп воскрес.

Но, насколько я знал, это вряд ли было чудом, явленным богом исследований Реатласом.

Чем бы ни занимались те, кто ему служит, сам Реатлас всё-таки божество светлого толка.

Я коротко озвучил вывод, к которому пришел:

— Жрец Каруи.

Жрец тёмного бога Каруи.

Своего рода скрытый класс, доступный только человеку, начавшему жрецом.

Его сильная сторона — возможность использовать и священную силу, и тёмные заклятия, но расплата за это тоже немалая.

— Жрец Каруи?!

— Значит, эта женщина была служительницей злого бога?!

Стоит жрецу Каруи раскрыть свой класс — его немедленно волокут на эшафот.

Поэтому приходится подчинять злых НПС и собирать из них команду, а ещё, чтобы сохранять класс, регулярно приносить живые жертвы.

«Вот почему они занимаются мародёрством. В Лабиринте проще и безопаснее всего добывать жертв».

Теперь почти все встало на свои места.

Но оставался один вопрос.

Почему именно мы?

Почему они так упорно за нами охотились?

Впрочем, разбираться с этим сейчас было некогда.

— Из-за... тебя... я потеряла... ценных... слуг.

Похоже, она успела переварить жизненную силу, вытянутую из Ханса C и Тейсона. Элиса, частично вернувшая прежний вид, смотрела прямо на меня.

Видимо, раз размозженный мозг восстановился, речь тоже стала лучше.

То есть интеллект вернулся.

Но...

«Что несет эта психованная сука?»

Похоже, интеллект и человеческие качества — вещи разные.

Я ответил коротко:

— Даже в такой ситуации ты винишь других. Похоже, дома тебя совсем не воспитывали.

— ...Что... ты сказал?

Ханс и Тейсон умерли такими жалкими, страшными смертями исключительно по её вине.

Просто приняла бы судьбу с проломленной башкой — ничего бы этого не случилось.

Я укрепился в решимости.

— Я отомщу за Ханса и Тейсона.

А заодно заберу все их снаряжение и ценности.

Легко, конечно, не будет.

Но разве моя жизнь хоть раз была легкой?

***

«Элиса Бехенк применила [зов смерти]».

— Т-туда посмотри!

Коротышка-дворф в ужасе указал в сторону.

Там медленно поднимались мумифицированные Ханс C и Тейсон. Раз я несколько раз играл за жреца Каруи, зрелище меня не удивило.

«зов смерти».

Базовый и ключевой навык этого класса.

Обычно он лишь призывает монстров нежити, но если использовать труп как посредник, можно получить куда более сильного прислужника.

Вон и доказательство — эти глаза, в которых не осталось ни крупицы разума.

— Гр-р-р...

Вскоре Ханс и Тейсон, завершившие переход в нежить, — сокращенно «Хансон» — закатили глаза и уставились на нас.

А затем...

— Убейте... врагов... мои слуги!

По приказу Элисы они рванули к нам.

Бум!

«Хансон» врезался в стену щитов, которую мы с коротышкой-дворфом выставили перед собой, и бой начался по-настоящему.

«Риол Ворб Двальки применил атакующую магию восьмого ранга [Ледяное копьё]».

«Миша Кальстайн применила [Усиление]».

«Эффект активных навыков, применённых далее, возрастает пропорционально силе души».

«Миша Кальстайн применила [наложение яда]».

Пока мы вперёди принимали удары, Миша и Двальки усердно вливали дамаг, но толку почти не было.

Силы в них было больше, чем в человеке, а физическая сопротивляемость — такая, что от ударов булавой даже царапин не оставалось.

К тому же, став нежитью, они получили сопротивление яду и холоду.

Проще говоря, совместимость была отвратительная.

Дзинь! Фух!

Ротмиллер, у которого хватало опыта в боях с нежитью, не жалел бутылок с горючей смесью, но...

— Пустая... трата... сил!

«Элиса Бехенк применила [пламя мертвеца]».

В воздухе вспыхнул чёрный огонь и начал втягивать в себя все языки пламени вокруг.

«Проклятье».

Дело стало совсем скверным.

Хуже всего нежити приходится от священной силы, а сразу после неё — от огня. И он тоже не работает.

«Значит, остается только разбить ядро?»

Нежить не умирает, даже если изрубить её на куски, пока цело ядро.

У скелетов ядро прячется между ребрами; у деспинда им служил мозг.

А как с этими, возрождёнными властью тёмного бога?

Ответ прост.

— Миша, сможешь убить ту женщину?

Ядро призванных существ обычно находится у призывателя.

Иными словами, если убить Элису, «Хансон» тоже обретёт свет и вернётся в объятия настоящего бога.

— У-ум...

— Даже если не убьешь, хватит и ранить. Нам станет куда легче.

— Попробую.

Миша кивнула.

В тот же миг она оттолкнулась от моёго плеча, взлетела высоко вверх и бросилась на Элису.

Она двигалась так ловко и гибко, что даже эльфийская лучница уступила бы ей первенство. Но противник не собирался покорно подставлять шею.

«Элиса Бехенк призвала [теневого стража]».

Из земли поднялись солдаты, сотканные из тени, и плотным кольцом закрыли Элису.

Даже Мише вряд ли удалось бы быстро прорваться сквозь них и снести Элисе голову.

Но...

«Нет причин избегать затяжного боя».

Другое дело, если бы в руках «Хансона» было оружие.

Но мы уже отобрали его, и потому «Хансон», даже перейдя в нежить, не представлял серьезной угрозы.

По сути, мы с коротышкой-дворфом могли держать их сколько угодно.

Приняв решение, я перераспределил людей:

— Двальки, Ротмиллер, вы двое тоже помогайте Мише.

— Но...

— Все в порядке. Здесь мы вдвоем как-нибудь справимся.

— Понял! Тогда рассчитываем на вас!

Когда Двальки и Ротмиллер присоединились к Мише, чаша весов постепенно начала склоняться в нашу сторону.

Конечно, теневые стражи возрождались сразу после уничтожения, а Элиса, у которой ещё оставались силы, продолжала осыпать нас всевозможными проклятиями, но...

— Похоже, она выдыхается! Держимся!

С какого-то момента число теневых стражей, которых она призывала без остановки, заметно сократилось.

Даже если служишь злому богу, источник власти не бездонен.

Неужели она не ожидала такого исхода?

— Проклятые... твари...!

Загнанная в угол Элиса растерялась и задрожала от ярости.

Но рассудок, нужный для выживания, у неё ещё оставался. Она стиснула зубы и тихо процедила:

— Я не... забуду... этого... унижения.

За двадцать минут мы выбили почти всех теневых стражей; осталось меньше пяти.

Поняв, что она собирается сделать, я заорал:

— Что? Сука, нет!

Почти добили — и она вздумала сбежать?!

Я оттолкнул «Хансона», который всю битву лип ко мне, и рванул вперёд изо всех сил.

Но...

«Элиса Бехенк применила [призрачное воплощение]».

Тело Элисы стало полупрозрачным и поднялось в воздух. В таком виде она медленно обвела нас взглядом.

— Вы... никогда... не вернетесь... живыми.

Затем она улетела прочь и растворилась во тьме.

Фьють!

Я ещё несколько секунд стоял, бессмысленно глядя ей вслед, как пёс, упустивший добычу, и тяжело выдохнул.

— Блядь...

Босс-моб, которого мы почти добили, сбежал.

И сбежал, набитый злобой к нам под завязку.