Глава 418 — Подъём (5)

Хрум-хрум.

Я шёл и жевал вяленое мясо.

И не я один — весь отряд делал то же самое.

— Меня... сейчас стошнит. Я уже столько съел, что больше не могу...

Кое-кто и правда жаловался с набитым брюхом, но таких было немного.

Мы почти спортивным шагом поднимались по склону, и всё равно каждый заставлял себя жевать и глотать.

Все понимали: так досыта поесть нам удастся в последний раз.

— Господин Шуйц! А, нет... баронет Яндель!

Пока мы двигались дальше, ко мне подбежала маг из пятой команды — Мароне.

— Магия обнаружения, которую я установила десять минут назад, сработала!

— Значит, они были куда ближе, чем я думал.

Если рванут во весь дух, окажутся здесь через несколько минут.

— Всем бросить ящики с провизией!

Выкрикнув приказ, я первым швырнул ящик с вяленым мясом, который держал в одной руке, вниз с обрыва.

Чтобы прибавить скорость, надо было сбросить всё лишнее.

Фьюх!

Большинство, едва услышав приказ, будто только того и ждало: ящики тут же полетели в пропасть. Но несколько человек замешкались — руки дрожали, во взглядах читалась такая тоска, будто у них отнимали родное дитя.

Паладины, рыцари и прочие бойцы.

— Проклятье, я ведь ещё мог есть...!

Смешно, конечно, было слышать такое от человека, у которого все карманы уже набиты вяленым мясом, но я его понимал.

У меня самого на душе было не лучше.

«Почему мне уже кажется, будто желудок снова пустой?»

Эта проклятая туша с отвратительным расходом топлива сколько ни ела, всё равно требовала ещё.

Будь она неладна.

«Значит, хорошие времена кончились».

— Мароне, поставь магию обнаружения заново. По времени срабатывания вычислим их скорость.

— Да!

Как только Мароне установила новую магию обнаружения, мы по-настоящему ускорились.

Не рывком, конечно.

Если до этого мы шли примерно как люди на спортивной прогулке по набережной Хангана, то теперь перешли почти на лёгкую трусцу.

Минут через семь...

— Магия обнаружения сработала!

Несмотря на то что мы ускорились, расстояние сократилось ещё на три минуты.

— Скверно.

Хиляков вроде жрецов и магов уже несли на спинах.

Оставался один выход.

Ведь выживание определяется тем, от чего ты готов отказаться.

— Бросаем и рюкзаки с согревающими камнями.

Мы отказались от согревающих камней, которые помогали нам удерживать тепло.

Если не считать шатров и спальных мешков, выброшенных ещё вместе с санями, это был самый тяжёлый груз.

А провизия всё равно будет понемногу убывать — по мере того как мы её съедаем.

— Твою мать, теперь ещё и с холодом воевать придётся?

— Чего стоите? Бросайте скорее!

— Всё равно нам бежать без остановки. Не жалейте вы так!

Как я и ожидал, стоило отказаться от согревающих камней, скорость немного выросла.

Те, кто бежал с небоевыми товарищами на спине, сразу сбросили с плеч немалую часть нагрузки.

И вскоре пришла хорошая новость.

— Магия обнаружения сработала. На этот раз ровно через семь минут тридцать семь секунд!

Расстояние, которое сокращалось, наконец перестало таять.

Правда, нам самим от поднятого темпа было так худо, что хоть ложись и умирай.

«Но им там, должно быть, не легче».

С этого момента начиналась борьба на упрямство.

Суровая среда ко всем одинаково беспощадна.

Как нам пришлось многим пожертвовать, так и перед ними скоро должен был встать выбор.

И он встал.

— Ч-что делать? Они... они вдруг ускорились. Разница теперь всего шесть минут!

Пять часов мы бежали без единой передышки, жуя вяленое мясо на ходу.

И державшийся всё это время семиминутный рубеж рухнул.

Почему?

Ответ оказался до смешного прост.

— Их стало меньше! Примерно двенадцать человек!

Они тоже отказались от кое-чего.

Ради того, чтобы нас догнать.

От своего огромного численного преимущества.

«Забрали всю провизию и отправили остальных обратно вниз?»

Скорее всего, так и было.

Тем, кто повернул назад, придётся поголодать, но если за три дня они доберутся донизу, там смогут набить брюхо до отвала.

