Глава 619 — Железо и огонь

Стоя подле громадной, исполненной величия боевой машины, Хоум невольно замер в благоговейном трепете, задрав голову и разглядывая её серо-стальную броню, укрытые магическими щитами трубопроводы и механические сочленения. Рядом с ним Марилан — некогда комендант Крепости Скалы, а ныне офицер Сесила — негромко, почти с восхищением произнёс:

— Прекрасная машина, не правда ли?

Хоум слегка повернул голову, бросив взгляд на рыцаря, вновь облачившегося в доспехи и присягнувшего на верность герцогству.

За год трудового перевоспитания и идейной перековки, за которым последовали ещё полгода обучения и строгие экзамены с церемонией присяги, этот бывший дворянин королевства получил право служить лорду Южных Пределов.

Поначалу его определили в инженерные части Второго легиона, бросив на стройки и производство в северных областях. Своими глазами он видел, на собственной шкуре испытал, как работает сесильский порядок, и в процессе выказал искреннее усердие и недюжинные способности. Так он и перемещался вверх по службе, пока не оказался в Первом боевом корпусе и не стал командиром «Железного Трона».

В Сесиле таких «перевоспитанных» было немало: время безлюдное, людей не хватает, и на раннем этапе строительства часть образованных кадров поневоле приходилось брать из старой аристократии. Возможно, в будущем это сулило известные неприятности, но всё же было лучше, чем увязнуть в болоте на самом старте.

А рыцарь Марилан, человек сам по себе надёжный, был среди таких «перевоспитанных» одним из самых верных и многообещающих.

Хоум, сам вышедший из крепостных, а теперь ставший сесильским чиновником, усмехнулся:

— Да, машина и впрямь прекрасная. В ней прекрасен каждый винтик.

В его словах сквозила двойственность, но и восхищение боевой машиной на рельсах было совершенно искренним. Этот громадный бронированный состав был самым мощным механическим устройством, какое он только видел в жизни. Не просто транспорт — оружие и крепость в одном лице. Детище леди Ребекки и великого умельца Николаса-Яйца, грозный плод пота и ума трудолюбивых сесильских мастеров.

В голове и хвосте состава располагались две «оружейные секции». На их платформах были смонтированы в общей сложности четыре крупнокалиберные рельсовые пушки и четыре самых больших на сегодняшний день сверхтяжёлых излучателя. Между основаниями пушек и излучателей размещались бронированные орудийные башни с расчётами, способные, смотря по обстановке, обрушивать на врага молнии, огненные шары или лучи испепеляющего жара, прикрывая поездную артиллерию.

Центральную часть состава занимали так называемые «тактические секции» — обширные вагоны, вмещавшие не только штаб, но и мощные магические обелиски, коммуникационное оборудование и достаточный арсенал для самообороны.

Остальные вагоны служили «транспортными секциями». Их огромные корпуса могли принимать сотни и тысячи солдат либо превращаться в открытые платформы для перевозки боевых машин. Почти вся производимая Сесилом маготехника помещалась на этих просторных и мощных грузовых шасси.

Сейчас на четырёх транспортных платформах грозной боевой машины были закреплены двенадцать танков «Молот-I». И эти танки были не просто пассажирами — они и сами по себе представляли ужасающую силу. Будучи закреплены на платформах, они превращались в своего рода малые поездные орудия, чьи башни могли действовать даже свободнее главного калибра самого «Железного Трона». По единой команде коменданта двенадцать дополнительных танковых пушек были готовы преданно истребить любого, кто осмелится приблизиться к бронепоезду.

Во всеоружии, владыкой шествовал он по земле. Настолько подавляющей была его мощь, что только увидев его воочию, Хоум наконец понял, почему поезд носит имя «Железный Трон». Серо-стальная окраска и жёсткие, угловатые очертания механических конструкций воистину делали его достойным этого имени и даже придавали ему некую завораживающую красоту. На мгновение Хоум даже позавидовал рыцарю Марилану.

— Это только первый «Железный Трон», — с гордостью проговорил Марилан. — По плану за ним последуют и другие бронепоезда типа «Железный Трон», чтобы защищать земли, охваченные железной дорогой. Поэтому у каждого из них есть ещё и собственное уточняющее имя. Тот, что перед вами, полностью зовётся «Железный Трон-Ноль».

