Глава 1709 — Без названия

«Есть одна проблема с покупкой планеты, которую ты запрашивал»,– гласило сообщение от Клодетт.

Рэндидли позволил мане стечь с пальцев и отошел от гравировки на складе, которую настраивал. Несмотря на то что они с Хелен установили систему вентиляции, он все равно поспешил покинуть подземный бункер, хмурясь на сообщение. Веки отяжелели, пока он обдумывал ответ. Он догадывался, что так и будет… но ему было крайне важно купить именно эту планету.

«Не знаю, слышал ли ты, но вчера вечером на базе семьи Свак произошел очередной „теракт“. Теперь, когда общественное мнение настроено против них, остальные силы Нексуса начали действовать всерьез. Поэтому… семья Свак сейчас не в том состоянии, чтобы рассматривать предложения о продаже Теллуса».

Изумрудные глаза Рэндидли вспыхнули. Перед ним возникло лицо Шаля из Пятой когорты – то надломленное выражение, которое он там увидел. Рэндидли не был уверен, хватит ли этого, но он хотел избавить своего учителя хотя бы от одного из ограничений семьи Свак. Возможно, этого будет достаточно… чтобы вырвать его из-под их власти.

Конечно, рассудительная часть Рэндидли, вспоминая взгляд Шаля, понимала, что все не так просто. Но сейчас Рэндидли Гостхаунд не хотел быть рассудительным. Он хотел отплатить Шалю за все, что учитель для него сделал. Хотел помочь всем, чем мог.

Он был должен Шалю хотя бы это.

К тому же Теллус был важен для Рэндидли и по другим причинам. Значительная часть Мрачной Химеры родилась из Призрака Копья, который берет начало на Теллусе. Именно на этой планете образ Рэндидли начал обретать плоть и ту атмосферу, которой обладает сейчас. Для долгожданной эволюции, которая должна повысить редкость набора навыков Мрачной Химеры… Теллус имел огромное значение.

Рэндидли размял кисти рук, еще раз перечитывая сообщение. Кожу покалывало – в голове начал складываться план. Одной из причин, по которой он просил помощи Клодетт именно с этой планетой, было то, что семья Свак каким-то образом скрывала ее от его чувств. А поскольку Ключ Философа был заблокирован, Рэндидли оставался беспомощным: он недостаточно хорошо знал Нексус, чтобы искать Теллус самостоятельно.

Но если семья Свак отвлечена другими делами…

Рэндидли выдохнул и отправил ответ Клодетт.

«Ты можешь выяснить, где находится планета?»

Ее ответ удивил его:«Да. Но я иду с тобой».

*****

Клодетт закусила губу, пока они вдвоем дрейфовали в открытом космосе.

— Скорее всего, это ловушка, ты же понимаешь. На одной из ключевых баз семьи Свак произошел мощный взрыв… но разведка моего отца докладывает, что ничего жизненно важного не пострадало. Весьма вероятно, что семья Свак намеренно выставила напоказ свою слабость, чтобы выманить мелкую сошку, желающую поживиться. Они раздавят любого, кто попытается воспользоваться ситуацией, а затем перейдут к прямым переговорам с Гильдией Гравировки и Военным Верховным Командованием.

В нынешнем Рэндидли Гостхаунде было что-то… странное. Его глаза неестественно сияли в космической тьме, пока он всматривался в поверхность планеты сквозь атмосферу. Пустота уже начала вытекать из его тела, заполняя пространство вокруг, что заставляло все инстинкты Клодетт вопить об опасности.

От объема энергии, которую он приводил в движение, у нее покалывало кожу на голове.

Ей было крайне трудно выбраться из Поместья Бейгонов на встречу с ним, но она справилась. Конечно, в глубине души она понимала, что отец, скорее всего, отпустил ее намеренно… он был не прочь подыграть слухам о романе между цветком Бейгонов и стремительно идущим в гору главным инструктором по строевой подготовке. Но даже под угрозой семьи Свак и под надзором отца она все равно пришла.

Потому что волновалась. Потому что каждый день в четырех стенах своей комнаты казался ей удушьем. И она никак не могла решить, хочет ли она, чтобы человек перед ней раздул пламя надежды или окончательно его погасил.