«Двенадцать, значит...»

Теперь нас стало вдвое больше, чем их.

Но...

«И всё равно я не уверен, что мы победим».

Столкнуться с ними рано или поздно придётся.

Но не сейчас.

Значит...

— Ч-что делать? Так они нас скоро догонят!

Что делать, что делать...

Они отказались от одного, значит, и нам придётся отказаться ещё от чего-то.

Справедливо, разве нет?

— Бросаем тяжёлые латные доспехи. Щиты и оружие оставляем — сражаться всё-таки придётся.

— Что-о-о?!

Не тратя лишних слов, я первым снял с себя броню и отправил её с обрыва.

— Н-неужели и правда надо заходить так далеко?

— Только что кричал, что мы все умрём. Теперь жалко?

— Нет, не то чтобы...

— Тогда бросай. Когда вернёмся в город и разберём трофеи, что лежат в подпространстве, на новые доспехи хватит.

— Ха-а... Сбрасывать броню, когда за нами гонится враг... Ты окончательно спятил.

Бойцы авангарда, для которых латы были почти второй кожей, ворчали, но в конце концов подчинились: сняли всё и остались только в плотной меховой одежде.

В итоге...

— Шесть минут! Как и раньше!

Разрыв в шесть минут перестал сокращаться.

Наверняка они сейчас в полном недоумении.

Что такое? Почему мы не приближаемся?

«Интересно, какие у них будут лица, когда они потом встретят нас почти голыми?»

Хорошо. От одной мысли об этом будто прибавилось сил.

Топ, топ.

Не знаю, сколько ещё мы бежали вверх по склону.

— ...Я впервые узнал, что человек может спать даже на бегу.

— Минуту... хоть одну минуту бы поспать, прошу...

И тут впервые за долгое время положение изменилось.

— Что за... Магия обнаружения уже должна была сработать.

Та магия, что срабатывала каждые шесть минут, молчала уже больше двадцати.

Почему?

Неужели у них нашёлся способ её обходить?

«Нет. Будь у них такой способ, они воспользовались бы им сразу».

Раздумывая об этом, я ещё больше десяти минут гнал отряд вверх по склону, но магия обнаружения так и не отозвалась.

Значит, вывод напрашивался сам.

«Похоже, они тоже подошли к пределу».

Сейчас они остановились и отдыхают.

Иными словами...

— Стоять!

Теперь и мы можем передохнуть.

***

— Всем отдыхать! Можно спать! Когда пора будет выступать, вас разбудят!

Не успел мой приказ прозвучать, как люди повалились на землю. Даже на радостный крик сил ни у кого не осталось.

Те, кто вымотался сильнее остальных, уснули сразу — будто их ударом вырубили в тот миг, когда они коснулись земли.

— Дядя, вы не будете отдыхать?

— Сначала немного осмотрюсь.

— Простите. Я бы хотела побыть рядом, но больше не могу...

— Нашла за что извиняться. Иди отдыхай.

— Угу...

Эрвен, бледная от усталости, отвернулась, доковыляла до Амелии, с которой обычно не ладила, свернулась рядом с ней и заснула, прижавшись вплотную.

Правильно. Согревающих камней нет — придётся делиться теплом.

Я невольно усмехнулся, немного посмотрел на них и обошёл стоянку.

Среди бойцов, которые ели или валялись без сил, один человек занимался делом, слишком уж выбивавшимся из общей картины.

— Кайслан, что ты там пишешь?

— А! Записывал слова, которые недавно сказал Шуйц... нет, Яндель, то есть ты.

— Мои слова?..

Вместо ответа Кайслан молча протянул мне блокнот.

«Самую тяжёлую работу я возьму на себя. И грязную работу, которую никто не захочет делать, тоже возьму на себя. Туда, где пахнет кровью, первым войду я. Если кому-то придётся пострадать — пострадаю я.

Так что... идите за мной.

Если вы всё равно собирались выбросить свои жизни в сточную канаву, выбросьте их лучше на меня!»

Фух. Когда читаешь такое записанным, стыд накрывает с головой.

Но разве скажешь гадость человеку, который вместо сна старательно всё это выводит?

— ...Память у тебя хорошая.

— Не знаю, какая от неё польза. Думаю, такое я уже никогда не забуду.

И увлечение у него, конечно, паршивое.

