Глава 242 — Развилка (2)

Стоило войти в Золотое хранилище душ, как я понял наверняка: вот почему представители иных рас пасовали перед королевским домом.

Так вот что называется истинной мощью королевского дома?

Драгоценные эссенции третьего ранга заполняли половину просторного хранилища. И лежали здесь вовсе не по одной штуке.

«Тех, что легче добыть и которые реже используют, по семь-восемь штук».

У большинства имелся запас.

Даже эссенции, которые добывались только в разломах и потому считались особенно трудными трофеями, были разложены по цветам — хотя бы по одной каждого вида.

«Чёрт, у них даже эссенция Ниварока есть?»

Редкая эссенция монстра, встречавшегося только в разломах.

Для воина-варвара варианты у неё были не самые подходящие.

Но если брать одну лишь сложность добычи, то тут и эссенции второго ранга могли бы посторониться...

«Как они вообще всё это собрали?»

Чем больше я оглядывался, тем сильнее в голове вертелся один и тот же вопрос. Если королевский дом существует несколько тысяч лет, он действительно способен накопить такое безумное богатство?

«Когда я играл, думал: ну, игра же, потому и можно выбирать что угодно».

Последние крохи беспокойства о том, что королевский дом может пасть под натиском Ноарка, рассыпались сами собой.

Как, глядя на это, вообще можно было представить его поражение?

Тысячи эссенций третьего ранга.

Не знаю, какова их боевая сила сейчас, но при желании королевский дом мог бы наштамповать армию совершенно дикого уровня.

«Если скормить рыцарю, владеющему аурой, пять эссенций третьего ранга...»

От одной мысли становилось не по себе.

И ведь речь не только об эссенциях третьего ранга.

В хранилище на ступень выше наверняка должны были быть эссенции второго ранга.

«...А может, даже и первого».

И самое страшное — всё не заканчивалось эссенциями.

Здесь были ещё и номерные предметы.

«Если в Золотом хранилище душ лежат предметы тройного номера, значит, выше должны быть двойные номера и одиночные номера...»

По сравнению с эссенциями их приоритет был ниже, но когда рост характеристик упирался в предел, номерные предметы становились самым простым способом поднять параметры.

«...Не то чтобы среди них не было вещей, которые я хотел бы забрать. Но с эссенциями не сравнить».

Хм. Раз уж время есть, можно и поглазеть?

Я побродил по Золотому хранилищу душ, с любопытством рассматривая предметы.

Правда, свойства их я и так знал, так что интерес довольно быстро выдохся...

— Эм... трогать, пожалуй, не стоит...

— От того, что я потрогаю, они не сотрутся!

Каждый раз, когда я брал в руки очередную вещь, маг, приставленный ко мне сразу и надзирателем, и проводником, бледнел так забавно, что я даже немного развлёкся.

«Ладно, с осмотром хватит».

Пора было выбирать.

Я уже решил, какую эссенцию возьму, но последняя проверка лишней не будет.

Мало ли.

Итак, начнём с первой.

«Беллариос».

Дракон восточного типа.

Монстр, напоминающий змееподобного дракона; по сути — улучшенная версия мантикоры.

Базовые характеристики у него были смещены в сторону сопротивления магии.

Плюс необычная пассивка [Кольцо Циркуляции], позволяющая накапливать характеристики.

«Хотя если съесть её сейчас, накопить что-то пассивкой почти невозможно».

[Кольцо Циркуляции] начинало работать только на уровне, где ты способен охотиться на монстров третьего ранга и выше.

В ключевую эссенцию Беллариос выбился вообще не из-за неё, а благодаря активному навыку.

[Чешуя Алчности].

При использовании кожа временно покрывается чешуёй, а «магическая устойчивость» растёт пропорционально показателю сопротивления магии.

Кстати, если сопротивление магии переваливает за 1 500, получаешь бонус магического иммунитета. С этого момента магов можно давить, как случайно попавшихся под ноги червей.

Открывается режим варвара-дракона.

Но...

«Вообще-то это не та эссенция, которую стоит есть прямо сейчас».

Если бы не Учёный Погибели, её приоритет вряд ли поднялся бы так высоко.

Для обычных вылазок хватило бы и мантикоры.

Да, когда-нибудь её всё равно пришлось бы взять, но от того, какую эссенцию съесть первой, зависит скорость развития.

Ладно. Тогда второй вариант.

«Бол-Херчан».

Сверхкрупный монстр, всё тело которого покрыто панцирем.

По одному внешнему виду понятно: навыки у него заточены под защиту. Пассивка должна сочетаться с [Железной кожей], а активный навык сделает тело способным выдерживать даже ауру.

Проще говоря, это эссенция против ауры.

Как раз того элемента билда, которого у меня пока нет.

Будь она у меня раньше, исследователь Ноарка, владевший аурой, не отрубил бы мне руку.

