Глава 67 — Забрать гильдию целиком

Крайс, наблюдая за тем, куда повернулось дело, отыскал самый выгодный для себя ход.

«Гильдия воров, значит».

Если приглядеться — почти предприятие.

Собирать плату за защиту, убрать карманников и прочую грязь, оставить только то, что можно использовать с пользой, — вполне рабочее предприятие.

К тому же у Крайса уже был замысел, который как раз требовал гильдии воров как основы.

Место — Бордер-Гард. Власть здесь испокон веку славилась жёстким порядком.

Обычной преступной гильдии в таком владении жилось бы туго.

Но не этой. Гильдия Гильпина устроилась на славу. Крайс не знал, что именно они провернули, но одной средней хватки для такого явно не хватило бы.

Одних согревающих шкур — больше десятка. Да сколько же каждая такая стоит?

Нашлись и монеты на сумму больше ста тысяч крон, и несколько векселей.

Долговые расписки тоже были, правда, пустить их в дело вряд ли получилось бы.

Если сложить его собственный план и то, чем уже располагало это «предприятие»…

«В минус я точно не выйду».

На кону стояли кроны. А когда дело касалось крон, Крайс умел проявить такую мудрость, что его впору было назвать мудрецом. Он всё понял и принял как есть.

— Предлагаешь стать вором? — переспросил Энкрид.

Крайс на миг посмотрел на командира отделения.

Энкрид ведь говорил, что мечтает стать рыцарем. Говорил, что хочет подняться выше.

Для настоящей тренировки и хорошего снаряжения нужны кроны.

Рыцари, в конце концов, тоже зарабатывают войной.

Не зря же их прозвали «специалистами по резне».

— Не надо видеть в этом одно дурное. С шайкой Гильпина теперь покончено. А если мы просто уйдём, сколько пройдёт, прежде чем на это место сядет другая гильдия воров?

Мозги Крайса крутились на полной скорости, будто к ним наконец подвели щедрый приток крови.

Судя по Гильпину, это был редкий шанс.

— Месяц. Самое большее.

Он был прав. Энкрид невольно кивнул.

— Тепло-то как!

В стороне Рем надел пальто из согревающей шкуры и не удержался от восторга.

— А что, холодно должно быть? — поддел его Рагна.

Энкрид на миг отвлёкся, но голос Крайса быстро вернул его обратно. Голос был спокойный, только под этим спокойствием пряталась странная горячка.

— Раз уж так, оставим Гильпина. Он вроде ничего. Пусть сидит здесь, а мы сделаем гильдию воров, которая никого не убивает и ни у кого ничего не отнимает.

Звучало убедительно. Более того — заманчиво.

Соблюдать рыцарскую честь?

Для этого тоже нужны кроны.

Энкрид хорошо знал, как устроен мир.

Конечно, когда у тебя сила рыцарского уровня, кроны сами катятся в руки.

Но среди мастеров рыцарского уровня хватало и таких, кто двигался лишь за плату.

А главное, Энкрид верил: рыцарская честь — это следовать собственному сердцу.

В предложении Крайса его ничто не смущало.

Если смотреть с хорошей стороны, оно даже было полезным.

«Если от этого людям станет легче жить».

Тогда меньше будет плачущих детей.

И у родителей, растящих этих детей, убавится тревог.

В любом владении есть люди, которые едва тянут тяжёлую жизнь.

Может, для них это станет хоть каким-то облегчением.

Сначала Энкрид хотел всего лишь стрясти с этих воров дрова на зиму, но если теперь появился способ помочь людям…

Не было причины отказываться.

— Годится?

— Годится.

— Прибыль я буду делить как положено и вашу долю отдавать вам, командир. Взамен придержите остальных бойцов отделения.

Вот почему Крайс вцепился именно в него.

Из-за Рема и остальных.

Стоило Крайсу заявить, что он забирает гильдию себе, — они бы его так просто не оставили.

— А тебе-то с этого какая выгода?

Энкриду вдруг стало любопытно.

Зачем ему гильдия воров, если придётся ещё и отстёгивать долю наверх?

И кто вообще знает, сколько она принесёт?

