Глава 102 — Шоколадные конфети

Ася по-прежнему сохраняла предельно серьёзное выражение лица.

— Договорились?

— Да.

— А какую тетрадь мы возьмём под дневник?

— Тетрадь я принесу сам.

— Выбери какую-нибудь красивую, хорошо? Чтобы на обложке была металлическая рамка с надписью «Дневник», а внутри ленточка-закладка. И чтобы бумага была плотной, чтобы чернила не расплывались.

— …Ладно, я понял.

Карно кивнул, мысленно перебирая и запоминая каждое из её условий.

На следующий день Ася наконец-то закончила приготовление шоколадных конфети, которое отложила накануне. Глазированный карамелью миндаль был готов ещё вчера, так что оставалось лишь несколько раз покрыть его растопленным шоколадом. Ничего сложного в самом процессе не было, но повторять одно и то же действие раз за разом оказалось делом довольно изнурительным.

«Я ведь хотела ещё и лепестки цветов к конфети прикрепить…»

Осыпав готовые лакомства какао-порошком, Ася окинула их хмурым взглядом. Её руки мелко дрожали от усталости.

<Ох уж это хрупкое и слабое дитя. Ещё лепестки, для тебя чересчур, чересчур!>

«Похоже, мне и вправду нужно заняться спортом».

<Разве Карно не говорил тебе прежде? Дело не в нехватке тренировок, а в том, что ты ещё просто не выросла. К тому же только и делаешь, болтаешь о своих занятиях, но никогда переходишь к делу>.

«Ты на чьей стороне вообще, на моей или Карно?»

<Я?! Да когда это я… Я просто констатирую факт!>

Ася сердито зыркнула на Пиби, сидевшего на её плече. Птичка тут же поспешно отвернулась.

«Да уж, если продавать их в лавке, крепить лепестки к каждой штучке точно не получится. Нам банально не хватит времени. Слишком много кропотливой работы».

Когда она попыталась приготовить сладости в расчёте на большое количество людей, то сразу осознала, насколько это тяжёлый труд. Наведя порядок в мыслях касательно планов на будущее, Ася принялась раскладывать готовые конфети на небольшие порции.

— Рис, разверни, пожалуйста, те мешочки, что мы приготовили. По одному.

— Слушаюсь, Ваше Высочество.

Поскольку это были шоколадные конфети, да ещё и обсыпанные какао-порошком, упаковать их привычным способом было непросто. Поэтому Ася придумала использовать льняные мешочки, окрашенные крепким чаем в глубокий тёмный цвет.

«Для раздачи на самой выставке такой вариант не подойдёт, но эти порции предназначены в подарок моим близким и друзьям».

Ася принялась бережно распределять сладости.

— Так, посмотрим. Дедушке один, дедушке два… Алёше, Карно, Ивену, Павлу… и Анне. Ещё тому лекарю, который приходил вчера, и Рис. Ольге тоже нужно дать, и Софии на пробу. Госпоже Мюре тоже занесу. Наташе ведь тоже понравится? Дмитрию отсыплю немного. И ещё…

Ася ненадолго задумалась, ведя подсчёты, и в самую последнюю очередь вспомнила про Валерия.

— И дяде Валерию.

— …Вы и в этот раз собираетесь отправить подарок господину Валерию? — голос Рис заметно похолодел.

Ася подняла голову и мягко улыбнулась:

— У нас ведь осталось немного. Будет здорово, если они с Ильёй съедят по паре штучек.

— Но… — пробормотала Рис, и в её тоне сквозило крайнее неодобрение.

«Вполне естественно, что Рис это не нравится».

Каждый раз, когда Ася пекла печенье или пироги, она неизменно отправляла часть Валерию, но тот ни разу не прислал ответа. Всё это делалось исключительно ради Прасти, поэтому Асю ничуть не задевало молчание дяди, однако со стороны это выглядело совершенно иначе.

Рис была искренне убеждена, что Валерий выбрасывает все эти сладости, даже не прикасаясь к ним.

— Если уж приготовила, то всегда приятнее раздать угощение людям. Вот и всё, готово!

— И всё же Ваше Высочество так трудились, а вы просто отдаёте это ему…

— В этом и заключается вся радость, делиться с другими.

С этими словами Ася приподнялась на цыпочки и ловко отправила одну конфетку прямо в рот Рис. Ощутив, как на языке разливается приятная шоколадная сладость с ореховым вкусом, служанка мгновенно смягчилась лицом и обречённо кивнула, признавая поражение.

Когда все мешочки были упакованы и переданы для отправки, в комнату вернулась Рис, ненадолго отлучавшаяся по делам. В руках она держала небольшую посылку, коробку, перевязанную дорогой лентой.