Мне стало до странного неловко, и я буркнул, мол, зачем тратить драгоценное время отдыха на подобные записи. Но Кайслан только пожал плечами и тихо улыбнулся.

— Кто знает.

— Что?

— Может, эта запись станет одним из мгновений великой истории.

Ха. Опять он со своей историей.

Впрочем, он с давних пор любил такие вещи.

Я выпрямился и похлопал его по плечу.

— Тогда нам придётся вернуться живыми. Иначе твоей записи не попасть в историю.

— А, и верно. Да... надо вернуться живыми.

— Пиши в меру и отдыхай. Такие вещи можно дописать и после возвращения.

— Так и сделаю.

Закончив разговор с Кайсланом, я направился туда, где лежала Эрвен. По пути маг, сидевшая на корточках и полулёжа опиравшаяся спиной на рюкзак, открыла глаза.

— Баронет Бьёрн Яндель.

Это была Версиль Гоулленд.

— А, я тебя разбудил? Если так, извини...

— Извиняться должна я.

— ...Что?

— Простите. За то, что тогда, на первом этаже, бросила вас.

Я даже не сразу понял, о чём она говорит. Когда это вообще было?

— Помните, в банкетном зале я сказала, что искренне сожалею? Это были не пустые слова. Когда я потом очнулась и услышала, что вы сделали в Кристальной пещере, мне было так жалко и стыдно за себя, что словами не передать.

— Чего тут стыдиться? Для главы группы это было естественное решение. На твоём месте я поступил бы так же.

Я говорил искренне, но Версиль Гоулленд вдруг посерьёзнела.

— Не шутите. Вы бы так не поступили.

Слишком щедрая оценка.

Если бы в Кристальной пещере мне дали столько билетов на выход, сколько у меня людей, я тут же вошёл бы в пространственные врата.

Меня просто бросили, и я барахтался, чтобы выжить.

Никакой героической миссии у меня не было.

Но, похоже, она думала иначе.

— Вы человек вроде глаза бури. С какой бы стороны ни налетал жестокий ветер, вас никогда не затягивает в его вихрь.

Эй, зачем говорить варвару такие сложные вещи?

Я уставился на неё, гадая, не проверяет ли она меня на злого духа, а Версиль Гоулленд с горькой усмешкой продолжила:

— Может, именно поэтому люди и собираются вокруг вас даже посреди самой свирепой бури.

— Просто... так сложились обстоятельства.

— ...Похоже, я сказала лишнее. Не хотела взваливать на вас ещё и это. Вы ведь шли отдыхать? Простите, что отняла время.

— Ничего. Тебе тоже пора отдыхать.

На этом разговор с Версиль закончился.

Я прошёл мимо лежащих людей, добрался до места рядом с Эрвен и улёгся.

Если магия обнаружения сработает, маг меня разбудит. Значит, и мне пора хоть ненадолго сомкнуть глаза.

Но...

«Глаз бури, значит...»

Как ни крути, комплимент совсем не про меня.

Вот если бы она сказала, что в моей судьбе одной только дурной удачи столько, что всех вокруг затягивает в несчастья...

— Дядя! Вставайте!

Что?

По ощущениям я даже на несколько секунд глаза закрыть не успел.

— Магия обнаружения сработала?

— Да. Нужно срочно уходить.

Твою мать.

Усталость не прошла — наоборот, будто стала тяжелее.

— По местам!

Спать хотелось до зубовного скрежета, но я торопливо поднялся и приготовился к выступлению.

Сколько прошло после этого?

— Мароне, время?

— Пять минут...! Пять минут!

Погоня продолжалась, и расстояние между нами постепенно сокращалось.

Не то чтобы они стали быстрее.

Это мы настолько замедлились.

— Ха... ха...

Короткой передышки всё-таки не хватило, чтобы восстановиться.

Впрочем, иначе и быть не могло. Мы больше двух месяцев шли тяжелейшим путём, и накопленная усталость у нас с ними была совсем разной.

— Что делать? Нас так догонят!

— Может, всё-таки сразимся сейчас? Если устанем ещё сильнее, то и сопротивляться толком не сможем.

Тревога в отряде росла.

Для начала я проверил часы.

[00:12]

Полночь только что миновала.

Иначе говоря, до выхода из Ока ледника оставались ровно сутки пути.

«Сутки... на грани, но возможно».

Долго я не раздумывал.

Как я уже говорил, выживание — это череда выборов.

