Глава 95 — Секрет молодости — бесконечные тренировки
— Пожалуй, в прошлой жизни мы с тобой были мужем и женой.
Наверное, Торрес сказал это потому, что они сталкивались всякий раз, стоило появиться работе.
Во время недавней охоты на монстров они тоже виделись.
— А может, заклятыми врагами?
Торрес вспомнил старую байку, а Энкрид подхватил.
Связь из прошлой жизни тянется в нынешнюю в двух случаях.
Либо это тот, с кем тебе суждено встретиться.
Либо тот, с кем встречаться не стоило бы вовсе.
— Но мы ведь не из таких, верно?
Торрес усмехнулся.
— Это да.
Они легонько стукнулись кулаками.
Что бы ни ждало впереди, знакомое лицо всё равно лучше чужого.
Так они и вышли в путь.
Шаг за шагом.
За Северными воротами их встретила галечная дорога.
Из Бордер-Гарда отправились только двое.
— Мы правда идём вдвоём?
— За рекой встретимся с нашим разведотрядом.
Значит, задание не особенно опасное?
Поэтому послали лишь двоих?
У Энкрида мелькнуло немало мыслей, но вслух он ничего не сказал.
Ответственным всё равно был Торрес.
Достаточно знать то, что тот сочтёт нужным сказать.
Они вышли ещё на рассвете.
К тому времени, как поднялось утреннее солнце, Энкрид успел пройти приличное расстояние, и ткань под доспехом промокла от пота.
Холод ещё не ушёл, но попробуй-ка идти, навесив на себя полное снаряжение, — вспотеешь как миленький.
Сначала тонкая безрукавка из лёгкой ткани. Поверх неё — рубаха поплотнее, уже с рукавами.
Дальше кожаный доспех, защищающий от магии, и перевязь для свистящих кинжалов.
Гамбезон, сапоги, кожаные латные перчатки — и с одеждой на теле покончено.
Штаны, правда, были сравнительно тонкими: плотные мешали бы двигаться, так что тут выбора не оставалось.
На поясе висел меч с гардой — по сути кинжал с толстым лезвием.
Новый длинный меч — у левого бедра.
Короткий меч — у правого. И это ещё было не всё.
На случай беды оружия много не бывает. Энкрид спрятал по ножу у каждой щиколотки, а на левом предплечье закрепил ещё два метательных ножа.
Называется, легковооружённый пехотинец. На деле — вооружение тянуло весьма солидно.
И к обычному набору прибавилась ещё одна вещь.
— Левая рука у вас простаивает. Надо это исправить.
Так распорядился Рагна. Благодаря ему Энкрид теперь тащил на спине баклер.
«А ведь его можно использовать вместо котелка, нет?»
В крайнем случае, пожалуй, можно. Сдери кожу с той стороны, где рукоять, — останется тонкая железяка.
Именно настолько эта вещь казалась лишним грузом.
«Ничего не поделаешь».
Раз велели — придётся попробовать.
Поработает со щитом. Не подойдёт — подумает о другом варианте.
— Будет ли это меч и щит или один меч, пора переходить дальше. Но сперва мы выровняем баланс.
В обычное время Рагна ленился без всякой меры, зато, когда брался учить Энкрида, превращался в до невозможности старательного инструктора.
Если спросить, раздражало ли это…
«Нисколько».
Скорее уж Энкрид был благодарен.
Он шёл, открыв шестое чувство и скользя вниманием по сторонам, а в голове прокручивал слова Рагны.
Со стороны это выглядело довольно странно.
У Торреса, если судить по внешнему виду, из оружия были только два коротких меча, наложенные один на другой у левого бедра.
По сравнению с Энкридом — снаряжение лёгкое.
Торрес бросил на него косой взгляд и подумал:
«А ведь держится».
С таким грузом он шагал следом как ни в чём не бывало. Даже не пыхтел.
Взгляд рассеянный — явно думает о чём-то своём, — а на любое движение вокруг реагирует сразу.
«И о чём он думает, пока идёт?»
