Глава 992 — Воссоединение

Теперь это растение, называемое «Солинским гигантским деревом», было прямо перед глазами Андреа.

Она лежала в специально подготовленной для неё палате. Эта комната находилась в западной части старого Солинбурга и некогда была владением местного лорда. Изысканное убранство прежних времён по большей части сохранилось, лишь между роскошной мебелью появились кое-какие современные вещи. Сбоку от неё было высокое хрустальное окно, через которое виднелась бескрайняя зелень.

То была крона Солинского гигантского дерева, точнее, нижняя часть её края. Немыслимых размеров ветви и листья слоями простирались там, словно опрокинутое в небе зелёное море, заполняя взор Андреа. Крона была столь огромна, что совершенно заслоняла солнечный свет. Чем ближе к центру дерева, тем скуднее становились лучи, и всё пространство прямо под кроной было окутано вечным сумраком — так должно было быть.

На деле же множество источников света разгоняло тень под кроной.

На тропинках и в нескольких посёлках на поверхности сесильцы установили великое множество рукотворных огней, которые, словно в незасыпающем городе, озаряли людские селения. А выше, в самой кроне и на свисающих, тянущихся вниз древесных опорах, вились светящиеся лианы и флуоресцентные грибы, не давая просторам под кроной Солинского гигантского дерева погрузиться в кромешную тьму.

Рукотворные огни и светящаяся природная растительность причудливо сплетались воедино на этой некогда разорённой войной земле, вместе укрытые древом.

Такого пейзажа Андреа не видела нигде.

Устроившись, она ещё долго неподвижно смотрела в окно, вглядываясь в каждую деталь этого диковинного зрелища.

Она знала, что пробудет здесь ещё очень долго, и даже когда раны заживут, её всё равно будут «лечить» в этом старом замке. Снаружи, в каждом коридоре и у каждой двери, стояли вооружённые до зубов солдаты. Повсюду в замке и вокруг него денно и нощно работали магические механизмы. Она была здесь и почётной гостьей, и узницей, и молодой Волчий генерал это прекрасно понимала.

Но если дни «узницы» сопровождаются таким дивным зрелищем… то, пожалуй, это не так уж и плохо.

Молодой Волчий генерал тихо вздохнула, и лёгкая усталость снова накатила на неё. Могучее тело и способность к восстановлению одарённой высшего ранга позволили ей выжить в той ужасной воздушной атаке, но пришедшие с ними боль и истощение от ускоренного исцеления было не так легко преодолеть. Сейчас она чрезвычайно легко уставала — настолько, что даже смотреть на вид за окном, подняв голову, было утомительно.

Она легла, собираясь ненадолго вздремнуть в ожидании возвращения сестры Мэриан, ушедшей с докладом.

Но звук шагов за дверью прервал её.

Андреа чуть скосила взгляд и увидела, как в комнату входит мужчина в белом халате.

Это, кажется, была форменная одежда, которую часто носят техники в Империи Сесил. Андреа с любопытством задержала на нём взгляд, но лица его не разглядела. Под халатом на нём была плотная куртка с высоким воротником, который, поднятый, закрывал почти всё лицо. Войдя, он сразу принялся хлопотать над какими-то принадлежностями и медицинскими припасами на полке и, казалось, вовсе не собирался с ней заговаривать.

Но Андреа всё же решила заговорить первой:

— Здравствуйте, господин.

Мужчина вдруг замер. Казалось, её внезапное приветствие испугало его. Затем он снова продолжил возиться с делом и, стоя вполоборота, слегка кивнул. Из-за высокого воротника донёсся низкий, хриплый голос:

— Здравствуйте… госпожа.

Андреа машинально нахмурилась, но тут же брови её разгладились. Она смотрела, как он хлопочет там, и только что мелькнувшая странная мысль быстро рассеялась. Это, похоже, был обычный сотрудник.

Такого сотрудника, должно быть, тоже назначило сесильское военное ведомство, и, возможно, он и сам был «военным техником». Такой человек вряд ли стал бы много разговаривать с ней, «особой узницей».

Думая так про себя, Андреа наблюдала за его движениями. Когда нечем заняться, приходится искать хоть что-то, чтобы убить время. Она видела, как мужчина брал один за другим предметы с полки, быстро проверял этикетки и так же умело ставил обратно. Она не понимала смысла этой проверки, но судя по его сноровистым движениям, он, очевидно, работал здесь уже давно.

— Господин, вы… техник? — от скуки Андреа не удержалась от вопроса.

Мужчина снова замер, и мгновение спустя ответил с какой-то нерешительностью:

— Я… в департаменте друидов… считаюсь медицинским сотрудником.

— Вы заботитесь обо мне? — Андреа заинтересовалась. Она не видела столь странного «врача», и при этом его хриплый, низкий голос звучал так глухо. — А где сестра Мэриан?

