Глава 416 — Проводы
— Займись тем, чем хочешь.
Маркиз некоторое время молча смотрел на Кин, затем произнёс это, развернулся и ушёл. Кин осталась стоять на месте, погружённая в мысли.
Налетел ветер, поднял дорожную пыль. Пыль хлестнула её по лицу, но Кин даже не заметила.
«Вот как всё обернулось?»
От потрясения её пробирала дрожь.
Глава рода не был из тех, кто берёт свои слова назад.
Чем дольше Кин думала, тем сильнее её задевали слова и поступки человека, из-за которого всё пришло именно к такому исходу.
«Может, хотя бы поблагодарить?»
Если честно, мужчина по имени Энкрид и впрямь её занимал. Но это вовсе не значило, что она хотела стать его женой.
Она называла это мечтой. Кин интересовали не столько драгоценные камни и их огранка, сколько вещи, которые из этих камней получались.
Тому, кто родился в столь знатном доме, как маркизский дом Байсар, полагалось любоваться готовыми изделиями, а не пачкать руки изготовлением или продажей.
Поэтому разрешения на такое получить было почти невозможно. Это должно было оставаться чем-то вроде увлечения, не больше.
Но разве сердцу прикажешь?
Кин любила это дело. Любила возможность проявить себя, показать свои способности и жить по собственной воле, а не быть придатком при мужчине.
Правда, ради этого наверняка пришлось бы от многого отказаться.
Она могла пользоваться громким именем рода, но больше не смогла бы жить как прямая наследница маркиза Байсара.
И Кин была не настолько наивна, чтобы этого не понимать.
«А можно ли мне так жить?»
И тут ей на глаза попался человек, который жил совершенно как хотел.
Его звали Энкрид. Кин решила, что должна его поблагодарить.
Ведь именно из-за его слов всё так и решилось.
Придя к этому выводу, она направилась к Энкриду, который уже начал махать мечом в стороне тренировочного двора. Но не успела сделать и нескольких шагов.
— Оставьте.
Это сказал варвар, лениво прислонившийся к стене.
— Я хотела кое-что сказать…
— Сейчас рядом с ним хоть голышом пляши… а, вы же дворянка. В общем, что бы ему ни говорили, он всё равно не услышит.
Сравнение было мерзкое, но Кин пропустила его мимо ушей и посмотрела на Энкрида.
Тот стоял спиной к маркизу и уже размахивал мечом. Взгляд расфокусирован, рот полуоткрыт. Со стороны могло показаться, что он под дурью. Но нет — он просто успел с головой провалиться в фехтование.
Маньяк тренировок, иного слова не подобрать.
«Не зря его зовут безумцем».
Кин развернулась. Позже она рассказала об этом нескольким знакомым. Маркиз Байсар тоже делал вид, будто дуется, но широта этого человека пришлась ему по душе, и он сам разнёс историю куда только мог.
После этого в столице никто уже не мог досаждать Энкриду и его спутникам.
Как-никак, этот человек отказался даже от влияния маркизского дома Байсар, которому был обещан герцогский титул.
* * *
Как только маркиз и Кин ушли, Энкрид повернулся к ним спиной и тут же взялся за меч. Просто больше невозможно было откладывать такую занятную вещь. Кто смотрит, кто ждёт — какая разница. Теперь он уже правда не мог терпеть.
«Ах, весело-то как».
Понял ли он что-нибудь, сойдясь с Ремом, Рагной и Аудином?
Нет. Его просто разгромили.
И всё равно это было весело. Взмахнуть мечом, обдумать, снова повторить телом — удовольствие приносил весь процесс от начала до конца.
Были движения, которые за день он проделывал сотни раз. Удар по темени, горизонтальный рубящий удар, нисходящий удар, выпад — самые основы техники. Энкрид снова начал их повторять.
Он не ждал ни нового прозрения, ни какой-то перемены.
Просто ему было радостно. И потому он делал это снова и снова.
Несколько дней прошли за мечом и короткими спаррингами, а потом пришла весть: назначена церемония награждения за заслуги.
— Идём.
Энкрид взял с собой Рема, Рагну, Аудина, Дунбакель и Терезу.
Синар уехала раньше по своим делам и вообще не пришла с ними.
— Прошу меня освободить.
Саксен изначально был не из тех, кто любит появляться на подобных мероприятиях.
Эстер, оставаясь пантерой, покачала головой. Так что Энкрид повёл только остальных.
В тронном зале толпились дворяне.
— Прибыл спаситель королевства.
Слуга объявил это сзади, и Кранг, сидевший на троне, кивнул. Под глазами у него легли тёмные круги; король выглядел смертельно усталым.
