Глава 26 — Мародёр (3)

— Айнар, что бы ни случилось, сперва думай о худшем.

Вот хоть только что.

Мы случайно столкнулись с исследователями-людьми, уже начали строить радужные надежды — и чем всё закончилось?

Мир не обязан идти так, как нам хочется.

— Тогда мы смогли сбежать только потому, что та женщина нас отпустила. Решила, наверное, что стоит ей захотеть — и она догонит нас в два счёта. Так что расслабляться рано.

Непривычно для себя я разошёлся.

Ладно. Коротко к делу.

— Сейчас она наверняка...

— ...прячется где-нибудь рядом и смотрит.

Твою мать.

Я-то думал, она в худшем случае уже идёт за нами.

Оказывается, у дна есть ещё одно дно.

Или это у меня с мозгами всё совсем плохо.

— Бьёрн!

Едва мы с Айнар сбросили рюкзаки и встали в стойку, из темноты вышла женщина.

Маски на ней всё так же не было.

— Жаль вышло, варвар.

Что за жуткая психопатка.

— Но ваша недавняя схватка произвела впечатление.

Судя по всему, она следила за нами уже давно — и никакая сверхспособность гнома тут была ни при чём.

Но кое-что не сходилось.

— ...Почему ты вышла только сейчас?

После зелья мне понадобилось несколько минут, чтобы я смог хотя бы шевелиться.

Почему она не напала тогда?

Я ждал ответа, когда...

— А-а-а-а!

Желтоволосый, будто его подбросило пружиной, вскочил с земли и рванул прочь изо всех сил.

Мы с Айнар были заняты психопаткой, поэтому среагировали поздно.

Но...

Плюх!

Что-то тонкое, словно игла, прочертило прямую линию в воздухе и вонзилось ему в шею.

Яд?

Рана была совсем небольшая, но желтоволосого затрясло, как осиновый лист, а через миг он обмяк.

И тут я понял: сейчас не время неторопливо выяснять причины.

— Айнар!

Длинные речи нам были ни к чему.

Едва я произнёс её имя, Айнар, будто только этого и ждала, оттолкнулась от земли и рванула вперёд.

Я — следом.

Если бежать нельзя, остаётся одно.

Драться.

Ву-у-ух!

Грабительница чуть согнулась в поясе и легко ушла от двуручного меча Айнар. Мою булаву, опустившуюся в тот же момент, она встретила кинжалом.

Кла-а-анг!

Да чтоб её...

Сколько же эссенций она сожрала?

Кинжал не только выдержал удар булавы — стоило женщине нажать в ответ, как меня потащило назад.

— Брось это бессмысленное занятие, варвар.

Ну уж нет.

Слишком сложная просьба.

Даже если это и правда бессмысленно.

— Бехел—ла!

Я варвар.

Разумеется, из головы у меня ещё не выветрилась вся современная дрянь.

Кла-а-анг!

Мне страшно каждый день. К боли я так и не привык. При первой же беде я всё ещё думаю, куда бы сбежать.

Но кое в чём я с ними схож.

Кла-а-анг!

Если впереди остаётся только один путь, я выбираю идти по нему дальше.

Без колебаний.

Кла-а-анг!

В тот же миг, когда булава столкнулась с кинжалом, я бросил оружие и пошёл в захват.

Как и ожидалось, она даже не дрогнула.

Следопыт, мать её, а физуха как у чудовища.

Недовольное ворчание само рвалось наружу.

Ладно. Повалить не вышло, но вцепиться и задержать — это я ещё мог.

— Айнар! Сейчас!

Я даже договорить не успел — двуручный меч Айнар уже прочертил в воздухе широкую, мощную линию.

Впервые на безразличном лице грабительницы мелькнуло чувство.

— ...!

Растерянность. Или раздражение.

Хотя нет, возможно, злость.

Чвак!

В спине вспыхнула боль.

Она ударила в позвоночник?

Постой, а броня?

Я не успел додумать — силы разом вытекли из тела.

[Персонаж впал в состояние «Паралич».]

Я попытался хотя бы удержаться за её штанину, но тело, которое ещё недавно носилось как чудовище даже с проколотой шеей, больше меня не слушалось.

Чвак!

Следом снова раздался влажный звук вошедшего в плоть клинка.

С лязгом двуручный меч Айнар упал на землю.

Я сумел поднять только глаза: в запястье Айнар глубоко торчал кинжал.

На миг показалось — всё, конец.

Но Айнар, морщась от боли, не остановилась.

— А-а-а!

Лишившись оружия и правой руки, она ударила левой.

Глядя на её боевой дух, я вдруг понял, почему варваров — с виду не так уж отличающихся от рослых людей — все считают чудовищами.

