Глава 1555 — Без названия

— Как ты узнал, что я здесь? — Тихо спросил Рэндидли. Хотя по мере его спуска Паутина несколько сузилась, пространство все еще оставалось колоссальным, и слова Рэндидли гулким эхом отражались от стен.

Велио Данн погрозил ему пальцем, уперев другую руку в бок:

— Тш-ш. К чему эти расспросы о деталях нашей встречи? Это было предначертано Судьбой. Вечно копаться в тривиальных мелочах бытия – значит тонуть в море серой бессмыслицы. Ты совершенно упускаешь упоение самим фактом существования! Неужели именно так ты хочешь прожить свою жизнь, мистер Гостхаунд?

Рэндидли поджал губы. Он решил отправиться в Паутину, потому что Мертворожденный Феникс в последнее время постоянно донимал его, а Вуалла как бы невзначай обмолвилась о своем любопытстве. Он полагал, что эта вылазка будет безопасной по двум причинам. Во-первых, его эксперименты с по-настоящему могущественными личностями показали, что никто не может почувствовать активацию его Ключа Философа. Это не означало, что никто в принципе не обладает такой способностью, но указывало на относительную скрытность этого метода перемещения. Он был уверен в его секретности.

«Вот почему я хочу знать, как, – нахмурившись, подумал Рэндидли. – …Ты ждал меня… или способен отслеживать мои перемещения?»

Во-вторых, Рэндидли убедился, что Эдрейн находится в своем жилище, в режиме готовности на случай несчастного случая. Он предполагал, что сможет отправить ей сообщение при появлении любой опасности, и не ожидал, что Велио Данн явится с каким-то массивом, блокирующим связь. Эдрейн предупреждала его быть осторожным с глубинами Паутины, но это…

Взгляд Рэндидли переместился с Велио на тьму за спиной мужчины. Для сокрытия своего присутствия они использовали тот же массив, что подавлял сообщения, но Мрачная интуиция была куда точнее Восприятия: за спиной Велио скрывались две фигуры. Судя по сложности массива… либо они были просто гениями в Начертании, либо это была ловушка, устроенная специально для него. Эта мысль пугала едва ли не сильнее прочих. Они подготовились.

— Пф-ф, да, должен признать, я пришел не один… но они заверили меня, что массив нисколько не подавит твои боевые способности, — Велио Данн пожал плечами. Затем, к удивлению Рэндидли, он надулся, словно капризный ребенок. — А что мне оставалось делать? Ты отказался закончить нашу дуэль, когда я навещал тебя. Я был в таком восторге от встречи с кем-то, кто будоражит меня одним лишь взглядом… а потом ты сбежал и спрятался. Ты хоть знаешь, что я при этом чувствовал?

Взгляд Рэндидли стал тяжелым. Ему уже осточертела нелепая и самовлюбленная манера Велио трактовать их взаимодействия. Он выдохнул; сердцебиение оставалось ровным, даже когда мышцы напряглись в драгоценные мгновения подготовки. Его разум уже остановился на наиболее вероятном исходе этого противостояния, но выбранный Путь был сопряжен с огромными трудностями. Поэтому, несмотря на отвращение, Рэндидли решил тянуть время – на случай, если Эдрейн заметит неладное и придет на помощь, как это случилось с Октавиусом.

«Но, конечно, к Октавиусу она была гораздо ближе…», – невольно подумал Рэндидли.

Внешне же он улыбнулся и указал на свою отсутствующую левую руку:

— Я еще не оправился от нашего прошлого боя. Может, отложим его на пару десятилетий?

Велио Данн покачал головой. Холодное голубое сияние, исходящее от его меча, постепенно распространялось, освещая Паутину. Этот ассасин тоже готовился, и результаты были куда более пугающими. — Упование на внешнюю помощь в поисках силы принесет тебе лишь горе, мистер Гостхаунд. Я оказал тебе услугу: та металлическая конечность была цепью, сковывавшей твой потенциал. Честно говоря, тебе следовало бы меня поблагодарить.

Улыбка сползла с лица Рэндидли. Хотя пульс участился, он все еще сохранял относительное спокойствие. Выслушав последний ответ Велио, он начал кое-что понимать. Он внимательнее присмотрелся к противнику. Мускулистый мужчина продолжал ухмыляться, глядя на него сверху вниз, но это выражение не затрагивало его глаз. В этих изящных сферах читалось лишь леденящее намерение убить. Татуировки на руках мужчины казались живыми, извиваясь в тенях.

«Предвкушение, – подумал Рэндидли. – …Он наслаждается этим».

— Ты притворяешься, — сказал Рэндидли, удивленный этим осознанием. — Ты прекрасно понимаешь, насколько ты нелогичен. Неужели тебе доставляет удовольствие смотреть, как твои жертвы верят, будто у них есть шанс отговорить тебя от дуэли? «Случайные жертвы», черта с два. Твои глаза… тебе нравится вид крови.

