Глава 925 — Без названия

Миссис Гамильтон удивленно приподняла бровь. — Что-то ты не особо торопился сюда спускаться. Впрочем, мне следовало ожидать, что ты будешь тянуть время… Ты что, заблудился?

— Я наблюдал, просто… немного издалека. — Стэн хмуро посмотрел на полупустую VIP-ложу. Алана и Хэнк все еще полулежали на своих местах, но остальные члены их группы уже ушли. Оставалось надеяться, что брат и сестра Кортес оправятся достаточно быстро, чтобы посмотреть следующий этап, но они пока не вернулись. — Но вы не можете на меня злиться, ведь здесь больше вообще никого нет…

Хэнк с громким треском раздавил пальцами орех. Алана лишь брезгливо покачала головой, продолжая мрачно смотреть на Рэндидли.

— Остальные в основном заняты личной подготовкой, — произнесла миссис Гамильтон, внимательно изучая Стэна. — Они будут здесь, когда понадобятся. Но мы хотели убедиться, что у тебя будет возможность посмотреть, как сражается Рэндидли…

— Да, я видел, как он вырезает Отряды, — мрачно перебил Стэн. Его лицо, осунувшееся и бледное, покрывала темная щетина на подбородке и шее – признак того, что он не брился уже несколько дней. Даже в лучшие времена его забота о себе была… нерегулярной. Но присутствие Рэндидли пробудило в нем все его страхи и неуверенность.

«Ты была слишком сурова с ним», – подумала миссис Гамильтон, сдерживая вздох. — «Он не может избавиться от этого страха, который ты в него вселила».

Раздраженно почесав шею, Стэн указал рукой в сторону арены. — Это его стихия. Он… странным образом питается нами. Бросать ему вызов здесь было глупостью. Вместо этого прямого столкновения мы могли бы просто…

— Теперь уже поздно, — заметила Алана.

— Пф. — Стэн в досаде всплеснул руками. Затем он скрестил их на груди и пробормотал:

— Вы ждете от меня чуда.

Миссис Гамильтон медленно покачала головой. — Ничего столь ценного, как чудо. Всего лишь мнение. Как лидер сил Доннитона, ты несешь ответственность. Обязанность встречать любые битвы, которые выпадают на нашу долю, независимо от того, насколько тебе страшно. Прямо сейчас мы ведем бой против Рэндидли Гостхаунда. И дела идут не очень хорошо.

Вздрогнув, Стэн сделал шаг назад. Его бескровные губы плотно сжались, пока он пытался совладать с бурей эмоций, бушевавшей в груди. Эмоций, которые он беспомощно впитывал от окружающих. Прямо сейчас, так, как никто другой никогда не смог бы понять, Стэн ощущал всю тяжесть Борьбы Доннитона в этом испытании.

Их потеря надежды была куда опаснее, чем просто один человек, мрачно наблюдающий за бесчинствами Гостхаунда. Он проживал реакцию Доннитона на это испытание, разыгранную в миниатюре.

Видеть его столь полным сомнений, очевидно, было признаком того, насколько плохо шли дела, но миссис Гамильтон была бы потрясена, будь иначе. Настолько сокрушительную трепку Рэндидли задавал Отрядам.

Но помимо его тактического мастерства, именно эта близость к эмоциям Доннитона была причиной, почему им нужен был Стэн. Чтобы подтолкнуть Доннитон вперед, Рэндидли бил по сердцам его жителей. Стэн был прямой связью с этой битвой.

Если бы его удалось склонить на их сторону…

Тогда все свелось бы к перехвату инициативы. А я не намерена позволить Рэндидли пройти восьмой этап.

На данный момент миссис Гамильтон была удовлетворена, когда лицо Стэна приняло маску бесстрастного спокойствия. Вместо того чтобы противостоять эмоциям, для него было вполне нормально полагаться на свои врожденные Навыки, чтобы притупить чувства. С тех пор как Рэндидли… что-то изменил внутри Стэна, показал ему какую-то правду о нем самом, этот человек все больше полагался на эмоциональное онемение, чтобы справляться с повседневной жизнью.

Это была опасная зависимость. Но прямо сейчас миссис Гамильтон не могла отрицать, что эта холодная версия Стэна была лучше той, которую сотрясали горечь и страх.

