Глава 1471 — Без названия

Если первые четыре Откровения Аланы основывались на чувствах, которые она испытывала при непосредственном общении с Рэндидли Гостхаундом, то Пятое Откровение стало ее искренним ответом на весть о его скором уходе – и на осознание того, что ей самой не достает сил последовать за ним. Именно поэтому Алана упрямо отказывалась прекращать борьбу, сколько бы раз ее ни втаптывали в землю.

Предыдущим вечером, еще до того, как отправиться на ужин с Хэнком, Алана Донал ходила поговорить с Рэндидли; она хотела попросить его взять ее и Виванью с собой в Нексус.

Где-то в глубине души она понимала, что эта просьба довольно безрассудна. В последнее время они с Рэндидли почти не общались. К тому же она смутно осознавала, какая пропасть лежит между ее собственной силой и могуществом Рэндидли Гостхаунда. Шлейф его образов витал в воздухе вокруг его острова, неизменно завораживая Алану. Отправься она с ним при нынешнем уровне сил, то стала бы лишь обузой. Это она понимала. Но также она верила, что, тренируясь под непосредственным руководством Рэндидли, сможет быстро преодолеть разделявшую их дистанцию.

Когда Алана пришла в ратушу и расспросила Татьяну, Рэндидли как раз проводил долгую встречу с Гертрудой Коллинз, поэтому девушка решила вежливо подождать окончания беседы. Пока она ждала, Хелен тоже пришла обсудить что-то с Рэндидли, так что оставшийся без дела дуэт решил выпить по чашечке кофе, чтобы скоротать время и посмотреть, не закончится ли встреча в ближайшее время.

За этим кофе Алана Донал призналась, что хотела поговорить с Рэндидли и спросить, может ли она отправиться с ним в Нексус. Выслушав ее, Хелен несколько секунд молчала, а затем со стуком поставила чашку на стол.

— Иди за мной.

Затем она отвела Алану на тренировочную арену и бросила ей учебное копье. Почти инстинктивно Алана поймала его и нахмурилась.

— Ты хочешь сразиться прямо сейчас…?

— Я просто хочу научить тебя страху, — ответила Хелен тоном, который показался Алане преисполненным высокомерия. И тогда она крепче сжала копье и бросилась в бой против Хелен, не щадя себя. Хотя до финала оставалось чуть больше двенадцати часов, Алана без колебаний обрушила на соперницу все четыре своих Откровения.

В конце спарринга Хелен присела рядом с тяжело дышащей Аланой Донал.

— Хорошенько подумай о том, какова твоя истинная роль в жизни Рэндидли Гостхаунда. И возвращайся с этой просьбой только тогда, когда будешь абсолютно уверена в своем ответе.

Вот почему Алана явилась к Хэнку вся в крови, поту и грязи. Ее подавили так решительно и беспощадно, как она не испытывала уже очень давно. Даже когда Рэндидли стал аватаром Мрачной Химеры в противостоянии с Доннитоном, Алана не чувствовала себя настолько беспомощной. Тогда она не могла дотянуться до него, но казалось, что он находится совсем рядом.

Сейчас все было иначе. Потому что в образе Хелен сквозила непреклонная уверенность, с которой Алана в данный момент не могла соперничать. Это не было самоуверенностью, и это не было просто овеществленной Волей, проецирующей готовое решение.

Хелен просто знала свою роль на интуитивном уровне. И эта уверенность отсекала любые колебания в ней самой и в ее образе. Какими бы незначительными ни были сомнения Аланы, они все же оставались. Она сама не до конца понимала, кем хочет быть. И это было неоспоримым фактом.

Увидев ее состояние прошлым вечером, Хэнк потребовал объяснений, после чего в ярости ушел, чтобы отомстить Хелен. Полчаса спустя он вернулся – слегка помятый, но, судя по всему, пострадавший ментально гораздо меньше, чем Алана.

Теперь, стоя перед Паоло и Кейлом с бесполезной ведущей рукой, Алана действовала без колебаний. Она хотела быть той, кто выиграет этот бой. И она подняла голову.

