Глава 761 — Вдруг оглянулся — а человек... какого?!

Наконец-то уяснив правду о Проекте Номер Ноль Спящих, наконец-то поняв, какой цели желали достичь эти навязчивые, крайние «кукловоды сознания», Гавейн ощутил, как в сердце вместе с изумлением поднимается и ворох новых вопросов.

— Этот Проект Номер Ноль… дал ли он плоды?

— По-видимому, какой-то эффект был, иначе они не стали бы вести его до сегодняшнего дня — это требует поразительных затрат, — ответил Даниэль. Очевидно, хоть он и был повышен до архиепископа, времени прошло слишком мало, и он ещё не успел коснуться всех ядерных тайн. Его знание Проекта Номер Ноль оставалось ограниченным, и кое-что приходилось лишь предполагать. — В разговорах с другими архиепископами я слышал от них туманные упоминания, что по меньшей мере до того, как Изолированная Среда вышла из-под власти, в тех сновидческих мирах и впрямь удалось достичь полного «безбожного существования».

— Но Изолированная Среда всё же вышла из-под власти… — нахмурился Гавейн. — А как именно она вышла из-под власти?

— Причина ещё не установлена, но архиепископ Селена Герфен как-то упомянула один пункт: внутри вышедшей из-под власти Изолированной Среды были предположительно обнаружены следы божества.

Бровь Гавейна чуть приподнялась. В донесении Даниэля прозвучало знакомое имя, но он тут же на время отложил его, потому что сердце его дрогнуло от другого:

Следы божества!!

— Стало быть… Изолированная Среда была заражена божеством? — он вгляделся в Даниэля. — И способ заражения полностью выходил за пределы понимания Спящих, так что даже их техника не могла засечь путь?

— Да. Все сведения, касающиеся Изолированной Среды, были проверены. Все сознания, входившие в неё, прошли чрезвычайно суровый отбор. Но Среда всё равно была заражена божеством, — с мрачным лицом произнёс Даниэль. — Вышедшая из-под власти Среда называется «Изолированная Среда Номер Один». Это — сердцевина всего Проекта Номер Ноль, и из всех тестовых Сред у неё самое совершенное «мироустройство» и самое долгое время работы.

Старый маг сделал короткую паузу и продолжил:

— После выхода из-под власти тот мир оказался в состоянии, когда его невозможно выключить. Он сам себя замкнул, а внутри, под действием временной итерации, с огромной скоростью шла эволюция. За первые же несколько часов его внутренний исторический процесс, верно, уже полностью отошёл от «сценария», составленного внешней группой моделирования. Теперь никто не знает, что именно творится внутри.

Донесение Даниэля изобиловало специальными понятиями, малодоступными обычному человеку, а некоторые слова производили впечатление даже опережающих эпоху. Но сам Гавейн уже был специалистом в технической области Спящих и понимал всё без труда.

Он тут же спросил:

— А как эта авария повлияла на работу нормальной ментальной сети?

— Произошло «переполнение» Изолированной Среды, — немедля ответил Даниэль. — Хотя по замыслу Среда и была замкнута, вы, верно, знаете: управление ею требует вмешательства сознания заклинателей. А заклинания Спящих — это не изготовленные нами «погружающие капсулы». У них нет тройной страховочной трубки и кнопки экстренной остановки на крышке. Они всецело полагаются на барьер в мозгу самого заклинателя для обеспечения «безопасности»…

Гавейн был глубоко сведущ в технике Спящих и почти мгновенно угадал правду:

— Оператор был заражён.

— Да. Тогдашний оператор, ведавший наблюдением за Изолированной Средой Номер Один, был заражён. После этого данные переполнения, использовав его мозг как трамплин, стремительно захватили несколько ключевых портов и начали расползаться по ментальной сети. Расползание шло чрезвычайно быстро, и к тому времени, как внештатные наблюдатели осознали опасность, заражение уже вышло из-под власти.

— Какие меры сейчас приняты Спящими? — нахмурился Гавейн. — Дают ли они плоды?

— Они беспрестанно перезагружают и зачищают заражённые участки, стирают краткосрочную память части заражённых узлов. Но всё это лишь временно поддерживает статус-кво. Кроме того, они применили средство под названием «Замедлитель». Замедлитель способен производить обратную временную итерацию, и им удалось сбить скорость течения времени в Изолированной Среде Номер Один до синхронной с реальным миром. Это, можно считать, пока что самая действенная мера. Иначе, боюсь, всего за сутки-двое заражение из Среды развилось бы до той степени, когда никто уже не сумел бы его контролировать.