«Амелия... эта женщина тоже пользовалась аурой».

После того как этот мерзавец Шут заявил, что пришлёт убийцу, приоритет эссенции ещё немного вырос. Если честно, из всех известных мне убийц страшнее всего была именно она.

«К тому же дальше, похоже, придётся всё чаще драться с людьми».

Впрочем, это не значит, что против монстров эссенция бесполезна.

Противодействие ауре — лишь дополнительный плюс.

Главное, что она ещё и даёт огромную прибавку к силе. Среди кандидатов у неё самый удачный баланс атаки и защиты.

Ну а теперь последний вариант...

«Байон».

Среди чудовищ третьего ранга, где правят бал крупные твари, он один считается мелким.

К тому же это один из немногих «человекоподобных» монстров...

И одновременно нежить. То есть бессмертный вид.

По игровому лору Байоны — древние герои, умершие и восставшие вновь, поэтому устройство у них крайне необычное.

Они сражаются эссенциями, как исследователи.

Набор эссенций у каждой особи разный, но есть одна общая особенность.

Способность эссенции, которую выбивает сам монстр.

[Превосхождение].

Забавно, что если съесть его эссенцию, навык будет всего один.

Пассивный и активный эффект в нём как бы объединены.

А ещё среди базовых характеристик есть сверхредкий показатель — сила души, так что с МП становится куда спокойнее.

«И что же выбрать...»

Любую из этих эссенций мне всё равно когда-нибудь придётся съесть.

Вопрос лишь в том, какую взять первой.

Я в последний раз всё обдумал и наконец принял решение.

«Да. Если можно взять только одну, то, конечно, эту».

Теперь я ждал дня пожалования титула.

***

— Хм... значит, эту эссенцию.

Когда я сделал выбор, маг, всё это время ходивший за мной следом, посмотрел странно.

— Хорошая эссенция, спору нет. Я так и доложу канцлеру.

— А может, к ней ещё один номерной предмет приложить? Смотрю, они тут только пылью покрываются...

— Нельзя.

Ну и чего так каменеть лицом?

Я же наполовину шутил.

После дополнительного обыска я вернулся в приёмную, где уже ждали товарищи.

— Для Золотого хранилища душ ты довольно долго возился.

Дядя Медведь встретил меня с улыбкой.

— Какую эссенцию выбрал?

— Хм, ту, что ты посоветовал. Вроде неплохая. Да и ты говорил, что это тайная передача, верно?

Тайная передача.

Проще говоря — проверенная связка эссенций.

Например, набор, которым обладал герой, оставивший имя в истории, или великий исследователь.

Конечно, такие личности обычно хорошо известны, но их комбинации чаще всего состоят из высших эссенций, и применить их может только исследователь, уже добравшийся до соответствующего уровня.

Зато мелкие полезные связки ходят по рукам совершенно открыто.

Взять хотя бы коротышку-дворфа: он ведь знал, что с помощью [экстренного восстановления] можно сбрасывать перезарядку номерного предмета.

Наверняка одна из тайных передач, известных среди дворфов.

— Вернёмся — сразу арендую тренировочную площадку.

Дядя Медведь, выбравший эссенцию по моей рекомендации, явно сгорал от желания поскорее покинуть королевский дворец и опробовать новый навык.

Впрочем, то же самое можно было сказать обо всех.

— Бьёрн, идём скорее! Сила воина уже владеет моим телом! Её надо немедленно выпустить наружу!

В отличие от меня, трое получили эссенции пятого ранга, и в одном я им даже завидовал.

Эх. А мне ещё ждать дня пожалования титула.

— Ну-ну, потерпи немного. Эрвен ещё не вернулась.

— Да этой эльфийке можно просто сказать, чтобы добралась одна!

— Эй, я что тебе говорила, когда ты так про неё болтаешь?

— О-оговорилась. Только, пожалуйста, без морковного супа...

Миша отчитывала Айнар и защищала Эрвен.

Когда за тебя вступается старшая сестра, на душе всё-таки спокойнее.

Мы немного подождали, и вскоре Эрвен тоже вернулась, закончив выбор эссенции.

— Поздно. Что-то случилось?

— Нет. Я выбрала ту, что вы мне посоветовали, дядя. Просто после того, как съела её, не сразу смогла привыкнуть... пришлось немного отдохнуть.

Хм, неудивительно.

Высшие эссенции обычно сразу вызывают серьёзные перемены в теле.

— П-простите. Вы долго меня ждали?

— Не за что извиняться. Главное, что всё обошлось. Ну что, возвращаемся.

Мы сели в экипаж, приготовленный королевским домом, и вернулись в Седьмой район, который уже начинал казаться родным.

А оттуда сразу направились на тренировочную площадку.

Единственное место в городе, где разрешалось использовать сверхспособности.