— Главным образом заботится о вас она, — низким голосом ответил мужчина. — Я… из другого отдела, пришёл помочь.

— О, понимаю, — невольно сказала Андреа и дрогнула уголком губ. — Вы, сесильцы, всегда действуете очень эффективно в управлении людьми.

Мужчина снова замолчал. Он, казалось, всё время так вот загадочно замолкал, будто над каждым ответом ему приходилось подолгу думать. Затем он ещё выше подтянул воротник, приблизился к кровати Андреа и стал проверять записи в сдаточной книжке на прикроватном столике.

Андреа только прибыла, так что в книжке почти нечего было читать, но он очень старательно просматривал её довольно долго.

— Как ваши раны? — вдруг спросил он.

— Если сравнивать с тем, что было сразу после ранения… то мне почти кажется, что я уже здорова, — беззаботным тоном ответила Андреа. — А если сравнивать со здоровым человеком… как видите, до выздоровления ещё долгий путь.

— Ваш глаз… — снова с какой-то нерешительностью спросил мужчина.

— …Ну, один глаз у меня цел. Говорят, это большая удача, — в этот раз Андреа запнулась на полсекунды, и в её беспечном прежде тоне послышалась нотка горечи. — Говорят, вылечить невозможно, но сестра Мэриан всё же советует мне сохранять надежду. Она говорит, что нечто под названием «технология регенерации плоти», возможно, ещё сработает для меня… Честно говоря, я не очень-то в это верю.

Сама не зная отчего, она говорила гораздо больше, чем думала. Ей не следовало так много говорить с незнакомцем, особенно в такой обстановке.

С тех пор как она ступила на землю Сесила и стала военнопленной, она уже давно ни с кем чужим не вела таких простых, повседневных разговоров. Она беседовала лишь с относительно знакомой сестрой Мэриан — и только с нею одной.

Андреа чувствовала нечто странное, чего не могла объяснить. Ей всё казалось, что этот непонятный человек вызывает у неё какое-то смутно знакомое чувство… и покой. Она нахмурилась, заподозрив, не потеряла ли бдительность в чужой среде, но тут мужчина вдруг снова заговорил.

— Техника регенерации плоти может заново отрастить утраченные конечности, даже язык, отрезанный десять лет назад, но глаз — орган, с которым очень трудно работать. Его связь с мозгом тонка и сложна, сам он очень хрупок… регенерация плоти пока с этим не справляется, — тихо произнёс он. — Но думаю, сестра Мэриан вовсе не обманывала вас. Просто она не разбирается в этой области. Медицина — не специальность монахинь.

Андреа и сама не знала, почувствовала ли она разочарование. Она заподозрила, что, наверное, вовсе не так беспечна, как сама себе представляла, и в то же время не сдержала любопытства:

— Монахини не сильны в медицине? Если сесильские священники не учатся лечить, чему же они тогда обучаются?

— Комплексному рукопашному бою, стрельбе, пушечному делу, физической подготовке и выживанию на поле боя, — очень серьёзно ответил мужчина. — Такие сёстры войны, как Мэриан, проходят ещё и базовую командирскую подготовку.

Андреа: «??»

Мужчина, казалось, не заметил ошеломлённого выражения на лице Андреа, а лишь по-прежнему прятал лицо в тени воротника. После краткого раздумья он вдруг сказал:

— Техника регенерации плоти ещё будет развиваться… Сейчас она не может, но когда-нибудь ею можно будет исцелить и ваш глаз.

Тон его был очень серьёзен, будто с оттенком непреклонности, — словно он давал незнакомке перед собой торжественное обещание.

Странно посмотрев на него, Андреа попыталась что-то разглядеть в его хриплом голосе, в чуть видимой части лица, но ничего не увидела. Ей лишь почудилось, что в голове шевельнулись какие-то очень старые, пожелтевшие воспоминания — смутные образы, оставшиеся почти из детства. Они были так далеки, что она сама уже не решалась подтвердить их подробности.

Мужчина заметил её взгляд и, отвернувшись, занялся чем-то другим, спиной к кровати.

Он намеренно избегает меня?

Андреа тотчас уловила это. В сомнениях и догадках она невольно приподнялась:

— Господин, прошу вас…

— Вам следует отдыхать, — прямо прервал он её. — Сестра Мэриан, должно быть, скоро вернётся. Передайте ей, что я заходил.

Он опустил вещи и, казалось, уже повернулся, чтобы идти к двери. Андреа почувствовала, что её сердце забилось на полтакта быстрее. Она снова невольно окликнула его:

— Но я даже не знаю вашего имени, господин…

Мужчина на мгновение замер. Он чуть обернулся, но ничего не сказал и в следующий миг уже направился к двери.

