Глава 515 — Туземцы (3)

Ситуация была до смешного выворачивающей мозг: чудище утверждало, что оно человек, а нас, наоборот, называло чудовищами.

— Забавно.

— Забавно? А что эта мелочь сказала?

— Заявляет, что мы чудовища, а она человек.

— О… значит, чудище совсем тупое?

В отличие от Айнар, которая звонко рассмеялась и на этом успокоилась, остальные отреагировали по-разному.

Кто-то, как я, счёл это занятным.

Кто-то заинтересовался.

А кто-то слегка раздражился.

Удивительно, но маг Версиль почти никак не отреагировала.

Потому что сама из игроков? Будь здесь Рейвен, у неё бы глаза загорелись. Наверняка велела бы немедленно выяснить, с чего эта тварь так решила.

— Вы все… о чём говорите?

Тогда маленькое чудище обратилось ко мне.

Похоже, сообразительность у него всё же была.

— Обсуждаем твоё заявление о том, что ты человек.

— …А что тут обсуждать?

— И то верно.

— Кто вы такие?

Вопрос бил в самую суть. Я на мгновение задумался и ответил. Было слово, которым можно назвать всех сразу: людей, варваров, эльфов, зверолюдов.

— Мы исследователи.

— Иссле… дователи?..

— Что? Впервые слышишь?

Маленькое чудище подняло правую руку и опустило один только указательный палец. Похоже, в их культуре это что-то вроде кивка.

— Исследователи… А что такое «исследовать»?

— Ходить по Лабиринту, находить новое и убивать чудовищ.

— …Значит, вы всё-таки пришли извне острова.

— Да.

Я тоже опустил указательный палец, и маленькое чудище дважды дёрнуло своим.

«Что за… А это, оказывается, даже забавно».

— Похоже, разговор затянется. Все — следите за окрестностями.

— Поняла.

Я перевёл строй в режим охраны и для начала решил наладить контакт.

— Будешь?

— Что это?

— Вяленое мясо. Высушенное.

— Я не об этом спросил.

— А?

Я склонил голову, и оно спросило так, будто искренне не понимало:

— Что значит… «будешь»?

На мгновение в голове стало пусто, но этот мелкий явно не походил на того, кто в такой ситуации станет шутить.

Пришлось объяснять.

— «Есть» — это значит пережёвывать пищу зубами и отправлять её в горло.

Вот так.

Чтобы показать пример, я пожевал кусок вяленого мяса и проглотил. Маленькое чудище перекосило от отвращения.

— …У-у. Как странно. Зубы ведь нужны только для того, чтобы убивать врагов…

— То есть вы вообще ничего не едите?

— Конечно! Как можно такое… в-во внутрь тела засовывать?!

Нет, когда существо с такой внешностью говорит подобное, чувства возникают какие-то странные…

— Я, я слышал, что иногда во время боя кто-то случайно проглатывает… Но обычно так не делают!

Любопытно.

Хотя нет, выходит, в этом они как раз похожи на монстров?

— Значит, вы можете жить, ничего не употребляя?

— Конечно. Пока мы можем пить достаточно воды жизни, мы, люди, не умираем.

— Воды жизни?..

Когда я выказал сомнение, он достал из своей сумки керамический сосуд.

И сделал несколько глотков.

— Это вода жизни.

— Можно мне немного?

— …………Да.

По глазам было видно: отдавать ему отчаянно не хочется. Но, похоже, он всё же понимал, что находится в плену, и протянул сосуд.

Отлично, образец добыт.

— Версиль, понимаешь, что это?

— Секунду… Плотность маны очень высокая…

Я отдал ей сосуд почти на всякий случай, но Версиль, вопреки ожиданиям, быстро распознала содержимое.

— Похоже… это магический камень, растёртый и разведённый в воде.

— …Магический камень?

— Да. Мана-воду, которой обычно пользуются в городе, тоже делают так же. Совершенно одно и то же.

Мана-вода была почти обязательным материалом при изготовлении самых разных магических инструментов.

Но чтобы использовать её как основную пищу…

— Слушай, эта ваша вода жизни делается из магических камней, которые добывают из чудовищ… нет, из камней?

— Да… А что? И я не «слушай». Меня зовут Марупичичи.

— Понял. Марупичичи. Я Бьёрн, сын Янделя.

— …Странное имя.

Марупичичи.

Короче говоря, Мару сказал это и, смущённо, что ли, выставил вперёд указательный палец. Я тоже сообразил и стукнулся с ним своим.

— Что он… сейчас делает с тем чудищем?

— Не знаю. Похоже на рукопожатие.

— Сколько сведений уже удалось выжать? Ты узнал, где находится деревня?

А, это…

Надо было заняться раньше, но стало как-то интересно, и я слишком долго болтал о лишнем.

— Как раз расспрашиваю.

— Вот как… Впрочем, даже ребёнок вряд ли просто так выдаст врагу подобную тайну. Скажи, если понадобится моя помощь.

— …Понял.

На этом я отложил личное любопытство и перешёл к важным сведениям.

— Марупичичи, где вход в вашу деревню?