— Тогда начну я.

Дядя Медведь призвал Железного Медведя Ирадуна.

Потом поставил у мишени свинью, купленную у входа на площадку.

— Сам я всё-таки не могу. Миша, сделаешь?

— Я? У-у... ладно-о.

Миша ранила Мишку мечом, и подготовка на этом закончилась.

«Абман Урикфрит применил [Голодный Коготь]».

Стрела тут же налилась красным сиянием.

Дядя Медведь наложил её на тетиву и прицелился свинье в бедро.

Чвак!

— Ви-и-и-и!

Свинья завизжала так, будто её резали, и забилась в истерике. Впрочем, сил у неё хватило ненадолго.

Шлёп.

Хотя стрела не попала в жизненно важную точку, свинья вскоре рухнула и перестала шевелиться.

Кровь не вытекала.

Всё потому, что засевшая в теле стрела её поглощала.

Ш-ш-ш-ш!

Даже сейчас стрела, торчащая в свинье, вытягивала жизненную силу и передавала её дяде Медведю.

И вот здесь проявлялась синергия связки.

«Жизненная сила Абмана Урикфрита сейчас на максимуме».

«Избыточная жизненная сила передаётся существу, связанному с ним душой».

Поглощённая жизнь прошла через дядю Медведя и вновь перетекла к Мишке.

— У-у-ум?

Раны Мишки уже полностью затянулись.

— Я сомневался, но духовный зверь действительно восстановился.

— В книге было написано: если ранен ты сам, приоритет у тебя. Имей это в виду.

Я сказал так, но дядя Медведь сражался на расстоянии и почти не должен был получать ранения. Можно считать, что наша танковая линия стала крепче.

Хотя этим преимущества не исчерпывались.

Примерно через три минуты после попадания стрелы труп свиньи высох, словно мумия.

«Для урона со временем вполне неплохо».

К тому же у дяди Медведя была [Крюковая Стрела], так что вытащить засевшую стрелу будет не так-то просто.

Стоит один раз вогнать её в цель — и урон со временем вместе с вампиризмом начнут постоянно накладываться.

«А когда он позже получит [Самоотверженность], этой связкой можно будет лечить не только Железного Медведя, но и нас».

Конечно, такая сборка возможна, но переводить дядю Медведя в хилеры я не собирался.

Ячейки эссенций слишком ценны.

Лечение лучше оставить профессиональному целителю.

«Пора бы уже и священника найти...»

Как бы то ни было, следующей была Айнар.

«Айнар Фнелин применила [Обуздание дикости]».

На пятом ранге всё равно нет эссенции, которую стоило бы оставлять до конца, так что я выбрал ей ту, что даст сильный эффект прямо сейчас и пригодится дольше остальных.

«Все условные эффекты следующей атаки преобразуются в режущую силу».

[Взрывной Рубец], вызывающий взрыв при повторном ударе в одно и то же место, и [поглощение жизненной силы], повышающее регенерацию при обычном попадании.

При использовании [Обуздания дикости] оба этих эффекта теперь превращались в режущую силу.

Вот так.

Шух!

Стальной прут, пусть удар и был нанесён адамантиевым двуручным мечом, разлетелся надвое без малейшего сопротивления.

— Можно попробовать другим мечом?

— Почему нет. Пробуй сколько хочешь.

В отличие от свиней, стальные прутья были бесплатными.

Их восстанавливали магией.

— Тогда...

Айнар, видимо, всё ещё сомневалась, поэтому взяла дешёвый железный меч из арсенала площадки и проверила ещё раз.

Результат оказался тем же.

Шух.

Стальной прут был рассечён одним ударом.

«Отлично. Теперь у неё появятся варианты».

Против толпы она сможет применять взрывы и вампиризм, а против одного сильного врага — повышать режущую силу.

Проще говоря, Айнар больше не будет варваром, заточенным только под избиение мелочи.

— Тогда теперь моя очередь, ня?

После этого Миша испытала свою новую эссенцию, а за ней — Эрвен.

Обе остались довольны: синергия превзошла ожидания.

«...Обидно быть варваром».

Почему только у меня до сих пор нет новой эссенции?

***

Через два дня я вновь прибыл в королевский дворец.

Честно говоря, теперь я уже не нервничал так, как в первый раз.

Сколько это уже визитов за один месяц?

Правда, сегодняшний день всё же отличался от прежних.

— Вы настолько высоки, господин, что... не могли бы чуть наклониться?

Слуги, похоже, не были удовлетворены даже праздничным костюмом, подаренным Кайлом: облепили меня со всех сторон, одевали и прихорашивали.

К тому же рядом не было товарищей.

Сегодня пригласили только меня.

По древней традиции королевского дома, на пожалование титула не мог присутствовать никто, кто сам не принадлежал к знати, каким бы прославленным человеком он ни был.