И в этот короткий миг, когда он повернул голову, Андреа показалось, что она увидела до боли знакомые глаза.

Она почувствовала, что и дыхание, и сердце её забились часто-часто. Она всё ещё не могла вспомнить, но увидела, что он уже почти у двери.

Душу Андреа захлестнуло острое чувство. Ей почудилось, что она вот-вот снова потеряет нечто безмерно для неё важное. Она увидела, как его рука легла на дверную ручку и, прежде чем повернуть её, он дважды легонько пристукнул большим пальцем по ручке. Это мельчайшее, едва уловимое движение заставило в голове Андреа с грохотом всплыть пожелтевшие, далёкие картины —

Эта привычка была у отца.

— Господин! Подождите!! — громко вскрикнула Андреа, и её ещё не исцелившиеся лёгкие пронзила слабая боль. — Подождите!

Собственная мысль показалась ей в этот миг чистейшим безумием, а собственная надежда — нелепой шуткой. Но она наконец решила заменить всегдашние рассудок и логику порывом и чувством. Она вытянула вперёд руку, а тот человек всё так же стоял у двери, точно изваяние, застывшее в воспоминаниях прошлого, без малейшего движения. Их разделяло всего несколько метров и в то же время — больше десяти лет.

В следующее мгновение Андреа потеряла равновесие и в жалком виде скатилась с кровати на пол.

Мужчина ураганом метнулся к ней.

Несколько метров и десять с лишним лет в один миг сжались в точку.

Он оказался рядом, упёрся одним коленом в пол, а другой рукой поддержал её за шею, словно пытаясь помочь ей подняться. В этой близи и под этим углом Андреа почти ясно видела всё его лицо, скрытое в тени воротника.

Это лицо слишком уж отличалось от того, что было в памяти: не только старение и следы пережитого, но и много такого, чего она сейчас не могла понять. Но эти глаза она знала.

— Это сон? — тихо вырвалось у неё.

— Ты наяву, дитя моё, — Бард опустил глаза. — Я твой отец. Я здесь.

— …Почему?

— Сейчас я исследователь в Империи Сесил.

— Я не о том, — Андреа закрыла глаза, чувствуя, как её бьёт дрожь. — Почему…

Что же она, в конце концов, хочет спросить?

Почему он столько лет не подавал вестей? Почему он служит Сесилу? Почему из необычайно могучего рыцаря-лорда превратился в такое?

Она просто зажмурилась, словно избегая ответов, в которых и сама не была уверена, существовали ли они когда-либо.

Бард молчал. Затем он медленно, с усилием поднял Андреа с пола и помог ей лечь на кровать.

— Мне нужно многое тебе рассказать.

.....

В коридоре за дверью молодая златовласая сестра лениво опиралась на подоконник. Мощная пушка Святого Света стояла рядом с ней, а в руках она снова перелистывала толстую книгу.

Она подняла голову, глянула на дверь недалёкой комнаты и, чуть улыбнувшись, снова опустила взгляд в увлекательное чтение.

Рядом раздался шелест. Растительные лианы и пышные цветы, росшие вдоль стены, поднялись на подоконник. Из сплетения цветов и лиан сгустился образ Бельтиры, которая прошла сквозь открытое окно и приблизилась к сестре Мэриан. Той пришлось отложить книгу и с несколько более церемонным видом приветствовать воплощение Солинского гигантского дерева:

— Доброго дня, госпожа Бельтира.

— Не утруждай себя церемониями. Я пришла посмотреть, как тут дела, — небрежно сказала Бельтира и одновременно взглянула на дверь неподалёку. — Хорошо… наконец-то он перешагнул через это.

— Я только вчера получила сведения и узнала, что один из исследователей в области Солинбурга — бывший Волчий генерал Тифона, много лет назад пропавший отец этой «молодой госпожи», — проговорила сестра Мэриан. — Была потрясена.

— Я всё время тревожилась, что при их встрече что-то пойдёт не так, и даже боялась, что они подерутся, — покачала головой Бельтира. — За этим делом следят даже в Имперской Столице, и мне не хотелось бы неожиданностей. К счастью, пока всё, судя по всему, проходит благополучно.

— Конечно, всё пройдёт благополучно. По крайней мере, вам с самого начала не стоило бояться, что они подерутся, — с кроткой и спокойной улыбкой, как у любой достойной духовной особы, исполненной тепла и покоя, произнесла сестра Мэриан. — Воссоединившийся с дочерью отец никак не мог бы поднять на неё руку, а тяжело раненная «молодая госпожа» и подавно не имела бы сил ссориться с отцом. Тем более что я ещё удвоила дозу лунного эликсира в её предыдущем алхимическом снадобье…

Бельтира: «??»

(Конец главы)