Торресу вдруг стало по-настоящему любопытно.
И не только это.
На какие только операции Торрес за свою службу не ходил.
«Даже обидно, что он вообще ничего не спрашивает».
Когда в деле столько недомолвок, нормальный человек давно бы засыпал вопросами: что происходит, какая цель, что будем делать за рекой?
На такие вопросы у Торреса был заготовлен ответ.
«Мы военные. Солдаты. Не кажется, что наше дело — выполнять приказ?»
Вот бы и появилась возможность резко одёрнуть.
Но этот действительно не спрашивал ничего.
— Впереди.
Энкрид наконец заговорил. Торрес перевёл взгляд вперёд.
Они уже довольно долго шли на северо-запад, держа реку по правую руку.
Впереди обнаружились два мокрых насквозь гуля.
Редкие клочья волос слиплись и свисали с белёсых голов, как водоросли.
Они затаились за большим валуном и выжидали, глядя в их сторону. Цвет кожи почти сливался с камнем; не присмотришься — легко пропустишь.
«Заметил раньше меня?»
То ли чутьё лучше, чем он думал, то ли удача и правда такая, как в слухах.
Кто разберёт.
В любом случае перед ними были монстры. Враги.
— По одному?
— Давайте.
На слова Торреса Энкрид шагнул первым, перетягивая внимание на себя.
Он снял со спины щит, взял его в руку и вытащил длинный меч.
Клинок с певучим шорохом вышел из ножен.
«Хороший звук».
Кто живёт на клинке, тот к оружию чуток. Торрес не был исключением.
Сам он оружие доставать не стал — лишь прикинул расстояние до гуля.
На когтях гулей был яд.
И зачем подходить близко без нужды?
Когда оба гуля оттолкнулись от земли и рванули к вышедшему вперёд Энкриду, Торрес провёл рукой у пояса и выбросил её вперёд.
Сначала шаг: правая ступня резко врезалась в землю. Движение пошло от упруго выпрямленного локтя к кончикам пальцев.
Движение скопилось в пальцах — и сорвалось с руки. Нож рассёк воздух и вонзился гулю в башку.
С глухим ударом половина головы треснула, а лезвие отскочило в сторону.
Гули, слоняющиеся у воды, часто наполовину сгнившие.
Оттого от них и несёт такой мерзостью.
Лезвие вошло в гнилую плоть, проломило череп и вылетело наружу.
Метнув кинжал, Торрес посмотрел на Энкрида.
Тот неловко держал щит, но когти гуля всё же отбил и уже заносил длинный меч.
Хорошо вложенный удар одним махом рассёк гнилую шею гуля.
Кровь у гуля была чёрной.
Тело без головы бухнулось вперёд, сначала на колени, потом рухнуло и выплеснуло густую чёрную кровь.
— Разве в этих местах почти не должно быть монстров?
Пусть оба были командирами взвода, но Торрес служил в пограничной страже, относившейся к королевским войскам прямого подчинения.
Энкрид тоже стал командиром взвода, однако должное уважение соблюдал.
— Совсем без них не бывает. Из-за стаи псов с человеческими лицами сюда в последнее время, наверное, просто не могли выделить людей. Но много их не встретится.
Энкрид молча кивнул. Глядя на него, Торрес вдруг не выдержал:
— Тебе не любопытно, куда мы идём?
— За реку, разве нет?
— Давай для начала на ты. Командир взвода в отряде прямого подчинения или командир взвода в обычном подразделении — какая разница? Да и возраст у нас, похоже, примерно один.
— Мне тридцать.
— Тем более, я младше.
— Тогда ладно.
Предложение было такое, что отказываться не имело смысла.
— В чём секрет молодого лица? Все мы валяемся на полях боя, а у тебя такое лицо… мне даже немного обидно.
С виду кто угодно решил бы, что Торрес старше. Тем более внешность у него была простая, ничем не примечательная.
Сказали бы, что он слуга на постоялом дворе, — и в это легко бы поверили.