Велио Данн замер на долю секунды. Затем выражение его лица изменилось. В уголках его глаз собрались морщинки, и он разразился громовым хохотом:

— Ха! Ха-ха-ха! Мистер Гостхаунд, поверишь ли ты мне, если я скажу, что с первого взгляда понял: ты особенный? Хех. За полторы тысячи лет… Пожалуй, прошло полторы тысячи лет с тех пор, как меня так раскусили. Если бы не тот факт, что ты напоминаешь мне кое-кого, кого я ненавижу… я бы, возможно, даже позволил тебе жить после того, как сокрушу твой образ. Но… это сходство обрекает тебя.

Велио потянулся к мечу. Рэндидли следил за каждым его движением. Сияние клинка начало усиливаться, мышцы на руке Велио вздулись. Рэндидли лишь поджал губы и наблюдал. Образы в его груди закружились в спирали, готовясь к защите.

Но, схватившись за рукоять, Велио помедлил, пристально глядя на Рэндидли. Он поднял руку и почесал щеку, словно смутившись:

— Гм… а ты не собираешься ничего делать? Здесь ты должен сказать что-то клишированное, вроде «если ты думаешь, что я тот же, кого ты победил в прошлый раз, ты ошибаешься» или «в этот раз все будет иначе». Можешь выдать хоть какую-то внешнюю реакцию? По правде говоря, такие моменты – единственный способ развеять монотонность. Не порть мне все.

— Ты хочешь, чтобы я помог тебе наслаждаться жизнью… изрыгая в ответ избитые фразы? — Рэндидли иронично приподнял бровь. Теперь, когда Велио сжимал рукоять меча, его нервы в груди натянулись, но он не мог удержаться от того, чтобы не подразнить человека, пришедшего его убить. — Для того, кто столько жалуется на скуку, ты слишком охотно цепляешься за предсказуемость. Чего ты так боишься, Велио Данн, что выслеживаешь и убиваешь любого, кто обладает потенциалом?

Выражение лица Велио исчесло, словно эмоциональное напряжение превысило допустимый предел и выбило пробки. Осталась лишь мертвая плоть, все еще сохранявшая подобие мимики, но лишь по необходимости. Его черты оживляли лишь отчаяние и тьма. По спине Рэндидли пробежал холодок. Казалось, он смотрит на тонкую простыню, наброшенную на гниющий труп. Хотя покров несколько сглаживал форму, душа Велио была настолько искорежена, что грубые отклонения от нормы были очевидны, несмотря на любые преграды.

Хуже того, изменился образ Велио. Бледный голубой свет, исходящий от его меча, стал удушающим. Массив, изолировавший их двоих, начал шипеть от мощи его присутствия. Рэндидли не понимал, что именно они делают, но две призрачные фигуры быстро задвигались, стремясь стабилизировать ситуацию.

— Ты задаешь слишком тяжелые вопросы для человека, который вот-вот умрет, — тихо произнес Велио. — Если не планируешь делиться информацией добровольно, я вытяну источник твоей уверенности силой и раздавлю его. И просто к слову: твой трюк с телепортацией не сработает дважды.

Рэндидли пожал плечами, заметив, как костяшки пальцев Велио побелели на рукояти меча:

— Это не секрет. Я не хотел, чтобы до этого дошло, но, думаю, у меня нет выбора. У меня есть суперсила, всего одна. В большинстве мест она не имела бы значения. Но здесь…

— Суперсила? — На лицо Велио вернулось выражение шока. Затем он фыркнул, частично восстановив самообладание. — Хех, вот оно как? Что ж, я с нетерпением жду этого. Со смертью внизу и смертью вверху – давай устроим веселую дуэль… Эй! Какого черта ты творишь?!

На середине фразы Велио Рэндидли начал стремительно падать вниз. Если в чем он и мог быть уверен, так это в том, что Велио Данн дорожит собственной жизнью. И учитывая, что Велио теперь считал Рэндидли загнанным в ловушку, логично было предположить, что даже кто-то столь могущественный, как Велио, испытывает определенное опасение перед массой Значимости внизу.

Когда он подтверждал с Эдрейн, что она будет следить за его местоположением, даже она предупреждала его не спускаться слишком глубоко по «хребту». Сила там представляла угрозу даже для нее. Рэндидли надеялся, что его уникальные преимущества позволят ему выжить на глубине, достаточной, чтобы отпугнуть Велио.

По мере того как Рэндидли мчался вниз, концентрация Пустоты в воздухе стремительно росла. Кроме того, мощные гейзеры опасных эмоций с силой ударялись о стенки полого хребта. Велио, должно быть, действительно был застигнут врасплох, потому что Рэндидли успел оторваться на приличное расстояние, прежде чем тот начал действовать.

Рэндидли даже использовал навык «Человек Горделив, но Химера Забирает», чтобы рвануть вниз с еще большей интенсивностью. С того места, где изначально парил Рэндидли, содержание Пустоты в воздухе увеличилось с 5% до 5,5%. Затем оно подскочило до 6%, а следом и до 7%. Воздух со свистом проносился мимо, вызывая покалывание на коже.