— Пятое Откровение: Вожделение.

Белые крылья, раскинувшиеся над ее головой из самой Судьбы, стремительно захлопали и начали уменьшаться. По мере того как они исчезали, из пальцев ее левой руки заструилось белое пламя. Она жестко вытянула пальцы вперед, имитируя наконечник копья, и опустилась в полуприсед. И Паоло, и Кейл настороженно следили за ней, зализывая собственные раны.

Из всех пяти откровений это обладало самым слабым системным эффектом. Оно лишь даровало Алане повышенную ясность намерений, связывая воедино ее мысли, навыки и тело. Эффект выражался в легком, но всестороннем усилении, которое становилось тем мощнее, чем более целеустремленной она была. Изменение цвета ее пламени лишь доказывало, что все работает как надо. И стоя на этой арене под оценивающими взглядами Рэндидли и зрителей, Алана с абсолютной ясностью видела Путь, по которому хотела идти.

«Если хочешь стать кем-то другим – просто действуй. Изменить себя так просто».

Алана перевела взгляд с Паоло на Кейла. Ее взор казался свинцовым, когда она переводила его из стороны в сторону, словно сам процесс переключения внимания требовал слаженной работы нескольких механиков, крутящих высокоточные регуляторы.

— Вы оба готовы?

Они не ответили словами, но и Паоло, и Кейл рванулись вперед в одно и то же мгновение. Кейл мог двигать лишь одной рукой достаточно хорошо, чтобы держать нож, но его глаза горели осязаемым желанием вырвать победу. Паоло прижимал левую руку к груди, но Алана почувствовала, как его образ вновь обретает силу вокруг тела; она подозревала, что он сможет нанести по крайней мере еще один удар этой «раненой» рукой.

Кейл приближался со стороны десяти часов, в то время как Паоло нападал с трех. Алана резко шагнула вправо, направляясь прямиком к Паоло. Ее левая рука превратилась в копье, которое она вонзила вперед по шипящей траектории. Белое пламя, поднимающееся от ее ладони, даже не дрогнуло при движении, словно находясь выше влияния сопротивления воздуха.

Паоло пригнул плечо и правой рукой отвел выпад Аланы в сторону. Мышцы его правой руки были изорваны в клочья от соприкосновения с этим безмятежным белым пламенем, а лицо исказилось в гримасе боли, но ему удалось отклонить удар. На долю секунды они замерли: левая рука Паоло была прижата к его груди, а правая рука Аланы безжизненно висела вдоль тела. Алана смотрела на него из-под полуприкрытых век.

Он не стал атаковать, несмотря на ее отсутствующую защиту.

Алана с силой впечатала стопу в боковую часть колена Паоло, заставив его хмыкнуть. Но его образ триумфа вспыхнул и удержал его на ногах. В этот момент Кейл зашел ей за спину и полоснул своим длинным ножом.

Развернувшись, Алана подставила под удар лопатки, получив глубокий порез, лишь бы резко выбросить вперед правую руку. Она не могла сжать кулак или пошевелить чем-либо ниже локтя, но этого хватило, чтобы заехать Кейлу в челюсть раздробленным локтевым суставом. Она почувствовала, как трещина пошла выше по плечу, но Алане некогда было об этом думать; она перенесла вес на другую ногу, чтобы слегка отстраниться от Паоло.

Но они трое находились слишком близко друг к другу. Когда Кейл падал навзничь от ее удара локтем, его нога взметнулась вверх и ударила Алану в бок. Удар не нанес серьезного урона, но из-за него Паоло настиг Алану прежде, чем она успела отдернуть левую руку. Его правая рука мертвой хваткой вцепилась в ее левое запястье, чуть ниже границы белого пламени.

На этот раз он действительно ударил левой рукой – прямой удар был настолько жестоким, что она засомневалась бы, ранен ли он вообще, если бы не слышала, как кости его плеча скрежещут друг о друга во время этого взрывного движения. И все же она ожидала этого; Алана развернулась на левой ноге, уводя правую половину тела назад и позволяя кулаку со свистом пронестись мимо ее носа.

