Глава 865 — Дети (1)

672 год имперского календаря.

Двадцать лет спустя после финальной битвы с чудовищами.

Южный край Империи Эверблэк.

Кроссроуд.

* * *

Когда все церемонии коронации в Озёрном королевстве завершились, мы сразу двинулись на север, к Кроссроуду.

— Озёрное королевство такое классное!

— И красивое!

В моей личной карете Эмеральд и Сапфира примостились рядом с Эванджелин и Лукасом: один вцепился в руку матери, другая — в руку отца, и оба наперебой тянули восторженный припев.

Как выяснилось, дети очень хотели увидеть коронацию, поэтому Эванджелин привезла их сама. Теперь мы возвращались вместе.

Смотреть на всю семью в сборе было, конечно, тепло и приятно, но...

«Неужели этим двоим уже по пятнадцать?..»

Я разглядывал племянников — племянников?.. — и только диву давался. Вот правда, время не слишком ли быстро летит?

От прежних дикарят, носившихся как лесное зверьё, теперь, по крайней мере внешне, не осталось и следа. Оба вытянулись в ладных подростков, чинно одетых в парадные костюмы. Ещё несколько лет — и станут совсем взрослыми.

Эмеральд, хоть и мальчишка, был вылитая Эванджелин в юности, а Сапфира, наоборот, до смешного напоминала юного Лукаса.

Правда, это касалось только внешности. Внутри оба по-прежнему пружинили, как два озорных мячика...

— Ваше Величество!

— Расскажите нам старую историю! Ну пожалуйста!

Сменив цель, дети перебрались ко мне и принялись канючить. Я улыбнулся.

— Старую историю? Какую именно?

— Про маму и папу, когда они были маленькими!

— Вы же жили вместе с ними? Какими они были раньше?

Дети засыпали меня вопросами. Лукас и Эванджелин явно смутились, но я велел не мешать.

Все тяготы воспитания достаются родителям. А для меня племянники — это существа, которыми можно умиляться сколько угодно и ни за что не отвечать.

Наслаждение без обязательств в чистом виде...!

Всю трёхдневную дорогу до Кроссроуда я кормил Эмеральда и Сапфиру сладостями и развлекался с ними от души.

— Перестаньте давать им шоколад!

— Вы же им все привычки испортите!

— Угу, вот воспитанием вы и займётесь. А я буду и дальше играть с детьми сколько захочу.

— Его Величество император — самый лучший!

— Да здравствует дядя Эш!

Так, продвигаясь на север, мы наконец добрались до Кроссроуда.

Когда, миновав широкие поля и фруктовые сады, мы подъехали к южным воротам, у входа в город уже стояли люди, ожидавшие нас.

— Супруг мой!

— Отец-государь!

Это были Серенада и Стелла.

Моя жена и дочь оживлённо махали нам руками. Я ответил им не менее усердно.

Вообще-то в эту поездку в Озёрное королевство Серенада и Стелла тоже отправились с нами. Но стоило нам вступить на юг континента, как здоровье Серенады, утомлённой долгим путешествием, резко ухудшилось.

До Озёрного королевства от Кроссроуда надо было ехать ещё три дня на юг, и я решил, что для неё это будет слишком тяжело. Поэтому мы с Лукасом поехали дальше первыми, а Серенада и Стелла спустились отдельно, не торопясь, и остановились в Кроссроуде, чтобы она могла прийти в себя.

Серенада всё извинялась перед Ариэль и сама ужасно жалела, что не сможет увидеть коронацию, но здоровье всё-таки важнее.

Я вышел из кареты и поцеловал Серенаду и Стеллу в щёки. Серенада, поправляя на мне одежду, спросила:

— Дорога туда и обратно прошла благополучно? Вы передали госпоже Ариэль мой поклон?

— Конечно. Она сказала, что благодарна тебе уже за то, что ты добралась до Кроссроуда. Велела беречь себя и непременно встретиться в другой раз. Как ты себя чувствуешь?

— Я хорошо отдохнула, теперь всё в порядке.

— Цвет лица всё ещё неважный. Отдохнём здесь ещё несколько дней и потом спокойно поднимемся в столицу.

Я мягко погладил по голове стоявшую рядом Стеллу.

— Не скучала, дочка?

— Нет! В Кроссроуде интересно. И удивительно. Как будто в другой стране. Хотя я пока ни разу не была в другой стране.

— Не расстроилась, что не попала в Озёрное королевство?

— Мне, конечно, любопытно, но гулять по Кроссроуду с матушкой-императрицей тоже было очень весело!