Ближе всех стояли двое дворян. Один — маркиз Окто, другой — Маркус Байсар.
Маркиз Байсар держался на шаг позади.
Кранг безжалостно выкинул из церемонии всё, где полагалось говорить о величии короля и превосходстве крови, и сразу сказал:
— Прошу простить, что церемония задержалась.
Несколько дворян, увидев, насколько всё будет коротко, даже вздохнули.
Кто-то пробормотал что-то о королевском достоинстве, но перед Крангом рты всё же закрыли.
Король, который положил конец гражданской войне.
Король, который победил, не призывая рыцарский орден.
Король, которому дворяне сами решили подчиниться.
Это была первая церемония, которую он проводил как король. Открыто спорить с его решением прямо здесь?
Каким бы глупцом ни был дворянин, с таким политическим чутьём ему стоило бы самому снять с себя титул.
Несколько дворян и командиров получили достойные награды. Кроны, части владений и тому подобное.
Эндрю тоже оказался среди них. Ему пожаловали владение и золотые монеты, а ещё изменили титул. Он стал виконтом Гарднером. Вдобавок ему дали что-то вроде должности в столице.
Церемония шла своим чередом, пока не прозвучало:
— Повелеваю Маркусу Байсару. Как главнокомандующий ты…
Волю короля объявлял монах, исполнявший обязанности писаря.
— …проявил выдающиеся заслуги, посему жалую тебе титул графа.
Как только слова прозвучали, оживлённая атмосфера застыла. Будто кто-то вылил на зал ушат ледяной воды.
— Что ты сейчас сказал?
Маркиз Байсар переспросил дрожащими губами.
Маркус Байсар должен был унаследовать дом. По итогам этих событий он должен был получить герцогский титул.
Но, приняв титул графа, он сам отбросил наследование.
Энкрид понял: всё это — дело рук Маркуса Байсара.
Поднялся небольшой переполох. На лице маркиза Байсара проступило замешательство.
Глава маркизского дома Байсар в конце концов встал на сторону Кранга, но сделал это не с самого начала.
Он долго взвешивал, прикидывал — и только потом поставил золотую монету на нужную чашу.
Да и этот выбор, если честно, почти походил на азартную ставку. Но не для Маркуса.
Маркиз Байсар впился взглядом в Маркуса, потом покачал головой и смолчал.
Энкриду он показался стариком, который страшно надулся.
— За поистине великие заслуги жалую герцогский титул.
Вместо Байсара герцогом стал маркиз Окто. Он опустился на одно колено и склонил голову.
К тому времени почти все получили положенные награды. Остались лишь те, чьи имена так и не прозвучали.
Энкрид и Безумная рота.
— Последнее я хочу сделать сам.
Король поднялся с трона. Он шагнул вперёд и, даже не взглянув ни на кого вокруг, спросил:
— Титул нужен?
Таким тоном спрашивают соседа, не нужны ли ему дрова.
Энкрид подумал: «А зачем?» — и, легко покачав головой, ответил:
— Нет.
В его поведении было столько дворцового этикета, словно он выбросил его где-нибудь в Демонических землях. Но кто посмел бы что-то сказать?
Разве что несколько дворянских ублюдков, не сумевших удержать лицо, поморщились.
— Так и думал. Сокровищницу я открыл. Захочешь — бери всё, что под руку попадётся.
— Благодарю.
— А после можешь возвращаться туда, где был.
Именно этих слов Энкрид ждал больше всего. Правда, нашлись и те, в чьих глазах мелькнуло сомнение.
«Всего лишь открыть сокровищницу?»
«Разве так можно?»
«А что делают с гончей, когда охота закончилась?»
«В котёл её, вот что».
Кто-то успел пробормотать подобную чушь, но даже если бы Кранг или Энкрид её услышали, им было бы решительно всё равно.
— Я занят. Верю, что и вы, господа, тоже заняты. То, что гражданская война закончилась, не значит, что дальше у нас начнётся «и жили они долго и счастливо». Даже в сказках такого не бывает после войны. Вы это понимаете?
Справедливо. В сказках и гражданских войн с залитыми кровью полями боя обычно не случается.
— Значит, будем работать.
Так сказал король-трудоголик, и церемония награждения за заслуги завершилась скромнее, чем когда-либо.
После устроили дневной пир. Без вина. Более того, сам король даже не явился.
— Меня тревожит достоинство короля.
Несколько дворян всё ещё переживали из-за королевских манер, но Энкрид выбросил эти тревоги из головы.