И все же сейчас, глядя на то, с каким объемом Пустоты он справляется… То чувство, что заставило ее просить Рэндидли о помощи, вернулось. Сквозь пелену оцепенения Клодетт снова ощутила это, глядя на лицо Гостхаунда: этот человек, как бы невозможно это ни казалось, мог помочь наблюдателю изменить свою судьбу.

«Может… я слишком много себе придумываю, – твердила Клодетт своему колотящемуся сердцу. – …Это выражение лица… эта Пустота… возможно, ему просто… не терпится поиграть с населением еще одного мира…»

Однако ее «прозрения» насчет темной сути Рэндидли Гостхаунда внезапно показались фальшивыми. Та искренность, которую он проявлял… Мелкая рябь сомнений окружила наблюдателя, замершего в тени дона Бейгона.

— Даже если это и так… — медленно произнес Рэндидли. — Подозреваю, что мы – мелкая сошка даже среди мелкой сошки Нексуса. Насколько я понимаю, семье Свак нет дела до одной-единственной планеты. И у меня есть достоверные сведения, что несколько групп выдвигаются к родному миру Свак. Их лучшие бойцы отправятся туда, чтобы отражать налеты.

Клодетт моргнула. «Откуда он это знает? Неужели у него действительно есть доступ к информации Военного Верховного Командования?»

«Но если Командование поддерживает его, то почему…»

Клодетт тряхнула головой, высвобождая волну пронизывающего холода. Успокаивающая неподвижность стужи помогла ей прийти в себя. Затем она откашлялась.

— …В любом случае. Прежде чем ты… начнешь делать то, ради чего пришел, я должна спросить: с какой стати ты хочешь повести меня на Имперский бал?

Недоуменный взгляд Рэндидли был для Клодетт красноречивее любого ответа. Внутренне цокнув языком, она достала копию приглашения, которыми вчера были обклеены все три входа в Поместье Бейгонов – так, чтобы у ее отца не было ни единого шанса скрыть это.

«Дорогая Клодетт,

Твой лик заполняет каждое мгновение моего бодрствования. Малейший твой жест отзывается в самой глубине моего существа. Каждая минута без тебя кажется вечностью. Посему я умоляю тебя присоединиться ко мне на нынешнем Имперском балу. Без твоей красоты это событие будет лишь пустой оболочкой!

Навеки твой,

Рэндидли Гостхаунд».

У Рэндидли глаза на лоб полезли. Затем он рассмеялся, недоверчиво качая головой.

— Вот же гребаный ублюдок!

— Я так и поняла, что ты тут ни при чем… но нам нужно тщательно обдумать, как действовать дальше, — сказала Клодетт. — Имперский бал… это самое важное мирное событие в календаре Военного Верховного Командования. Ты можешь этого не знать, но приглашать на бал кого-то не из военных – вопиющее нарушение правил. Похоже, там… хватает секретов, которые посторонним лучше не видеть. По сути, тот факт, что «ты» прислал мне это – оскорбление и для моего отца, и для Командования.

— Я так и думал, что дело в чем-то подобном… — Гостхаунд оскалился, но затем его взгляд снова вернулся к планете. Эмоции улеглись, и эта новая палка в колесах больше его не трогала. — Впрочем, эта проблема подождет. Сейчас… мне нужно подготовиться.

«Еще шесть недель до того, как этот человек… сформирует мой образ…», – Клодетт замолчала, чувствуя, как Пустота вокруг Рэндидли пришла в движение. Но очень скоро ее глаза расширились, а сердце словно стянуло тонкой нитью. Ибо масштаб, с которым его Пустота начала накрывать все вокруг, мог сравниться лишь с теми ужасами, что она видела в Пятой когорте, исходящими от Короля Пустоты.

Эта иссиня-черная энергия расползалась во все стороны, впитываясь в атмосферу планеты внизу, неуклонно растекаясь по небу. Столь искусно сплетенная Пустота была невидима невооруженным глазом, но Клодетт постоянно чувствовала ее движение, подавляющее потоки Эфира на Теллусе. Эффект распространялся, пока весь мир не оказался опутан сетью Пустоты.