— Информация.

Энкрид снова восхитился умом Крайса.

Информация превращается в деньги. Даже мелкие сведения внутри владения могут в части обернуться отличными кронами.

Стоит узнать имя девушки из цветочной лавки и её увлечения — за такое уже выстроится очередь желающих заплатить.

И это только один способ.

— Сразу поняли. Вот поэтому вы мне и нравитесь, командир.

Крайс выставил кулак. Энкрид тоже протянул свой и легонько стукнул по нему.

Так появилось обещание и состоялась сделка.

Энкрид получал кроны и сдерживал бойцов.

Крайс получал гильдию.

Когда Энкрид вернулся к камину, первым заговорил Саксен:

— Я не против. Пусть Крайс забирает.

…Жуткий тип.

Уши у него были до ужаса чуткие. Они ведь говорили минимум в десяти шагах от него.

— Гильпин, разберись с трупами, а потом выбери среди оставшихся тех, кто легко пойдёт на убийство, кто уже серьёзно вредил слабым или может стать проблемой. Их отведём в тюрьму.

Оставить гильдию не значило оставить всё как есть.

— Хм. Похоже, пару-тройку всё же придётся вам выдать.

— И ещё. С этого момента главой гильдии будет он. То есть тебе можно оставаться здесь. А если бросишь эту гильдию и сколотишь другую — мы снова встретимся.

— На такое у меня духу не хватит.

Наверное, по привычке Гильпин провёл ладонью по песочно-белым волосам.

— Только… господин солдат.

И продолжил:

— Что?

— Тут такое дело… Думаю, нам всё-таки лучше распуститься. Если мы останемся, нас всех убьют.

Всех убьют? Почему?

Энкрид спросил взглядом.

Гильпин помялся, но всё же кое-как рассказал, что к чему.

Большинство, наверное, этого не знало, но сдохший глава гильдии был человеком, который брал деньги Азпена и выполнял поручения.

Не шпион. Именно подрядчик.

— Есть один человек, он регулярно приходит проверить, как идут дела в гильдии. Не будь его, я бы давно скинул прежнего главу.

Гильпин мог казаться мягким и мог дорожить своими людьми, но он тоже был человеком гильдии воров.

Просто так на своём месте он бы не оказался.

Проблемой был тот самый визитёр.

— Если он не увидит сдохшего главаря, начнётся большой шум. Мы и так собирались продать особняк за бесценок и всем залечь на дно.

— Сколько их приходит?

— Один. Только он…

— Только?

— Фрок.

Порода с боязнью сердец.

Боевая раса, чья мышечная сила далеко превосходила человеческую.

Энкрид однажды уже получил от фрока ногой. Тогда он в итоге оказался в медицинской палатке.

— Фрок приходит?

— Да.

И что с этим делать?

Да и зачем фроку надзирать за гильдией воров в каком-то пограничном владении?

О фроках говорили: если фрок вышел на континент, значит, его признали.

То есть это уже проверенный мастер.

По системе солдатских рангов Наурилии — минимум особый ранг, а то и выше.

— Да что это вообще за место?

— Подробности знает только этот дохляк. Одно могу сказать точно: каждый раз, когда фрок приходил, он оставлял кроны на операционные деньги.

Не забирал, а приносил?

Нет, правда, что это такое?

Энкрид никак не мог представить причину.

— Странно это, — сказал Крайс.

Он думал о том же.

Остальные — тем более.

И что теперь?

— Гильдию забираем.

Ничего не менялось. Времени ещё оставалось.

О том, что будет дальше, можно подумать дальше.

А когда придёт срок, можно будет просто распустить гильдию и отказаться от неё.

Так они решили взять гильдию целиком.

Гильпин особо не возражал.

Наверняка считал, что уже одно то, что он остался жив, — удача.

Энкрид понимал: сейчас это ворьё со всем согласно, но позже от него могут пойти проблемы.

Будет ли такая шайка и дальше смирно слушаться?

Правда, с этой минуты это уже вопрос хватки Крайса.

Раз взялся — пусть разбирается. Энкрид просто передавал ему дело.