Мы немного наговорились после нескольких дней разлуки, и тут к нам подошла Эванджелин.

— Ваше Императорское Величество, Ваше Высочество. Рада видеть вас после долгой разлуки.

— Маркграф! Давно не виделись. Как вы поживали?

— Благодаря милости Его Величества и заботе Вашего Императорского Величества. Ху-ху.

Ого. Эванджелин, похоже, успела набраться опыта: льстивые речи с языка так и сыплются.

Пока я про себя восхищался, Эванджелин поманила детей, стоявших у неё за спиной.

— Эмеральд! Сапфира! Идите сюда. Надо поприветствовать императрицу и принцессу.

Сапфира подбежала первой, тут же взялась за край юбки и изящно присела в реверансе.

— Приветствую вас, Ваше Императорское Величество, Ваше Высочество. Дочь дома Кросс, Сапфира Кросс, приносит вам своё почтение.

Тот самый зверёныш — и вдруг такая безупречная учтивость!

Лукас рядом со мной даже прослезился: видимо, его до глубины души тронул вид дочери, которую наконец вытащили из дикости в цивилизацию.

— Вы не представляете... сколько нам пришлось пережить, чтобы сделать из неё человека...

— Всё... настолько серьёзно?

Так или иначе, Сапфира поприветствовала нас как полагается. Проблемой оказался Эмеральд.

Белокурый мальчик стоял с растерянным лицом и слегка приоткрытым ртом, просто глядя в нашу сторону. Здороваться он и не думал. Улыбка Эванджелин застыла.

— Эмеральд! Ты что делаешь? Поздоровайся.

— ...

— Эмеральд?

Мне стало интересно, на что он так уставился, и я проследил за его взглядом.

«Хм?»

Там стояла Стелла и так же молча смотрела на него.

— ...?

Поймав на себе ошеломлённый взгляд Эмеральда, Стелла склонила голову набок.

— Эй, ты чего? Очнись уже.

Не выдержав, Сапфира хлопнула Эмеральда по затылку. Только тогда он пришёл в себя и выдавил:

— А... ангел?..

— Что?

— Та девочка... разве она не ангел? Я за всю жизнь никого красивее не видел...

Услышав это, я не выдержал.

— ...Пф.

Меня прорвало.

— Пф... пха-ха-ха! Ты что сказал? А-а-ангел?! Люди добрые, вы слышали? Эмеральд назвал мою дочь ангелом!

Я согнулся от смеха. Серенада тоже только ахнула: «Ах ты ж надо». Даже Стелла, похоже, привыкшая к подобным похвалам, стояла себе с невозмутимым видом.

А вот Лукас и Эванджелин побледнели и принялись наперебой отчитывать Эмеральда.

— Эмеральд! Как ты смеешь говорить подобные дерзости перед принцессой!

— Немедленно склони голову и попроси прощения!

— А? Так она не ангел? Это... принцесса? Она?

Эмеральд суетливо опустился перед Стеллой на одно колено, склонил голову и заявил:

— Всю жизнь буду верно служить вам, Ваше Высочество...!

Вот это внезапная клятва верности!

Стелла растерянно посмотрела на меня.

— ...Этот человек какой-то странный. Что мне делать, отец-государь?

Я всё ещё держался за живот от смеха и ответил, едва сдерживая дрожь в уголках губ:

— В будущем тебе часто придётся сталкиваться с подобным, доченька. Поступи, как считаешь нужным.

— М-м...

Стелла нахмурилась, задумалась, затем кашлянула: кхм! — и спросила голосом, который старательно пыталась сделать величественным:

— Как твоё имя?

— Эмеральд Кросс, Ваше Высочество.

— Сын дома Кросс, Эмеральд Кросс.

Стелла поводила круглыми глазами и продолжила:

— Твоё расположение ко мне похвально. Однако верховная власть в Империи принадлежит лишь одному человеку — Его Величеству императору. Если ты подданный Империи, то и верность свою должен посвятить Его Величеству.

— ...!

— Подумай ещё раз, кому именно ты обязан служить.

Ответив так, Стелла посмотрела на меня с лицом: «Правильно?»

Прекрасный ответ. Она и странное признание мальчишки приняла строго по правилам, и заодно заработала очки у меня. И ей десять лет! Ты ведь точно не из этих — регрессоров, вселившихся или перерождённых, правда, дочка?!

— Вы совершенно правы, Ваше Высочество.

Но и Эмеральд оказался не так прост.

