Глава 49 — Сезон урожая (1)
Картошка бывает большой.
Большая картошка делает людей счастливыми.
Её можно сварить, запечь или пожарить. Вкусно с солью, ещё вкуснее с сахаром; от одной мысли о возможных блюдах сердце начинает биться быстрее.
Но что, если размеры картофелины выходят за всякие рамки здравого смысла?
Тогда история немного меняется.
Вместо предвкушения возникает мысль:
«Это вообще законно?»
Ким Джанчхоль был скорее ошеломлён, чем обрадован. И его можно было понять.
Он примчался на срочный зов бойцов и первым делом увидел картофелину крупнее арбуза.
«Какого?..»
Сначала Джанчхоль усомнился в глазах, затем — в собственном рассудке. Может, последние события всё-таки добили нервную систему?
В конце концов, он буквально поставил жизнь на это поле, потом появился чокнутый Второй Звёздный Владыка, устроил катастрофу и едва его не убил. Так что галлюцинации выглядели вполне логичным продолжением недели.
— Господин Кредос... картошка, нормально выросшая на поле, должна быть такой?
Вопрос отца Флют вернул его в реальность. Ким Джанчхоль постарался максимально холодно оценить выкопанный клубень.
Как ни смотри, картошкой это уже не считалось. Даже для арбуза размер был внушительным: килограммов восемь, а то и все девять.
Мутация?
— Выкапываем полностью.
Нужно было всё проверить.
Бойцы засуетились. Картофелина оказалась настолько огромной, что на извлечение ушло немало времени, но наконец сверхмощь сверхгигантского суперклубня предстала во всей красе.
И тут...
— А?
Отец Флют, разгребавший землю, издал ещё один странный звук. Он медленно повернулся к Джанчхолю с совершенно пустым лицом.
— Там... ещё есть.
— Что?
— Я говорю... там ещё одна.
— Да ладно.
— Похоже, ваше «да ладно» на этот раз означает «да, блядь, серьёзно».
Ким Джанчхоль молча отодвинул его и заглянул в яму. Под только что выкопанной картофелиной лежали другие — нанизанные друг за другом, словно сосиски в связке.
И все были такими же огромными.
Нет, следующая выглядела ещё бугристее и, кажется, даже крупнее.
— Тц. Наверное, организм после подземелья совсем ослаб.
ШЛЁП! ШЛЁП-ШЛЁП!
Ким Джанчхоль на всякий случай надавал себе по щекам. Видение не исчезло.
«Значит, всё настоящее?»
Абсурд. Судя по лицам бойцов, они испытывали те же чувства.
— Господин Кредос?
— Что?
— Обычная картошка с поля всегда такая?
— Нет.
— Не такая?
— Совсем, мать её, не такая.
Если бы картофель рос подобным образом, он давно захватил бы всё мировое земледелие.
— Копаем дальше. Нет, отойдите, я сам.
Ким Джанчхоль опустился на землю и принялся разгребать грунт.
Шурх! Шурх!
Постепенно открывался весь чудовищный размер второго клубня, а дыхание окруживших его бойцов становилось всё громче.
Шурх! Шурх!
Вторая картофелина показалась полностью. Рядом обнаружилась третья — столь же нелепо огромная, будто предназначенная для питания динозавров.
Шурх! Шурх-шурх!
Клубни не заканчивались. Три, четыре, пять, восемь, шестнадцать, двадцать — бесконечный картофельный поезд бодро ехал вперёд: ту-ту!
«Это пиздец».
Теперь сомнений не осталось. Такими были не одна и не две картофелины — возможно, весь урожай вырос до гигантских размеров.
Тук-тук!
Сердце забилось быстрее, внутри поднимался восторг. В самом конце отчаяния, когда казалось, что всё потеряно, он внезапно сорвал настоящий джекпот.
Но Ким Джанчхоль едва удержал радость и заставил разум оставаться холодным. Для начала нужно было всё проанализировать.
«Н-н-н!»
Он уставился на выкопанный клубень, не моргая двести секунд. Пока белки глаз не покрылись строем красных сосудов.
Наконец система отозвалась.
Динь-дон!
[Активирован навык «Налитые кровью глаза».]
[Цель: гигантская картофелина.]
[Анализируется текущее состояние и прогнозируется дальнейшее развитие цели.]
[Изначально эта картофелина была обычным клубнем размером около пяти сантиметров. Однако из-за вмешательства Второго Звёздного Владыки Плануса она лишилась питательных веществ и рисковала уменьшиться до размера помидора черри...]
«Вот оно что».
Но тогда почему клубень вырос таким огромным? Ким Джанчхоль внимательно прочитал продолжение.