— Конфети ведь только-только унесли, так что это вряд ли может быть ответом?..

— Говорят, это прислал господин Карно.

— А! Это, должно быть, дне…

Ася едва не сболтнула, что это, скорее всего, дневник для обмена записями, но вовремя прикусила язык. Рис озадаченно наклонила голову, но расспрашивать не стала и просто опустила коробку перед девочкой.

Однако, вопреки ожиданиям Аси увидеть внутри увесистую тетрадь, коробочка оказалась на удивление лёгкой. Стоило ей развязать ленту, как внутри обнаружилось всего одно-единственное письмо.

[Это моё четвёртое письмо. Я нашёл вещь, которая максимально точно соответствует вашему описанию. Скоро я лично привезу её вам. Надеюсь, она вам понравится. И пожалуйста, не перенапрягайтесь так сильно с приготовлением конфети.]

Письмо по-прежнему было коротким, написанным резким, размашистым почерком, однако сам тон оставался безукоризненно вежливым. Ася невольно прыснула. Ну вот зачем, спрашивается, слать целое письмо ради пары коротких строчек?

И всё же исходившее от этих строк нежное, едва уловимое тепло красноречиво говорило об одном: Карно очень старался порадовать её.

Как только концепция выставки была окончательно утверждена, дела пошли как по маслу. За место проведения переживать не приходилось, загородную виллу великолепно обустроили, а для охраны полотен Орден рыцарей выделил своих людей. Напротив, Асе стоило немалых трудов отговорить дедушку Тариея, который рвался лично дежурить в выставочном зале.

Теперь оставалось лишь соорудить кассу для контроля билетов на входе и подготовить шоколадные конфети для посетителей, и на этом приготовления можно считать завершёнными.

— Ты что, скормила моё письмо козам?

Карно узнал от Алексея, что сегодня Ася покидала пределы императорского дворца. И хотя точный пункт назначения ему никто не сообщил, он без колебаний направился прямиком к кондитерской баронессы Сарато.

Часы работы заведения уже подошли к концу, и двери были заперты, однако окна внутри кондитерской всё ещё ярко светились. А у парадного и чёрного входов дежурили рыцари в гражданской одежде.

Один из них, Ведельник, стоявший у главных дверей, смерил Карно странным взглядом, но всё же беспрепятственно пропустил его внутрь. Там, посреди гор готового конфети, вовсю трудились София, баронесса Сарато и сама Ася.

Увидев сияющую Асю, которая с перемазанной в шоколаде щекой радостно объявила, что они едва-едва успевают закончить всё в срок, Карно из последних сил подавил в себе дикое желание немедленно забрать её отсюда.

Дождавшись, пока девочка завершит последние штрихи и останется довольна результатом, он практически силой усадил её в карету и увёз обратно во дворец.

— Да с чего ты взял? При чём тут вообще козы?

Пока Рис ушла в купальню, чтобы приготовить для Аси горячую воду, Карно, проводивший её до покоев, почему-то не спешил уходить. Его недовольные слова заставили Асю в недоумении склонить голову. Параллельно она попыталась уловить прохладный осенний воздух, проникавший через открытое окно, но Карно с глухим стуком захлопнул створку.

— Я говорю это потому, что лично написал вам с просьбой не усердствовать так сильно с конфети, однако Ваше Высочество ведёте себя так, будто в глаза не видели моего послания.

— …Карно, когда ты вредничаешь, можешь не разговаривать со мной так официально? И вообще, я хочу открыть окно, мне душно.

Её щёки буквально горели после целого вечера, проведённого у плиты за варкой сиропа и топлением шоколада. Вняв её жалобному лепету, Карно коснулся её слегка порозовевшей щеки, а затем самую малость приоткрыл оконную створку.

— Но как ты узнал, где я? Алёша рассказал?

— Да, Его Высочество наследный внук заявил, что если я не привезу тебя обратно, меня ждёт суровая кара. Так что у меня просто не было выбора.

— Врёшь ведь!

— Неужели ты думаешь, что я по собственной воле стал бы тратить время, чтобы заехать во дворец, затем мчаться в кондитерскую, забирать тебя и снова возвращаться сюда?

Ася посмотрела на Карно, который сейчас вёл себя как-то излишне колюче, и решила поскорее сменить тему, чтобы разрядить обстановку:

— К… кстати, Карно, ты ведь сказал, что достал дневник для обмена записями. Почему не отдаёшь?

Юноша прекрасно понял её маневр, но лишь тяжело вздохнул, решив подыграть:

— У меня банально не было возможности его вручить.

— Ах.

Ася смущённо улыбнулась. Она и вправду была поглощена делами целиком и полностью. Поначалу казалось, что для выставки нужно всего лишь развесить шесть полотен, но на деле хлопот оказалось куда больше, чем она предполагала.