— Это я заберу.

Саксен прихватил несколько колец и украшений — то ли чтобы подарить какой-то женщине.

Рем забрал пальто из согревающей шкуры и ещё одну шкуру на подстилку, а потом принялся разглядывать сейф: что там внутри?

Рагна бегло осмотрел мечи, собранные гильдией, и вынес приговор: один мусор.

После этого богатства его особо не занимали.

Аудин был таким же.

— Сказано: кто глядит на богатство, у того мутнеет взор.

Он только молился.

Зато просьбу Энкрида выполнил.

— Сейф.

— Да, брат.

Это был сейф сдохшего главы гильдии.

Крепко запертый замок, поверх — цепь, обмотанная в несколько витков.

Аудин подошёл и взял замок рукой.

Хр-р-руст.

После этого он уже ничем не отличался от ярмарочного силача.

Он просто смял замок пальцами. Даже смотреть было странно: разве такое возможно?

— Ну ты, туша, силой не обижен, — восхитился Рем.

Когда замок сломан, зачем нужна цепь?

То, что в обычном случае пришлось бы долго пилить ножовкой, закончилось в один миг.

Вот она, сила бойца отделения, который открывает запертые двери простым стуком.

Энкриду тоже было любопытно, что лежит в сейфе. Он широкими шагами подошёл ближе.

— Сам откроешь? — спросил Рем, глядя на него.

— Пожалуй.

Чистое любопытство.

Подходя к сейфу, Энкрид спросил:

— Так когда приходит этот фрок?

Гильпин пристроился рядом и ответил:

— Когда начинается первая пора года. Он говорил, что приходит один раз в начале четырёх пор и ещё один раз в третью пору.

Один раз весной, один раз осенью.

Значит, время ещё есть.

Энкрид кивнул и встал перед сейфом.

Что там внутри?

Любопытно.

Он легко подцепил пальцами скобу крышки и поднял.

Скри-и-ик.

Петли, видно, давно не смазывали: ржавое железо скрежетнуло о железо.

Бум.

Сейф открылся. Тяжёлая крышка откинулась назад и ударилась о корпус, а звук от этого удара ещё долго, глухо и призрачно повторялся у Энкрида в ушах.

Бу-ум. Бууум. Буууум.

Этого нельзя было увидеть. Нельзя было потрогать. Но Энкрид ясно почувствовал, будто что-то обволокло его тело.

Будто его одного отделили от мира. Все вокруг внезапно исчезли из поля зрения.

Он попытался моргнуть, но тело не слушалось.

«Что?»

Он хотел открыть рот, но не смог даже этого.

— Ну что? Есть там что путное?

Внезапно раздался голос Рема. И только тогда Энкрид вернулся в прежнее состояние.

Он моргнул, открыл рот. Никаких проблем.

— Сейчас… ничего странного не было?

— Командир, да вы вообще человек странный. Уж я-то знаю.

Похоже, никто ничего не почувствовал.

Энкрид пропустил бред Рема мимо ушей и решил, что ему померещилось.

— Сначала посмотрим.

Он зачем-то мотнул головой из стороны в сторону и заглянул в сундук.

Внутри лежал кожаный доспех, закрывающий корпус.

— Это что?

Вопрос Энкрид задал Гильпину.

— Не знаю. Только слышал, что дохляк с ним носился как с сокровищем.

Энкрид поднял доспех и вытащил наружу. Обычной вещью он не казался. Энкрид надавил пальцем и почувствовал упругость.

— Кожа дорогая, похоже. Забирайте, командир. Глядишь, брюхо не продырявят.

— Вещь, кажется, неплохая, — сказал Крайс, осматривая доспех после предложения Рема.

Крайс умел разбираться в вещах.

Для начала доспех забрали. Хорошее защитное снаряжение для людей, живущих на клинке, в несколько раз ценнее хорошего оружия.

— Это беру я.

Никто не возражал. Доспех забрали, а со всем остальным Крайс должен был разобраться сам.

— Как думаете, снег уже весь убрали? — не унимался Рем.

Энкрид прикинул время и посмотрел в окно.

