Глава 2142 — Без названия

«События внутри этого воспоминания, – подумал Рэндидли, окинув взглядом царящие вокруг хаос и разруху, – слишком быстро выходят из-под контроля. И на этот раз в этом даже нет моей вины».

Пока мощь Вестриссера устремлялась прямо на него, он размышлял о том, что именно привело его к этой секунде.

После яростных тренировок ради накопления Очков Пути и последующего открытия новой Частицы Судьбы, он поспешил к Маллуну, привлеченный стремительной концентрацией значимости вокруг города. Но стоило ему приблизиться, как громовой голос Вестриссера приказал запереть перед ним ворота. К его удивлению, дорогу ему преградили несколько фигур в официальных судейских мантиях. Охваченный яростью, Рэндидли остановился, взвешивая последствия. С одной стороны, вражда с Вестриссером сулила проблемы – как для его дальнейшего пребывания здесь, так и для попыток удержать воспоминание от дестабилизации. Очевидно, что в реальной истории он не пробивал себе путь через ворота Маллуна кулаками.

С другой стороны, даже сквозь стены он чувствовал, как Элхум теряет самообладание. Праведный гнев этого человека представлял собой поистине неописуемое зрелище, искажающее само небо. По мере того как в вышине стягивался в порочный, пульсирующий узел все больший объем значимости, Рэндидли принял решение и сжал кулак. Истощающее пятно на левой руке болезненно заныло, но он проигнорировал это. Каковы бы ни были последствия, в такой момент он обязан находиться внутри Маллуна; это была, пожалуй, самая мощная поворотная точка из всех, что он ощущал в этом воспоминании.

Серая Тварь глухо зарычала, когда Рэндидли поднял руку, но затем он почувствовал шевеление со стороны первой созданной им Феи. Доверившись Вестнику Пустоты, он принял призыв.

После этого у Рэндидли заныли дажезубы. Странное ощущение, самое раздражающее из всех видов боли, что донимали его после активации этой необычной способности. Тем не менее он чувствовал себя более чем способным сдерживать Вестриссера достаточно долго, чтобы Элхум успел проверить состояние Покровителя Глубин и примчаться сюда ради мести.

И теперь, судя по всему, Вестриссер счел достаточным отправить за ним обычнуюстражу. Рэндидли почувствовал себя слегка оскорбленным.

Дом вокруг него содрогался от грохота: Элхум и Вестриссер столкнулись добрый десяток раз в стремительной череде ударов. Образ Элхума раз за разом обрушивался на доминирующую ауру Вестриссера, ослабляя ее хватку над округой. Сам же Вестриссер отвечал на удивление сдержанно; он не пытался задействовать всю мощь своего образа, которую Рэндидли отчетливо в нем ощущал. Вместо этого он просто удерживал текущий статус-кво, хотя растущая волна ярости внутри белокрылого змея намекала, что вскоре все изменится.

«Он не хочет раскрывать свои силы на полную? – …глаза Рэндидли сощурились. – …Ах, ну конечно. За пределами Маллуна ведь затаился Король Пустоты Мрачное Небо».

Сдержанность в данном контексте была понятием относительным; мирные жители Маллуна продолжали в панике бежать. Здания качались, готовые рухнуть от любого мало-мальски сильного толчка. По всему городу не умолкая выли сигналы тревоги.

Деметриус коснулся плеча Рэндидли, заставив его очнуться от мыслей. Вестник Пустоты посмотрел на него с беспокойством:

— Мой господин, обопритесь на меня, если нужно. Я понимаю, как тяжело путешествовать сквозь Фею, даже если у вас есть всего одна связь, чтобы протянуть себя.

Это, по крайней мере, объясняло странную ломоту, добравшуюся даже до зубов. Но Рэндидли лишь слегка встряхнулся:

— Не беспокойся обо мне. Мое тело способно выдержать и не такое. А пока оставайся здесь и присматривай за Йотемом. Мне нужно…

Кто-то пинком обрушил последнюю уцелевшую стену их полуразрушенного убежища. Рэндидли резко развернулся и увидел двух каменных гуманоидов; тот, что стоял впереди, практически облизывал свои гранитные губы. Голос нападавшего прозвучал низко и угрожающе:

— Король Пустоты Алчущее Око. Вы нарушаете покой Лорда в Маллуне и посему объявляетесь арестованным. Если окажете сопротивление… мы без колебаний переломаем вам кости.

Рэндидли почувствовал, как новые отряды стражников стягиваются к дому, окружая его, а также спешат на помощь самому Вестриссеру в его противостоянии с Элхумом. На флангах их построения, в плотных группах, начали формироваться массовые образы. И все же, взглянув на этих двоих, он ощутил укол узнавания:

— А, Копал. Ты оказался достаточно глуп, чтобы всерьез попытаться исполнить свою угрозу и отомстить мне?