— Первоначальный Железный Трон… — задумчиво кивнул Хоум и добавил: — Всё это время мы прокладывали железную дорогу на север. Положение в Восточных пределах сейчас ухудшается, но, с другой стороны, из-за того что местные лорды заперлись в своих владениях и замках, обширные пространства диких земель остались без всякого надзора. Нам почти никто не мешает действовать. А если кто из местных и пытается чинить помехи, то при их полной разобщённости погоды они не делают.

— Где сейчас находятся заражённые кристаллитами? — спросил Марилан.

— Всё ещё к западу от Солинбура. Лишь немногие бредут на восток в полубеспамятстве, угрозы пока не представляют.

Марилан легко кивнул.

Очевидно, главной целью культа Всеобщего Конца оставалась столица Анзу: почти всю кристаллическую армию они бросили на северо-западный фронт, а к Восточным пределам, что уже лежали перед ними словно сервированное блюдо, проявляли куда меньше внимания. Причины понятны: с одной стороны — Тифон, с другой — уже полностью захваченные восточные районы равнин Святого Духа, а основные военные силы и дееспособные дворяне провинции полегли во время Великого Осквернения. Для культа Всеобщего Конца, захватившего преимущество, эти земли были уже как бы проглочены, оставалось лишь не торопясь переварить добычу.

Но рыцарь Марилан знал: так будет недолго. Пока что культ Всеобщего Конца попросту не успел перегруппироваться, «переварить» внезапно доставшуюся им огромную армию и закрепиться на занятых рубежах. Но едва они окончательно подавят оставшееся сопротивление королевских войск на равнинах Святого Духа и подступят к стенам Санкт-Сунила, как тут же примутся «высасывать» силы из Восточных пределов — нескончаемым потоком обращая тамошнее население в своё кристаллическое воинство, чтобы обрушить его на уцелевшие земли Анзу.

Его же задача — прежде чем это произойдёт, внезапно и с неожиданной для врага стороны перекрыть проход в Восточные пределы, действуя согласованно с блокадой по рубежу Горгона, которой руководит Гавейн Сесил.

За минувшие месяцы «Компания Белых Песков» под предлогом «постройки дополнительных дорог для вывоза руды» проложила в пересечённой местности между Белыми Холмами и Граном целую сеть рельсовых путей. Медлительность местных лордов, помноженная на то, что компания щедро подкармливала деревенских рыцарей, сборщиков податей и гражданских чиновников, позволила подвести дороги почти к самому носу Сайласа Лоуренса. Теперь же, когда в Восточных пределах воцарился полный хаос, прокладывать их можно было уже не таясь.

.....

На восточном берегу Горгона, к северу от Благодатного Леса, стальная армада перешла в наступление.

Посреди реки три маго-броненосца во главе с «Первопроходцем» развернули свои крылья магической энергии. Над волнами Горгона засияли ослепительные рунные узоры: чудовищная мощь собиралась, сжималась, нагнеталась. Тяжёлые кристаллические рельсовые пушки «Истина-I», мягко подрагивая сервоприводами, доводили наводку до совершенства. И вдруг — оглушительный грохот разорвал воздух: снаряды, подобные обелискам, вырвались из стволов и унеслись в самое небо.

С пронзительным воем они низринулись на землю, словно небесный огонь, сокрушающий горы. Бессчётные кристаллические гиганты, бесцельно бродившие по пустошам и равнинам, исчезали в испепеляющих разрывах, даже не успев осознать происходящего. Удар пришёл с запредельной для их зрения дистанции, превосходящей восприятие даже самых сильных среди них. Небесное пламя било безостановочно, разрывая в клочья мутировавшую плоть и кристаллические наросты. Монолитная прежде армада рассыпалась на части и, погрузившись в хаос, принялась разрозненно метаться в поисках неведомого врага.

На прибрежной высоте бойцы в чёрной броне Стальных рейнджеров взбирались на наблюдательные вышки боевых машин, включали тактические визоры и следили за кристаллитами, надвигавшимися со стороны равнины, непрерывно передавая на корабли целеуказания для новых и новых артиллерийских залпов.