Разве он не видел всё своими глазами на траурной коронации?
Кранг зачитывал имена солдат, высеченные на памятнике павшим.
Энкрид видел, как тогда на него смотрели люди.
Там был монах, который, глядя на короля, тихо молился.
Была мать, плакавшая при виде нового короля.
Были отец и ребёнок.
Среди дворян нашлись и достойные люди: после коронации они опускались на колени и клялись в настоящей верности.
Без сияющего ореола, без пышного празднества — коронация в самом сердце столицы заставила всех запомнить нового короля.
«И этого достаточно».
Энкрид двинулся дальше с лёгким сердцем. Всё остальное Кранг как-нибудь уладит сам.
Ему же пора было возвращаться в Бордер-Гард. Правда, сначала следовало заглянуть в дворцовую сокровищницу.
Интересно, найдётся ли там хоть пара мечей на замену Сильверу?
— Сюда.
Даже Рем с Рагной, пусть и украдкой, проявляли к дворцовой сокровищнице интерес.
Но увиденное оказалось совсем не тем, что они себе представляли. Двери стояли распахнуты настежь, и через них без конца сновали телеги.
— А, тут всё ещё немного заняты.
Проводником, ни много ни мало, выступал сам Маркус. Главнокомандующий войсками королевства, свежепожалованный граф, временный правитель графства Молсен и начальник столичной оборонной гвардии.
— А вы разве не заняты?
— Ты же сразу уходишь, как только сюда заглянешь? Значит, смотреть надо сейчас. Проводить тебя спокойно у меня времени не будет.
Если он занят, мог бы и не смотреть.
С этой мыслью Энкрид вошёл посмотреть на королевские сокровища.
Всё и правда оказалось совсем не таким, как он представлял.
Сокровищница была просторной и по большей части пустой. Ни гор золотых монет, ни ряда магических мечей на стенах.
— Разрешите пройти!
Мимо Энкрида прокатила телега с несколькими ящиками.
Работник, который её тянул, обливался потом и был так занят, что даже не посмотрел в сторону Энкрида.
Энкрид оглядел происходящее, сопоставил одно с другим и быстро понял, что к чему.
Рем, похоже, тоже догадался и спросил раньше, чем Энкрид успел что-либо сказать:
— Ущерб от гражданской войны отсюда покрываете?
Маркус подумал, что его друг-варвар тоже вовсе не дурак, и кивнул.
— А магические мечи?
Рагна имел в виду меч, на который наложено заклинание, или связанный с магией, или обладающий собственной волей. На худой конец сгодился бы и такой, что изрыгает огонь или лёд. Совсем уж на худой — оружие, которое хотя бы не теряет остроты.
Для временного клинка и этого было бы достаточно.
— Нет.
— Почему?
Рагна стал говорить короче. Маркус не стал цепляться к их невежливости. Какой смысл требовать манер от безумцев?
— Всё продали.
Рагна больше не спрашивал. Нет — и что тут сделаешь?
«Если меча с заклинанием нет…»
Попробовать вложить в меч Волю?
Мысли гения иной раз идут непривычными путями.
Энкрид осмотрелся. Здесь не было ни одного меча лучше тех длинных мечей, которые он добывал, бегая по тренировочным дворам.
Даже клинка с примесью валерийской стали не виднелось.
— Я пас.
Рем покачал головой.
Настоящие сокровища королевства, достойные этого имени, уже находились у рыцарей или рыцарских орденов. Остальное хранилось глубоко внутри дворца, в тайном сейфе, но такие вещи нельзя было просто взять и кому-то отдать.
Потому что это государственные реликвии.
Кранг, конечно, хотел бы сказать: «Берите хоть это», — но национальной реликвией был не меч и не щит, а посох, в котором спал солнечный зверь.
Энкриду он был не нужен, да он и пользоваться им не смог бы.
— Сказано ведь: бедность не грех.
Это произнёс Аудин, которому сокровища изначально были безразличны.
Дунбакель ничего не выбирала, потому что её изогнутый клинок был лучше, но в конце концов забрала поножи из шкуры магического зверя. Из всего здесь это оказалось самым годным. Тереза, вслед за Аудином, тихо покачала головой.
— Я ничего не сделала.
Тереза считала, что на этом поле боя не совершила ничего особенно выдающегося.
И ещё считала, что жадничать нельзя.
— Передайте Крангу, что ещё увидимся.
Энкрид сказал это заодно.
— М-м, хорошо. Тебе, пожалуй, можно называть короля по имени. Королевское достоинство достоинством, а со стороны даже неплохо смотрится, когда король и спаситель королевства — убийца демонов, Убийца демонов — остаются друзьями.
