Глава 493 — Боевая тактика Белых рыцарей
Врата церковного квартала рухнули с оглушительным грохотом.
Никто не знал, кто испустил первый боевой клич, но каждый знал: эти врата высадила сила простых людей.
Без подпитки запредельной мощью даже главные врата церковного квартала оказались не более чем створками.
— Круши церковь! — Смерть епископу! — За детей!!
В этот миг разъярённая толпа, казалось, напрочь забыла, сколь страшны одарённые, забыла столетиями копившийся гнёт собора. Белые рыцари первыми бросились на приступ, а сразу за ними вторым валом хлынули вольные наёмники и искатели приключений из Каролла и окрестностей Луана. За ними же — землепашцы и купцы, размахивавшие серпами, мотыгами, тростями и вилами. Несметная толпа мутным грязевым потоком ворвалась в ворота, и немногочисленные церковные рыцари с солдатами, что ещё держали вход, были попросту сметены в первое же мгновение.
Это был первый раз, когда простые люди восстали против запредельного сословия. Но мир этот по-прежнему оставался миром, где запредельная мощь безраздельно господствовала над смертными, и прямой натиск простолюдинов на строй церковных рыцарей обернулся бы лишь бессмысленной бойней. Поэтому на самом острие, вместе с Белыми рыцарями, шли наёмники и искатели приключений, собравшиеся со всех краёв.
Эти люди, по крайней мере, были сравнительно недурно вооружены или обладали зачатками запредельных сил. Их численности уже хватало, чтобы тягаться с церковными рыцарями. Но они же всё ещё оставались частью тех, кого Церковь веками подминала и угнетала, — частью «простого люда».
Газеты и передачи, расходившиеся по всем областям, пробудили гнев не только в землепашцах, но и в этих людях, привыкших играть со смертью. Они сами вызвались стать первым остриём, бьющим по собору, — и вот это остриё уже прорвало передовую линию церковного квартала и неудержимо двигалось к великому собору.
Эмбер со своей группой держалась в гуще толпы. Когда они пересекали площадь малого церковного округа, её острый взгляд зацепил мечущиеся у края площади тени.
То были священники малых церквей. Они сбросили броские облачения и переоделись в одежду, ничем не отличную от простонародной, а на рукавах белели повязки. Они бежали вдоль площади и знаками указывали путь, верно исполняя взятые на себя обязанности.
Эмбер облегчённо перевела дух: эти священники не только не забыли надеть белые повязки, но и заранее сменили одежду. Поистине мудрый шаг.
Этот вал гнева неудержимо катился по церковному кварталу в полунеуправляемом порыве, и образумить разъярённую толпу было почти невозможно. Пусть перед выступлением неустанно твердили, что «все, у кого белая повязка — союзники», но, когда пламя ярости вспыхнуло, пышные священнические ризы неминуемо бросились бы в глаза быстрее любой нарукавной тряпицы.
Каких-нибудь десять минут спустя толпа пронеслась сквозь почти не сопротивлявшийся малый церковный округ, почти не чиня разгрома и не пролив крови, и вырвалась на кольцевую площадь перед великим собором.
Рёв, подобный рёву горного обвала, и грохот самого разного оружия и заклятий сотрясали небо над Луаном. Величавые врата собора и роскошные витражные окна тревожно дребезжали от этих звуковых волн. По главной галерее опрометью мчался священник в белом облачении с золотой каймой; Святой Свет вокруг него едва теплился, а пол-лица покрывал ожог, похожий на обугленную корку, — след от святочного ударного пистолета, пробившего щит.
— Они идут! Идут! Мятежники! Всюду мятежники! — вопил он, несясь по галерее. — У них тоже есть Святой Свет! У этих мятежников… у них в руках Святой Свет!
По коридорам метались люди. Обезумевшие от ужаса служители, точно ослепшие мухи, тыкались из одних роскошных дверей в другие. Дозорный монах в чёрной рясе перехватил мчавшегося по галерее священника:
— Где церковные рыцари? Солдаты? Стража снаружи?!