Только противник попался не тот, с кем такое сработало бы.

Ву-у-ух!

Женщина гибко ушла от кулака и этим не ограничилась: поймала Айнар за запястье, вывернула...

Бух!

...и швырнула её оземь.

Айнар тут же упёрлась руками, пытаясь подняться, но снова и снова соскальзывала и падала. Руки, с вздувшимися жилами, мелко дрожали.

Женщина посмотрела на неё и холодно произнесла:

— Сдавайся. Раз в тебя попал парализующий яд василиска, ты уже ничего не сделаешь.

Как смертный приговор.

В голове побелело, перед глазами потемнело.

Снаряжение, навыки, опыт...

Во всём между нами зияла пропасть.

Как ни крути головой, способа переломить ситуацию не было.

И когда слово «смерть» уже выжглось в сознании...

— А ведь надо было просто слушаться.

Женщина наклонилась и отцепила мою застывшую руку от своей штанины.

А затем бесцветно сказала:

— Варвар, поклянись никому не рассказывать о том, что случилось сегодня. Тогда пощажу.

...Что?

* * *

После короткой паузы женщина заговорила снова:

— Если бы вы не бросились бежать, я предложила бы это сразу. Я в долгу перед варваром.

Инстинктивно я понимал: это единственная дорога к жизни.

Но понять не мог.

Я изо всех сил поднял голову и посмотрел на неё. Женщина пояснила коротко:

— По возможности я не хочу убивать варваров своими руками.

Своими руками...

Так вот почему она просто смотрела, когда меня добивал желтоволосый?

Решила, что можно будет сохранить руки чистыми?

— Бьёрн... это слова грабительницы. Не верь... Она просто... играет с нами.

Но даже так — какие у нас варианты?

Умереть, дав себя помучить, или умереть сразу.

Для меня разницы почти не было.

Сначала я с силой выплюнул кровь, подступившую к горлу, и только потом спросил:

— А если... отказаться от предложения?

— Разумеется, убью. Таков был изначальный уговор.

— Уговор?.. С кем?

— Тебе знать незачем.

Тон был всё тот же, но почему-то голос прозвучал резче обычного.

— Выбирай. Немного времени я тебе...

— Клянусь... честью воина.

Время мне не нужно.

Других вариантов всё равно нет.

— ...Ты и правда немного странный.

Психопатка несколько мгновений смотрела на меня странным взглядом, потом что-то плеснула.

Ш-ш-ш-ш — знакомая боль.

Без вариантов: зелье.

[Вы выпили зелье восстановления высшего качества.]

[Состояние «Паралич» снято.]

Окаменевшие мышцы отпустило, в тело понемногу начала возвращаться сила.

— А ты, женщина-варвар?

Женщина отвела взгляд от меня.

После короткого молчания Айнар ответила:

— ...Отказываюсь.

— Вот как.

Переспрашивать женщина не стала.

Только слегка кивнула.

Но именно этот кивок сказал яснее всякой угрозы.

Она не доставала оружия, не принимала пугающей стойки...

И всё же сейчас она убьёт Айнар.

А чтобы помешать этому, я мог сделать только одно.

— Айнар... поклянись.

— Бьёрн?

— Разве ты не сказала, что будешь полностью мне следовать?

— Сказала, но клятва воина...

Да на хрена тебе эта гордость, если ты сдохнешь?

— Айнар, вторая дочь Фнелин!

От моего крика Айнар вздрогнула и застыла.

Я понизил голос, посмотрел ей прямо в глаза и сказал спокойно:

— Сейчас доверься мне. Это правильный выбор.

Некоторое время стояла тишина. Потом Айнар с трудом разомкнула губы.

— ...Хорошо. Я поклянусь.

— Мудрое решение.

Когда Айнар тоже дала клятву, психопатка не поскупилась на зелье и вылечила её.

Так вот она, настоящая система кнута и пряника?

Ощущение, когда тебя заставляют выбирать силой, не изменилось ни тогда, ни сейчас.

Мерзко до тошноты.

И чертовски хреново.

— ...Какой этаж?

Я поспешно окликнул женщину, едва она, закончив лечение, повернулась уходить.

На этот обрывистый вопрос она на миг склонила голову набок, потом коротко ответила:

— Восьмой.

Значит, не пятый.

Вот почему она, следопыт, была такой запредельно сильной.

Будь со мной ещё хоть десять таких, как я, мы бы и тогда ей не ровня.

Но...

Глядя, как психопатка растворяется у меня на глазах, словно дым, я поклялся себе.

В следующий раз всё будет иначе.

* * *

— Айнар, ты цела?

— ...Я в порядке. Встать могу сама.

Айнар оттолкнула мою руку и поднялась самостоятельно.

