Глава 155 — Миссионер

Когда Гавейн в сопровождении Эмбер и Хетти, следуя за солдатом, прибыл на строительную площадку у кирпичного завода, странный священник, внезапно объявившийся во владениях, трудился там уже довольно долго.

Это был неряшливый, запылённый и на редкость крепко сложенный здоровяк. Он наравне с рабочими таскал тяжёлые корзины с кирпичами к месту кладки. Несмотря на холодную вторую половину Месяца Инея, он, как и рабочие, обливался потом и даже скинул потёртую рясу, повязав её наподобие передника вокруг пояса, обнажив мускулистый торс с бронзовой кожей.

Бугры мышц на плечах выглядели так, будто он в любую минуту готов броситься в смертельную схватку с иноверцами.

Рабочие, опустив головы, трудились бок о бок с этим невесть откуда взявшимся мужчиной, но то и дело украдкой бросали на него взгляды, явно заметив странного чужака. Надсмотрщик (по совместительству писарь) стоял рядом с беспомощным видом. Завидев приближающегося лорда, он тут же подбежал:

— Господин! Наконец-то вы пришли, это просто…

— Что с этим человеком? — Гавейн в полном недоумении смотрел на здоровяка, увлечённо таскавшего кирпичи. — Священник Церкви Святого Света? С таким обликом? Как он вдруг очутился в моих владениях и принялся за работу?

— Мы и сами не знаем, откуда он взялся! — сокрушённо воскликнул надсмотрщик. — Говорит, послан на юг проповедовать и спрашивал у рабочих, не интересен ли кому Святой Свет. Кто же знает, что он за человек? Никто с ним, конечно, и не стал говорить. Я ему сказал, мол, все заняты, некогда его слушать. А он, ни слова не говоря, пошёл кирпичи таскать — и не остановить было! Сила у него устрашающая!

— …С таким телосложением немудрено, что сила немалая, — изумлённо пробормотала Эмбер, глядя на здоровяка. Услышав, что явился кто-то похожий на священника Святого Света, она сперва вздрогнула, готовясь к трёхсотраундовой битве (или к трёпке) и к тому, чтобы после стрясти с Гавейна компенсацию за лечение. Но даже при её причудливом складе ума она не ожидала увидеть такого субъекта и слегка растерялась. — Это точно не паладин, который по ошибке надел рясу, выходя из дома?

Надсмотрщик развёл руками:

— Спрашивал уже. Говорит, миссионер, странствующий из центральных земель.

Гавейн нахмурился и махнул сопровождавшему его солдату и надсмотрщику:

— Не переживайте. Я сам с ним поговорю.

С этими словами он вместе с Эмбер и Хетти направился вперёд.

Рабочие быстро заметили приближающегося Гавейна и, исполненные почтительного страха, прервали работу, собираясь поклониться. Гавейн взглядом остановил их и махнул рукой:

— Не обращайте на меня внимания, занимайтесь своим делом.

Крепкий здоровяк наконец почувствовал перемену в настроении окружающих. Он опустил с плеча корзину с кирпичами, огляделся и повернулся к Гавейну:

— Начальство пришло? Вы начальство?

Манера речи… и впрямь не похожая на обычных священников Церкви Святого Света.

Гавейн, по случаю, был в простой одежде. При нём был Меч Первопроходца, но в ножнах. За исключением роста, делавшего его на голову выше толпы, постороннему было бы трудно с первого взгляда признать в этом высоком мужчине, не имевшем за спиной приличного эскорта, герцога Сесила (Эмбер относилась к категории «неприличного эскорта»). Поняв, что здоровяк не узнал его, Гавейн подыграл:

— Да, я здесь распоряжаюсь. А ты чем занимаешься?

— Отлично! Наконец-то нашёл, с кем можно решить дело! — Здоровяк явно обрадовался. Он небрежно вытер пот, долго рылся в повязанной на поясе рясе и наконец извлёк мятый документ, протягивая его Гавейну. — Не могли бы вы передать это вашему лорду? Я тут оглядывался с высоты, но так и не высмотрел, где его замок.

Гавейн взял бумагу, присел на кирпичную кладку рядом, жестом предложил здоровяку сесть и взглянул на документ. На дорогом пергаменте было начертано всего несколько слов: «Сим препоручаем верного слугу Господа, священника Святого Света Райта Айвкена, направить в Южные Пределы, дабы возвещал он наставления Господни и распространял учение Святого Света».

Ниже стояла печать Церкви Святого Света и подпись некоего епископа.

Неужто и впрямь миссионер?

Гавейн озадаченно хмыкнул и сунул документ в карман:

— Хорошо, я передам. Но сперва задам тебе несколько вопросов.

— Ладно… а, погодите, — здоровяк кивнул, но вдруг поднялся и остановил проходившего мимо крепостного. — Постой-ка. У тебя с рукой что-то неладно.

Крепостной растерянно замер. Увидев, что Гавейн сидит рядом, он напрягся, но тот лишь слегка кивнул, давая понять, что всё в порядке. Гавейну и самому было любопытно, что затеял этот непонятный миссионер.

Он увидел, как тот самый миссионер по имени Райт положил одну руку на плечо крепостного, другой начертал в воздухе символ бога Святого Света и произнёс благословляющие слова. С молитвой на обеих руках возникло слабое белое сияние, наполнив воздух чувством умиротворения и покоя. Полуобнажённый, небритый здоровяк в этом свете вдруг приобрёл оттенок некоторой святости.

