Глава 52 — Без названия
Искры летели во все стороны.
Под омерзительный хруст разрываемой плоти и дробящихся костей эхом разносились нечеловеческие крики сражающихся.
Понукая демонических зверей, орки неистово рубили топорами, окрашивая заснеженное поле в багровый цвет. В этой бойне они сделали ставку на живую силу. Их первобытная, грубая стратегия — попросту задавить числом — ввергала защитников непреклонного замка Еварш в полное отчаяние.
Зеленокожие, ставящие воинскую честь превыше всего, признавали лишь одну тактику: безостановочный штурм. Под их яростным, презирающим смерть натиском защитники Севера, до последнего упрямо удерживавшие рубежи, начали постепенно сдавать позиции.
— Сдержите их! Теснее строй, черт вас дери!!
— А-а-ах! П-помогите кто-нибудь!..
Хруст!
Расколотый череп брызнул во все стороны кровью и мозгами.
Стоявшие рядом солдаты разом вскинули клинки, а рыцарь зашел твари за спину. Один враг рухнул, но следующий уже заносил оружие. Прорвавшийся сквозь разбитые ворота гигант обрушил топор, но рыцарь успел вогнать щербатое лезвие ему прямо в глотку.
Кровавая круговерть повторялась вновь и вновь, превращая бой в бесконечный кошмар. Багровая человеческая кровь смешивалась с грязной зеленью орочьей. Это была отчаянная битва на выживание.
Наблюдая за этим безумием, Эмили крепче сжала «Люсен» — жизненный меч, подаренный ей. Оружие казалось слишком массивным для девочки, которая еще толком не рассталась с детством. И все же в ее глазах, устремленных на этот пропитанный надеждой и нежностью дар, горела решимость, которой позавидовал бы любой бывалый рыцарь.
— Бранс. Что думаешь?
— Трудно сказать, миледи… Пока держимся на равных, так?
Но это была иллюзия. Лишь на первый взгляд ситуация казалась равной, на деле же чаша весов неуклонно склонялась в сторону орды.
— Похоже, зеленокожие поставили на карту в этой войне абсолютно всё.
— Без сомнения…
Вероятно, их снабжение трещало по швам.
«Еще бы, ведь Каллиус умыкнул половину провианта, который тащили земляной дракон и орки-носильщики».
В итоге до вражеской армии дошла лишь жалкая часть припасов, и вожди резонно сочли это катастрофой. В отличие от прошлых набегов, теперь орки с неистовым отчаянием рвались сквозь ворота Еварша, швыряя в топку сражения все резервы.
Они спустили с цепей всех демонических тварей, а воины наперебой карабкались по стенам, вбивая топоры прямо в каменную кладку. Горы трупов росли на глазах, превращаясь в жуткие осадные насыпи. Чтобы взобраться выше, орки без колебаний шагали по головам павших собратьев.
Безумное, пугающее своей дикостью зрелище. Падение ворот стало лишь вопросом времени.
— Каковы будут приказы, миледи?
После ухода Каллиуса его личный отряд фактически прекратил существование. Рыцари раскололись на два лагеря, примкнув либо к Эмили, либо к Ривану. Оба лидера были молоды и неопытны, но прагматичные воины уже просчитывали выгоду наперед, полагая, что в долгосрочной перспективе за Риваном будущее.
— Бранс. Аллен, Эарон.
— Слушаем, миледи!
— Всё ясно! Я, Эарон, сейчас же прорублю нам дорогу! Миледи, вы сможете без помех вывезти обоз…
— Нет. Припасы мы оставим.
— Что?! Но почему?
— Это бессмысленно. Исход битвы решит всё: либо замок падет, либо мы выстоим. В обоих случаях провизия теряет цену.
Жизнь или смерть — вот что сейчас на кону. Если крепость рухнет, кому сдался этот обоз?
— Но тогда…
— Я ношу имя Зерван. А люди нашего дома никогда не бегут с Севера.
Эмили вскинула меч. Изящное лезвие хищно блеснуло на солнце.
— Если Север падет, род Зерван исчезнет. И даже если мне суждено погибнуть, я встречу смерть в бою, как и подобает истинному Зервану.
— Миледи…
Аллен и Эарон воззрились на нее с благоговением. Бранс тоже не сдержал чувств — слезы так и хлынули из его глаз.
— О-о-ох… Если бы только господин видел вас сейчас!..
Но не успел старик разрыдаться в голос, как его бесцеремонно перебили:
— Эмили.
К ним неторопливо приблизился Риван в сопровождении нескольких рыцарей.
— Риван. И ты здесь, Рини, — Эмили едва заметно прищурилась.