Но в следующий миг Велио оказался прямо перед Рэндидли с яростным выражением лица:

— Чертов мальчишка. Если ты так жаждешь самоубийства, я тебе помогу.

Рука Велио Данна на мече дернулась. В то же мгновение Рэндидли мобилизовал все силы, которыми обладал. «Откровения Иссиня-черного Порога». «Химерическая Неприкосновенность». «Все остальное погибает, но время вращает Землю».

Поздравляем! Ваш навык «Все остальное погибает, но время вращает Землю» (М) достиг 245-го уровня!

Как и во время тренировок, Рэндидли не искал ту версию себя, которая могла бы выжить. По крайней мере, он не стремился к конкретике. С энергией Откровения, обостряющей зрение и дающей преимущество в предсказании, Рэндидли влился в коллективное море параллельных Рэндидли и начал стремительно собирать все больше и больше версий самого себя в этом застывшем мгновении. Для него все они были данными. Они были альтернативами.

Через резонанс он наблюдал, как они гибнут толпами, испытывая при этом ужасающую отдачу. Это было ментальное напряжение такого уровня, какого он никогда прежде не знал. Каждая смерть была подобна маленькой эмоциональной бомбе, стремящейся дестабилизировать его образы. Однако сейчас он не мог позволить себе отвлекаться на это.

Пронаблюдав тысячу шестьсот три различных способа действий в настоящем и почувствовав, как тысяча пятьсот восемьдесят два из них закончились его смертью, Рэндидли вложил всего себя в «Химерическую Неприкосновенность». Он скользнул в сторону, пытаясь уклониться, используя одну из тех немногих возможностей.

«Шанс выжить всего 1,4% лишь от первого удара… – …Рэндидли оскалился. – …И он называет это честной дуэлью? Ну и лицемер».

Но это были еще не все приготовления. Помимо недавно сформированного, все еще маленького серого пузыря в своей Туманности Пустоты, Рэндидли стянул все четыре других серых пузыря в правую руку. Он не пытался встретить удар лоб в лоб, а просто ударил в пространство между ними, стремясь создать заслон. Время замедлилось, так как огромная масса, сконденсированная в его руке, исказила окружающее пространство. Расходящиеся волны гравитации пронеслись через разделявшее их расстояние.

Глаза Велио сузились в легком удивлении.

БУ-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-У-УМ!

Поздравляем! Ваш навык «Химерическая Неприкосновенность» (М) достиг 338-го уровня!

…

Поздравляем! Ваш навык «Химерическая Неприкосновенность» (М) достиг 340-го уровня!

Рэндидли почувствовал, как кости запястья и предплечья разлетаются вдребезги. Вся рука просто онемела – вероятно, нервные окончания были уничтожены еще до того, как он успел что-то почувствовать. В следующий миг он врезался в стенку Паутины, заскользил и кубарем покатился еще глубже, к ожидающей внизу массе Значимости.

Рэндидли несколько раз моргнул: Иггдрасиль окутал его Духовное пространство своими теплыми ветвями и начал стремительно исцелять повреждения. Скорость его падения была велика, почти такая же, как и раньше, только на этот раз его швырнуло вниз силой удара Велио. Его потрясенный разум постепенно успокоился, и Рэндидли немедленно устремил взгляд вверх, на фигуру Велио Данна.

К мужчине вернулась его дикая улыбка; в глазах горел маниакальный блеск:

— Эй, а ты довольно живучий, знаешь об этом? Пожалуй, лет сто прошло с тех пор, как я сталкивался с таким «семенем», как ты. Но если ты думаешь, что этого достаточно…

Пожалуй, самой ужасающей деталью этой картины было то, что последний удар Велио нанес мечом, все еще находившимся в ножнах. Теперь же Велио ухватился за рукоять и обнажил клинок, являя его во всем великолепии. Сияющая жестокость в глазах Велио стала еще ярче. Он играл со своей добычей. Казалось, удовольствие Велио от этого процесса, по крайней мере, не было притворным.

Разумеется, у Рэндидли не было возможности внимательно изучать меч; все его тело пронзала боль. Содержание Пустоты в окружающем воздухе продолжало неуклонно расти по мере его падения, приближаясь к 15%. Некоторые из наиболее мощных эмоций, бушующих в воздухе, обладали достаточной силой, чтобы обжигать кожу Рэндидли. Однако, едва Велио закончил говорить, он исчез.

Почувствовав дурноту, Рэндидли извернулся в воздухе. Велио ждал внизу, и голубые руны на его мече сияли так ярко, что это почти слепило. — Здесь ты и умрешь, мистер Гостхаунд. По правде говоря, это было удовольствием.

Рэндидли посмотрел на свою руку: кожа на правой кисти болталась, словно склизкие остатки лопнувшего водяного шарика. Горькая улыбка коснулась его лица. «Полагаю, было бы слишком наивно ждать, что этот враг, взглянув на меня, внезапно осознает что-то глубокое в себе и заработает нервный срыв, а?»