Вопреки опасениям Амелии, добродушный до глупости Мару, который собственными руками помог пленникам сбежать, не стал прибегать к такой подлости, как молчание.

Хотя ответ был не тем, которого я ждал.

— Его нет. Сейчас…

— А?

— Пока взрослые не откроют, никто не может войти в деревню… В-включая меня…

Ха. Так вот почему он один прятался в кустах.

— Вход в деревню часто закрывают?

— Нет… Почти никогда, если не считать сезона дождей.

Сезон дождей? Тут ещё и дождь бывает?

Хотя… если деревня находится под землёй, сильный дождь действительно может стать проблемой.

— Почему сейчас вход закрыт?

— Это… наверное, из-за меня.

— Из-за тебя?

— Да. Взрослые, наверное, думают, что пойманные чудовища сбежали…

Нет, тогда нужно организовывать погоню. Зачем закрывать вход в деревню? Сначала я подумал именно так, но, если поразмыслить, логика в этом была.

Жители деревни, если их можно так назвать, не знают, что исследователи выбрались наружу.

Решили, что те прячутся внутри, сначала заперли деревню и начали обыск.

«Прошло уже часа четыре с их побега… Значит, скоро они должны понять, что случилось на самом деле, и выбраться наружу».

Для начала я поделился с товарищами тем, что выяснил.

А затем начал голосование.

— Тема такая: «Как поступить с чудовищами, которые способны говорить и утверждают, что они люди». Вариантов два.

— Два?

На вопрос Амелии я ответил, двигая указательным пальцем вверх и вниз:

— Либо подружиться.

Или же…

— Перебить всех до единого.

Любой вариант вполне в духе исследователей.

***

— Подружиться?.. С чудовищами?

Некоторые отреагировали так, будто я сморозил полную нелепость.

Остальные, скорее, сомневались, возможно ли это вообще.

— Но зачем тебе становиться с ними друзьями?

— Они здесь жили, значит, должны многое знать.

— Разве нельзя просто спросить у этого чудища?

Ну а сколько может знать этот малец?

Чтобы получить сведения высокого уровня, в итоге придётся говорить со взрослыми чудищами.

Правда, Амелия всё равно была настроена скептически.

— Если причина в этом, достаточно поймать взрослое чудище и допросить.

— Верно, но это может оказаться не так просто. Этот малец выложил всё, потому что ребёнок, а вот остальные могут не расколоться.

— Ты… мне не доверяешь?

— Что ты. Просто я говорю, что необязательно сразу переходить к крайностям. Мы ещё даже не знаем, насколько они сильны. Кстати… разве недавно ты не говорила что-то вроде «не стоит убивать без разбора»?

— Это касалось людей.

— А.

— …Ладно. Если подружиться не выйдет, что тогда?

Амелия отбросила лишнее и спросила прямо. Я тоже ответил без раздумий.

Изначально ведь было два варианта.

Если не сработает А, естественно, переходим к Б.

— Убьём всех.

— Вот как. Тогда я за то, чтобы сперва попытаться подружиться.

— Неожиданно.

— Они мне тоже немного интересны.

Так или иначе, с Амелии началось голосование.

И…

— За дружбу трое. За «просто убить» тоже трое.

Почему-то и на этот раз итог зависел от моего выбора.

Ш-шух.

Я повернул голову к Марупичичи.

И уже собирался принять решение.

Фи-и-и-и-ить!

Тело воина, готовое к бою где угодно и когда угодно, уловило угрожающий звук.

Кто, откуда, зачем.

Прежде чем голова успела это оценить, тело двинулось само.

Тхук!

Неизвестная стрела вонзилась в щит, закрывавший верхнюю часть моего тела.

Честно говоря, я слегка удивился.

«…Она пробила?»

Стрела не прошла глубоко, но всё же пробила слои щита и засела внутри.

И, судя по всему, это был стопроцентный физический урон.

— К бою!

Я привычно выкрикнул первое, что требовалось, и посмотрел в сторону, откуда прилетела стрела.

Как раз из зарослей выходили чудища, вооружённые самым разным оружием.

«Цель… спасти мелкого?»

Наверное, выстрел нужен был, чтобы создать брешь.

Как только я понял их намерение, я бросил щит. Потом вытянул руку и схватил Марупичичи за загривок.

— А-а-а!

Это был мой новый щит.

— Пу-пусти, отпусти меня!..

Для щита он слишком уж барахтался и визжал.

Зато эффективность была несомненной.

Татат.

Чудища, появившиеся одновременно, словно бойцы спецотряда, увидели мой новый щит и замерли.

— Подлый…

— Взять ребёнка в заложники…

Они не могли ни приблизиться, ни отступить и осыпали меня похвалами.

— Дя, дядя Мауратиити!

— Не тревожьтесь. Я непременно вас спасу.

Похоже, все они знакомы с этим мальцом.

«Но почему обращаются так вежливо? У него высокий статус?»

Понять было невозможно, но, если так, тем лучше.

Я поднял свежеприобретённый монстр-щит повыше и крикнул:

— Все бросили оружие! Иначе мелкий лишится жизни!