Ладно приготовление конфети, это была исключительно её личная инициатива. Но ведь существовало множество других задач. Требовалось встретиться с Мюрой и лично ввести её в курс дела, утвердить дизайн входных билетов, тщательно прописать часы работы и общие сроки проведения выставки.

Большую часть этих вопросов взял на себя специалист, которого выделил Император, однако Ася не упускала ни одной детали и лично присутствовала на всех обсуждениях, выслушивая отчёты.

— Но ведь уже послезавтра всё закончится! Самые тяжёлые дела мы завершили сегодня. Так что дневник… давай начнём, когда у тебя будет время…

Через два дня выставка наконец-то откроет свои двери, и тогда можно будет вздохнуть с облегчением. Пока Ася вслух подсчитывала дни и часы, Карно нахмурился и вдруг резко вытащил что-то из-за пазухи.

Это была роскошная тетрадь в твёрдом переплёте. В самом центре обложки красовалась изящная металлическая рамка, внутри которой красивым каллиграфическим почерком было выведено слово «Дневник». Поскольку их сегодняшняя встреча на кухне была случайностью, это означало лишь одно: Карно всё это время носил тетрадь с собой.

— О-о…

— Дай мне руку.

— Руку?

Ася озадаченно моргнула, но послушно протянула ладонь. Карно аккуратно взял её за руку и опустил её ладошку прямо на обложку тетради. Спустя мгновение по поверхности дневника разлилось слабое, едва заметное сияние, которое тут же угасло.

— О-ого… Что это сейчас было?

— Теперь этот дневник сможем открыть и прочесть только мы с тобой. Никто другой не увидит, что внутри.

— Правда? А как ты это сделал?

— Я и сам толком не знаю. Это артефакт времён эпохи Отроф.

— …Что?

— Созданная в те времена реликвия для ведения секретных записей. В общем, теперь всё готово, так что дневник я оставляю тебе.

Услышав, что Карно предлагает использовать в качестве обычного девчачьего дневника древний артефакт, оставленный погибшим тысячу лет назад королевством, Ася напрочь лишилась дара речи. Однако самого юношу это, похоже, ни капли не волновало. Бросив на прощание короткое «Не перенапрягайся», он развернулся и ушёл.

Наконец настал первый день выставки. В отличие от Аси, чьи глаза хоть и слегка покраснели от недосыпа, но буквально лучились от предвкушения, Рис, поправлявшая на девочке платье, выглядела тувее тучи и была сильно напряжена.

— Если бы я знала, что ради этого вам придётся так сильно изнурять себя, я бы ни за что не позволила вам за это взяться…

— Ну что ты, Рис, мне было очень весело!

Пусть масштабы пока и отличались, но планирование мероприятия с расчётом на большое количество людей в будущем должно было послужить для неё бесценным опытом, когда она решит открыть собственную кондитерскую.

Именно поэтому Ася с таким рвением подошла к организации этой выставки. Когда она наводила последние штрихи, в дверь её покоев негромко постучали.

— Ты готова, Ася?

— Алёша!

На пороге стоял Алексей, облачённый в строгий, но необычайно элегантный костюм. Поскольку сегодня был самый первый день, всё утро выставка должна была работать исключительно для приглашённых гостей.

Алексей сам подал эту идею, резонно рассудив, что Асе необходимо лично поблагодарить тех людей, которые без лишних вопросов согласились одолжить свои картины для экспозиции.

— Если ты занят, мог бы и не приходить, правда.

— Я сам захотел прийти, с чего ты вообще взяла, что я занят? — Алексей тепло улыбнулся и шутливо щелкнул Асю по кончику носа.

Девочка забавно зажала нос обеими руками и лучезарно улыбнулась в ответ. В этот самый миг пламя свечей в коридоре, горевших ещё с ночи и пока не потушенных, резко и сильно всколыхнулось.

<Наш Алексей специально выкроил всё сегодняшнее утро! О-о! Знала бы ты, как сильно ему пришлось пахать вчера ради этого!>

<Ха… Этот недоделанный дух опять поднимает шум, стоит ему только оказаться здесь. Ты вечно болтаешь лишнее и ставишь своего контрактора в неловкое положение, когда уже научишься следить за языком?>

<Да ты на себя посмотри, сам ведь точно такой же!>

<Ничего подобного! Ася! Скажи ему! Скажи, что это не так!>

<Я тоже не такой! Алексей! Алексе-е-е-ей!>

<Ха-ха-ха! Как жаль, но твой Алексей до сих пор не способен услышать писк!>

Ася лишь крепко зажмурила глаза от этого оглушительного спора в её голове.