Исцеление быстро завершилось. Миссионер Райт убрал руку и кивнул крепостному:

— Готово. Застарелая травма, теперь в пасмурную погоду болеть не будет. Да хранит тебя Господь.

Крепостной недоверчиво повёл плечом и, видимо, ощутив явное облегчение, с радостным лицом принялся благодарно кивать Райту, а затем, разминая плечо, вернулся к работе.

Миссионер Райт же, словно сделал сущий пустяк, отряхнул руки и повернулся к Гавейну:

— Я закончил. Спрашивайте.

Гавейн невозмутимо наблюдал за всей сценой, лишь под конец слегка удивившись, что «миссионер» ограничился кратким «Да хранит тебя Господь», а не ухватился за возможность продержать человека полчаса, проповедуя учение Святого Света. Опомнившись, он кивнул Райту:

— Ты прибыл сюда проповедовать?

— Так в документе сказано. Меня направили из центральной епархии, — кивнул здоровяк. — Подписал епископ Мегайр. Я отправился с равнин Святого Духа и шёл сюда целый год с лишним, большую часть времени проповедуя, меньшую — в пути. Шёл с остановками.

Он добавил:

— О том, что род Сесил основал здесь новое поселение, я узнал недавно. Изначально конечной целью была Танза, но теперь мой путь завершится здесь. Я намерен обосноваться в этих местах надолго и, если получу разрешение воскресшего герцога, основать тут церковь.

Эмбер ткнула Гавейна локтем в бок и зашептала:

— Эй, слышь, это он о тебе, о тебе~

Гавейн незаметно напряг мышцы руки, так что палец Эмбер будто уткнулся в стальной лист и она с гримасой боли отдёрнула руку. Затем он нахмурился, глядя на Райта:

— А чего ради ты вдруг пошёл помогать работать?

— Так этот, надсмотрщик, сказал: все работают, слушать проповеди некогда, — пожал плечами Райт. — Вот я и решил: помогу им побыстрее закончить работу, тогда и смогу проповедовать.

— Только из-за этого?

Райт с самым естественным видом подтвердил:

— Ну да. Только из-за этого.

Тут не выдержала Хетти:

— Прошу простить мою дерзость, но мне доводилось встречать странствующих миссионеров Церкви Святого Света. Однако все они были не такими, как вы… Может, вы прежде были паладином?

— Я священник, всегда им был, — Райт опустил взгляд на свою мускулатуру и снова с самым естественным видом пояснил: — Только проповедовать в пути опасно: частенько встречаются дикие звери и разбойники. А боевых молитв у священников маловато, вот и приходится укреплять тело — для самозащиты. Да и деньги не всегда есть, порой приходится помогать местным в работе, чтобы заработать на еду. Без крепкого тела тут никак.

— У миссионеров Церкви Святого Света нет традиции отрабатывать еду трудом, — удивлённо заметила Хетти. — Адептам ни к чему продавать свою физическую силу, тем более обычным людям. Я о таком впервые слышу.

— Госпожа, вы неправы, — тут же посерьёзнел Райт. — Учение Святого Света гласит: человек не должен получать блага, не трудясь. И ещё гласит: все люди — дети Святого Света. А раз все мы дети Святого Света, то к чему делить нас на обычных и необычных?

Эмбер с изумлением оглядела здоровяка с ног до головы:

— Ты и впрямь всё это всерьёз принимаешь?

Райт снова изобразил ту же естественную мину:

— Это слова учения Святого Света — как можно считать их ложными?

Гавейн же, глядя на этого странного миссионера, пока молчал.

Он быстро прикидывал в уме, нет ли в этом человеке чего-то подозрительного, связан ли его визит с недавним приездом принцессы Вероники и насколько правдивы его рассказы.

Если всё сказанное — правда, то, казалось бы, волноваться не о чем. Этот священник отправился в путь больше года назад, когда Гавейн ещё и из гроба не встал. Его появление — чистая случайность.

Если же всё ложь, то внезапное прибытие миссионера Святого Света в его владения — дело весьма щекотливое с точки зрения Гавейна.

Но, глядя на этого миссионера с его нелепым обликом, Гавейн не мог отделаться от ощущения, что всё это… ну никак не вяжется с заговором.

Как бы то ни было, даже если у него возникли некоторые сомнения и отчуждение по отношению к нынешним религиям этого мира, он как лорд не мог просто взять и выгнать такого миссионера. Тем более когда тот не нарушил ни единого закона на его земле, да ещё и по своей воле помогал работать и исцелял больных. Выгнать его — значило бы подорвать тот самый закон и порядок, которые он сам насаждал.

К тому же ему хотелось понаблюдать: что это за человек и какие цели он преследует.

Пока Гавейн размышлял, миссионер Райт также изучал троицу перед собой и вдруг спросил:

— Кстати, а вас троих учение Святого Света не интересует?

Все трое ответили на удивление нестройным хором:

— Я последовательница богини магии и не желаю поклоняться иным богам.

— Ты что, слепой? Я Тени поклоняюсь!

— Нет, спасибо.

Миссионер Райт кивнул:

— А, ну тогда ладно.

(Конец главы)