И все же, учитывая его непрерывные успехи в качестве командира, у миссис Гамильтон не было причин смещать его с должности. Теперь она сожалела о своем пассивном созерцании, но в данный момент ничего нельзя было сделать. Стэн был необходим. А значит, она закроет глаза на его опасные наклонности.

Когда Стэн наконец заговорил, его голос звучал хрипло. — Ладно. Я останусь здесь и буду смотреть. Но я не могу обещать вам голову Гостхаунда. Только Возможность зацепить хотя бы один его волосок.

Алана мрачно усмехнулась. — Хочу сказать, что прямо сейчас даже это было бы шагом вперед…

Стэн цыкнул языком. — Возможно. Но я подозреваю, что Эли не позволит этому этапу пройти без того, чтобы не нанести Гостхаунду серьезный удар.

— Эли силен, спору нет, — спокойно произнесла миссис Гамильтон. — И когда ты не знаешь о его Навыке, то можешь быстро угодить в его ловушку. Именно так ему удалось на неделю захватить место Первого Отряда Доннитона. Но Рэндидли умен; как только ты узнаешь уловку Эли… что ж, это видно по тому, что его Отряд опустился до Десятого.

— Если это всего один бой… и если Гостхаунд потеряет самообладание… Эли Айрон вполне может заставить его оступиться, — объявил Стэн присутствующим.

Обе женщины удивленно приподняли брови. Почувствовав себя неловко, Стэн пожал плечами. — Ну… я предполагал, что наш разговор пойдет примерно в таком русле, поэтому предпринял кое-какие действия заранее. Я приказал Эли совершить одну очень большую глупость.

Взгляд миссис Гамильтон обострился. Но Стэн оставался непреклонен перед лицом ее гнева. Его спина была выпрямлена, и она видела, что он ослабил зависимость от своих притупляющих Навыков. Но от этого настроение миссис Гамильтон испортилось еще сильнее.

«Этот дурак… если бы он не собирался пойти на чрезвычайно опасный риск, он не нервничал бы так сильно, чтобы удерживать себя в трезвом уме. Что, черт возьми, ты натворил, Стэн?»

Сожаление миссис Гамильтон росло, превращаясь в свинцовую тяжесть, давящую на диафрагму.

Стэн стиснул зубы. — Если бы мы не начали менять темп сейчас… было бы слишком поздно к тому времени, как вы все выйдете на арену. В этом испытании нам необходимо разрушить иллюзию неуязвимости Рэндидли Гостхаунда.

****

Рэндидли с любопытством посмотрел на высокого пожилого мужчину, который уверенно шагал по арене в его сторону. Похоже, следующая группа, с двадцатого по десятый Отряды, уже выстроилась в боевой порядок. Следующий этап Лестницы Гончей должен был начаться через несколько минут.

Рэндидли бросил быстрый взгляд на Хелен. Поняв его намерение, Хелен резко покачала головой; она не знала, кто это.

Поэтому Рэндидли просто принял это как данность и пассивно наблюдал за приближением мужчины. Его седые волосы были зачесаны назад и собраны в пучок, из-за чего он походил на ушедшего на покой самурая. Из всей его шевелюры только бакенбарды оставались густыми и черными. У него было простое лицо, которое смотрелось бы уместнее в кабинете бухгалтера, нежели на поле боя.

Но по походке мужчины Рэндидли видел, что перед ним воин до мозга костей. И вся его осанка говорила о спокойной уверенности, когда он шел навстречу этой новой битве против человека, основавшего Доннитон.

Остановившись перед Рэндидли, он протянул мозолистую руку. — Здравствуйте, мистер Гостхаунд. Я Эли Айрон, капитан Десятого Отряда. Я тоже сражался в первом испытании, хотя тогда был всего лишь рядовым бойцом, так что вы меня, скорее всего, не помните…

Рэндидли посмотрел на протянутую руку. А затем усмехнулся. Даже если Эли Айрон подошел лишь ради уловки, чтобы Рэндидли показался более доступным и дружелюбным для наблюдающей публики, Рэндидли был не против подобных манипуляций. Даже если это знакомство было чистой воды прикрытием, аура, которую излучал Рэндидли, не была настолько слабой, чтобы человек с несерьезными намерениями мог так просто к нему приблизиться.