Пока говорил, Торрес поднял упавший кинжал, наскоро ополоснул его в колышущейся зелёно-синей речной воде, вытер о рукав и спрятал за пазуху.
Нож мигом исчез.
Похоже, у Торреса там были отдельные ножны, но со стороны казалось, будто клинок растворился в воздухе. Энкрида это заинтересовало.
— Бесконечные тренировки.
Услышав ответ, Торрес коротко рассмеялся.
А ведь умеет сказать.
Всё-таки жаль, что не удалось забрать его в свой отряд.
С этой мыслью Торрес перешёл к делу:
— Понимаешь ведь, что одной переправой всё не закончится?
Энкрид кивнул.
— И всё равно ничего не спрашиваешь?
— А спроси я — расскажешь?
Нет, не расскажет. Торрес и сам подробностей не знал. Только догадывался.
— Вряд ли там будет просто весёлое развлечение.
Энкрид произнёс это и моргнул. В этот миг его глаза будто блеснули.
По крайней мере, Торресу показалось именно так.
И этот блеск наложился на тот прежний вид Энкрида, когда он говорил, что хочет ещё сражаться с монстрами.
«Этот ублюдок что, ждёт этого?»
Потому что за рекой — земля монстров и магических зверей?
— Забавный ты тип.
Торрес и сам был из тех, кто любит опасность. Но, похоже, этот был таким же.
— Пошли.
Они снова зашагали быстро и ровно.
Когда до переправы оставалось совсем немного, Торрес снова заговорил:
— Быстрее пришли, чем я думал. Время ещё останется.
Чтобы перебраться через реку, нужен лодочник-перевозчик.
У переправы виднелась кое-как сложенная куча камней, а рядом — плохонький, но всё же тракт. Солнце уже поднялось высоко и светило чисто.
Торрес нашёл подходящую тень и сел. Энкрид встал рядом и начал махать мечом.
— Не отдохнёшь?
— Я так и отдыхаю.
Вот за это его и называли безумцем, помешанным на тренировках.
Торрес наблюдал, как Энкрид рубит пустой воздух.
Шаг, взмах. Снизу вверх, сверху вниз.
«Брешь».
Стоило Торресу так подумать, как Энкрид подтянул меч к себе и, используя мышцы руки как рычаг, ударил вверх другой стороной оружия — навершием.
Всего лишь применение основ техники.
«Чисто».
Попади такое в челюсть — в лучшем случае несколько дней придётся хлебать одну кашицу.
А если не повезёт, до конца жизни о твёрдой пище можно забыть.
«Ай, чёрт».
От одной мысли у Торреса словно свело собственную челюсть.
Энкрид тем временем продолжал двигаться.
Хотя путь сюда и так вышел почти форсированным маршем.
«Выносливость у него — зверская».
Взмах за взмахом.
Торрес смотрел, смотрел — и сам не заметил, как ухватился за рукоять короткого меча и потянул.
Звяк.
Лезвие наполовину вышло из ножен, отозвавшись металлическим скрежетом.
«А».
Слишком увлёкся.
На этот звук Энкрид остановил рубящий удар и повернул голову.
Их взгляды встретились.
— Один раунд? — предложил Энкрид.
Вообще-то сейчас было не время.
Но Торрес и сам не понимал. Вот честно, не понимал. При виде этого Энкрида в нём почему-то всякий раз просыпался боевой азарт.
Не враждебность.
Просто хотелось помериться мастерством.
Иными словами, хотелось довести до конца тот бой, который не закончился на прежнем поединке за повышение ранга.
«Надо всерьёз».
Он видел, как Энкрид справлялся с гарпией и псом с человеческим лицом.
Видел и то, как тот сейчас тренирует меч.
Уже трудно считать его однозначно слабее.
«Период роста, значит. Самый настоящий».
Тридцать лет — и такой рост.
— Ладно, давай.
Торрес оттолкнулся от земли и поднялся.
Энкрид вложил меч в ножны, а потом вытащил его вместе с ножнами целиком.