«Там уже шумно».

Я находился во Дворце Славы, где уже бывал раньше. Со стороны внутреннего зала доносилась музыка.

Похоже, пир уже начался.

Скорее всего, наш выход станет его кульминацией.

— Ого. В таком наряде ты выглядишь куда внушительнее.

Пока я ждал, приведённый в порядок, ко мне заглянул граф Фердехильт.

И, как прежде, с младшей дочерью.

— А-Арабелла Фердехильт.

Юная леди всё ещё боялась меня и даже не могла встретиться взглядом.

Видимо, в такой день граф не собирался надоедать мне разговорами о политическом браке: он просто поболтал о пустяках и ушёл.

Хотя, если точнее, это было скорее предупреждение.

— Сегодня титул получают трое, включая тебя. Один — из виконтского дома, другой — из маркизского.

Это я уже слышал.

Точнее, в их случае, в отличие от моего, правильнее было бы говорить не о пожаловании, а о наследовании.

— Виконтский дом неважен. А вот наследник маркиза из дома Кудо известен скверным нравом и болезненным самолюбием.

— Проще говоря, он ещё не повзрослел.

— ...Очень точное определение. Так что будь осторожен. День для него единственный в жизни. Он может решить, что ты отнял у него место главного героя. И даже если он станет тебя провоцировать, постарайся по возможности сдержаться. Теперь ты один из нас, а значит, не сможешь поступать только так, как тебе вздумается.

— Совет запомню.

— Вот и достаточно. Тогда не стану больше докучать. Увидимся позже.

После этого граф и правда спокойно увёл дочь и ушёл. Похоже, ему действительно было важно лишь поддерживать со мной связь.

«Политика, значит...»

Я почему-то вспомнил события в Лесу доппельгангеров и усмехнулся. Интересно, сработает ли в аристократическом обществе варварская политика?

Пока я убивал время такими пустыми фантазиями, успело стемнеть.

«Ух ты. Я правда просидел в этой тесной комнате ожидания больше десяти часов?»

Затем я вышел в коридор, устланный красным ковром. Там уже стояли двое мужчин.

Оба разоделись к дню пожалования титула.

«Этот мелкий, видимо, из виконтского дома...»

Я перевёл взгляд на мужчину, довольно крупного для человека. Глаза злые — наверняка тот самый из маркизского дома.

— Рад знакомству. Вам, кажется, сегодня пожалуют титул баронета? Позвольте сердечно поздравить. Для королевского дома настоящее благословение, что герой вроде вас станет одним из нас.

Будущий виконт, пусть и одними красивыми словами, сам подошёл поздороваться, а вот наследник маркиза не сделал даже этого.

— ...

Он лишь скользнул по мне взглядом и фыркнул, будто не желал даже говорить с варваром-простолюдином.

«Ну, мне так даже удобнее».

Мне он тоже был безразличен.

Я не собирался убивать время на политику.

Мне нужны только эссенция третьего ранга и удобный титул аристократа.

— Герои сегодняшнего дня входят!

Двери распахнулись под бодрую музыку.

«Кстати, в этом месяце я уже второй раз иду здесь».

Не испытывая особого волнения, я спокойно пошёл по ковру. Наследник маркиза стоял в центре, я — слева, будущий виконт — справа.

Топ, топ.

Под приветственные возгласы аристократов мы прошли вперёд и остановились перед троном.

У пустого трона стоял канцлер.

Он произнёс какие-то торжественные слова, а затем мы, как полагалось по сокращённому обряду, опустились на одно колено.

И в этот миг...

«А?»

Я только начал приседать, как этот мерзавец — наследник маркиза — наклонился в мою сторону.

Что такое?

Равновесие потерял?

Сначала я так и подумал, даже хотел подхватить его, но почти сразу понял: нет.

Злоба.

Я на инстинктах уловил в движении тёмное чувство.

Это было настолько нелепо, что даже в голове не укладывалось.

Похоже, он хотел притвориться, будто случайно толкнул меня, и заставить покатиться по полу...

«...Он что, совсем больной?»

Мало того что собирался провернуть такую грязную выходку здесь, на глазах у канцлера, второго человека королевского дома, и бесчисленных аристократов.

«Он правда думает, что у него получится?»

Лучшая защита — нападение.

Я сам не заметил, как напряг всё тело, и в тот же миг мы столкнулись.

Бух!

Итог по законам физики был предрешён.

— А-а-а!

Наследник маркиза с тяжёлым звуком отлетел вперёд и, прокатившись по ковру, сделал полный кувырок.

Его безупречно выглаженный костюм, разумеется, весь смялся.

— ...

От этого леденящего душу позора музыка оборвалась, и зал на мгновение погрузился в тишину.

Вдруг я вспомнил совет графа.

— ...

Ах да.

Он же велел терпеть.