Глава 1508 — Без названия

Волны тревоги разлились в груди Реймунда Балласта, пока он наблюдал за тремя рухнувшими фигурами, дергающимися на земле. Он не мог не заметить, что упали они пугающе беззвучно. Возможно, эта троица и была слаба, но… видеть, как они бесшумно складываются, словно карточный домик под порывом ветра, было весьма впечатляющей демонстрацией сложности испытания.

Как один, большинство рекрутов, оставшихся по ту сторону арки, сосредоточили взгляды на беловолосом гуманоиде. Будучи единственным, кто остался стоять, несмотря на таинственную преграду, он стал лучшей лакмусовой бумажкой того, насколько проходимым было это препятствие.

Спустя всего несколько секунд напряженной тишины он поднял голову и громко расхохотался. Вокруг него разлился образ тьмы и насилия. — Ха-ха-ха! Детские забавы! Неужели вы и впрямь думали, что, лишив меня Выносливости, сможете остано… Гх!

Демон-баран замолк, когда Муарет подошел к нему и ударил в живот одной из своих длинных рук. Рогатый мужчина рухнул и слабо застонал на земле, его руки беспомощно дернулись. Было ясно, что он изо всех сил пытается оправиться от неожиданного удара.

Муарет осклабился, глядя на свою жертву, а затем повернулся к наблюдавшим:

— Пожалуйста, проявляйте уважение ко всем инструкторам и ведите себя подобающе в их присутствии, иначе будете наказаны. Неуважение здесь недопустимо. Но, как заметил этот глупец, подавление в этой зоне – всего лишь уловка. Как видите, мы полностью приспобились к перемещению в этой среде без каких-либо трудностей. Пока вы находитесь в тренировочной зоне, ваши Выносливость и Мана будут постоянно истощаться. Следовательно, во всех своих действиях вам придется полагаться исключительно на свой образ. Как бы то ни было, время идет. Пожалуйста, проследуйте на плац в течение отведенного срока.

— Ах ты… — тот самый «глупец» наконец совладал со своими руками и начал приподниматься с земли. Но Муарет вскинул одно из своих копыт и впечатал лицо гуманоида обратно в грязь. Реймунд услышал отчетливый хруст ломающегося носа.

— Чтобы я больше не слышал… — прошипел Муарет, склонив голову к своей жертве, пока из носа демона-барана сочилась кровь. — …этого «ты» в мой адрес. Третьего предупреждения не будет.

Тем временем, когда уловка была раскрыта, еще несколько человек нерешительно переступили порог. Все они отреагировали одинаково: гримасой и пошатыванием. Но стоило их индивидуальным образам окутать тела, как они снова обретали способность нормально функционировать. Они осторожно проверяли свои движения, а затем начинали идти вперед с большей уверенностью. Муарет фыркнул, глядя на неподвижную фигуру демона-барана на земле, и последовал за лидерами, пока все новые и новые рекруты продвигались вперед. Все хранили молчание и серьезность; после увиденной будничной жестокости подчиненных они начали верить слухам о своем инструкторе по строевой подготовке.

И все же Реймунду это почему-то показалось обнадеживающим. То, как небрежно Муарет обошелся с беловолосым гуманоидом, лишь подтверждало: этим людям плевать, кто ты такой. Они здесь просто для того, чтобы тренировать тебя. Если обучение действительно основано на заслугах, он сможет держать голову высоко, пока способен показывать результат. И все же…

Реймунд глубоко вдохнул.

«Тянуть больше нет смысла. Пора выяснить, хватит ли мне духу стоять в одном ряду с этими элитами… или я навсегда останусь лишь тенью своего брата Течетадора, о котором никто и не вспомнит».

Стиснув зубы, Реймунд шагнул вперед и пересек черту. Почти сразу он крякнул и упал на одно колено. Казалось, собственное тело предало его, превратившись в инертный металлолом, который отказывался служить инструментом. Но в тот самый миг, когда он уже готов был окончательно рухнуть, в его сознании возникло лицо младшего брата.

В этой вспышке памяти Течетадор морщился:

— Рэй, ты никогда не станешь мастером дуэлей, если в наших спаррингах не будешь бить так, будто хочешь меня убить.

Реймунд покачал головой:

— Я не смею, Течетадор. Если с тобой что-то случится по моей вине, я…

— Если со мной что-то случится, — внезапно настоял Течетадор, подавшись вперед и ткнув старшего брата в грудь, — я верю, что ты «осмелишься» на гораздо большее, чем считаешь возможным сейчас. Если ты приложишь к этому усилия, нет никаких причин, по которым ты не мог бы стать таким же сильным, как я.

В то время Реймунд лишь вздохнул, решив, что это одна из тех странных вещей, которые порой говорит его младший брат. Однако в этот момент… Реймунд отчетливо услышал эти слова. Дрожь пробежала по его телу. Мозг словно охватило пламя. Реймунд Балласт отказался падать и взорвался всей Силой воли, которую только смог собрать. Его образ распространился по телу, заставляя волоски на коже встать дыбом.