Слушая ответ Даниэля, Гавейн невольно расширил глаза:

— И это всё?

Даниэль кивнул:

— Пока что приняты эти меры. Поскольку они хотят использовать мои способности в области архитектуры сети и информационной безопасности, чтобы разрешить проблему, в этих контрмерах они ничего от меня не скрывали. Сведения должны быть достоверны.

— Они что, не пытались принудительно разорвать связь Изолированной Среды с магистральной сетью? — в недоумении спросил Гавейн. — Я имею в виду — в реальном мире, на материальном уровне, принудительно разорвать.

— Это привело бы к смерти всех «мозговых слуг», образующих мир Изолированной Среды… — когда Даниэль отвечал на это, лицо его, казалось, стало несколько странным. — По меньшей мере половина архиепископов воспротивилась этому… и даже папа был против.

На мгновение Гавейну почудилось, что у него слуховая галлюцинация, и он невольно переспросил:

— …Они не пошли на физический разрыв из-за того, что те «мозговые слуги» погибнут? Не по какой-то иной причине?

Даниэль кивнул:

— По крайней мере, таковы добытые мною сведения.

Гавейн не знал, плакать или смеяться:

— Вы… то есть — они, они же сектанты?

— …Я и сам был крайне удивлён. Но орден Спящих по сравнению с Культом Всеобщего Конца и впрямь более… «мягкий» тёмный культ, — лицо Даниэля всё ещё было странным и делалось всё более странным. — Конечно, само существование такого «явления», как «мозговые слуги», верно, тоже не назовёшь «мягкостью».

— …Быть может, они рассудили, что потери будут слишком велики, и не захотели снова тратить колоссальные средства на «изготовление» новой партии «мозговых слуг». Примерно как берегут инструмент, — Гавейн на миг не мог сыскать лучшего объяснения и лишь небрежно обронил это, уводя разговор дальше. — Словом, очевидно, что у Спящих сейчас нет лучшего способа решить проблему. Так?

— Да, Владыка, — ответил Даниэль.

— Тогда вложи все силы и помоги им отыскать способ, — покачал головой Гавейн. Хотя в душе у него царило сильнейшее противоречие, он всё же был вынужден так сказать. — В приоритете — сохранить ментальную сеть. Если сохранить решительно не удастся… своевременно отступай, и я найду иной путь связаться с тобой.

— Слушаюсь, Владыка…

Даниэль почтительно отвечал, но на полуслове вдруг чуть застыл лицом.

Гавейн уловил лёгкую аномалию:

— Что-то случилось?

— Я оставил в Городе Грёз одного «двойника» на случай нужды, и сейчас двойник получил указание, — немедля ответил Даниэль. — За пределами Города Грёз снова возникла зона переполнения, и эта зона как будто бы необычайно жуткая. Высший совет архиепископов направляет меня и ещё нескольких архиепископов вместе осмотреть обстановку.

— Тогда ступай, — кивнул Гавейн. Но когда Даниэль уже готов был принять приказ и удалиться, у него вдруг возникла более дерзкая мысль. — Погоди.

Даниэль опустил голову:

— Прошу ваших повелений.

Гавейн улыбнулся:

— Я пойду с тобой.

— Владыка? — Даниэль на мгновение опешил, но быстро понял намерение Гавейна. — Я понял. Я приготовлю для вас достаточно безопасных трамплинов.

Гавейн хмыкнул. Даниэль же не удержался и снова напомнил:

— Кроме того, прошу вас быть осторожны. Со мной пойдут Спящие ранга архиепископов, и не исключён даже взор папы. Они легко заметят в ментальной сети аномальные колебания…

Едва эти слова прозвучали, как старый маг сам же ощутил их неловкость. Он счёл, что не должно ему было столь дерзко напоминать могучему «Межмировому Скитальцу» об осторожности, и опять заговорил:

— Я перешёл границы, Владыка, я не должен был сомневаться в вашей…

— Не придавай значения, — невозмутимо прервал его Гавейн. — Выдвигаемся. Нельзя, чтобы эти архиепископы заподозрили тебя.

Даниэль больше не произнёс ни слова. Он лишь поклонился Гавейну, после чего картины света и тени вокруг них разом дрогнули и беззвучно рассыпались.