[Недавно Второй Звёздный Владыка Планус, похищавший питательные вещества с поля, внезапно погиб и был полностью уничтожен. До последнего мгновения он не отозвал протянутые под землёй корни; сразу после смерти они стремительно разложились и вернули в почву все накопленные вещества.]
«А-а-а».
[Благодаря этому картофелина мгновенно поглотила огромное количество питания и выросла до нынешних размеров. Она очень гордится своим достижением и в обозримом будущем менять мнение не намерена.]
Теперь всё стало ясно.
Значит, благодарить следовало того самого древесного ублюдка.
«Вот уж действительно: не было бы счастья, да несчастье помогло».
Это не случайная мутация и не слепое везение. Разрушение, принесённое Планусом, после его поражения чудесным образом вернулось к ним в виде урожая.
Больше переживать не о чем. Можно просто радоваться результату вместе со всеми.
— Все слушают меня.
Ким Джанчхоль поднялся.
К нему повернулись сотни глаз, наполненных надеждой и тревогой. Бойцы кусали губы, Асурат пытался не показать ожидания, Харток изображал спокойствие из последних сил.
Сирги стояла вполоборота и делала вид, что её ничего не интересует, хотя уши едва не разворачивались к Джанчхолю сами. Баал смотрел только на картофелину и шумно сглатывал, а Зефирос слушал, опираясь на Тбона — или, скорее, позволяя Тбону опираться на себя.
— Вы спрашивали, обычная ли это картошка. Ответ — нет.
Все напряглись.
— Так картофель не растёт. Помните размер клубней, которые мы сажали? Обычно что посадил, то примерно и выкопал. Но мы получили вот это — огромные клубни и невероятное количество.
— Тогда, господин... — осторожно спросил Зефирос. — Это означает, что урожай получился богатым?
— Именно.
Радость распирала грудь до боли.
— У нас не просто урожай. У нас невиданный урожай!
— ...!
Никто не понял, кто закричал первым. Восторг взорвался смехом, воплями и торжествующим рёвом.
Наверное, примерно так выглядели бы трибуны, забей кто-нибудь победный гол за минуту до конца финала чемпионата мира.
Через секунду все уже перемешались в одну безумную кучу, обнимали тех, кто попадался под руку, прыгали на месте и орали бессвязную ерунду.
Ким Джанчхоль долго смотрел на них с глубоким удовлетворением, а затем позволил себе тихо насладиться собственной радостью.
Он жив.
Они справились.
Поначалу всё казалось неподъёмным. Он и сам не верил, что задумка сработает, — просто отчаянно рискнул ради выживания.
Ким Джанчхоль не ожидал, что зайдёт так далеко и добьётся подобного результата.
«Фух. Но теперь...»
Именно в такой момент нужно сохранять голову холодной. Стоит полностью отпустить контроль — всё развалится.
Он прокашлялся, обернулся к остальным и заговорил строго, будто проводил черту:
— Все слушают. Богатый урожай считается состоявшимся только после полного сбора и правильного хранения. И даже тогда работа не заканчивается: нужно решить, как распределить запасы и что переработать... Гх?
Попытка успокоить толпу потерпела блестящий провал. Кто-то внезапно схватил Джанчхоля и потянул к себе.
Это был Баал.
— Баал очень счастлив!
— А? Ты чего творишь?
— Баал будет танцевать с господином Кредосом!
— Отпусти, псих... Гу-а-а-а!
ФУ-У-УШ!
Баал закрутил его гигантской вертушкой, прижав к груди. Джанчхоль беспомощно болтался, но это было лишь начало страданий.
— Господин, я читал, что в подобных случаях люди совершают «победное подбрасывание».
— Ух... шея... что?
Ким Джанчхоль только вырвался из объятий Баала и растирал шею, когда Зефирос идеально выбрал момент для сообщения. Его очки холодно блеснули.
— Согласно записям о человеческих обычаях, оставшимся со времён вторжения предыдущего Владыки демонов, человека, внёсшего наибольший вклад в общее дело, радостно подбрасывают в воздух. Красивый и оживлённый обычай, идеально подходящий случаю.
— Чего?
— Не двигайтесь.
— Эй. Подождите. Эй-эй-эй!
Зефирос подал знак взглядом. Все мгновенно набросились на Ким Джанчхоля, схватили за руки и ноги и подняли над головой.
Сопротивляться было бесполезно. Ситуация казалась настолько нелепой, что он невольно рассмеялся.
«Они серьёзно собираются подбрасывать меня?»
Никогда в жизни с ним такого не делали. А теперь это происходило в самом сердце Заброшенных земель, и подбрасывать его собирались элитные Небесные Владыки вместе с демонами.
«Ха».
А ведь это было приятно.