Образ был теплым и обнадеживающим; он напоминал ему о Течетадоре, который обладал почти идентичным образом бога их мира. Реймунд не слишком искусно использовал свой образ для управления телом, но, пошатываясь, он все же сумел подняться. Стоявший рядом Бенджамин посмотрел на него с явным беспокойством:

— Ты в порядке?

Реймунд горько бы усмехнулся, если бы это не требовало филигранного контроля над образом. Вместо этого он сосредоточенно старался говорить разборчиво:

— Хех. Я… в норме. Ты, кажется… тоже.

Бенджамин пожал плечами:

— Раньше мне уже доводилось проходить через подобные тренировки. По правде говоря, когда привыкаешь, становится гораздо легче. Но довольно неожиданно… что инструктор по строевой подготовке Гостхаунд решил использовать именно этот метод. Особенно в качестве первого испытания для новобранцев. Думаю, всех тех, кто решил отправить сюда своих лучших бойцов… ждет сюрприз.

Реймунд нахмурился, желая расспросить Бенджамина подробнее, но худощавый мужчина покачал головой и спокойно зашагал вперед. Чувствуя себя слегка подавленным скоростью своего спутника, Реймунд изо всех сил старался не отставать.

Позади них черту пересекали остальные рекруты. Реймунд отметил про себя тех, кого эта перемена ничуть не смутила – они двигались так же уверенно, как Бенджамин. Молодая женщина с коричневым мехом нахмурилась, но продолжала идти ровным шагом, ступив на тренировочную территорию. Непроницаемые черты лица огненного элементаля даже не дрогнули. Громко зевнув, массивный серый пес двинулся вперед без тени заминки. Лишь поравнявшись с Реймундом, пес замедлился и презрительно осклабился.

«Боже, как я ненавижу собак… тупые, подлизывающиеся твари…» – лицо Реймунда дернулось.

Хотя некоторые рекруты явно тащились вперед с мрачным выражением неимоверного усилия на лицах, все миновали арку и продолжили путь. С высоким бамбуковым лесом слева и садами справа прогулка была даже в чем-то живописной. Уж точно намного приятнее, чем пыльные камни, по которым они шли сюда.

И, как и говорил Бенджамин, использование образа постепенно становилось для Реймунда все более естественным. Это не было чем-то невыполнимым, просто раньше от Реймунда никогда не требовалось подобных действий. Вскоре его движения стали гораздо плавнее. Его хвосты снова начали вилять. Мастерство росло на глазах.

Однако вскоре после этого Реймунд заметил и обратную сторону процесса: у него начала нарастать головная боль. Спустя совсем немного времени такого использования образа он уже начал уставать от непривычного напряжения.

Впрочем, Реймунду стало немного легче, когда он взглянул на Бенджамина и увидел, что тот тоже морщится. Бенджамин, заметив взгляд Реймунда, слегка пожал плечами. — Я забираю свои слова обратно, — проговорил он вполголоса. — Всех… всех ждет сюрприз. Эта формация… человек, создавший ее, явный садист. Интенсивность только возрастает по мере того, как мы приближаемся к центру.

— …проводники… — выдавил из себя Реймунд.

Но Бенджамин понял, что он хотел сказать, и медленно кивнул: — …Да. То, что они не выказывают никаких признаков напряжения, служит доказательством либо того, что эта формация сложнее, чем кажется возможным, либо того, что от нас ожидают полного привыкания к этой нагрузке. Оба варианта… довольно тревожны.

В конце концов рекруты достигли центральной зоны, отмеченной лишь одиннадцатью небольшими строениями, расположенными по кругу вокруг массивного серебряного колокола. Оттуда их изнурительный путь повернул на юг, к плацу. Физически путь был совсем коротким, метров двести. Но после десяти минут напряжения в совершенно новом режиме, группа прибыла к прекрасной человекоподобной женщине, ожидавшей их на плацу, в довольно вялом состоянии.

Сначала Реймунд едва обратил на нее внимание, так как был почти полностью сосредоточен на борьбе с пульсирующей головной болью, грозившей превратить его в пускающую слюни оболочку. Но по мере приближения он невольно нахмурился. Женщина была центром бури давления, накрывшей всю округу. Она поправила длинную косу и сладко улыбнулась группе.

— Сильна, — прорычал массивный серый пес. В какой-то момент он поравнялся с Бенджамином и Реймундом. Хотя Реймунд и питал к собакам врожденную неприязнь, здесь он не мог не согласиться. Бенджамин же, прищурившись, изучал женщину.

Женщина перенесла вес с одного бедра на другое. Плотная кожаная броня подчеркивала игру ее мышц при каждом движении. Она еще шире улыбнулась, изучая изможденную группу:

— Добро пожаловать. Рэндидли Гостхаунд будет вашим инструктором по строевой подготовке… но я – ваша Смотрительница. Зовите меня Смотрительница Хелен. Я буду составлять индивидуальные графики тренировок для каждого из вас… так что постарайтесь мне понравиться. А теперь… есть ли у кого-нибудь вопросы по поводу обучения?