— Север не падет так просто, как ты думаешь, — высокомерно процедил Риван. — Лезть в это пекло — чистой воды глупость. Разумнее переждать, поймать момент и увести обоз. Ввяжемся мы в бой или нет — общего исхода это не изменит.
— Идиот.
— Ч-что?! Да как ты смеешь, девка!
Побагровев от ярости, Риван с лязгом выхватил висевший на поясе меч.
— Пойми ты своим скудоумием! Если сунешься туда — сдохнешь как собака!
— Тогда кто, по-твоему, все те люди, что проливают кровь прямо сейчас?
— Э-это… жертва во благо!
— Ошибаешься. Они не жертвуют собой. Они сражаются за надежду.
За надежду победить. За то, что их гибель выкупит жизни их семей. Эти воины ставят на кон всё ради призрачного шанса: удержать Север, чтобы спасти королевство, и уберечь тех, кто ждет их дома.
— И уж точно не тебе судить, окажется ли мой конец бессмысленным. Цену своей смерти я определяю сама.
— Бред собачий! Если я прямо сейчас перережу тебе глотку, много ли в этом будет ценности?!
— Можешь спать спокойно: от твоей руки я точно не погибну.
— Ах ты, дрянь наглая!..
Клинок Ривана метнулся к лицу Эмили. Пусть это был лишь подлый жест, чтобы запугать, острие промелькнуло в волоске от ее кожи.
— Миледи!
Лязг!
Но меч Эмили оказался быстрее молнии. Свист рассекаемого воздуха, глухой удар — и оружие Ривана с грохотом отлетело в сторону. Юноша ошарашенно уставился на свои пустые ладони, его глаза округлились от шока.
— Ты… как…
— Пока ты отсиживался в тылу, я проливала кровь плечом к плечу с ними.
— Чушь! Всё это чушь! Если ты сдохнешь… если ты погибнешь, всему конец!
— Ворота вот-вот рухнут под натиском тварей, а ты продолжаешь молоть языком?
— М-мой отец и глава дома сейчас в крепости! Пусть авангард смят, но пока глава — великий воин, стоящий всего в шаге от ранга Мастера — защищает цитадель, Еварш никогда не падет!
Эмили с искренней жалостью посмотрела на брызжущего слюной кузена.
— Так ты до сих пор не понял?
— Чего не понял?!
— В орочьей орде есть чудовище, способное биться с главой дома на равных.
— Бред! Откуда у этих дикарей такой монстр?! Невозможно!
— Чистая правда. Именно поэтому глава до сих пор не принимал личного участия в битвах. Догадываешься почему?
— Это…
Правитель Севера. Граф Карпе. Глава Дома Зерван.
Эльвертон фон Зерван попросту выжидал. Он знал: стоит ему ступить на поле брани, как навстречу тут же выйдет тот самый монстр.
Бу-у-у-у-у-у!..
Оглушительный рев боевого рога перекрыл грохот сражения.
Бум. Бум.
Из орочьих рядов величаво выступил огромный орк в шлеме, украшенном крутыми козлиными рогами. В его лапах покоился массивный топор. Тяжелым, давящим взглядом он окинул кровавое побоище.
Уставившись на замковые ворота, уже растрескавшиеся под ударами осадных орудий, вождь перехватил топор обратным хватом и с силой вогнал его в землю у своих ног.
Бум!!
Почва содрогнулась, заставив солдат потерять равновесие. И в тот же миг сквозь пролом в стене на него устремился леденящий, абсолютно спокойный взор главы дома Зерван.
— Что ж, время пришло.
— Г-граф…
— Сам глава!..
Повелитель Еварша и истинный завоеватель Севера уверенно шагнул навстречу врагу. Черный плащ Эльвертона фон Зервана яростно развевался на ледяном ветру.
— Милорд! Назад, это слишком опасно!
Не удостоив паникующих рыцарей даже взглядом, граф обнажил фамильный клинок.
Щелк.
По и без того истерзанным створкам ворот змеями разбежались глубокие трещины.
Грохот!..
И деревянная преграда окончательно разлетелась в щепки.
— О нет!..
— Милорд!!
Хлынувшая в пролом орочья волна заставила защитников содрогнуться от ужаса. Однако клинок Эльвертона двигался на грани человеческого восприятия.
Свист.
Леденящий душу порыв рассекаемого воздуха — и первые ряды нападавших разлетелись на кровавые куски. При этом на самом лезвии не осталось ни единой капли грязной крови. Высвобожденная графом аура тяжелым, удушливым туманом поползла по полю боя, подчиняя волю каждого, кто ее касался.