Живой, оказавшись на развилке, каждый миг обязан принимать решение.

От чего отказаться на этот раз?

Мой ответ был очень прост.

— Маккелли Рейадерс!

Я тут же остановил экспедицию и позвал одного мага. Потому что во всём отряде только он умел пользоваться нужной магией.

— Что-то случилось?

Раз его позвали, да ещё и остановили движение, маг заметно напрягся.

— Когда я спрашивал в прошлый раз, ты сказал, что можешь использовать магию Врат измерений. Так?

— Да... говорил, конечно... Но почему вдруг магия Врат измерений?

А, это?

Да ничего особенного.

— Используй. Прямо сейчас.

Я отдал приказ без лишних объяснений, и на лице мага проступило замешательство.

— Пространственные врата... здесь? Сейчас?..

Его тоже можно понять.

Обычно магия Врат измерений, которую используют в Лабиринте, — это улучшенная версия.

И применить её можно всего один раз за жизнь.

С учётом обстоятельств он, конечно, вряд ли стал бы возражать против самой траты этого единственного раза, но...

— Я решительно не понимаю, почему вы вдруг этого требуете. Начиная с седьмого этажа магия Врат измерений не действует.

Улучшенная магия Врат измерений работает только до шестого этажа включительно.

Если использовать её на седьмом, драгоценная попытка просто сгорит впустую.

Но...

«И ведь так серьёзно, так любезно объясняет».

Можно подумать, я сам этого не знаю.

— Маккелли Рейадерс.

Времени было мало, поэтому подробности я опустил и понизил голос.

— Причину объясню потом. Сейчас делай, как я говорю. Мне нужна эта магия. Немедленно.

— ...Понял. Сейчас подготовлю.

— Сколько потребуется?

— Судя по плотности маны вокруг, минуты должно хватить.

— Тогда прошу. Прямо сейчас.

Едва разговор закончился, маг начал читать заклинание, а я быстро отдал новые распоряжения отряду, который растерянно смотрел в нашу сторону.

— Как только магия Врат измерений завершится, снова выступаем! С этого момента двигаемся прорывным боевым строем!

— ...Прорывным строем?

— Он что, собирается драться с ними здесь?..

После моего приказа среди людей поднялся ропот.

Но командиры команд сначала выполнили распоряжение, выстроили людей и только потом подошли ко мне.

— С чего вдруг магия Врат измерений? Что ты задумал?

— И в такой момент, когда нам даже на бегство времени не хватает.

— Меня больше всего интересует прорывной строй. Вы хотите развернуться и пойти им навстречу?

Они мне доверяли и потому подчинились, но причину всё равно хотели знать.

Я ответил коротко:

— Сейчас мы пойдём более тяжёлым путём.

— ...Более тяжёлым?

— Потому что путь, тяжёлый для нас, будет тяжёлым и для них.

— ...Постой, что это вообще значит?

Кайслан всё ещё непонимающе склонил голову.

И именно в этот миг...

«Маккелли Рейадерс применил пространственно-временную магию первого ранга [Пространственные врата]».

Магия завершилась, и перед нами вспыхнул ослепительный сгусток света.

Ну, примерно на одну секунду.

«Тьма Лабиринта блокирует вмешательство в пространство-время».

Пространственные врата не успели обрести форму: с резким хлопком они исчезли.

Теперь Маккелли больше никогда в жизни не сможет пользоваться магией Врат измерений.

Наверное, именно поэтому он смотрел на меня пустыми глазами — будто молча укорял.

Но...

«Тьма Лабиринта блокирует вмешательство в пространство-время».

Др-р-р-р-р-р!

С самого начала я и не собирался выбираться через пространственные врата наружу.

— Ч-что это?

Всё ущелье затрясло так, словно началось землетрясение, и лица отрядников разом напряглись.

«Особое условие — Мгновенный импульс выполнено».

Да, я так и думал: улучшенная версия пространственных врат тоже подойдёт.

Пусть на ней висела куча ограничений, но она всё-таки считалась пространственно-временной магией первого ранга.

«Фух... Сработало, как надо, но...»

Всё шло так, как я рассчитывал, и всё же я не смог стереть с губ горькую усмешку.

Инстинкт воина уже подсказывал мне:

«В этой области появился Ледяной маг Кариадея».

Этот день окажется особенно тяжёлым.