Маркус не цеплялся за жёсткий этикет. Мыслил он довольно свободно.
Достаточно было вести себя осмотрительно на официальных встречах. Маркус не думал, что Энкрид настолько глуп, чтобы не понять и этого.
Энкрид кое-как собрался в дорогу и двинулся прочь.
Пышных проводов он не ждал. На такое у них просто не было сил.
Достаточно посмотреть, что творится в сокровищнице.
«Лишь бы королевство не рухнуло окончательно».
Нет, как раз затем и открыли казну — чтобы оно не рухнуло.
Ничего страшного, что на церемонии награждения за заслуги он толком ничего не получил.
Он ведь и пришёл не ради награды.
Так он забрал с собой даже Разноглазого и, обходя окраины столицы, уже выбирался наружу, когда дорогу им преградила группа Королевской гвардии.
Вперёд вышел их командир в сером шлеме.
«Спарринг?»
Так подумал Энкрид.
Ему самому бывало досадно, когда сильный мастер просто уезжал. Может, и у этого так же. Энкрид вышел вперёд, готовый с радостью принять вызов.
Командир Королевской гвардии снял серый шлем и опустился на одно колено.
— Благодаря вам я прозрел. Благодаря вам иду теперь правильным и честным путём.
Он произнёс это и отдал честь.
Следом за ним все гвардейцы Королевской гвардии так же преклонили колени.
— За спасителя королевства!
Скромными такие проводы уже не назовёшь.
Среди них был и Риэрбан, знавший Энкрида в прошлом.
За заслуги на поле боя его перевели сюда.
— Давно не виделись.
Энкрид принял приветствие и, проходя мимо, сказал это ему. Риэрбан был одним из немногих, кто когда-то встал на его сторону. Есть люди, которых не забудешь, сколько бы времени ни прошло.
Риэрбан глубоко склонил голову.
— Мне стыдно.
Он сказал это, вспоминая себя прежнего, а Энкрид лишь хлопнул его по плечу и прошёл дальше.
«И за моего сияющего героя тоже».
Не как гвардеец Королевской гвардии, а как человек с мечом в руке Риэрбан мысленно поклялся: если мужчина по имени Энкрид когда-нибудь позовёт, он прибежит.
Когда исполнит все свои обязанности, если Энкрид того пожелает, он так и поступит.
Энкрид решил, что на этом проводы закончились.
Но нет.
Когда уже показались городские ворота столицы, перед ними собралась едва ли не половина столичных жителей.
По одному только гулу голосов казалось, что людей пришло больше, чем на траурную коронацию.
— За спасителя королевства!
Жители столицы пришли смотреть, как он уходит. Будто заранее сговорились. Среди них был целитель, потерявший сына, а ещё Эндрю с учеником.
Вот куда они подевались сразу после церемонии награждения за заслуги.
Эндрю получил владение, и теперь ему наверняка предстояло работать без сна и отдыха, но всё равно он пришёл проводить Энкрида.
— Я знал, что вы сразу уйдёте.
Эндрю подошёл ближе.
— Больше мне здесь делать нечего.
— Мы ведь ещё увидимся?
— Приезжай в гости.
— Да.
Они коротко попрощались. Тут же к ним подошли Эйсия и капитан стражи Южных ворот.
— Так и уходите?
Капитан стражи сказал это, а Эйсия протянула руку. Энкрид пожал её.
— Ещё увидимся.
Короткое прощание. Капитан стражи поклонился, говоря, что обязан ему.
Эйсия только пожала руку и ничего особенного не сказала.
Пока весь народ королевства кричал и приветствовал их, Рем проворчал:
— Хоть рукой махните.
Энкрид так и сделал — поднял руку и помахал.
— Убийца демонов!
— Спаситель королевства!
— Возьми меня!
Почему всегда находится кто-то, кто просит его забрать?
Энкрид подумал об этом и продолжил махать.
Крики стали громче.
Ваааааааааа!
Рёв, более мощный, чем тот, что он слышал на поле боя, подхватил Энкрида в спину. Ощущение было неплохое.
— Убийца дворян, вот кто он.
Энкрид услышал, как Рем бормочет себе под нос, фыркнул и покинул столицу.
Теперь уж точно пора возвраща…
— Пройдём с тобой до полпути.
Столица Науриль уже осталась позади. На середине тракта дорогу преградили несколько человек.
Впереди стоял…
— Ты разве не король?
— А что, король должен только работать и жить работой?
Это был Кранг.
Энкрид думал, что проводов не будет. А вышло шумно до невозможности.