Глава 623 — Падший дракон
Сорок третий день Месяца Возрождения. Ясно, лёгкий ветер, хорошая видимость.
Всадница на грифоне Кина, правя своим напарником восьми лет, прикрывала эльфийского гигантского орла, что рассекал ясное небо.
Земля внизу лежала перед взором Кины как на ладони. Она видела выжженные пламенем и калибровочными лучами поля, подёрнутые чёрной гарью, и усеявшие их страшные воронки, меж которыми ещё курились дымки. А далеко на севере смутно угадывались шатающиеся фигуры гигантов.
То были следы войны, какой прежде не знавали, — схватка машин с чудовищами разодрала эту землю и продолжала рвать дальше.
Характер войны переменился. Женщина-рыцарь, некогда служившая виконту Лесли, глубоко это осознала. Из гонца, возившего дворянские послания, она превратилась в воздушного разведчика Сесильского легиона и на грифоне проделала весь путь с юга на север. С высоты взирала она на эту войну и на поля, развороченные боевыми машинами, и дивилась переменам в собственной жизни и в облике самой войны.
Рыцарей, мчавшихся в атаку верхом, заменили грохочущие пушками боевые повозки; солдат в простых доспехах, беспорядочно кидавшихся в бой, сменили бойцы в магической броне, почти не уступавшие носителям сверхъестественных сил. Многое новое пришло на смену старому, — а когда же черёд дойдёт до всадников на грифонах?
Рядом проплыло облако, эльфийский гигантский орёл чуть поправил курс, и Кина тут же послала грифона вдогонку за эльфийскими союзниками.
Всадники на грифонах оставались в Сесильском легионе одним из немногих «родов войск прежней эпохи». Благодаря исключительной способности к полёту их пока нечем было заменить. Эти парящие в небе рыцари всё ещё служили лучшими гонцами и разведчиками, и многие их товарищи немало тем гордились. Однако у Кины было предчувствие: непостижимый герцог рано или поздно изобретёт нечто, способное заменить грифонов, и ей, умеющей лишь управлять грифоном, придётся очутиться в прескверном положении.
Надо бы на досуге побольше читать… Так и новую работу найти легче.
Поймав себя на том, что мысли разбредаются, женщина-рыцарь торопливо хлопнула себя по щекам, заставляя сосредоточиться на задании.
Вглубь вражеской территории отряд ещё не заходил, но расслабляться всё равно не следовало. Грифон, конечно, в небе, но особо сильные кристаллические гиганты способны бить в воздух молниями. Двое не слишком умелых грифоньих всадников уже расстались с жизнью при разведке, и третьей Кина становиться не хотела.
Она поправила посадку в седле и скользнула взглядом по подвескам на его усиленной раме. Там крепилось новейшее снаряжение грифоньих всадников: магический терминал, способный выстреливать усиленные арканные снаряды для самообороны, и скоба со стальным тросом. Дёрнешь за скобу — и с обеих сторон грифоньей шеи сбросятся две десятикилограммовые кристаллические бомбы, устремляясь к земле.
В глазах грифоньих всадников это было замечательное, если не сказать — восхитительное оружие, но герцога оно, по-видимому, не вполне удовлетворяло. Кине однажды совершенно случайно довелось услышать, как он ворчит что-то о недостаточной грузоподъёмности грифонов и о том, что десять килограммов — это, дескать, вовсе не авиабомба…
В этот миг в ушах у неё раздался голос:
— Пересекаем красную черту. Быть начеку.
Кина подняла голову и увидела, что ведущий эльфийский орёл уже набирает высоту, а его всадница, высшая гонец, слегка развела руки в стороны. Бледно-зелёное кольцо магической энергии разошлось во все стороны, и на трёх грифонов, охранявших орла, тотчас снизошла благодать воздушной стихии, позволяя им легче поспевать за его скоростью и высотой.
Эльфийские всадники на гигантских орлах обладали лучшим наземным обзором и лётными качествами и были куда более умелыми разведчиками, чем грифоньи всадники, однако малая грузоподъёмность не позволяла им, посадив на борт субтильного эльфа, брать почти никакого дополнительного груза, а значит, и оружия с доспехами. Сами же эти эльфийские союзники были до крайности ценны, и потеря даже одного из немногих всадников на орлах была невосполнима. Поэтому в последних разведывательных вылетах командование стало придавать орлам сопровождение из тяжеловооружённых грифоньих всадников. Сесильские же всадники, чьи грифоны несли нагрудные и брюшные стальные пластины, щитовые генераторы на седле и оружие, способное бить и в воздух, и в землю, в чисто боевом отношении далеко превосходили орлов.