Перед ним стояли Копал и Догоэль – те самые двое, с которыми Рэндидли схлестнулся, когда впервые встретил Мэй Мирну и остальных Покровителей на окраине подземного рынка. Оба обладали невероятно прочными телами и использовали материализацию образов для их дополнительного усиления. И все же…

После слов Рэндидли злобное торжество мгновенно сползло с лица Копала. Он сделал шаг вперед, с хрустом сминая под ногами обломки камней:

— На этот раз я тебя не недооценю, отродье Пустоты. Это место станет твоей могилой, дай мне хоть малейший повод.

Рэндидли едва не рассмеялся. Но прямо сейчас его собственный гнев начал закипать, резонируя с яростью Элхума; к тому же он чувствовал смутное желание защитить Покровителя Глубин, который перенял эстетику его парящих островов.

Глаза Рэндидли сузились, когда Ядро Пустоты в его груди начало стремительно вращаться. Он обменялся взглядом с Деметриусом: нужно было уберечь Йотема от отголосков того, что сейчас произойдет. Затем он шагнул вперед:

— Осторожнее, с нашей последней битвы я кое в чем прибавил.

— Пустое бахвальство тебе не к лицу, Король Пустоты, — подал наконец голос Догоэль, действительно опасный противник из этого дуэта.

Цокнув языком, Рэндидли лишь мысленно пожалел, что его предупреждение пропустили мимо ушей. И зачем он только пытался? Сила Пустоты свилась кольцами в его груди. Три его образа обменялись почти радостными приветствиями: тьма Мертворожденного Феникса пульсировала, корни Иггдрасиля зловеще скрипели, принимая боевое построение, и, наконец, Серая Тварь откровенно высунула язык, пробуя воздух на вкус. Рэндидли уже вовсю перехватывал и подчинял себе кинетические волны, порожденные столкновением Элхума и Вестриссера. Над их головами назревала настоящая буря силы – колоссальный запас энергии, скопившийся еще до того, как он напряг хоть один мускул.

Его образы и Пустота потянулись наружу, прощупывая окружение. Воспоминание вокруг него едва колыхнулось, когда он начал призывать свое оружие. Ядро Пустоты закрутилось быстрее, закладывая еще более прочный фундамент. Зловещая ухмылка тронула уголки его губ.

Рэндидли Гостхаунд подозревал, что все еще способен разнести это воспоминание в щепки, если соберет воедино всю свою новообретенную эмоциональную мощь и выжмет максимум из Ядра Пустоты в одном едином порыве. Ритуал Пустоты, примерно в пять раз превосходящий его схему контроля погоды, легко справился бы с этим. Однако он был уверен, что сможет без вреда для пространства применить ту силу, с помощью которой в реальном мире оборвал жизнь коменданта Вика и одолел Дулиса Амбара.

Пальцы его босых ног напряглись. Настал час доказать лживость прозвища, которое он заслужил в этом воспоминании – Король Пустоты Алчущее Око.

Материализованные образы мгновенно покрыли его тело. Он выбрал свое изначальное сочетание: золотые вены, проступающие сквозь полупрозрачную кожу, узловатый бронированный хитин на руках и суставах, а левый глаз превратился в бурлящую бездну тьмы. Он также сделал легкий вдох и выпустил Пустоту в атмосферу, используя кружащийся над головой вихрь силы, чтобы почти небрежно потеснить доминирующий образ Вестриссера в Маллуне.

Поскольку внимание их лидера было полностью поглощено Элхумом, тот даже не смог оказать достойного сопротивления.

— Так ты выбираешь смерть? И выставляешь против нас эти жалкие пародии на образы, да еще три разом? Глупая ты девка Пустоты, попытка впихнуть в себя побольше образов не сделает тебя сильнее! — Копал разразился хохотом и широко развел руки. Его образ воинского превосходства вспыхнул вокруг тела. — Я сломаю…

«Рассвет Открывает Небо, Реальность Пробуждается. Зловещий Вальс Тартара. Карающая Химера Разит».

Взмах руки. Шаг. Сокрушительный удар.

Поздравляем! Ваш навык «Карающая Химера Разит» (М) развился до 835-го уровня!

Воздух вокруг него вспыхнул бледным предрассветным светом.

Три образа слились воедино в теле Рэндидли, подкрепленные тем самым усиленным эмоциональным откликом, который он обрел, преодолев ментальные опухоли, занесенные в его подсознание Альфа-Космосом. Он шагнул вперед и нанес удар прямо в каменную грудь Копала. Почти инстинктивно образ каменного человека расширился, зажужжав в попытке сдержать натиск Пустоты.

Но теперь Пустоте больше не нужно было составлять половину мощи Рэндидли. Теперь она стала его кровью, стремительно циркулирующей по телу и питающей мышцы. Его материализованные образы засияли ярче, став настолько осязаемыми, что их сила буквально просачивалась в окружающее пространство.