Но вместо того чтобы выдохнуться на этом, Паоло разжал кулак и резко взмахнул рукой к ней. Прежде чем она успела среагировать, Паоло физически схватил Алану за лицо, толкая в сторону в попытке лишить равновесия. Алана вывернула левое запястье, чтобы вырваться из другой руки Паоло, но его хватка была подобна стали. Под крики толпы он казался скорее аватаром из кованого металла, нежели человеком. Его тело превратилось в плавильную печь, и каждое движение было верхом невероятного мастерства, выходящего за рамки обычных возможностей человеческого организма.

Ее правая рука беспорядочно дергалась, но была практически бесполезна. Во рту Аланы появился вкус крови, когда пальцы Паоло вдавили ее щеки в зубы. В душе она испытывала яростное разочарование. Но больше всего в этот момент ее поразили собственные пределы. Это было все, чего она смогла достичь, даже избавившись от сомнений.

Торс Аланы неуклонно отклонялся назад, и ноги не справлялись с натиском. Паоло обладал большей чистой Силой, чем она. Какая-то часть Аланы шептала, что пора сдаться.

Но она нехотеласдаваться. И в ее груди отозвался резонанс из того огромного пространства, что существовало с тех пор, как Рэндидли Гостхаунд установил с ней связь. Благодаря этому она с благодарностью переняла немало деталей, которые во многом укрепили основу ее образа. Эта связь была спасательным кругом, сделавшим ее стремительное восхождение к званию сильнейшего человека на Земле куда более гладким.

Оказавшись у самого края пропасти поражения и все еще находясь под действием Пятого Откровения, Алана ощутила этот спокойный резонанс. Сейчас он мог подтолкнуть ее в правильном направлении, но она чувствовала, что этого будет недостаточно, чтобы справиться с ее нынешним положением. И когда она подумала об этом, перед ее мысленным взором предстал тот единственный момент, когда эта связь оказалась бесполезной: когда она потеряла себя в ожиданиях, которые возлагал на нее Доннитон.

И в каком-то смысле именно наличие этой поддерживающей связи сформировало у Аланы образ мыслей, из-за которого ей было так трудно отказаться от шаблонов поведения, заставивших ее образ так долго топтаться на месте. Это заставило ее воспринимать детали образов как должное.

Недостаточно просто впитывать чужие детали, чтобы становиться сильнее, работая лишь над основами. Иногда даже пророку нужно поднять глаза к небу и простозахотеть.

Мышцы живота Аланы напряглись, противодействуя силе руки Паоло. «Я все еще хочу победить».

Белое пламя на левой руке Аланы всколыхнулось и скользнуло вниз. Ее рука резко ушла в сторону, когда она начисто срезала пальцы на правой руке Паоло, а затем отсекла его левую руку по предплечье. Странно, но его ладонь все еще сжимала ее лицо, даже когда Паоло сделал ошеломленный шаг назад.

К сожалению, победа давалась не так просто.

Длинный нож Кейла вонзился в правое бедро Аланы и пошел вниз, практически уничтожив четырехглавую мышцу. Она рухнула на колени, но это также заставило Кейла согнуться, пока он продолжал проворачивать лезвие в ее ране. В ответ она нанесла ему мощный удар ногой назад прямо в лицо, превратив его нос в месиво из плоти и хрящей, сочащееся кровью.

С дрожащей правой ногой она перекатилась на ягодицы и подняла левую руку над головой. Белое пламя испарилось с ее конечности и сформировало в воздухе над ней руку метровой высоты. Она напоминала призрачные силуэты с плохо проявленной пленки на старых фотографиях – с размытыми краями и странно преувеличенными пропорциями. Это был скорее детский рисунок руки, нежели анатомически точная копия.

Эта светящаяся белая длань устремилась вперед, ее пальцы косой двинулись на Кейла. Кейл выхватил еще один кинжал взамен того, что остался торчать в бедре Аланы, и перехватил его обратным хватом. Его Воля отчетливо светилась в серых глазах.

— Абсолютный Раздел!