— Рассеяны! Солдат смял какой-то наёмничий отряд, что внезапно вывернулся, рыцарей побили те, кто в белой броне, — остальным их не сдержать! Мятежники вот-вот ворвутся в собор!!
С кольцевой площади донёсся оглушительный удар, и в него вплёлся треск рушащихся и крошащихся конструкций. Окна собора ходили ходуном. Оттуда же, издалека, бежал залитый кровью клирик:
— Отче! Отче! Барьер на площади сейчас падёт!!
Со всех сторон гремели отчаянные вопли:
— А божественная матрица? Отчего не встала матрица?!
— Малый церковный округ уже пробит — та матрица с самого начала не включилась!
— Епископ… где епископ?
Наконец-то кто-то вспомнил о наречённом епископе Луана, о том, кто должен был сейчас держать всё в руках. Священник с обожжённым Святым Светом лицом вцепился в чёрную рясу дозорного, забыв всякий чин:
— Где епископ Фрэн Белл?! Почему его нет?!
— Епископ в молельне… он воззвает к Господу…
— Нет времени! Мятежники сейчас ворвутся!
— Я за ним!
Один за другим с площади доносились удары, и все двери и окна собора тряслись. Перепуганные клирики и священники сбились в главном зале громадного здания; последние церковные рыцари оцепили заклинателей. Взоры всех были прикованы к позолоченным белым дверям. Кто-то тихо молился, кто-то громко бранился, но каждый раздувал свой Святой Свет, готовый встретить миг, когда двери рухнут.
До того, как «чернь» пошла на приступ, никто и вообразить не мог, что им придётся столкнуться с такой силой. Они полагали, что их собственного запредельного могущества и божественной матрицы церковного квартала хватит, чтобы разорвать всех вторгшихся в клочья. Но явь вдребезги разбила все их надежды: матрица так и не встала, а у «черни»… у неё тоже был Святой Свет.
На этой земле, подвластной Владыке Святого Света, явился Святой Свет, неподконтрольный самому божеству!!
— Те, кто орудует молотами и Святым Светом… откуда они взялись?! — дрожащим голосом спросил один из клириков, вслушиваясь в шум снаружи.
— Церковь никогда не растила таких… чудовищ, — церковный рыцарь утирал со лба холодный пот вперемешку с кровью и, без конца меняя хватку на мече, старался говорить твёрдо. — Их святыни бьют с чудовищной силой, и чары они творят, словно не зная устали. Мы пытались броситься в разрыв между заклятьями, но половину уложили сплошной очередью их святочных ударов… это настоящие монстры!
— Господь… Господь спасёт нас…
Взрывы снаружи разом смолкли, и почти отчаявшиеся священники исполнились дикой радости. Но опытные в бою рыцари и дозорные мгновенно изменились в лице:
— Защиту с дверей сорвало!!
Световой полог на главных вратах наконец не выдержал сплошного потока ударов и, точно разбитый белый хрусталь, рассыпался тысячами осколков. Двое похожих на стальных великанов Белых рыцарей, взмахнув тяжёлыми механическими силовыми молотами, изо всех сил обрушили их на позолоченные белые створы. Едва ударная часть коснулась дверей, как отталкивающие механизмы и руны гравитационной настройки внутри молота сработали разом, и в кратчайший, неуловимый для человека миг молот исторг чудовищный импульс, способный обратить в пыль гранитную глыбу. Грянул громовой раскат, и врата Луанского собора разлетелись на куски.
— Щиты!
Белые рыцари первыми устремились в зияющий пролом. Каждый активировал энергощит доспеха, и святые белые полога окутали этих воинов… полевых пастырей. Широким шагом они ворвались в облака пыли и взревели свой боевой клич:
— Лекарь идёт!!