Расклад сил изменился в одно мгновение. Наглый, торжествующий рев орочьего воинства оборвался на полуслове.
— В бой! За господином!
Из-за спины Эльвертона слаженным строем выдвинулись элитные бойцы его личной гвардии.
Граф неумолимо продвигался вглубь вражеских рядов. Орки в панике пятились, расступаясь перед владыкой Севера, словно воды Красного моря пред Моисеем. А на противоположном конце заснеженной равнины, будто только и дожидаясь этой минуты, замер повелитель зеленокожих. Его могучие лапы были скрещены на рукояти двустороннего топора.
Король орков. Верховный вождь племен. Тот, кого трепетно звали Военачальник орков.
Его сокрушительное присутствие — мощь существа, замершего на самом пороге ранга Мастера, — неосязаемым прессом придавило поле брани. Шагом позади выстроились великие воины, составлявшие его личную свиту.
Свист.
Ледяной шквал взметнул снежную крупу. Не успели белые хлопья коснуться земли, как силуэты гвардейцев графа и великих воинов вождя смазались и исчезли.
Лязг! Грохот!
Скрежет сталкивающегося оружия заглушил все прочие звуки. Но Военачальник и Эльвертон даже не взглянули на резню. Сцепившиеся насмерть телохранители образовали вокруг них живую, ревущую бурю. В самом эпицентре этого безумного урагана вожди медленно двинулись друг на друга.
Без суеты, размеренно. Но каждый их шаг отзывался сокрушительной дрожью в промерзлой земле.
Шаг. Еще шаг. Рывок.
Секунда — и обе фигуры смазались, растворяясь в воздухе, чтобы сойтись лицом к лицу.
БА-БА-А-АХ!!
Землю разорвал грохот такой силы, будто столкнулись две тектонические плиты, а не сталь с железом. Каждое их движение несло смерть. Тяжелый топор Военачальника обрушивался с сокрушительной мощью горного оползня. Но каждый ответный выпад «Калиса», Штормового Меча Эльвертона, отзывался яростным, режущим тайфунными порывами.
Настоящая бойня только начиналась.
— Кх!..
Эарон и Аллен стояли спина к спине, их мечи слились в сплошную серебряную полосу. Едва уклоняясь от наседающих со всех сторон тварей и свистящих топоров, они рубили в ответ наотмашь. Лишь развалив надвое очередной череп и отрубив тянущуюся к ним лапу, парни смогли улучить секунду, чтобы перевести дух.
Они были не одни. Орфин, Эмили, Риван, Рини — вся молодежь без устали косила врагов. В мирное время они считались бы просто детьми, но безжалостное поле брани знало лишь два понятия: друг и враг. Война не делала поблажек на возраст, а орочьи топоры не разбирали, чья кровь на них запекается — юнца или умудренного опытом ветерана.
Кровавая баня длилась три дня. Три бесконечных дня без сна и отдыха. С того самого мига, как сошлись Военачальник и граф, все они заживо сгорели в этом адском пламени, механически, на одних инстинктах взмахивая оружием.
И в этот роковой миг…
Шальной топор орка со свистом полетел прямо в голову Эмили.
«Проклятье!»
Секундная заминка, вызванная дикой усталостью, едва не стоила ей жизни. Когда девушка попыталась вскинуть клинок для блока, ржавое лезвие уже заслонило собой весь обзор. Заскрипев зубами, она инстинктивно зажмурилась, готовясь к удару.
Лязг!
— Цела, егоза?
— Дедушка!..
Перед ней, словно из ниоткуда, вырос Бернард. Одним слитным движением он отбросил летящее оружие и обрушил на врагов собственный клинок, окутанный ветвящимися синими молниями.
КВА-А-АНГ!!
Ошметки земли взметнулись к небесам, а нападавших орков буквально раскидало яростной ударной волной.
— Дедушка, ты сам-то как?!
— Нормально. Не переживай за старика. Лучше скажи, где Каллиус?
— Каллиус…
Лицо Эмили мгновенно потемнело, отчего взгляд Бернарда стал пугающе суровым. Однако расспросы пришлось отложить. Ситуация на поле боя стремительно катилась к неминуемой катастрофе.
— У-О-О-О-О-О-О-О-О-О!..
Вдруг оглушительный, торжествующий рев орочьего воинства взмыл к небу подобно цунами. Охваченный леденящим предчувствием, Бернард резко обернулся в сторону дуэли правителей. Его глаза расширились от ужаса.
— Милорд!..
Хлысть!
Три дня владыка Севера бился на равных с Военачальником орков. Но сейчас... из груди Эльвертона фонтаном брызнула алая кровь.