Этот человек обладал силой. А значит, Рэндидли окажет ему заслуженное уважение.

Поэтому Рэндидли протянул руку и пожал руку Эли. — Даже у рядовых бойцов есть своя роль. И тот факт, что вы поднялись до этой должности, заставляет меня усомниться в том, что вы были заурядным…

Рэндидли моргнул, его первой реакцией было недоумение. На долю секунды он был настолько потрясен увиденным, что никак не среагировал. Он почувствовал, как Акри сильнее сжал его шею, но все равно не пошевелился.

Ему показалось, что происходящее нереально. Словно искаженный, сюрреалистичный монстр, появление которого заставляет осознать, что ты находишься внутри сна. Приглушенный гул зрителей на арене растянулся в рокочущий барабанный бой. Наконец Рэндидли дал Акри свое согласие.

Рэндидли снова моргнул, когда Акри рванулся вперед и отсек руку Эли. Конечность вместе с зажатым в ней кинжалом пролетела мимо руки Рэндидли и с грохотом упала на землю арены. Склонив голову набок, Рэндидли крепче сжал правую руку Эли. Брызги крови попали Рэндидли на щеку.

Целую секунду никто не двигался. Кровь хлестала из обрубка запястья Эли, капая на Поножи из Белой Стали Рэндидли.

К чести Эли, он даже не вздрогнул, лишь слегка покраснев от смущения. На арене, где гул голосов неуклонно нарастал с тех пор, как Рэндидли одолел брата и сестру Кортес, мгновенно воцарилась мертвая тишина.

Рэндидли прищурился. «Что это, черт возьми, было?»

Когда Эли заговорил, его голос эхом разнесся по всей арене. — Полагаю, внезапная атака была плохой идеей. Но все же, надеюсь, вы понимаете, что я не держу на вас зла.

Кости правой руки Эли начали трещать, когда инстинктивно активировалось Тиссовое Тело Иггдрасиля. Хватка Рэндидли сжалась подобно тискам. — Ты действительно рассчитывал, что это сработает? Нет, ты наверняка знал, что ничего не выйдет. Так почему же?

— Кто-то должен был сместить акценты, — вздохнул Эли. Несмотря на то что боль от раздробленной руки должна была быть невыносимой, его лицо оставалось полностью сосредоточенным на их разговоре. — Вы идете на Доннитон с намерением уничтожить все, чего Доннитон пытался достичь за последние несколько лет. И при этом мы все еще почитаем вас как героя. Разве это не странно – уважать вас, когда вы этим испытанием ставите под угрозу наше существование?

Почти с брезгливостью Рэндидли посмотрел на Эли Айрона. Он также прекрасно понимал, что тысячи людей прислушиваются к их разговору. В висках Рэндидли пульсировали различные варианты развития событий. — Вы один из самых влиятельных людей в Доннитоне. Вы возглавляете Десятый Отряд. Если оставить в стороне соревнование… подобное нарушение правил и попытка нападения на гостя влекут за собой последствия.

— Возможно. Но мне кажется, я хорошо вас понимаю, — Эли все еще казался безучастным к своей дергающейся руке на земле. Почтенный с виду старик искренне смотрел на Рэндидли, словно призывал ученика приложить еще немного усилий, чтобы сдать экзамен. — Это все еще в тех пределах, которые вы можете принять. К тому же вы ведь хотите разрушить образ силы, которым обладает Доннитон, верно? Безусловно, мои действия помогли в этом отношении. Разве теперь… Доннитон не сокрушен?

Ярость хлынула по венам Рэндидли. Потому что Эли Айрон определенно был прав.

«Но дело, черт возьми, не в нашем испытании и не в моей цели заставить Доннитон принять новый образ…», – мысленно свирепствовал Рэндидли, чувствуя, как ломается кость в руке Эли. — «Это имеет политические последствия. То, что Доннитон был готов ударить по мне, чтобы попытаться выиграть испытание, которое они явно проигрывали до этого. Даже если это не повлияло на само испытание, влияние на гордость Доннитона…»

Рэндидли скользнул взглядом в сторону VIP-ложи. Это был политически идиотский шаг. Фактически самоубийство для глобальных устремлений Доннитона. Это единичное событие, если зрители правильно поймут происходящее, приведет к тому, что у других Зон всегда будет козырь против политического доверия к Доннитону.