Рэндидли замер, протяжно выдыхая. По его лицу катился пот; было очевидно, что это дается ему нелегко. Затем он расправил плечи и поднял руки. Его живой хвост начал извиваться и дергаться, натягивая созданное плетение.

Мироздание содрогнулось – энергия Гостхаунда начала стягиваться так, как Клодетт не могла даже вообразить.

И как раз в тот момент, когда Клодетт готова была содрогнуться от отвращения при мысли об эфирном голодании, которому Рэндидли, возможно – а скорее всего, наверняка – подвергнет всех этих людей, в пространстве прошла еще одна рябь. Она обернулась и увидела две фигуры, пробившиеся сквозь Пути Нексуса. Теперь они наблюдали за парящими в пустоте Рэндидли и Клодетт.

Сперва она испугалась того, что он столь открыто использует Пустоту, но очень скоро новый страх вытеснил эту мелкую угрозу.

— Ну-ну. Надо же, — Велио Данн одарил их широкой ухмылкой, в то время как массив Пустоты начал рокотать. Напряжение между планетой и телом Рэндидли росло. Его хвост двигался так быстро, что превратился в размытое пятно. — Я проснулся сегодня утром и сказал себе, что день будет удачным… но кто бы мог подумать, что я окажусь настолько прав?

Рэндидли слегка повернулся и глянул через плечо. Его глаза сузились, но движения рук и хвоста не дрогнули. Непоколебимая решимость делала его лицо нечитаемым. Он продолжал активировать массив Пустоты… или, как быстро поняла Клодетт, просто не смел остановиться.

— Я отправлю отчет… — начал второй, но не успел он договорить, как сияющий меч Велио Данна разрубил его пополам. В следующее мгновение волна яростного кобальтового пламени вырвалась наружу, пожирая плоть и одежду. Секунду назад их было двое, в следующий миг – четверо, а затем снова трое.

— Тьфу, отчет? Какая трата времени. — Велио Данн облизнул губы. Его темные глаза светились.

Клодетт призвала свой ледяной образ истинного меча, вмерзшего в лед, но Велио лишь рассмеялся, глядя на нее. Мышцы его рук вздулись, когда он снова уперся ими в бока; она даже не заметила, как он убрал меч в ножны. — Спокойно, спокойно. Я вижу, что мистер Гостхаунд занят… и мне, как старшему, было бы стыдно нападать на него, пока он отвлечен. Так что я подожду начала нашей дуэли… пока он не закончит свой маленький эксперимент.

«Наверняка ровно в тот момент, когда он закончит». Сердце Клодетт бешено колотилось. Она попыталась отправить сообщение Ледяной Матриарху и отцу, но по тому, как расширилась улыбка Велио Данна, поняла: он достаточно искусен в Путях Пустоты, чтобы блокировать любые сообщения в округе.

— И я знаю, о чем ты думаешь, гребаный ты таракан, — с удивительным воодушевлением произнес Велио Данн, глядя на Рэндидли Гостхаунда. Велио окинул его взглядом с ног до головы, словно оценивая призового скакуна. — Как только сможешь, ты попытаешься выдержать атаку, а потом сбежать. Но как насчет такого? Если ты сейчас же не пообещаешь, что будешь драться в полную силу, не отступая, в течение получаса… я немедленно убью эту милашку. В конце концов, мне всегда хотелось узнать, насколько остры зубы у дона.

— Ты… — Клодетт ахнула. Немногие осмеливались столь легкомысленно угрожать ей. Если Велио Данн думал, что семья Свак защитит его от гнева ее отца…

Она удивилась еще больше, когда Рэндидли отозвался хриплым голосом:

— Пять минут.

Велио хмыкнул. Он убрал руки с боков и начал разминать плечи.

— Десять.

— Идет, — прошипел Рэндидли сквозь зубы. Затем он вновь сосредоточил сияющие изумрудные глаза на том, что делал с Пустотой. Напряжение нарастало. Ткань пространства вокруг содрогалась.