Глава 218 — Владыка (2)
— Нет! Возьмите и меня...!
— ...Простите.
Когда один из исследователей, крепко зажмурившись, шагнул в пространственные врата, битва, по сути, закончилась.
Причина была проста.
Рыцари всё ещё держались в проходах и не подпускали исследователей, но...
— Сдаёмся.
— Что? Но магия Врат измерений для нашего отхода ещё не готова...
— Те пространственные врата были последними. Простите, что так вышло.
— К-командир, что вы такое го... а-а-а!
Стоило рыцарю опустить меч, как исследователи набросились на него, повалили, принялись топтать и бить кулаками куда попало.
— Говори! Что это сейчас значило?! Как это — последние врата?!
Рыцарь молча сносил побои.
Даже когда ему выбили зубы, а в глазах полопались сосуды, он всё равно ответил на вопрос:
— Так и есть.
— Б-безумный ублюдок! Значит, ты знал, что вас бросят, и всё равно...!
— Кто-то должен был остаться. Ваш гнев справедлив. Так излейте его на меня. Полагаю, это тело ещё годится хотя бы на такое.
— Да я тебя убью!
— Во славу... Лафдо...нии...
Одни рыцари сдавались. Другие до конца размахивали мечами и сопротивлялись.
Но итог не менялся.
Исследователи давили числом, ломали их строй, а затем, уже в одностороннем порядке, безжалостно выплёскивали на них отчаяние и ярость.
Конечно, сами исследователи всё понимали.
Эти рыцари оказались в том же положении. Более того, могли стать ценными бойцами.
Но сейчас людям нужен был кто-то, на ком можно сорвать мгновенно вспыхнувшие чувства.
И пока такие сцены одна за другой разворачивались по всей центральной полости...
— А-а! Ты ещё кто такой?! Не толкайся...!
В одном из проходов появился варвар, легко раздвинувший плотную толпу.
А затем...
— Эй. Рыцарь.
Он схватил за запястье исследователя, избивавшего рыцаря, и сказал:
— Убивать — нельзя.
— О-отпусти, слышишь?!
— Нельзя.
— Что?! Эти твари нас бросили! Или ты тоже с ними заодно...?!
В следующую секунду кулак варвара врезался возмущённому исследователю прямо в лицо.
Глухой удар — и тело исследователя безвольно рухнуло на пол.
— Я сказал: нельзя.
Варвар тяжело выдохнул.
И в тот же миг вокруг повисла тишина.
Никто больше не полез к рыцарю.
По крайней мере, рядом с ним.
***
Обстановка в центре почти не отличалась от того, чего я ожидал.
Кроме одного.
«Не думал, что рыцарей останется так много».
Приятный просчёт.
Под моё начало они, конечно, не перейдут и приказов слушать не станут, но ценные кадры есть ценные кадры.
Даже если они просто будут дышать и ходить по этой пещере, с моей точки зрения из них выйдет неплохая приманка.
— Господин Яндель!
Товарищи, чуть отстав, появились в проходе, который я проторил, расталкивая толпу.
— А, раз пришли, займитесь тут.
— Что?
— Проследите, чтобы они не умерли.
Оставив полуживых рыцарей на товарищей, я выбрался из прохода и пошёл к центру полости.
— А-а-а! Х-хватит...!
С каждым шагом со всех сторон доносились крики.
В основном рыцарские.
Вот как. Вы тоже люди.
Если вас навалится толпа и начнёт месить, больно так, будто вот-вот сдохнешь.
— ...Проклятие-е-е!
Где-то прорывалась въевшаяся до костей ярость.
Но были и другие — те, кто отошёл от мест расправы, сел прямо на каменный пол и тупо смотрел перед собой, раздавленный безысходностью.
Это были люди, для которых даже гнев потерял смысл.
— М-мы все умрём.
— Сесилия... прости. Я...
Они уже приняли собственную смерть как факт.
Среди них попадались и люди с эмблемами крупных кланов. Кто-то держался командами, кто-то сидел по одному или по двое.
Впрочем, даже крупные кланы не могли забрать всех.
Когда бросали даже рыцарей, чего уж там.
Наверняка отсеяли тех, чей приоритет был ниже.
Билетов ведь ограниченное число.
— Прекратите...! Всё равно же ничего не изменится! Они в том же положении, что и мы!
Иногда раздавались голоса, пытавшиеся погасить ярость.
Такие люди делились на два типа.
Одни взывали к чувствам и поднимали голос, стараясь удержать мораль и человечность.
А другие...
— Вы что, все с ума посходили?! Так мы в итоге точно передохнем!
Те, кто ещё не отпустил последнюю нитку надежды.
Те, кто отодвинул злость и пытался разумом остановить это безумие.
Если подумать, я как раз относился ко второму типу.
И именно они сейчас могли стать для меня самой большой опорой.
Топ.
Наконец я остановился.
Передо мной стоял памятник, который я видел уже не раз.
Последний Великий Мудрец.