Ветер со свистом обтекал магические щиты, и лишь лёгкое дуновение касалось лиц всадников. Разведывательный отряд стремительно набирал высоту и вскоре достиг нижней кромки облаков. С такого расстояния ни человеческий, ни грифоний глаз, даже усиленный орлиным зрением, не мог различать наземные детали, поэтому всякое наблюдение ложилось на эльфийскую гонец и её… орлоподобного голубя.
Глаза Сони Сребролист светились бледно-голубым мерцанием. Она наложила заклятие острого зрения на своего «Гу-гу» и теперь разделяла со своим орлом его поле зрения. То было умение, требующее долгой выучки и полного взаимопонимания, ибо дикая птица, внезапно получив усиленное зрение, тотчас терялась и переставала верно оценивать истинную высоту. Среди гигантских орлов, разводимых эльфами, едва ли не две трети отсеивались именно по этой причине и не становились разведывательными напарниками.
«Гу-гу», от природы не слишком одарённый, непременно разделил бы их участь, если бы не попал в своё время к мастеру Тернового Сердца — лучшему наставнику орлов.
Если бы только мастер Тернового Сердца не развёл в Лунной Долине столько голубей…
Соня про себя вздохнула и вдруг краем глаза заметила внизу на земле нечто необычное.
— Внимание, прямо по курсу справа, на солнечном склоне холма — движется.
Там, по-видимому, шёл бой.
Сотни кристаллических гигантов облепили невысокую гряду и атаковали рухнувшее на склон огромное существо. В воздухе то и дело вспыхивали арканные дуги, а тот, кого окружили, обладал крыльями, могучей статью, чёрной чешуёй…
С виду — точь-в-точь дракон.
Соня оценила видимые угрозы и отдала приказ по ветру:
— Отряд, внимание. Снижаемся для осмотра. Соблюдать осторожность.
Грифоньи всадники немедленно отозвались. Кина поднесла к губам металлический листок в форме листа:
— Вас поняла, наблюдаю.
Этот металлический листок не был новейшим сесильским коммуникатором — средства связи грифоньих всадников крепились к седлу и, даже самые лёгкие из них, весили не менее двух килограммов. «Лист» же был подарком эльфов и позволял владельцу вблизи «гонец» использовать «язык ветра». С рядом ограничений, но в таком смешанном отряде с эльфийской гонец во главе это было весьма удобно.
Когда высота упала, Соня рассмотрела больше подробностей. Она убедилась: окружённое существо и впрямь походило на дракона, во всяком случае, внешне было очень близко. Однако этот дракон был более поджарым, чем известные ей, и крылья его выглядели как-то искривлённо, неестественно.
Дракон был явно в отчаянном положении. Хоть он и превосходил силой кристаллических гигантов, его задавили числом. Он рвал врагов клыками и когтями, время от времени извергая огненное дыхание, но твари наседали с мёртвых зон, нанося рухнувшему наземь дракону всё новые раны.
— Неужели это дракон? — ахнул кто-то из грифоньих всадников. — Я только в легендах о них слышал!!
— Почему легендарное существо тоже оказалось на этом поле битвы?
— Госпожа Сребролист, что делать? Будем выручать?
Соня Сребролист лихорадочно размышляла. В битве нельзя просто взять и решить, что враг твоего врага тебе друг. Но чёрный дракон, осаждённый кристаллическими гигантами, вызывал слишком много вопросов. Почему его окружили? Почему он здесь? Что он узнал, что увидел? Всё это подсказывало высшей гонец: нельзя допустить, чтобы этот дракон погиб на месте.
Как ни суди, а в сравнении с заведомо враждебными кристаллическими гигантами драконы, насколько было известно эльфам, по крайней мере придерживались нейтралитета по отношению к континенту.
Но одного разведывательного отряда было слишком мало, чтобы справиться с таким скоплением гигантов.
— Сначала доложу в штаб. Госпожа Кина, вы со своими людьми постарайтесь отвлечь этих тварей и ослабить давление на дракона. А я попробую вывести его из окружения.
Говоря это, Соня уже связалась посредством могущественной вестнической магии с далёким штабом. В нескольких кратких фразах она описала невероятную встречу, вызвала подкрепление и указала примерное направление прорыва. А затем, держась за грифоньими всадниками прикрытия, снова снизила высоту.
.....