После нескольких залпов корабельной артиллерии вперёд двинулась бронетехника. Танковые пушки и дальнобойные гаубицы пролагали путь, колёса и гусеницы вгрызались в уже нагревшуюся землю, шаг за шагом продавливая заражённую территорию.

В этом всесокрушающем потоке «Стальные послы» выдвинулись вперёд, активировав усиленные щиты. В каждой машине самые зоркие солдаты вглядывались в изображение на смотровых панелях, на которые было наложено заклятие «Обнаружения искажений».

В красноватом от заклятия поле зрения вся земля была подёрнута колышущейся магической дымкой, и на этом фоне кристаллические гиганты, маячившие в дыму и пыли, горели арканным огнём, точно свечи во тьме.

Отдельные особи полыхали особенно ярко.

Разведчики немедленно передали координаты наводчикам гаубиц и отправили в тыл сигнал: «Вижу командную особь, начинаю целеуказание».

Выдвинутые вперёд «Стальные послы» ненадолго замерли, стабилизируя корпус, и дали залп из бортовых мортир. Сами по себе эти маломощные «пушечки» не отличались убойной силой, и особо сильные гиганты порой даже отбивали их щитами. Но едва снаряды целеуказания со свистом проносились над землёй к цели, сотни основных танков «Молот-I» в тылу тут же обрушивали на указанное место всю свою огневую мощь. А такую атаку не смогли бы отразить уже никакие, даже самые могучие заклинатели.

Один короткий, но сокрушительный залп — и значительная часть врага неизбежно впадала в смятение.

Приливная волна кристаллических гигантов бросалась в атаку на показавшегося в поле зрения противника. Но их командиры гибли ещё до начала атаки, и в процессе боя гиганты всё больше превращались в неуправляемое зверьё.

Чтобы окончательно обессилеть, им требовался примерно час, но до этого часа доживали немногие.

Потому что, лишённые организации и строя, они бездумно пёрли на смертоносный огненный рубеж, сотканный из пушечного огня и жара излучателей, не прячась, не уклоняясь, пока не обращались в пепел.

Из-за врождённой агрессивности, которую кристаллические гиганты проявляли, выходя из-под контроля, легиону даже не приходилось специально выискивать тех, кто прятался в мёртвых зонах или держался поодаль. Пока гремели пушки, твари чуть не за сотню миль сами стягивались к бушующему очистительному пламени.

На высоте в тылу, под тентом, стоял Гавейн и спокойно взирал на равнину вдали. Перед его глазами простиралось поле боя в грохоте канонады, вспыхивали зарницы с Горгона (а время от времени по берегу проносились огромные, ужасающие радужные лучи). Рядом передвижная ретрансляционная станция магической сети передавала плотный поток переговоров с «Первопроходца» и наземных частей. Несколько терминалов магической сети высвечивали различные изображения; связисты и офицеры-операторы сновали между аппаратурой и тактическими картами, и со всех сторон неслись команды и доклады.

На мгновение его охватило ощущение разрыва времён.

Поодаль, у картографического стола, молодой рыцарь Филипп вместе с группой офицеров следил за перипетиями битвы. Рядом с ним мерцала голографическая проекция Байрона — по магической сети тот, находясь далеко на борту «Первопроходца», как бы присутствовал в штабе сухопутных сил.

План совместных действий речных сил и суши предложил Гавейн. Согласно этому плану, речная флотилия должна была тяжёлой артиллерией поддержать наземные части, разорвать боевые порядки кристаллической орды, после чего танковые части продвигаются вперёд и производят повторную зачистку с помощью дальнобойных гаубиц и прочих средств. Затем, прежде чем гиганты опомнятся, наземные силы быстро занимают господствующие позиции и силами тяжёлых излучателей, огнемётной пехоты и отрядов белых рыцарей полностью выжигают поле боя.

Филипп на этой основе разработал ещё более детальный план действия наземных сил: использовать «Стальные послы» как разведывательные машины, чтобы, пользуясь преимуществом в подвижности и дальности боя в сочетании с надёжной щитовой защитой, быстро выявлять командные узлы во вражеской орде и дистанционно наводить на них артиллерию.

А затем верный сесильский легион столь же верным очистительным пламенем добивает потерявшего управление врага.

Этот план оказался на редкость действенным.

(Конец главы)