Из пыльного месива навстречу им полетело полтора десятка сильных и слабых святочных заклятий, вспенив рябь на энергетических щитах. Райт, сжимая одной рукой тяжёлый механический молот, бесстрашно шёл прямо на вражеский огонь. Когда пыль осела, он увидел противника: семь-восемь израненных церковных рыцарей выстроили шаткую, едва держащуюся цепь, и на их металлических щитах и броне теплился жиденький слой Святого Света. Человеческая плоть без магического конденсатора и модуля перегрузки не могла дать большей мощи. А позади рыцарей сбилась в кучу полусотня одетых в рясы, с виду совершенно беззащитных клириков и священников.
И это — последний оплот Луанского собора?!
Жалкие служители и прикрывавшие их рыцари жались в дальнем конце зала. Те из них, в ком ещё оставалась отвага, встретили ворвавшихся Белых рыцарей и хлынувшую за ними «чернь» злобными выкриками:
— Вы, бесноватая сволочь! Будете гореть в преисподней! Ваш дьявольский хозяин сожжёт вас десять тысяч раз! Владыка Святого Света…
Но эта брань не могла остановить Белых рыцарей. Элитная часть, выкованная из кадровых солдат, первая волна ворвавшихся в собор неукоснительно выполняла тактический приём, сотни раз отработанный ещё в боевых легионах: поднять щит, занять ближайшее укрытие, попутно сорвать с пояса гранату, выдернуть чеку, метнуть и вдогонку послать полтора десятка выстрелов из ударных пистолей.
Шквал бесцеремонных разрывов вчистую смёл все возражения луанских священников. В грохоте и дыму, взвихрённом гранатами, лишь то и дело вспыхивал и так же внезапно гас Святой Свет.
Райт, закинув молот на плечо, двинулся вперёд со своим отрядом. В редеющем дыму он увидел, что несколько луанских священников и рыцарей ещё шевелятся. Эти выжили благодаря охранным амулетам, чудовищному везению и прикрывшим их товарищам. Завидев приближающихся Белых рыцарей, один из священников почти инстинктивно вскинул руку и выбросил в Райта сгусток обжигающего света.
Райт не шелохнулся, позволяя сгустку лететь прямо в него. Но в тот же миг из воздуха соткалась крохотная полупрозрачная фигурка, с невероятным проворством ухватила этот сгусток, прямо на лету засунула в рот и исчезла вновь.
Это зрелище, ломавшее все законы бытия, исторгло у священника вопль:
— …Дьявол… дьявол!! Вы все — дьяволы!
Райт стиснул молот и двинулся к священнику, уже заговаривавшемуся:
— Вы всякого, кто против вас, честите дьяволом и еретиком, а заповеди Святого Света забыли напрочь. Право суда должно принадлежать правде, а вы обратили его в своё… ладно, Мегатонный молот!!
Бой в соборном зале завершился очень быстро. Когда последний враг пал, Райт снова закинул молот на плечо и обернулся к своим людям:
— В соборе не могло быть только этих. Часть священников наверняка прячется по комнатам и потайным ходам. Разойтись и найти. И по пути оказывать помощь раненым горожанам и ополченцам-добровольцам.
Белые рыцари разошлись исполнять приказ. Всё больше наёмников, искателей приключений и вооружённых простолюдинов вливались в собор и ближние пристройки, прочёсывая комнату за комнатой в поисках укрывшихся клириков. Однако посреди этого, казалось бы, полного успеха Райт невольно нахмурился.
В воздухе рядом сгустилось теневое пятно. Из тени выпрыгнула Эмбер:
— Фрэна Белла среди них нет.
Райт мгновенно осознал, откуда шло смутное чувство неладного. И почти в тот же миг он ощутил мощный, неестественный всплеск энергии из самой глубины собора.
Стоявший неподалёку в охранении Белый рыцарь тоже уловил аномалию — его тактические линзы, улавливавшие любые магические колебания, показали точку сбора опасной энергии:
— Великий патриарх! Там, внизу! В подземелье!
— Я проверю!
(Конец главы)