Современный мир не мог функционировать без доверия к институтам власти. С Доннитоном было то же самое; угроза насилия могла завести лишь до определенного предела. Можно быть грозным и почитаемым, но чтобы изменить мир…

Это правда, что Рэндидли пришел сюда, чтобы стереть «миссию» нынешней власти. Но он не хотел разрушать всю структуру целиком. Его целью были образы. Однако это событие делало последствия испытания гораздо более далекоидущими.

Если бы он смог сообразить, что происходит, чуточку быстрее… но нет, как он мог быть готов к столь топорно исполненной тайной атаке?

Даже сейчас Рэндидли содрогался от гнева, думая об этом. Миссис Гамильтон не стала бы так нагло рисковать авторитетом Доннитона. Нет, это…

Взор Рэндидли остановился на конкретном человеке. Трусе, который не мог даже взглянуть в глаза собственной правде. Лицо Рэндидли стало суровым.

Мгновение продолжало растягиваться. С тех пор как Рэндидли отсек руку, прошло всего несколько секунд. Для большинства людей эта вспышка насилия произошла слишком быстро, чтобы они успели уследить за ней. Слова не были двусмысленными, но непринужденный тон, скорее всего, запутал любого, кто мог их слышать. Даже сейчас зрители пытались сообразить и понять, что только что произошло.

Судья стоял в стороне с бесстрастным лицом. До запланированного начала этапа оставалось еще несколько минут. По его лицу было видно, что его Восприятие достаточно высоко, чтобы понять суть случившегося. Прямо сейчас он просто пытался осмыслить, почему произошло это нападение.

Наконец Рэндидли снова перевел взгляд на Эли Айрона. Пожилой мужчина, к тому же сильный. Уровень 57. Безусловно способный, судя по статусу, пользующийся большим уважением. И все же теперь он стоял перед Рэндидли без тени раскаяния. Эли выказывал лишь смущение из-за того, что потерпел столь сокрушительную неудачу. Из-за того, что он воспользовался шансом попытаться свергнуть Гостхаунда, а вместо этого навлек на Доннитон Бедствие.

Рэндидли сжал пальцы, и оставшаяся рука Эли хрустнула. Сильный и уверенный. Тот, кто мог бы повлиять на будущее Доннитона. Решительный и самонадеянный… отлично подходит для образа. — Если бы не это… я бы подумал о том, чтобы убить тебя. Нет, ты бы уже был мертв.

Его взгляд скользнул к судье, чье лицо исказилось в гримасе; мужчина принял решение. Мысли Рэндидли метались из стороны в сторону. Затем его взор потемнел.

«… это была ловушка?»

Он в течение очень долгой секунды пристально смотрел на Стэна, высвобождая свою жажду крови. Несмотря на то что их разделяло пятьдесят метров и стена VIP-ложи, мужчина вздрогнул и попятился назад.

Потому что Рэндидли пришел к одному выводу: независимо от его мыслей о своем образе, позволить Доннитону прослыть сборищем предателей было бы катастрофой для самого Доннитона. Более того, план Рэндидли предполагал, что Доннитон повлияет на остальной мир, побуждая его также принять новый образ. Но это небольшое происшествие обладало достаточным весом, чтобы полностью разрушить его замысел.

Что оставляло лишь один-единственный вариант.

Рэндидли придется взять вину за этот проступок на себя.

Пепельный клинок подкосил ноги Эли Айрона под коленями в тот самый момент, когда судья уже открывал рот, собираясь что-то сказать. Брызги крови вновь заставили мужчину оцепенеть.

Рэндидли резко указал на Хелен. Несмотря на замешательство, она кивнула и бросилась вперед, к выстроившимся Отрядам. Словно подготовившись именно к такому исходу, они встали в строй и опустили оружие.

Рэндидли улыбнулся, как голодная акула. — Ну хорошо, Стэн. Я шагну в твою ловушку. Посмотрим, отрастил ли ты зубы за время моего отсутствия.