Единственное сооружение во всём Лабиринте, воздвигнутое во славу деяний Дифлуна Граунделя Гаврилиуса.
«В память о великом первом шаге».
В этом памятнике был скрытый элемент.
Он открывал разлом первого этажа.
Но спрятаться от войны в разломе было невозможно.
У нас не было магического камня восьмого ранга, да и...
Даже будь он у нас, толку бы не вышло.
Последний раз разлом открылся месяц назад.
Я тогда решил, что выгоднее продолжать исследование пятого этажа, и не пошёл, а разлом взял да открылся сам.
Впрочем, что изменится, если теперь сожалеть?
— Кхм-кхм.
Я кашлянул, прочищая горло.
Но особо не беспокоился.
Помимо выдающихся физических параметров у варваров есть ещё одна яркая особенность — их особенный, громоподобный голос.
— Хва-а-а-а-а-а-а-а-атит!
Рявкнул я в состоянии [Гигантизации].
Даже посреди общего хаоса этого крика хватило, чтобы пробиться каждому в уши.
На мгновение все замерли и повернулись ко мне.
Правда, ненадолго.
Исследователи бросили на меня взгляды из разряда «кто это вообще такой?» — и снова потеряли интерес.
«Значит, одного этого мало».
Если честно, многого я и не ждал.
В реальности такие сцены, как в комиксах, не случаются.
— Я — Малый Балкан, Бьёрн, сын Янделя!
Меня игнорировали, но я продолжал кричать.
Правило варваров номер один.
Если тебя не услышали, значит, голос был недостаточно громким.
А потому...
— Все сородичи, кто меня знает, повторяйте за мной!
Я попросил поддержки.
В конце концов, я был тут не единственным варваром.
— Малый Балкан, Бьёрн, сын Янделя!
— Великий воин!
— Это приказ следующего вождя! Надо слушаться!
— Бехелла-а-а-а-а-а!
Стоило Карону и Айнар начать, как варвары, разбросанные по всей пещере, будто только этого и ждали, разом взревели.
Наши варвары с самого первого моего крика смотрели только на меня.
Они, может, и не понимали, что я собираюсь делать, но наверняка решили: раз сородич просит, надо помочь.
— Повторяю ещё раз! Всем остановиться!
Я крикнул, и следом покатился ответ:
— Повторяю ещё раз! Всем остановиться!
— Повторяю ещё раз! Всем остановиться!
— Повторяю ещё раз! Всем остановиться!
Толпа снова замерла и уставилась на меня.
Одно дело — если бы я один надрывал глотку.
Но когда один и тот же крик, словно объявление по громкой связи, повторялся со всех сторон, любопытство поневоле брало верх.
— Да кто ты такой, чтобы приказывать нам останавливаться?!
— Всё из-за этих ублюдков мы оказались в таком дерьме, а ты хочешь, чтобы мы терпели?!
И всё же недовольства пока было больше.
Многие, всё ещё обезумевшие от злости, продолжали избивать рыцарей.
Поэтому я снова закричал:
— Повторяю ещё раз! Всем остановиться!
Просто и тупо, как подобает варвару.
Упрямо, снова и снова повторяя одно и то же.
Бесконечно — пока моё требование не выполнят.
Когда я выкрикнул это уже раз десять, кто-то сорвался:
— Повторяю ещё раз! Всем остановиться!
— Да заткните уже кто-нибудь этого ублюдка!
Стрелы ярости, сколько их ни выпускали, не кончались — и наконец развернулись в мою сторону.
— Раз ты за королевский дом, тоже сдохни!
Один исследователь бросился на меня.
— Защитить следующего вождя!
Увидев это, воины-варвары рванулись мне на помощь.
Но я остановил их:
— Стоять! Нам нельзя драться друг с другом!
Простодушные варвары послушались моего крика и остановились. А вот исследователь, летевший на меня, — нет.
Свист.
Он взмахнул мечом так, словно перед ним был кровный враг.
Канг!
По снаряжению я примерно этого и ожидал: на моём теле не осталось даже царапины.
Ну правда, обычный железный меч меня разве возьмёт?
— А... э...
Я даже не стал защищаться, просто остался стоять в той же позе и принял удар телом.
Этого хватило, чтобы разница в силе стала очевидной.
До него, кажется, дошло, что он натворил.
Возбуждение схлынуло, голова остыла, и парень, испугавшись меня, попятился.
Эй, куда это ты собрался?
Я схватил его за плечо и притянул обратно.
А затем спросил:
— Жить хочешь?
— ...?
— Я спрашиваю, жить хочешь?! Если всё равно собрался умирать, почему бежишь?!
Я рявкнул, будто прижал его к стене, и лицо исследователя побелело.
— Отвечай! Жить хочешь?!
Как крыса, загнанная в угол, кусает кошку, так и он, не выдержав давления, вскинул на меня глаза и выкрикнул:
— А кто, по-твоему, хочет умирать?!
Именно это я и хотел услышать.