Амелия, стоявшая рядом, тихо пробормотала, глядя на мои действия:

— Странно. Я думала, ты выберешь дружбу.

— А? Так я и пытаюсь подружиться.

Я ответил с невиннейшим видом, и Амелия коротко переспросила:

— …Вот это называется?

— Кхм!..

Ну даже если так, «вот это» — слишком грубо.

— …Вообще-то все сближаются через драки.

С нами ведь тоже так было, нет?

***

Повисла тишина.

— Он говорит на человеческом языке.

— Чудовище… Как оно может знать нашу речь?

— Неужели это тот, о ком говорил староста…

Несколько десятков чудищ смотрели на меня, не в силах ни опустить оружие, ни броситься в атаку.

Я тоже ждал, не выходя из боевой стойки.

И примерно через минуту…

Топ. Топ.

Вскоре из зарослей вышло чудище, ростом не меньше трёх с половиной метров.

На плече у него висел лук, такой же огромный, как и его тело.

Ага, значит, это и есть стрелок.

— Ты главный?

Стоило мне заговорить первым, как чудище с луком ответило вопросом:

— Чудовище, как ты говоришь на нашем языке?

— Бросьте оружие. Тогда скажу.

На эти слова, что удивительно, отозвался мой щит.

— …О-отец! Не надо! Со мной всё в порядке!..

Ого… это был его папаша?

— Видели? Бьёрн ухмыляется как злодей! Теперь эти чудовища точно покойники! Ха-ха-ха!

…Я улыбался?

Не знаю, но для начала привёл лицо в порядок и сосредоточился на разговоре.

— Не вмешивайся, Чичи.

— Но…

— Я сказал молчать!

— …

От одного окрика отца мой щит плотно закрыл рот.

Правильно. Когда взрослые разговаривают, детям лезть незачем.

— Говорю в последний раз. Если хочешь спасти своего сына, немедленно бросай оружие и—

— Чудовище, я хочу пригласить тебя в деревню.

— ………Что?

На миг я решил, что ослышался, но с моими ушами всё было в порядке.

— Я сказал, что хочу пригласить тебя в деревню. Ты не понял? Слова вроде несложные.

Э… кажется, проблема тут не в словах.

— Ты правда думаешь, что в такой ситуации я вдруг соглашусь на приглашение?

Судя по уровню этого лучника, эту расу тоже нельзя недооценивать.

И числом мы явно уступали.

Если в замкнутом месте нам ударят в спину, с очень высокой вероятностью мы окажемся в крайне неприятном положении.

Пока безопасность не будет обеспечена или доверие не появится само, такое предложение даже обсуждать нечего.

— Отказаться от приглашения… Как варварски.

— А развешивать трупы на деревьях — это гуманно?

— …Твои сородичи, которых мы отвели в деревню, все целы. Мы ни за что не причиним им вреда, так что отбрось настороженность.

И как я должен в это поверить?

— Если хочешь, можешь продолжать держать моего сына—

— Отказываюсь.

Я снова твёрдо отказал, и другая сторона больше не стала настаивать.

Только выдвинула странную просьбу.

— Тогда можешь немного подождать? Совсем недолго.

А не приведёт ли он так подкрепление?

Тревожно было, но я решил принять это предложение.

Может, мне и показалось, но враждебность с их стороны чувствовалась уже не так сильно.

«…После того как они поняли, что я умею говорить, атмосфера будто разом изменилась».

Так мы простояли в странном противостоянии около десяти минут.

— Староста…

— Все, расступитесь.

Сзади послышался гул голосов, затем воины разошлись, будто Красное море, прокладывая путь.

И по этому проходу вышло чудище с белой бородой под подбородком, опирающееся на посох.

— Рад встрече. Как тебя зовут?

Его речь почему-то звучала очень мягко.

— Бьёрн, сын Янделя.

— Хорошее имя. Нюачичи! Уводи воинов и отступите! Мне нужно поговорить с ними о важном!

Я не знал, как устроена культура этих чудищ, называющих себя людьми, но приказ старосты они выполнили без единого возражения: отошли далеко и увеличили дистанцию.

— А, прошу простить. Просто этот разговор им лучше не слышать.

— Им?..

Странное слово само заставило меня склонить голову, но староста лишь улыбнулся пастью, из которой слишком сильно торчали клыки.

— Кстати, я ведь ещё не представился. Я староста этой деревни, Брюнгрид.

— Брюнгрид?

Кажется, где-то я уже слышал это имя.

— Эмили, тебе знакомо имя Брюнгрид?

— Насколько помню, так звали одного из спутников Великого мудреца.

А, вот почему оно показалось знакомым.

Я снова вернулся к разговору и посмотрел на старосту.

Староста протягивал руку.

— Не настораживайся. Всего лишь рукопожатие.

— А…

Я неловко улыбнулся и пожал его руку.

И лишь тогда, с опозданием, понял.

— Ты сказал, что ты Бьёрн, сын Янделя?

Староста говорил.

Не на древнем языке.

На лафдонийском.

— Искренне рад встрече. Ты, должно быть, исследователь из Лафдонии?

Что за…

— Так сколько времени прошло снаружи?

Кто он вообще такой?