.....

Яркое солнце залило всё тело. Не успел он моргнуть, как Гавейн уже стоял в том самом Городе Грёз, на круглой площади, что была величественна и огромна, окружена сотнями декоративных колонн и усыпана по краям золотыми опавшими листьями.

На площади было лишь несколько человек неподалёку. Гавейн быстро увидел ту женщину в белом платье, с кроткой и безмятежной улыбкой, с фонарём в руке — она стояла прямо напротив него, и лицо её было точно таким, каким сохранила его память, лицо Селены Герфен.

Фонарь в её руке, очевидно, был «копией», созданной в мире снов, — ведь подлинник уже перешёл в руки Гавейна и был разобран Ребеккой с товарищами на части.

Но в этом мире, что держался силою духа, разница между копией и подлинником не имела значения.

Рядом с Селеной Герфен стоял довольно высокий и худощавый мужчина с учтивым обликом, в мантии учёного покроя и с моноклем.

Судя по облику и положению, это был ещё один архиепископ Спящих.

Даниэль стоял напротив этих двоих и о чём-то с ними говорил.

Гавейн глянул вбок. Тот Даниэль, что только что был рядом, давно исчез. Очевидно, его «информация» уже слилась с тем «двойником», что стоял перед Селеной, — и никто не заметил этого слияния.

Кроме троих архиепископов, рядом с ними стояли три фигуры в форменных чёрных плащах, с масками сов на лицах. Это, верно, были особые оперативники Спящих — те, что подчиняются прямо Высшему совету или папе и ведают делами особой тайности.

Высококлассные орудия, не стоило обращать на них особого внимания.

Гавейн удостоверился в собственном состоянии и без малейшего стеснения зашагал вперёд.

Все на площади оставались безучастны — казалось, они подсознательно не замечали появления незваного гостя.

На лице Гавейна невольно проступила улыбка.

Если бы это было в те дни, когда он лишь-лишь начал проникать в ментальную сеть, он бы ещё далеко не смел действовать так дерзко, как сегодня. В конце концов, тогда он всего лишь завладел правами одного высокопоставленного сектанта, и его понимание этой сети, его власть над ней были ещё очень ограниченны. До того, что, завидев силуэт Селены Герфен, он тревожился, не будет ли распознан. Но сегодня было уже не то, что вчера.

В ментальной сети уже существовала совершенная техника распознавания адресов — он её и спроектировал.

В сети появилась более действенная техника представления личностных признаков — тоже он спроектировал.

И новейшая уязвимость «невидимости», тысячи подставных трамплинов, скрытые порты данных… всё это спроектировал он.

Так он открыто подошёл к Даниэлю и стал слушать их разговор, а взгляд его небрежно скользнул на того незнакомого, учтивого обликом архиепископа-мужчину.

Над головой последнего тотчас всплыл невидимый посторонним световой экран, и на нём проступили чёткие буквы:

Юрил, архиепископ, мужчина, высший пик.

Текущее местоположение: Тифон — провинция Сутини — долина реки Харентан.

«Так этого человека зовут „Юрил“…»

Гавейн смерил взглядом архиепископа Спящих по имени Юрил и про себя невольно вздохнул.

Жаль, не лысый, и из затылка трубки не торчат.

Конечно, в реальном мире, может, и торчат. А может, он и лысый.

Гавейн про себя зубоскалил, подшучивал, но вскоре, без всякого удовольствия, собрал чуть разбежавшиеся мысли. Все эти шутки с Земли он мог лишь в собственной голове рассказывать самому себе.

Слушая, как Даниэль и архиепископ Юрил обговаривают детали операции, он перевёл взгляд на нескольких других священников Спящих. Над их головами так же всплывали строки — где подробные, где краткие.

Наконец взор его невзначай скользнул по Селене Герфен.

Сперва он не придал этому значения. В конце концов, он и так знал эту «святую сновидений». Хотя ему было неведомо, как она, подобно Бельтире, дожила до сего дня, он по меньшей мере знал подлинную личность Селены Герфен.

Но когда строки взметнулись над её головой, взгляд Гавейна вдруг замер.

Селена Герфен, архиепископ (мертва), женщина, духовная сущность.

Текущее местоположение: Анзу / исправлено / Империя Сесил — Южные Пределы.

(Конец главы)