Тем более из-за его внезапной выходки все как раз смотрели сюда.
Я отпустил плечо исследователя.
— Тогда беги. Если думаешь, что это поможет выжить.
Получив свободу, он не повернулся и не убежал.
Точнее, не смог.
Ноги у него подкосились, и он с глухим звуком сел прямо на пол.
Но сил, видимо, ещё хватало.
Он выкрикнул, выплёскивая обиду:
— Тогда что нам делать?!
Что делать, что делать.
Я ведь уже сколько раз сказал.
Я отвёл от него взгляд.
И снова посмотрел вокруг.
— Повторяю ещё раз! Всем остановиться!
Жизнь варвара кое-чему меня научила.
Упрямство однажды становится стойкостью.
Если не устанешь первым и не сдашься.
***
Тишина пришла ненадолго.
Всего на мгновение.
И всё же это было похоже на чудо.
Всё, что сделал тот варвар, — кричал. Он не прибегал к насилию, не угрожал, а лишь упрямо повторял одно и то же.
Сначала мужчина счёл это глупостью.
Он думал: сколько ни кричи, нынешний хаос этим не усмирить.
Поэтому он решил, что, когда рыцарей перебьют, люди наконец вернут себе рассудок и начнут искать выход, — и всё это время вместе с членами клана держался в стороне.
Но...
— Поразительно.
Одностороннее насилие над рыцарями почти прекратилось.
И этот результат создал один-единственный варвар.
Как такое стало возможным?
Точной причины мужчина не знал до сих пор.
Мог только строить догадки.
Говорят ведь, что в словах есть сила.
Может, в словах того варвара силы оказалось больше, чем у других.
Как один поступок врезается в память глубже сотни слов.
Может, его дурацкое упрямство заставило людей на миг поверить: а вдруг ещё можно?
Мужчина тихо усмехнулся.
А может, всё проще: люди столько раз увидели эту нелепость, что рассудок сам начал возвращаться.
Бывает же такое.
Идёт серьёзный разговор, но кто-то вдруг сморозит глупость — и всё настроение меняется.
Конечно, это были лишь догадки.
Настоящей причины он знать не мог.
Возможно, людям просто стало интересно, что именно этот варвар пытается сказать.
И всё же одно было ясно.
Варвар сделал то, чего не смог сделать он сам.
Исследователь 5-го ранга. Малый Балкан.
Пусть его личная сила и стоявшие за ним люди явно уступали тому, чем располагал мужчина.
Он справился.
— Заместитель командира.
— Да, слушаю.
— Хватит смотреть со стороны. Если рядом кто-нибудь попытается напасть на рыцаря, немедленно остановите.
Мужчина отдал приказ заместителю командира.
И двинулся вперёд.
— Командир, куда вы?
— Послушаю. Хочу понять, зачем этот варвар всё это устроил и что он вообще собирается сказать. Он просто дурак или...
— ...?
Заместитель командира склонил голову набок, но мужчина не стал продолжать.
Собственные мысли показались ему смешными.
Однако...
— Прекратите все! Он прав! Сначала остановитесь! А потом вместе спокойно подумаем!
Теперь, как и он сам, из проходов один за другим выходили те, кто до сих пор лишь наблюдал, и поднимали голоса.
Сердце вдруг толкнулось в груди.
Мужчина посмотрел туда, где стоял памятник.
— Повторяю ещё раз! Всем остановиться!
Варвар по-прежнему кричал.
Сородичи, поддерживавшие его, подхватывали и повторяли.
— Все остановитесь!
Теперь к ним присоединились и те, кто не имел к варвару никакого отношения.
Глядя на это, мужчина невольно подумал:
— С этого момента любой, кто спровоцирует новую смуту, будет считаться врагом!
Всё, что происходило сейчас, напоминало ему сцену из древнего предания — историю о герое, которую он читал в детстве.
***
Ко мне подошёл человек.
— Мелтер Фенд, глава клана Нартел. Если у тебя есть способ выйти из этой ситуации, я хочу его услышать.
Следующей была женщина.
— Лейси Нарет из Церкви Хейнделя. Я пришла поблагодарить вас за то, что вы остановили эту трагедию.
Третьим оказался маг.
— Я военный маг Лафдонии. А, к слову, меня не бросали: я остался по своей воле. Уж больно мне не понравился тот командир.
За ними продолжали подходить люди.
Священники, маги, главы кланов, заместители командиров, лидеры команд и одиночки. Те, кто принадлежал к разным группам, но был брошен или остался добровольно.
— Может, вам уже хватит кричать? Теперь все ждут, когда вы заговорите.
— Говори. У тебя правда есть какой-то способ? Не мог же ты требовать не убивать рыцарей просто потому, что тебе их жалко!
Значит, варварское «а ну-ка помогли!» и правда непобедимо?
Добившись своего, я выключил режим бездумного бесконечного повтора.
— Рад со всеми познакомиться. Я — Бьёрн, сын Янделя.
Наконец можно было говорить.