— Однако дядя Эш... то есть Его Величество император наверняка поймёт меня великодушно! Ведь Его Величество меня любит!

— Э?

— С того самого мига, как я увидел Ваше Высочество, моё сердце принадлежит вам... Позволите вы мне или нет, отныне я буду служить вам верой и правдой!

Стелла в полном изумлении раскрыла рот. А я только смеялся и никак не мог остановиться.

Подозреваю, это была не верность, а совсем иной сердечный интерес... но что с них взять, в детстве всякое бывает.

Сапфира, извиняясь за невежливость Эмеральда, снова принялась колотить брата, а Лукас и Эванджелин тем временем бесконечно кланялись Стелле и просили прощения.

И тут...

— О.

Из города показалась помощница лорда Лили, а вместе с ней...

— Так вы все здесь?

Последний маг мира, единственный признанный Империей государственный маг.

Сид, которому в этом году исполнился двадцать один.

Он катил кресло своей матери и, увидев меня, широко улыбнулся.

— Крёстный... нет, Ваше Величество!

— Сид!

Я уже собирался поприветствовать крестника, которого давно не видел, но кое-кто успел метнуться к нему быстрее меня.

— Старший брат Си-и-ид!

Тонким, сладким голоском Сапфира кинулась к Сиду и тут же повисла на нём.

Ещё миг назад она молотила Эмеральда, а стоило появиться Сиду — и она в мгновение ока перелетела к нему.

— Вы и сегодня такой замечательный, старший брат! Я слышала, вы собирали осколки магии на восточном побережье?

— А... угу. Было дело, только вернулся.

— Как это восхитительно. Вот это мой старший брат! Ах, матушка... то есть тётя Лили, здравствуйте.

Сапфира с совершенно несвойственной ей манерностью протянула «о-хо-хо-хо», принялась ластиться к Сиду и изображать чинную барышню перед Лили.

Наблюдая этот театр, я тихо пробормотал Лукасу:

— У твоих детей всё прямо на лице написано.

— ...Просто они недавно стали людьми... кхм, то есть ещё малы. Прошу вас быть снисходительным, господин.

— Да за что тут снисходить? Не дави на детей так сильно.

Сапфира прилипла к Сиду и рассыпала вокруг себя сердечки. Эмеральд всё ещё стоял перед Стеллой на одном колене и ныл, чтобы она приняла его верность.

Я посмотрел на этот шумный переполох и невольно улыбнулся.

— Хорошо всё-таки видеть всех этих детей следующего поколения вместе.

Город на могилах.

Так когда-то называли это место — крайний рубеж человечества в войне против чудовищ, здесь, у южных ворот.

И вот мы, давно повзрослевшие и ставшие родителями, снова собрались здесь и смотрели, как наши дети возятся друг с другом.

На душе было и радостно, и странно.

— Порой просто не верится, что мы настолько повзрослели.

Эванджелин заложила руки за голову и заговорила своим привычным болтливым тоном.

— Мне всё ещё кажется, будто я та шестнадцатилетняя соплячка, которая впервые встретила старшего товарища и дядьку. А очнулась — и вот уже у меня сын и дочь, ровесники той самой меня.

— В те годы ты сама носилась точно так же...

— Правда? Я была такой? Бр-р, жуть какая.

Тут вмешался Лукас.

— Почему жуть? Да, немного несмышлёные, но наши дети милые.

— А я тогда тоже была милой?

— Что за чушь ты несёшь?

— Что-о?!

— Ты была гораздо милее. С ними даже сравнивать нельзя.

— Ох...

Эванджелин с тронутым лицом посмотрела на Лукаса.

— Дядька...!

— Ху-ху-ху...

Рыцарская парочка тут же самым естественным образом прильнула друг к другу.

В прежние времена, глядя на такое, я бы наверняка выругался: «Да что за бесстыжие голубки». Но с возрастом даже подобная картина начинала казаться милой.

Ладно уж, если в семье лад, тогда всё дозволено. Супружеским парочкам прощаем.

— Ваше Величество.

В этот момент Сид, наконец отцепив от себя Сапфиру, подошёл ко мне и заговорил серьёзным голосом.

— Мне нужно сказать вам нечто важное.

— ...?

Лицо Сида, уже ставшего взрослым молодым человеком, было неожиданно серьёзным, почти решительным.

Я удивился.

— Что случилось?

— Дело в том...

Сид сглотнул, набираясь решимости.

Где-то сбоку перепуганная Лили поспешно выкрикнула что-то, пытаясь его остановить, но Сид успел раньше.

— Я хочу отправиться в имперскую столицу.