Даже таким ударом он, пожалуй, что-нибудь да сломает. Энкрид ведь бил тяжело, по-силовому.
— Хорошо. Очень хорошо.
Глядя на эту непрошибаемую серьёзность, Торрес и сам что-то пробормотал, опуская руки.
«Метнуть кинжал?»
Нет, дешёвые трюки на нём не сработают.
Тогда как?
Он прикидывал варианты.
Осознание, добытое в бесчисленных настоящих боях, пронзило Торресу голову.
«Одним ударом».
Стоило ему легко оттолкнуться ногой — и тело понеслось вперёд так низко, будто скользило по самой земле.
Низко и быстро.
Скорость напомнила Энкриду рывок Аудина в захват, и он рефлекторно согнул колено, выставляя его вперёд.
Одновременно меч пошёл вниз.
Что бы ни приблизилось, оно попадёт под удар.
Но тело Торреса отскочило в сторону.
Меч Энкрида погнался за его следом.
Глазами, руками, ногами.
Он взвинтил ощущения во всём теле. Упустишь — проиграешь. Такой урок остался от прошлого поединка.
И одновременно нельзя было дать ему дистанцию.
Долгая схватка. Сможет ли он победить?
Если тянуть бой, выверяя расстояние, и если бы это был бой настоящими клинками, он, кажется, смог бы убить Торреса.
Но сейчас они сражались не так.
Энкрид сам сократил дистанцию.
Торрес не растерялся. Он показал то, что приготовил.
Когда расстояние стало таким, что хватило бы и полувытянутой руки, Торрес лишь раз провернул кисть где-то у шеи противника. И всё.
В руке у него не было оружия. Он не схватил Энкрида за горло и не ударил.
Энкрид отреагировал одной только интуицией и откинул голову назад.
Фик.
На этом бой был решён.
В руке Торреса откуда ни возьмись оказался нож с лезвием длиной в ладонь.
Будь это бой насмерть, одного поворота кисти Торресу хватило бы, чтобы нанести смертельную рану.
— Я хотел оставить тебе на щеке красивый след от клинка.
— …Что это было?
Энкрид удивился.
И было чему. Рука ведь точно была пустой.
— Мой секретный приём. Думаешь, расскажу, если спросишь?
— Не расскажешь.
Энкрид был уверен, что не расскажет, но Торрес неожиданно заговорил охотно:
— Тут ловкость рук нужна. За один день такому не научишься.
Он перевернул кисть — и нож в руке исчез.
Потом снова встряхнул рукой, и из рукава выскочил кинжал.
Если присмотреться, и рукоять, и лезвие у него были тоньше обычного. Видимо, оружие специально сделали, чтобы прятать в рукаве.
— Скрытый нож. Мой секретный приём.
Торрес произнёс это, выдохнул и добавил:
— Эх, я такое кому попало не показываю.
— Да, похоже на то.
Энкрид снова поднялся и посмотрел вдаль.
До назначенного времени, когда должен был прийти лодочник-перевозчик, ещё оставался запас.
— Ещё раз?
На вопрос Торрес покачал головой, будто с него хватит, но всё же встал.
— Ладно, давай.
Давно с ним такого не было — будто в груди снова загорелся тот самый жар, что вспыхнул, когда он впервые взял в руки меч.
Торрес поддался этому чувству и принял бой.
Впервые за очень долгое время ему показалось, что даже короткий спарринг прибавляет мастерства.
Воодушевление, напряжение перед скорой операцией, где придётся рисковать жизнью, — всё смешалось и подстегнуло его.
Но главная причина, конечно, стояла перед ним.
«Странный он».
И всё это — благодаря Энкриду.
Торрес понял это инстинктивно. Поэтому слова «странно» и «удивительно» сами просились наружу.
Когда в назначенный час появился лодочник-перевозчик, перед ним стояли двое солдат, мокрые от пота и тяжело дышащие.
— Мне сказали, это задание регулярной армии. Так это задание или тренировка? — спросил старый лодочник-перевозчик.
Ответить было нечего.