Снег, лежавший снаружи, ещё не растаял.

Если вернуться сейчас, можно всю ночь сгребать его.

Думать тут было не о чем. Энкрид пробормотал решение, подытожив общее настроение бойцов:

— Считаем, что наше задание заканчивается завтра утром.

К завтрашнему утру снег наверняка уже уберут.

— Вот и славно. Дел тут, похоже, ещё хватает.

Рем устроился у камина и согласился. В этот миг он был кроток как никогда.

Ещё бы. Рем сидел рядом с согревающей шкурой и каминным теплом и смаковал слово «счастье».

— И правда, дел ещё много.

По другую сторону камина устроился Рагна.

— Значит, в этом есть воля — донести слово Бога.

Аудин тоже вставил слово.

— Тогда я приду завтра утром.

Саксен и вовсе запросил отдельные действия.

В такие моменты возражений не возникало. Они удивительно слаженно действовали. Вот бы так всегда, думал Энкрид.

За это дело такая мысль приходила ему уже не раз.

— Командир.

Крайс окликнул Энкрида и украдкой поднял большой палец.

Для него это была высшая похвала.

* * *

— Докладываю: все подчинённые бойцы отделения вернулись. Местонахождение гильдии воров установили, гильдию уничтожили.

На слова Энкрида командирша роты, закутанная в толстый плащ, чуть подняла голову.

Это был тренировочный двор для командиров.

Даже два огня на факельных стойках не спасали от холода.

Стоя на земле, промёрзшей от стужи до каменной твёрдости, командирша роты переспросила:

— Уничтожили?

Она что-то знает и потому спрашивает?

Энкрид ответил ровно:

— Да, уничтожили. Тех, кому место в тюрьме, отобрали и отправили. Остальных, кто сопротивлялся, зарубили.

— Вот как.

Командирша роты повела плечами, будто разминалась.

Она правда что-то знает?

Но докладывать честно: «Крайс проглотил гильдию», — Энкрид, разумеется, не собирался.

— Добро из их логова доставлено в часть?

— Да.

Кроме нескольких согревающих шкур и пары украшений, всё сдали в часть.

Так и полагалось.

Это была побочная добыча, полученная во время операции.

Значит, она принадлежала части.

А на то, что кто-нибудь по-тихому урвёт немного для себя, по обычаю закрывали глаза.

— Хорошая работа.

К счастью, командирша роты не стала расспрашивать дальше. Она лишь посмотрела своими зелёными, словно самоцветы, глазами в синие глаза Энкрида и предложила:

— Разок?

— …Что вы имеете в виду?

— Не хочешь скрестить клинок с эльфийским мечом?

— Спарринг?

— Слышала, ты не умеешь отказываться.

Эльфийский меч лёгок, но остр.

Так говорили люди.

Энкрид уже несколько раз принимал эльфийский меч. В наёмнической жизни встретить эльфа не такая уж редкость.

Но тогда он был никуда не годен.

Перед их чуткостью валленский наёмничий меч не работал вовсе, и Энкриду было бы стыдно сказать, что он хоть раз по-настоящему с ними сражался.

— Да.

Спарринг. Похоже, это станет ценным опытом.

В последнее время Энкрид всё чаще думал:

«Чем больше дерёшься, тем больше пользы».

Он знал, что талантом обделён.

Чем больше опыта, тем лучше.

И весь этот опыт начинал сиять, когда приходило повторяющееся сегодня.

Даже без этой причины он всё равно не отказался бы.

Таков уж был Энкрид.

— Хорошо.

— Люблю такую решительность. Нападай.

Эльфийка-командир роты вытащила меч.

Дзинь.

Найдл — меч эльфийского народа. Спарринг на настоящих клинках.

Энкрид тоже вынул свой меч.

Лязг.

Длинный меч и найдл один раз скрестились и ударились друг о друга.

Тинь.

И оба одновременно отступили на два шага.

Энкрид был осторожен. Он помнил, как однажды рухнул от одного жеста эльфийки-командира роты.

Это случилось в медицинской палатке.

Насколько он отличается от себя тогдашнего?

Не знает.

Сейчас и проверит.