Марджи чувствовала каждую рану: пекло, саднило так, что даже дракону становилось невмоготу.
Она знала, что силы утекают стремительно, но всё меньше видела надежды вырваться.
Наверное, в тот самый миг, когда арканная молния поразила её и она рухнула наземь, исход уже был предопределён.
Уродливые, бессильные крылья обрекали лететь невысоко. Но Марджи до сих пор никак не могла взять в толк, откуда у кристаллических тварей, обращённых из простолюдинов и бестолковых дворянских ополченцев, столь острое чутьё на воздушную угрозу и такая меткость!
Где они вообще навострились сбивать летучие цели?!
Однако сколько ни досадуй, облегчения это не приносило. Положение ухудшалось, и Марджи знала: времени у неё осталось в обрез.
В конечном счёте она всё-таки не оправдала надежд Виктории.
Уродливый кристаллический гигант напал слева, особенно мощный боец. Он метнулся, точно шквал ветра, но Марджи смела его сильным ударом хвоста, а потом обратила в пепел языком пламени. Однако острая боль пронзила её правый бок: подлый заклинатель, улучив брешь в её защите, всадил туда арканный разряд.
— Уродливые вы выродки! — взревела Марджи, выкрикнув то слово, которое больше всего ненавидела в свой адрес. — Уроды! Уроды! Уроды!
Но кристаллитам не было до того никакого дела. Они снова накатывали волной.
Марджи сжалась в защитной стойке, готовясь встретить смерть сокрушительной ответной атакой, но вдруг услышала у самого уха:
— Держись! Мы поможем!
Это, кажется, эльфийский язык ветра?
Марджи ошеломлённо замерла на миг, и тут же два оглушительных взрыва грянули поодаль. Бабах! Бабах!
Взрывы легли далеко, почти не задев кристаллических гигантов, но мутировавшие чудовища разом отвлеклись и как по команде уставились туда, откуда донёсся грохот, и на небо рядом. Марджи даже показалось — хотя, возможно, лишь показалось, — что твари чуть не подпрыгнули от неожиданности.
А затем она увидела тени, что стремительно приближались с небес.
Эльфийский гигантский орёл и три человеческих грифона.
Что за странное сочетание?
Язык ветра донёсся опять:
— Дракон на земле, сможешь ещё взлететь?
К тому времени многие кристаллические гиганты уже отвлеклись, и Марджи, отбиваясь от оставшихся, отозвалась на драконьем магическом наречии:
— Взлёт невозможен.
— Поняла. Я укажу направление, прорывайся за мной. Мы передовой разведывательный отряд Сесильского легиона.
Марджи оцепенела от изумления. Сесил?! Сесильская армия?!
Как сесильцы очутились здесь? Когда они сюда добрались? Это же зона тотального заражения, всё легло, — как они сюда вошли?!
Но сколь ни велико было потрясение, тело откликнулось мгновенно. Она почти сразу же подчинилась указаниям неведомой эльфийки и попыталась пробиваться в указанном направлении, одновременно в отчаянии крича:
— Каменному Городу нужна помощь! Северный герцог и последний Горный легион ещё держатся! Но долго им не продержаться!
Встретить здесь сесильские войска было чудовищной неожиданностью, но эта неожиданность зажгла в Марджи проблеск надежды: если главные силы южан уже так близко, если они смогли с боями пробиться аж досюда, то, может быть, для Каменного Города ещё не всё потеряно!
Эльфийка ответила быстро, и её ответ чуть-чуть успокоил Марджи:
— Принято. Сейчас же доложу. Но тебе лучше выжить и лично всё рассказать герцогу Сесила.
— Я выживу.
С неба посыпались новые удары — яркие арканные снаряды и что-то, издававшее чудовищный грохот.
Множество кристаллических гигантов было отвлечено этой воздушной атакой, и натиск на Марджи резко ослаб. Вместе с тем она видела, как твари открыли ответный огонь по грифонам: рассредоточиваясь на ходу, они обдавали небо густыми перекрёстными аркадными дугами, то и дело пытаясь запереть грифоньим всадникам траектории полёта. А те с поразительной, почти обыденной сноровкой проскальзывали меж дуг, нанося удар за ударом.
Похоже, такое здесь было в порядке вещей.
Ведомая незнакомой эльфийкой к южной стороне поля боя, Марджи вдруг задалась вопросом:
За те тридцать с лишним дней, что Каменный Город простоял в осаде, — сколько же всего переменилось на этой войне?
(Конец главы)