Защита, выстроенная против обычной Пустоты, беспомощно рассыпалась перед концентрированным Эфиром. Грудь Копала прогнулась внутрь, и его тело трижды протащило по земле, после чего оно срикошетило от обломков камней и взмыло в воздух. Несколько более слабых стражников Маллуна, окружавших дом, были сбиты с ног этим внезапно прилетевшим каменным снарядом.

Всего в метре от Рэндидли поднялся образ самого Догоэля. Этот стражник не отступил, лишь проводил Рэндидли тяжелым, серьезным взглядом; он явно не был настолько глуп, чтобы недооценивать противника, особенно после того, как воочию увидел проломленную грудь своего подчиненного.

Тело каменного человека заметно потяжелело, когда Рэндидли уперся ногой в землю и развернулся для удара. Догоэль направил весь свой образ в массивную руку и нанес удар. Однако, каким бы мощным усилением ни обладало тело Догоэля, оно не шло ни в какое сравнение с Ужасающей Стремительностью Рэндидли. Уклонившись от выпада, Рэндидли резким восходящим движением перехватил предплечье Догоэля, намереваясь переломить его пополам.

Раздался тяжелый, сухой треск. Каменный великан глухо застонал от боли и сделал полшага назад, но конечность не сломалась, вопреки ожиданиям. Лицо Рэндидли дрогнуло. «А он крепкий ублюдок».

Остальные стражники в округе наконец мобилизовали свои образы и бросились в бой, но Рэндидли мысленно обрушил на них бурю силы, которую до этого копил над их головами. Острые лезвия ветра и Пустоты с воем пронеслись по улице, начисто срезав ноги ящеру, бежавшему впереди. Вторая стражница успела вскинуть руки, и ее образ вспыхнул достаточно ярко, чтобы заблокировать следующее лезвие, но от удара ее отбросило назад, и она с силой врезалась в полуразрушенное здание на противоположной стороне улицы. Дюжине гвардейцев позади нее пришлось не лучше, хотя они и пригнулись к земле, пытаясь переждать эту атаку.

Почти машинально Рэндидли вобрал в себя всю кинетическую энергию и искажения, возникшие в результате взаимодействия Эфира и Пустоты. Бушующий над его головой вихрь стал еще мощнее, жадно поглощая высвобожденную силу. Тем временем он скорректировал свою тактику против Догоэля. Пока Эфир и Пустота пели в его теле, он ушел от второго удара и подсечкой выбил ноги каменного человека из-под него.

Тот среагировал мгновенно, извернувшись в воздухе и приземлившись на четыре конечности, подобно какому-то угловатому кошачьему существу – зрелище столь же впечатляющее, сколь и жутковатое. Но Рэндидли уже смазался в движении. Оказавшись прямо над Догоэлем и буквально разрывая его образ на части, он топнул вниз со всей силой, на которую был способен. Голова каменного человека с треском ушла в землю по самую шею. Позвоночник при этом не сломался, и Рэндидли мысленно признал, что на нанесение по-настоящему серьезных увечий этому монстру уйдет немало времени и сил.

Вместо этого он схватил ошеломленного Догоэля за шиворот и с силой запустил его в воздух. Каменный гигант превратился в отличный снаряд, пролетевший по дуге… прямо в спину Вестриссеру, когда Крылатый Змей на мгновение замер, блокируя очередной громоподобный удар Элхума.

В самую последнюю секунду Вестриссер скосил глаза вбок и резко взмахнул ладонью. Прямо перед стражником соткался плотный порыв ветра, не позволивший ему врезаться в своего господина. Но это дало Элхуму драгоценное мгновение, чтобы покрепче упереться ногами, отвести руку и нанести удар от бедра, который обрушился вперед со всей сокрушительной мощью извергающегося вулкана.

Глаза Рэндидли блеснули, когда он оценил идеальную передачу импульса в этой атаке. «Этот удар… один в один как у Вуаллы».

Рука Вестриссера очертила плавный круг перед летящим кулаком, гася и подавляя атаку его образом еще до того, как та успела набрать полную силу. Хватка белокрылого змея над пространством содрогнулась, но выстояла. И все же, пускай он легко нивелировал ментальную мощь удара, ему пришлось блокировать его физически. В момент столкновения мостовая под их ногами пошла трещинами и буквально закипела. Окружающие здания задрожали и жалобно застонали. Верхние этажи начали осыпаться обломками.

Рэндидли продолжал собирать высвобождаемую энергию в свой вихрь, на мгновение просто застыв на месте и наблюдая. Его глаза сузились. «Если так пойдет и дальше, мы разнесем половину инфраструктуры Маллуна. Вестриссер все еще колеблется и не использует полную силу из-за охотника, ждущего за пределами города, но неужели это вся его защита…»

Словно в ответ на его мысли, Догоэль с трудом поднялся на ноги. Несмотря на то, что он принял несколько прямых ударов Рэндидли, на нем не было видно серьезных ран:

— Протокол «Божественность»! Активировать защитный контур! Стереть нарушителей в порошок!