Я было подумал, что она разочаровалась во мне, но, возможно, предметом её разочарования был вовсе не я, а она сама.

Варвары упрямый народ.

— ...

Я решил пока оставить Айнар с её тяжёлым взглядом и для начала проверить собственное состояние.

Сперва это...

Щёлк.

Я снял доспех и осмотрел спину: в броне зияло отверстие размером с кинжал.

Края пробоины были идеально чистыми.

...Неужели «аура»?

Твою мать.

Всего лишь второй этаж. Огромная Земля мёртвых. И надо же было именно здесь нарваться на такое чудовище? Что за грёбаная невезуха!

В голове осталась только одна мысль: нужно как можно скорее стать сильнее.

Вернуться домой или нет — неважно. Чтобы защитить себя в этом паршивом мире, другого способа нет.

— Бьёрн, что теперь?

— ...Спускаемся на первый этаж.

Земля мёртвых — неплохое охотничье место.

Но оставаться там, где бродит эта психованная, я не собирался. Вдруг ей взбредёт вернуться, потому что она передумала?

— Вот как... Поняла.

Совсем сникшая Айнар пошла за мной без единого вопроса.

Психолог из меня никакой, но...

Ладно. Спустимся — попробую хоть что-нибудь сказать.

У неё был такой вид, будто рухнул весь мир.

— Держись рядом.

Большинства боёв мы избегали и двигались по меткам.

Прошло, наверное, часов шесть.

Наконец мы снова добрались до портала, ведущего на первый этаж.

Бух!

Я и на этот раз приземлился нормально, а вот Айнар прокатилась по земле.

И прокатилась крепко.

Но она даже не застонала: медленно поднялась, словно ничего не случилось.

— ...Не больно?

— Больно.

— Тогда почему...

— Тот, кто не воин, не достоин даже жаловаться на боль.

...Ситуация куда хуже, чем я думал.

Неужели её настолько унизило, что она поклялась, будто вымаливая жизнь?

Впрочем, в игре оно и было так.

— Эй, Айнар...?

— Зачем зовёшь?

— Силён тот воин, который выжил. Одно поражение — не конец. Оно оставляет возможность победить потом!

— Когда ты говоришь слишком длинно, тебя трудно понять.

Я нарочно сказал бодро, но голос Айнар всё равно оставался мрачным.

— Но, кажется, я понимаю, что значит «силён тот воин, который выжил».

— Д-да?

— Это значит, что сильный воин способен выдержать такое унижение и желание немедленно покончить с собой. Такой, как ты, Бьёрн.

Нет, со мной ничего такого не было...

Покончить с собой? Ты что, самурай?

Да и смысл я вкладывал совсем не тот.

Но раз уж случайно попал, зачем отрицать?

— Айнар, ты справишься.

— Не знаю, смогу ли вынести эту боль... но попробую.

— Вот. Когда-нибудь придёт день, и ты отплатишь за унижение.

Искренне поддержав её, мы снова двинулись дальше. Затем выбрали подходящее место для лагеря, и я сначала отправил спать Айнар.

— Разбужу через два часа.

— ...В этот раз я приму твою заботу.

Заботу...

Наполовину верно, наполовину нет.

[07:39]

По времени — утро третьего дня.

Я не спал уже больше двадцати часов.

А после всего, что случилось, усталость давила не только на тело, но и на голову.

И всё же, даже если бы я закрыл глаза, я всё равно ещё долго не смог бы уснуть.

— ...

Не то чтобы меня, как Айнар, тянуло на крайности...

Но гадко было так же.

Это было сродни боли от зелья.

К такому чувству не привыкаешь, сколько бы раз оно ни приходило.

Я скрежетнул зубами.

Когда тогда меня спасла компания блондина, было почти то же самое.

Жрец, глядя мне в глаза, отказался лечить.

Мечник швырнул зелье, словно игрушку, с таким видом, будто ему жалко тратить его на меня.

А я, видя всё это, валялся как пёс и пил зелье с земли.

Конечно, я был рад, что выжил...

Но вместе с радостью поднималось и нечто, чему я не мог дать имени.

— Фу-у-ух...

Я длинно выдохнул, будто хотел вытолкнуть из головы все лишние мысли.

Что я, чёрт возьми, делаю?

Мучиться, позволяя чувствам таскать себя за горло, — это не в моём стиле.

Пожалуй, пора снова пустить в ход это.

Я закрыл глаза и впервые за долгое время вспомнил совет человека, которым восхищался в детстве.

«Запомни: ты — ничто. Ты никогда не станешь особенным».

Волшебное заклинание, которое всегда делало меня чуть лучше.

Да.

Пусть даже это чувство станет топливом.

Как всегда.

Так хотя бы будет немного эффективнее.