Столкнувшись с таким вопросом, когда они еще даже не узнали деталей обучения, Реймунд растерялся. Но Бенджамин почти сразу шагнул вперед:

— Хотя принуждение полагаться исключительно на образ и является эффективной тренировкой в краткосрочной перспективе… подобное не может длиться долго. Без специальных ресурсов на восстановление образов уходит уйма времени. Итак… каков ваш метод ускорения процесса исцеления?

Смотрительница Хелен кивнула и что-то бросила Бенджамину. Тот вскинул руку и ловко поймал предметы, несмотря на то что двигался, полагаясь только на свой образ. Когда он разжал ладонь, Реймунд заглянул ему через плечо и увидел две монеты с чеканкой в виде золотого дерева. Тем временем каменный человек и Муарет начали раздавать по одной монете всем остальным.

— За то, что задал правильный вопрос в правильное время, ты получаешь одну дополнительную Древесную монету. Древесные монеты может обменять в любое время любой из вас, чтобы ударить в колокол в центре нашего лагеря, — сказала Смотрительница Хелен. Она перенесла вес тела на другую ногу. — Вы можете зарабатывать Древесные монеты и другие их разновидности за любые впечатляющие достижения во время тренировок. Время вопросов официально окончено. Сейчас у вас есть полчаса свободного времени… после чего мы проведем турнир один на один, чтобы понять, с чем нам предстоит работать. Готовьтесь, как сочтете нужным.

Затем она достала яблоко и принялась отрезать от него кусочки, всем своим видом показывая, что разговор с группой окончен. Тем временем среди рекрутов воцарилась странная атмосфера. То и дело взгляды скрещивались на Бенджамине, который с невозмутимым видом убрал свои две Древесные монеты в карман.

— Эй, — наконец нарушил тишину беловолосый мужчина с бараньими рогами. Он разжал скрещенные на груди руки и впился взглядом в Бенджамина. — Ты здесь единственный, у кого две Древесные монеты. Будет справедливо, если ты используешь лишнюю, чтобы мы все поняли, как они работают.

— Я не согласен, — спокойно ответил Бенджамин. — Хотя я и измотан, мой образ может продержаться еще какое-то время без проблем. Именно потому, что это опасно, тренировка в этом поле подавления приносит огромную пользу. Поэтому я планирую подождать, прежде чем использовать Древесную монету.

— Подумай о своих товарищах-рекрутах, — сказал рогатый мужчина с опасной улыбкой, которая недвусмысленно намекала, что Бенджамину стоит подумать прежде всего о собственной безопасности. Бенджамин отвернулся, ничего не ответив, – ясный знак того, что он считает разговор оконченным. Взгляд рогатого мужчины стал острее. Трое же «официальных лиц», казалось, ничуть не заботились о назревающем конфликте.

Прежде чем что-либо произошло, огненный элементаль шагнул к Муарету и протянул Древесную монету:

— Я хочу использовать свою Древесную монету. Мне нужно что-то сделать…?

Хотя монету взял Муарет, ответила Смотрительница Хелен:

— Нет, я подам сигнал.

Она вскинула руки, и абсолютно колоссальный образ заполнил небо. Потоки воздуха стали багровыми и потекли, словно кипящая кровь. В этой крови небо заполнила массивная тень, как будто какой-то глубоководный ужас был спроецирован вверх из своего логова. Взмахнув огромным хвостом, тень шевельнулась и с явным интересом повернулась к ожидающим внизу рекрутам.

БООООООООННННННГГГГГ!

Но прежде чем тень успела шевельнуться снова, ее смело волной ошеломляюще чистого образа жизненной энергии, исходящей от огромного золотого древа. Но на этот раз энергия не пугала – она разлилась теплой волной, которая окатила Реймунда, заставив его издать вздох наслаждения.

Этот поток хлынул в его сознание, сшивая воедино все истерзанные края его образа. Кроме того, энергия, казалось, вымыла весь мусор из головы Реймунда, оставив после себя невероятно четкое ощущение собственного образа. Впервые за долгое время у него появились конкретные идеи о том, как изменить свой образ, чтобы стать значительно сильнее.

Внутри него зашевелился его извилистый девятихвостый лис.

Поток энергии длился почти пятнадцать минут, прежде чем начал постепенно спадать. И внезапно Реймунд почувствовал себя невероятно готовым использовать свой образ для каждого движения; омоложение оказалось эффективнее, чем он мог себе представить.

Тем временем огненный элементаль взглянул на Бенджамина. Хотя его лицо и мерцало языками пламени, из которых состояло его тело, Реймунд уловил в нем разочарование:

— Если ты мог с легкостью сделать что-то на благо другого… почему ты колебался?

Бенджамин лишь покачал головой.