Ким Джанчхоль вспомнил всё, что они пережили вместе. Грудь наполнило странное тепло, нос защипало, а улыбка сама собой становилась всё шире.
— Раз! Два! Бросай!
ФУМ!
— ...!
Если когда-нибудь его спросят, подбрасывали ли его на высоту верхушки Бурдж-Халифы — восемьсот двадцать восемь метров, — теперь он с полным правом сможет ответить: «Да».
— Ха-ха... вот же придурки.
Смех вырывался сам: глупый, беззащитный и счастливый. На такой высоте никто не видел его лица, поэтому можно было не сдерживаться.
ФУ-У-УШ!
Радостный подъём достиг вершины, после чего началось не менее бодрящее падение.
Ким Джанчхоль продолжал смеяться, пока не посмотрел вниз. Все, кто его подбрасывал, уже расходились по сторонам, будто выполнили задачу.
— Победное подбрасывание завершено!
— Баал хочет поймать падающего господина Кредоса!
— Нельзя.
— Почему нельзя, Зефирос? Баал не понимает!
— В записях сказано лишь: «Совершившего великий подвиг радостно подбрасывают в воздух». О последующем ловлении ничего не говорится.
— П-правда?!
— Несомненно. Следовательно, обычай заканчивается на подбрасывании.
— Баал понял!
Не понимай! Не верь этой совершенно ошибочной трактовке! Не расходитесь! Вернитесь, ублюдки!
Ким Джанчхоль беспомощно замахал руками, стремительно падая. Но все доверились Зефиросу и даже отступили на пять шагов — видимо, чтобы помочь приземлению.
Внизу осталась только пустая земля. Идеальная площадка, чтобы принять его всем лицом.
— Вы, своло-о-очи!
Через мгновение крик утонул в тяжёлом грохоте.
Стояло лето — нет, наступил сезон урожая.
***
Начался шумный сбор картофеля. Ким Джанчхоль продолжал твёрдо руководить корпусом до самого конца.
— Все помнят правила безопасности при сборе?
— Так точно! — громко ответил Харток.
— Первое: не повреждать кожицу клубней во время выкапывания! Второе: после сбора несколько часов подсушивать картофель в тени, а затем хранить в темноте! Под солнцем он зеленеет и накапливает ядовитые гликоалкалоиды, включая соланин!
— О-о-о! Как и ожидалось от главного командира земледельческого корпуса!
Все восхищались знаниями Хартока. Тот заранее получил тайный инструктаж от Владыки демонов, поэтому гордо задрал нос, а показатель счастья достиг исторического максимума.
Сбор урожая шёл великолепно.
На лице Асурата впервые появилась искренняя улыбка. Сирги ворчала, что руки пачкаются землёй, но ни на секунду не прекращала копать.
Баала поймали за попыткой тайком сожрать сырую картошку и поставили в углу поля с поднятыми руками. Третий Звёздный Владыка посмеивался над ним и бодро продолжал собирать урожай.
И тут Ким Джанчхоль задал вопрос:
— Эй. Господин Лобстер?
Растер промолчал.
— Третий Звёздный Владыка? Тук-тук, дома кто-нибудь есть?
Тишина.
— Ты почему вообще здесь картошку копаешь?
Молчание стало напряжённее.
— Разве ты не должен работать громоотводом?
Во время буйства Плануса кол, к которому был привязан Растер, разрушился. Тот тихонько затесался в земледельческий корпус, надеясь незаметно избавиться от должности громоотвода, но Ким Джанчхоль поймал его с поличным.
Асурат, сообразив, что происходит, примчался словно ветер.
— Какая наглость! Самовольно покинуть священный пост громоотвода! Господин Кредос, его следует сурово наказать!
— Это говорит наш громоотвод номер один, переведённый на подработку.
— Именно! Как смеет этот привязанный к столбу штатник пытаться встать в один ряд с высококлассным работником с гибким графиком!
— Полностью согласен.
— Налицо дезертирство с рабочего места!
— Раз так, ничего не поделаешь.
Ким Джанчхоль ослепительно улыбнулся. Асурат довольно фыркнул, а на лицо Растера легла тень неминуемой гибели.
Тем временем гигантские картофелины день за днём заполняли хранилища. Урожай с лихвой перекрыл потери, нанесённые Планусом.
И как раз когда лица всех начали сиять добротой, способной затмить самого Будду, к временному замку Владыки демонов после долгой дороги прибыл посланник Четвёртого Звёздного Владыки.
Он принёс новость: услышав о решении Ким Джанчхоля заняться земледелием, Четвёртый Звёздный Владыка воспылал верностью и чувством долга — и в одиночку поднял знамя вторжения в человеческий мир.